Пообещай мне рассвет

POV Рин — Прекрасно выглядишь! — вампир коснулся моей руки поцелуем, от которого у меня пробежали мурашки. — Спасибо! — не испытывал и толики того высокомерия и уверенности, которыми сочился мой голос. — Рин, я хочу выпить за наше примирение! — мужчина указал Кловису на центр стола, как ни странно, там стояли небольшие, словно кукольные тарелочки. После того, как дракончик занял своё место, вампир негромко хлопнул в ладоши.       Тут же из-за неприметной двери в конце столовой появились несколько человек с блюдами и бутылками на специальных подставках. Внимательно присмотревшись к вошедшим, я отметил про себя, что все они были людьми и почему-то вели себя скованно: приблизившись к столу, молча поставили блюда и замерли в полупоклоне, не поднимая глаз. Затем, дождавшись кивка вампира, неслышно удалились. — Выпьем за начало нашей дружбы! — вампир наполнил бокалы вином. — Спасибо, что принял моё предложение.       Я кивнул и поднял бокал. Послышался хрустальный перезвон. Рубиновая жидкость приятно освежила рот и оставила после себя аромат терпкой вишни. Вино мне понравилось. Отставив бокал, я принялся за цыплёнка, любезно предложенного мне вампиром, попутно решив утолить не только физический, но и информационный голод. — Скажи, а почему у тебя в замке нет окон?       Почему-то мой простой вопрос заставил вампира поперхнуться. Пришлось несколько раз хлопнуть его по спине. — Мне так больше нравится, — ответил он откашлявшись. Как ни странно, я не смог прочитать его истинные эмоции. Его энергетика была на замке. — К тому же замок находится глубоко под землёй, окна здесь ни к чему. — Ты решил таким образом спрятаться от охотников за нечистью? — Вовсе нет! — судя по тону, вопрос вампиру не понравился. — У них кишка тонка со мной справиться. Просто под землёй места больше, а наверху все участки заняты. Понимаешь?       Я задумчиво кивнул, решив про себя, что ответ прозвучал как-то странно. Осмотрев почти весь замок, я не мог сказать, что он настолько велик, что не сумел бы поместиться на поверхности. Скорее всего, за этим выбором скрывается какая-то тайна, которую я непременно должен разгадать. Возможно, это поможет мне сбежать из замка. К тому же непонятно: зачем вампир скрывает от меня свою энергетику. Возможно, по какой-то случайности его магический след обезображен или обладает слишком разрушительной силой. Возможно, именно по этой причине он вынужден жить под землёй? — Дорогой, если ты насытился, я могу проводить тебя в твои новые апартаменты!       Голос вампира прервал мои размышления. С трудом вспоминая, о чём шла речь, я обнаружил, что доедаю фруктовое желе, поданное на десерт. Из этого можно было сделать вывод, что ужин подошёл к концу. Кивнув, я встал из-за стола и подал руку ожидающему меня вампиру. Кловис полетел следом за нами, громко жалуясь на то, что объелся и теперь не может передвигаться. Остановившись, вампир подставил дракончику ладонь, на которую тот моментально приземлился, и мы пошли дальше.       У дверей он, по обыкновению, поцеловал мне руку и исчез. Я вздохнул и вошёл в комнату. Тут я уловил, что в комнате находится кто-то ещё. — А, это ты! — я узнал её. Это та самая женщина, которую мне удалось буквально вырвать из клыков Авроры. — Что тебе нужно? — Мне приказано стать вашей служанкой, — тихо произнесла женщина, склонившись в реверансе.       «Приглядевшись», я увидел, что её энергетика очень напоминает мне… Энни? Не может мир быть настолько тесным! Хотя, священник хоть и не говорил мне о матери своей внучки, но, очевидно, что с ней что-то случилось. — Послушай, а у тебя есть семья? Кем тебе приходится девушка по имени Энни? — Ох… — женщина с трудом сдерживала слёзы. — Да, я так звала свою старшую дочь. Моя Энни… — Я знаю её! Вы, должно быть, её мать? Как вас зовут? — осторожно задавал вопросы я, поглаживая женщину по руке, пытаясь успокоить. — Меня зовут Петра. Да, я мама Энни. Скажите, как она? — несчастная схватила меня за руку. — Когда я навестил вашего отца, она была в безопасности, — произнёс я. — Благодарю Вас! — я физически ощутил облегчение женщины.  — Теперь я точно знаю, что с ней всё хорошо, — в ответ на мой изумлённый взгляд она пояснила. — Нечисть не может переступить порог обители священника!       А я, выходит, не нечисть? Посмотрим. — Ой, у нас гости! — дракончик сорвался с люстры и, спланировав на плечо Петры, сунул ей под нос наполовину общипанную гроздь винограда, позаимствованную со стола во время ужина. — Хочешь винограду? На, угощайся!       Спустя час, я вошёл в личную гостиную Авроры, оставив Петру с Кловисом беседующими о каких-то приятных вещах, и приступил к занятиям с юной вампиршей. Она всё же смогла убедить меня начать занятия сегодня. Я играл на рояле легко и непринуждённо. Уступив место Авроре, попросил её показать свои умения. Надо сказать, что слух и голос у девочки были, но ей явно не хватало терпения. Она старалась, хоть мне иногда казалось, что она набросится на меня. Через два часа мы, наконец, закончили и я, попрощавшись, вышел.       Покинув покои вампирши, я начал спускаться по лестнице, ведущей из башни, где располагались покои наследницы Арманда, попутно в голову лезли воспоминания о разговоре с Жаном и о его объятиях. И мысли о побеге не оставляли меня. Как же можно сбежать, если не знаешь где выход?       В итоге не заметил, как пошёл совершенно другим путем, чем предполагал вначале.       Когда под тонкую одежду в очередной раз проникла неприятная прохлада, я наконец соизволил «оглядеться» по сторонам. Неизвестно, куда принесли меня ноги, пока голова была занята размышлениями, но в этом месте я точно еще не бывал.       Узкий коридор не представлял собой ничего интересного, а вот высокая дверь, судя по ощущениям моих ладоней, обитая листами железа, вызвала во мне понятное любопытство.       Применив магию, я легко справился с замками и потянул достаточно тяжелую и громоздкую дверь на себя. Напоминаю, что моя сила в несколько раз превышала человеческую.       За дверью оказались ступеньки. Думаю, что в подземелье было темно, но моё астральное зрение не подвело, и я принялся безбоязненно спускаться. В нос ударил запах затхлости, а под ногами оказался обычный серый камень, что было совсем нехарактерно для Арманда, который обожал роскошь и изящество.       Упорно игнорируя плохие предчувствия, я продолжал спуск. Ступеньки привели меня в очередной коридор, только стены в нем состояли из решёток, разделённых между собой серыми каменными перемычками. Я наконец понял, куда попал. Когда-то Арманд обмолвился, что я не видел тюрем его замка. Вот теперь довелось.       Но не это было самым страшным. Страшным оказалось то, что за решётками находились люди. Тюрьма оказалась заполнена, что называется, под завязку. За каждой решёткой я видел десятки человек.       От нахлынувших эмоций мне резко стало дурно. Я боялся даже представить, зачем здесь находятся эти люди. Прислонившись к стене между решётками, попытался унять мерзкую дрожь в коленях и представить, что всё это просто дурной сон, а я сейчас нахожусь в своей кровати и сплю в обнимку с Кловисом. Увы, не получилось. Вокруг меня находились тюремные клетки, а Кловис уже наверняка проснулся и, конечно же, волновался. В довершение всего, судьба в многочисленных и перемешанных меж собой лучах энергетики узников решила нанести моему сознанию сокрушительный удар, превосходящий все самые страшные фантазии. — Что, упырь проклятый, явился на пиршество? — Чтоб у тебя все зубы выпали! Вампирский ублюдок! — Кол осиновый по тебе плачет! Чтоб тебе наша кровь поперек горла встала!       