Пообещай мне рассвет

      День прошёл спокойно. Я должным образом оценил блюда местных поваров, найдя их вполне съедобными, и, как ни странно, вкусными, а затем погрузился в чтение второго тома.       Когда же оторвался и от него, заметил, что за окнами темнее, а мой чешуйчатый друг спит глубоким сном. Кловис выбрал в качестве постели стол, вальяжно развалившись прямо посередине столешницы.       Не придумав ничего лучшего, я положил книги на полку стеллажа, а затем вытянулся на диване, намереваясь выкроить несколько часов для сна. Своего имени в списках я так и не нашёл.  — Добрый вечер! — негромкий голос ворвался в мой сон, заставив испуганно подскочить на месте. Я несколько секунд осторожно ощупывал лицо склонившегося надо мной Волдемара, а затем, вспомнив, где нахожусь, рывком поднялся с дивана, отряхивая несколько помявшийся костюм и слушая краем уха извинения: — Извините, не хотел Вас пугать, просто принёс ужин. Как Вы на это посмотрите?  — Очень положительно! — улыбнулся я, подскакивая к столу и пересаживая сонного дракончика со стола на плечо. Кловис, не просыпаясь, обнял лапками меня за шею и продолжал смотреть сны. — Извините, что мы заняли Ваш кабинет. Огромное спасибо за гостеприимство!  — Всегда рад помочь столь приятному молодому юноше! — улыбнулся в ответ Волдемар. — Нашли то, что искали?  — Нет, не нашёл, — я отрицательно качнул головой и снял с подноса салат, предложенный мне на ужин. — И поэтому вопросов теперь ещё больше. Если не Вы, то кто тогда приказал ему убить меня? Я не очень верю, что Фабьен по собственной инициативе пришёл к моему дому. Он явно выполнял чей-то заказ. Вполне возможно, что впоследствии он убрал заказчика, но мне всё равно тревожно.  — Если хотите, могу взять Вас под защиту Ордена. Но для этого Вам нужно будет с нами сотрудничать, — внезапно предложил альфа.  — Хотите сказать, что я должен буду по вашему приказу уничтожать нечисть? — усмехнулся я. — Спасибо, но, уверен, что участие в подобном деле доставит мне одни переживания. Боюсь, если буду заниматься подобными делами, то моё сердце попросту разорвётся от страданий. Простите, но это занятие не для меня.  — Понимаю. Что же Вы собираетесь делать дальше?  — Как говорят в народе: ищи — и обрящешь! Вот я и собираюсь искать. Вдруг повезёт. По крайней мере, попытаюсь, а там как получится.  — Но знайте, что всегда можете прийти сюда и получить необходимую помощь. Я от всего сердца желаю Вам удачи! Да, если это Вам поможет, то вот адрес места, где жил Фабьен пару лет назад, — глава Ордена протянул мне небольшой лист бумаги.  — Большое спасибо! О, это же… совсем недалеко от того городка, рядом с которым на меня напал этот Густав! Что же, теперь я знаю, куда направлюсь, — я встал из-за стола и снова обернулся к Волдемару. — Вы правы, удача мне сейчас очень понадобится. До свидания! Ответив на рукопожатие, я выскользнул в коридор, стараясь не задеть никого из охотников.       Так, план действий у меня есть. Я обещал навестить Энни и заглянуть к Бахлюнду. Фабьен сказал, что проводит их…       Тут мне стало не по себе. Этот недоохотник оказался негодяем, и он сейчас может творить с бедной Энни всякие ужасные вещи. А Бахлюнд? Что этот немолодой толстячок может противопоставить силе и навыкам Фабьена? Ничего.       Город был довольно большой, но всё же я решил попробовать поспрашивать об Энни прохожих. Мне повезло, и в описании девушки один из граждан узнал внучку местного священника. Ох…  — Знаешь, Кловис, — мне не очень хотелось идти в дом к служителю церкви, — наверное, у нашей подруги всё хорошо…  — Не знаю. Этот Фабьен мне сразу не понравился! — фыркнул дракончик. — Ри, нам надо проверить Энни, убедиться своими глазами, что с ней всё хорошо. Мы же её друзья и не малодушные трусы!       От стыда у меня покраснели даже уши и я, вздохнув, зашагал вперёд. Большой город жил тихой вечерней жизнью, не причиняя жителям никаких неприятностей — ни удушливой жары, ни дождя. Я быстро шёл по дороге вдоль домов, время от времени останавливаясь, чтоб ощупать бутоны местных цветов. Спокойствие и безопасность этого города призывали меня остаться здесь ещё ненадолго, а не отправляться в путешествие, пугая всевозможными страхами предстоящих неведомых опасностей. Упрямо стиснув зубы, я шёл вперёд и старался заглушить неуместный приступ паники, напевая про себя одну из любимых мелодий.       