Голосов звучало много, вдобавок озлобленные люди принялись колотить по решёткам кулаками. Всё это складывалось в моей голове в немыслимую какофонию, но воспалённый разум всё же сумел выделить главное из криков: пить кровь. Они думают, что я пришёл, чтобы пить их кровь! Желая проверить ужасную догадку, я рванулся к ближайшей решётке, ощупывая лица и шеи узников, ища следы укусов. Когда нашёл, зарычал настолько сильно, что испуганные люди замолчали.       Обезумев от происходящего, медленно двинулся вдоль решёток в конец коридора. И вот там меня ожидал настолько внезапный сюрприз, что я, не выдержав, осел на грязный пол, не удержавшись на вмиг ослабевших ногах. В самой дальней клетке за решёткой сидел один-единственный человек и смотрел, если можно так выразиться, на меня до боли знакомой энергетикой. Фабьен.       Когда шок прошёл, позволив мне мыслить более адекватно, я собрался с силами и призвал магию перемещения, переместив себя в камеру. Там бросился бывшему охотнику на шею. Да, он болван, но он не заслужил такой судьбы! Никто из них не заслужил! Слова застряли в горле, и я лишь крепко прижимал к себе его, такого близкого, чувствуя под руками болезненную худобу некогда сильных плеч. Затем, отпрянув, нервно ощупал лицо и шею, ища следы укусов. К счастью, на Фабьене не было ни одного. Он был худым и грязным, а некогда роскошные локоны повисли сальными прядями. Но индивидуальный энергетический след светился прежним блеском, доказывая, что его дух по-прежнему силён и не сломлен. — Потерпи, пожалуйста, я обязательно освобожу тебя! Всех освобожу! — зашептал я, как только смог говорить. — Вот увидишь, я обязательно что-нибудь придумаю. Я не знал ни о тюрьме, ни о тебе. Прости! Я злился на тебя, но не хотел… чтоб с тобой случилось подобное! Мы справимся, обязательно справимся… — мой шёпот становился всё более бессвязным, уступив место слезам. В очередной раз обняв Фабьена, я разрыдался. — Рин, разве тебе не известно, что инициатива наказуема? — повернувшись на голос, я сквозь слёзы «увидел» Арманда и Аврору. Должно быть, не почувствовал их приближения из-за нервного потрясения. Они стояли прямо напротив решетки. — Прошу тебя, выйди из камеры! — Аврора была явно расстроена. — Извини, но я останусь здесь! — ответил я, даже не удивившись их внезапному появлению. — Вы следили за мной? — Ничуть, — мне показалось, что Арманд вздохнул. — Просто ты забываешь о том, что это наш замок, а значит, я и Аврора прекрасно осведомлены обо всём, что происходит в его стенах. А теперь я ещё раз прошу тебя выйти из камеры и подняться в свою комнату. Поверь, если твой недоохотник мог столько времени обойтись без тебя, то и дальше прекрасно справится. — Почему? — закричал я, желая только одного — свернуть ему шею. — Ты же заплатил ему за мою поимку, он выполнил свою часть уговора, зачем ты держишь его здесь?! Почему ты не сказал об этом мне?! — Аврора, солнце моё, прошу тебя, ступай к себе, — мягко попросил вампир дочь. — Ну, папа… — начала было возражать девочка. — Ох, ладно, я понимаю, вам нужно поговорить… — А что я, по-твоему, должен был сказать? — когда Аврора ушла, вампир сменил тон. — Что в то время, пока ты разгуливаешь по замку в дорогих нарядах и спишь на пуховой перине, твой друг сидит в тюрьме на соломе? Сомнительное удовольствие, тебе не кажется? — Сволочь! — прошипел я, сжимая кулаки. — Извини, но я с тобой не согласен, — вампир был невозмутим. — Я не хотел причинить зла твоему другу, но когда мы встретились для того, чтоб рассчитаться за работу, то он повёл себя несколько агрессивно. Поэтому пришлось его посадить за решётку, во избежание травм и повреждений. А насчёт его вида не советую заблуждаться. Я хорошо кормлю своих пленников и даже регулярно присылаю к ним брадобрея, но не отвечаю за неуместное проявление гордости, которой у твоего недоохотника оказалось в избытке. К сожалению, ужин недавно прошёл, так что убедиться лично в обилии тюремного провианта у тебя не получится. Но если хочешь, мы вернёмся сюда завтра, и ты все увидишь своими глазами. Договорились? А теперь пошли наверх, здешняя обстановка тебе не подходит. — Ты меня плохо слышишь? Я не собираюсь никуда идти! И тем более с тобой! — закричал я. — Ты мне противен! — Очень жаль, — Арманд устало вздохнул. — Очень жаль, что мне приходится повторять дважды.       Отвернувшись, он подошёл к ближайшей клетке, и люди отпрянули к стене, толкая друг друга и стараясь спрятаться за спинами впереди стоящих. Затем все застыли, как один. Не отрывая взгляда от пленников, вампир поманил пальцем одного из них. Человек, ещё недавно заходившийся криком, спокойно пошёл к нему, явно пребывая под магическим воздействием. Арманд достал из кармана ключ и открыл небольшую дверь в решётке. Человек вышел наружу и приблизился к вампиру. То, что произошло дальше, было для меня неожиданным и омерзительным зрелищем, хоть мои глаза и не видели.       Вампир оскалил клыки и быстро вонзил их в шею жертвы. Человек при этом, казалось, спал. В течение некоторого времени ничего не происходило, а потом Арманд оторвался от жертвы, и она медленно осела в его руках: жизнь в нём угасла. Выпустив человека из рук, он повернулся ко мне и хрипло сказал: — Учти, если ты не выйдешь добровольно, я буду выпивать этих людей до тех пор, пока не сломаю твоё идиотское упрямство! И вина за их смерть ляжет на твои плечи! Вот смотри, один уже есть. Мне продолжать?       Я слышал, как с его длинных клыков капала кровь, и отчётливо понял, что Мендоса легко выполнит свою угрозу. Выбора не оставалось. Я крепко обнял Фабьена напоследок, поцеловал в грязную щёку и покинул клетку. Затем, не останавливаясь, побежал по коридору, подальше от этого страшного места, даже не «взглянув» на вампира. — Мне действительно жаль, что ты увидел то, что увидел. И жаль, что ты меня рассердил настолько, что я лишил человека жизни, — появившись следом за мной в комнате, вампир пытался объяснить мне то, что при любом объяснении оставалось одинаково ужасным. — А что, обычно бывает иначе? — несмотря на отвратительное настроение, я мрачно усмехнулся. — Бывает! Очень даже бывает! Обычно я… хм… беру… да, беру крови совсем немного для поддержания собственных сил, не нарушая жизнедеятельности человека. А сегодняшний случай произошел из-за того, что ты меня очень рассердил. Но, поверь, я искренне жалею, что поддался эмоциям. — Ну да, сейчас ещё скажешь, что ты никакой не вампир, а белый и пушистый кролик! — рявкнул я. — Не скажу, потому что я действительно вампир, — не стал отпираться Арманд. — Причём такой же, как и ты. — Я?! — тут мои нервы не выдержали. Подскочив на кровати, я подлетел к вампиру и закричал в ненавистное лицо:  — Не смей меня сравнивать с собой! Я никогда, слышишь, никогда не пил чью-либо кровь! И я стараюсь не причинять вреда людям! Мне вполне хватает для поддержания сил обычных продуктов. А вот ты — мерзкий кровопийца! Что такого плохого сделали тебе эти люди, что ты посадил их, как овец, за решётку? Кто дал тебе право распоряжаться судьбами этих людей?       На мгновение я остановился, чтобы набрать в грудь воздуха, а потом вдруг понял, что доказывать что-либо совершенно бесполезно. Я не смогу ничего изменить, потому что этот собеседник меня попросту не понимает. И, к сожалению, никогда не поймёт. Резко закрыв рот на вдохе, я подошёл к кровати и забрался на нее с ногами. — Понимаю, ты сейчас немного расстроен и разозлён. Но потом, когда эмоции улягутся и ты сможешь мыслить нормально, поймёшь, что на самом деле вампиры не так уж отличаются от людей. Люди держат скот и птицу для того, чтобы накормить свои семьи, и им точно так же приходится их убивать. Мы, вампиры, не можем без крови и тоже вынуждены держать людей, чтобы накормить себя. К сожалению, это в нас заложено природой, и нет нашей вины в том, что мы такие, какие есть. И люди не виноваты в том, что едят мясо. Вот так. Подумай об этом, хорошо? А сейчас я тебя оставлю. Надеюсь, у тебя достаточно благоразумия, чтобы не возвращаться в клетку к этому человечишке? Мне бы не хотелось применять силу. Спокойного дня!