В окнах дома священника горел свет. Входная дверь, к моему удивлению, была приоткрыта. Поколебавшись, я все же взялся за ручку и вошёл в помещение.  — Проходи, Рин де Пуартье! — поприветствовал меня священник, вставая из-за стола. — Я ждал тебя.  — Откуда Вы знали, что я приду? — удивился я, пожимая сухую твердую ладонь. — Вас Энни предупредила? Как она?  — Никто меня не предупреждал. Я сон видел.       Святой отец улыбнулся и подтолкнул меня к столу.  — Присаживайся, чайку попей со стариком. Внучка моя набегалась за весь день и спит уже. Хоть ей нынче уже тринадцать лет исполнилось, но она ещё маленькая. Не переживай, у неё всё в порядке, в отличие от тебя, — священник замолчал и выжидательно посмотрел на меня.  — Да мне тоже не на что жаловаться. Извините, что заявился к Вам без приглашения, ещё и вечером. Просто Энни — мой друг, и я… — смутившись, я присел за стол и принялся мять в пальцах уголок свисающей скатерти.  — Энни — наш друг! — повторил Кловис, беспардонно плюхнувшись на середину стола. — И мы пришли её проведать!  — Спасибо за заботу! — улыбнулся батюшка, погладив дракончика.  — Энни говорила, что она живёт с бабушкой и дедушкой. А где же её мама? — спросил я, и тут же пожалел о своих словах, ибо от этого доброго человека повеяло такой скорбью, что мне стало не по себе.  — Ты сильный и телом и духом, — неожиданно похвалил меня святой отец. — Но самого главного врага тебе ещё только предстоит встретить на пути, и одному лишь Богу известно, как закончится ваша встреча.  — О чём Вы? — услышав столь мрачные предсказания, я вскочил со стула и вцепился в плечо пожилого человека, буквально упав перед ним на колени. — Умоляю, скажите, кого мне нужно опасаться? Где меня ждёт этот враг?  — Я не могу, юноша, — священник устало вздохнул. — Извини, но Бог сам выбирает испытания для своих детей, и я не вправе ему мешать.  — Но это же несправедливо! Разве на мою долю выпало мало страданий? Зачем же ещё? Вдруг я больше просто не выдержу? — в отчаянии я опустил руки и прижался лбом к подлокотнику кресла, в котором сидел святой отец.  — Бог никогда не даёт человеку испытаний больше, чем тот может выдержать, — священник погладил меня по голове. Горько усмехнувшись, я поднял голову:  — Но ведь я не совсем человек…       Понимая, что больше ничего не смогу узнать, и беспокоить Энни не стоит, ведь она и так натерпелась за последнее время, я простился со святым отцом и покинул его уютный дом.       Вновь оказавшись на улице, я обнаружил, что вечер уже сменился ночью. Кловис похрапывал в широком кармане дорожной сумки. Что же, надо найти Фабьена и добиться от него правды. Когда я найду его, то заставлю заговорить и он ответит за всё и за всех!       Так как летать я не очень любил, то и в путь отправился пешком. По моим подсчётам идти предстояло около трёх ночей.       Если первые две ночи мне удалось пройти без приключений, то третья принесла мне весьма интересную встречу…       Когда я неожиданно заметил её силуэт, то не поверил «глазам» своим. Недалеко стояла закрытая карета, а чуть поодаль стояла стреноженная четвёрка лошадей. Экипаж был неестественно накренён набок.  — Аврора?! — изумился я, подойдя ближе.  — Здравствуй, Рин, — в голосе девочки не было удивления.  — Привет! С тобой всё в порядке? — поинтересовался я.  — В полном! Мы с папой ехали с приёма одного вельможи, и у нашего фаэтона отвалилось колесо, — она была спокойна, будто сейчас вовсе не глубокая ночь, которую она встречает на большой дороге.  — Здравствуйте, мсье де Пуартье. — это её отец вырос словно из-под земли, почти рядом со мной.       Тут, я вспомнил, что мсье Мендоса я был представлен как мадемуазель Розетта Пруденс и понял, что ситуация сложилась как нельзя более дурацкая. Чёрт!  — Э… доброй ночи… — промямлил я, думая, что как бы вывернуться из щекотливого положения.  — Не стоит смущаться, юноша. Мне абсолютно не интересны обстоятельства, заставившие Вас переодеться девушкой, — холодно произнёс Арманд. — Признаюсь, что Ваш маскарад был довольно натуральным, и я не заметил подмены, и был очарован Вами так же, как сейчас.       Как же хорошо, что сейчас ночь, а то боюсь, мои щёки могли соперничать по красноте с обожаемыми мной томатами. От его противоречивого тона я невольно сделал шаг назад, сжав крепче футляр с инструментом и тут же ощутил лёгкую волну недовольства со стороны мужчины. Почти незаметную…  — Рин! — Аврора резко взяла меня за руку, ловко втиснувшись между мной и своим отцом, как бы оттеснив последнего от меня. — Пожалуйста, сыграй!  — Сейчас? — мне эта просьба показалась странной.  — Прошу, не отказывай мне! Вдруг мы больше никогда не увидимся! — девочка уселась на ствол поваленного дерева, в то время как её отец отошёл проверить, как там продвигается ремонт кареты.       Услышав это утверждение, я расслабился и вытащил скрипку. Аврора мне нравилась, но её отец вызывал странные опасения. К тому же, я не мог его «прочитать» и не знал его намерений.       Смычок лёг на струны. Я заиграл тихую, незамысловатую мелодию. Как обычно, погрузившись в волшебный мир музыки, мною был потерян счёт времени. Наконец, отложив инструмент, вернулся, можно сказать, в реальный мир. Было тихо. Девочка сидела, не шевелясь. Мне вновь стало не по себе и убрал трясущимися руками инструмент в футляр.  — Аврора? — позвал я, подойдя ближе и трогая её за плечо.  — Я в порядке, Рин, — она встала, одёрнув юбку.  — Просто твоя музыка трогает меня за душу, и я… мне трудно осознать это… Прости, наверное, со стороны это смотрится странно. Я будто вижу рассвет, когда слышу твою игру… — замолчав, она подошла к одной из лошадей и принялась рассеянно гладить морду животного.  — Понятно… — растерялся я.       Ко мне подошёл Арманд, негромко хлопая в ладоши.  — Изумительно! Прекрасно! — с искренним восхищением произнёс мужчина, вновь подойдя очень близко мне. — Та граната, кинутая одним остолопом почти сто лет назад, лишила тебя зрения, но взамен ты получил намного больше!  — Откуда Вы знаете? — прошептал я внезапно пересохшими губами.       Он не ответил. Лишь взял мой палец и медленно провёл им по внешней стороне одного из клыков.  — Это были Вы?! — я отшатнулся, пытаясь вырвать руку, что удивительно, у меня получилось, но от неожиданности шлёпнулся на траву и в страхе стал отползать от него. — Всё это время?! Но почему сейчас, спустя столько лет?!  — Твой след был мной потерян из-за пожара, — ухмыльнулся вампир, медленно подходя всё ближе.  — Но зачем я вам?!  — Ты — наш прямой потомок. — Аврора стояла рядом со своим отцом. Юная вампирша. — Мы даже договорились с двумя охотниками о твоей поимке, но ни один, ни второй не справились со своей задачей. Жалкие людишки!  — Так это с Вами, мсье, моя прабабушка… — слова застряли у меня в горле.  — Аврора, девочка моя, отнеси вещи нашего дорогого гостя в карету, — нежно обратился к дочери Арманд. — Подожди нас там, дорогая.  — Хорошо, папа! — Аврора подхватила скрипку, дорожную сумку, в которой безмятежно спал Кловис, и побежала к карете. Она несла их так, словно они весили не больше пёрышка.  — Послушайте, — я с трудом взял себя в руки, — я не понимаю, что вам от меня нужно, но это недоразумение! Я никак и ничем не могу быть полезен вам!       Он рывком поднял меня с земли и прижал к своему мускулистому торсу. Это действие окончательно сбило меня с толку. Зачем он меня обнимает?       Он прижал голову к моей груди и замер.  — Твоё сердце бьётся… — прошептал он. — Скоро оно будет принадлежать мне! — Ни за что! — эти слова поднялись из глубин моей души.  — Отпустите! — я стал вырываться, а он заломил мои руки за спину и сжал обе кисти ладонью.  — Тише, — другой рукой он сжал мои щёки, несильно, так, чтоб я не вырвался и стал пристально разглядывать моё лицо. Затем его губы мягко коснулись моего лба и замерли в дюйме от моих губ. — Интересно!  — Нет! — я старался отвернуться, и он нехотя выпустил меня. — Я не буду с вами добровольно!  — Кто сказал, что у тебя есть выбор? — улыбнулся вампир. — Но не волнуйся, я не одобряю насилия в любви и не стану принуждать тебя.  — Вы уже меня принуждаете! — огрызнулся я, делая пару шагов назад. — Имейте в виду, я не собираюсь быть покорной овечкой и никуда с вами не пойду. — Вот как? — Арманд не выглядел злым или раздражённым, скорее, его веселило и забавляло моё сопротивление.  — Тогда позволь принести свои извинения. Поверь, мне очень жаль. Но я всегда добиваюсь того, чего хочу, — он мгновенно оказался у меня за спиной, и я почувствовал его губы на своей шее. Выпустив клыки, он укусил меня. Я погрузился во тьму, потеряв сознание.