Кто мы друг другу?

— Шерил, вы с мисс Топаз хорошо поработали. Я видел конечный результат, это прекрасно, — Кристофер попивал уже остывший кофе за завтраком. — Мне тоже понравилось, — рыжеволосая сидела напротив, в шелковом халате. Это было обычное утро в семье Одли, которое начиналось каждый раз одинаково. Помощница по дому накрывала на стол: белоснежная скатерть, до блеска начищенный сервиз, белоснежные салфетки. В столовой всегда было немного прохладно, что достаточно бодрило, так же как и крепкий аромат кофе, разносящийся по периметру. Чаще всего завтраки проходили в тишине, изредка прерываемые короткими вопросами со стороны Кристофера и такими же короткими ответами его жены. Эта обстановка очень отличалась от яркой и красивой картинки в голове рыжеволосой, от ее представления об «идеальной семейной жизни». — Я предложил мисс Топаз быть нашим постоянным фотографом. У нее определенно талант, я давно не был так рад результату, — снова заговорил парень, довольно улыбаясь своей находчивости. — Согласна, у нее хорошо получается, — Шерил улыбнулась про себя, вспоминая все работы, которые накануне рассматривала с интересом. Ее радовал тот факт, что теперь Тони будет постоянным партнером. Это означало, что их встречи станут чаще, а значит моментов, когда одиночество будет отходить на второй план, станет больше. Она медленно ковыряла вилкой в своей тарелке. Девушка практически не ела, ей совершенно не хотелось, а чувство голода стало для нее чем-то отчужденным. — Почему ты не ешь? — блондин строго проследил за абсолютно полной еды тарелкой, — ты и так уже похудела слишком. Что происходит, Шерил? Нам стоит посетить врача? — Всё в порядке. Мне просто не хочется, — она закатила глаза, зная, что такой жест выводит мужа из себя, — у меня очень низкая активность, соответственно маленькая потребность в еде. — Ну вот, а был бы ребенок… — но Блоссом не дала договорить, резко встав из-за стола, — я не закончил разговор. — А я уже опаздываю, — девушка стремительно направлялась в сторону лестницы в надежде поскорее скрыться на пролете второго этажа, избежав такого ненавистного разговора. Но сильная мужская рука резко схватила ее за запястье, притягивая к себе вплотную. — Шерил Одли, ты прекрасно знаешь, как я ненавижу, когда ты срываешься посреди нашего разговора, — голубые глаза метали искры, заставляя девушку прерывисто дышать, — и к твоему сведению, мы сейчас едем вместе. Из компании прислали запрос на очередные снимки. Мы едем в Ривердэйл. — А я тебе там зачем? Я больше не лицо фирмы… — Ты моя жена, в первую очередь, — на этих словах хватка усилилась, — собирайся быстрее.       Кристофер отпустил свою жену и проводил ее тяжелым взглядом. Он всё ещё злился из-за сложного характера Шерил, который с каждым днем становился все более невыносимым. И если запрещать ей заниматься творческой деятельностью, ограничивать ее должность в компании и контролировать ее передвижения он мог, то заставить ее есть или родить ему ребенка у парня не получалось.

***

      Уже в салоне автомобиля Одли протянул руку и коснулся предплечья девушки: — Дорогая, прости. Я утром немного перегнул, — его голос дрогнул, когда карие глаза с невыносимой болью уставились прямо на него, — я просто переживаю за твое здоровье.       Шерил ничего не ответила, а просто отвернулась, продолжая все так же рассматривать мелькающие деревья, которые уже теряли свою листву, готовясь к похолоданию. Погода менялась так часто, как и настроение ее мужа: то все еще радовали теплые лучи солнца, то тучи затягивали небо, заставляя надевать что-то потеплее. И сегодня был такой день, когда пришлось накинуть клетчатый пиджак на темно-синее строгое платье. Мысли девушки были беспорядочны, концентрируясь лишь на том, как ей бы хотелось вернуться во вчерашний день. Но резкий звук тормозов вырвал ее из этого подвешенного состояния. Огромными от страха глазами Шерил посмотрела на дорогу. — Придурок, обогнал меня! — заворчал водитель, продолжая движение. Но рыжеволосая уже ощущала, как ее горло сдавливает дикий страх, как ей становилось душно и хотелось кричать. К глазам подступили слезы, которые она сдерживала из последних сил. Она всегда ощущала тревогу при передвижении в автомобиле, будь то Кристофер за рулем или водитель. Картинки страшной аварии, в которой погиб ее отец не покидали ее ни на секунду. Слишком уж четко вырисовывалась скорая, куча крови, разбитое лобовое стекло и множество осколков вперемешку с кусками металла. Девушка постаралась задержать свое дыхание, чтобы хоть как-то успокоиться. Она старалась снова вернуть свои мысли в тот день, который вызывал приятные мурашки.       Наконец, автомобиль остановился, и Шерил смогла выйти на воздух, всё еще пребывая в крайне беспокойном расположении духа. Они приехали в кленовую империю, где и должна была произойти фотосессия. — Миссис Одли-Блоссом? — до боли знакомый и приятный голос ворвался в ее сознание, заставляя поднять глаза, — все нормально? — Тони обеспокоенно осматривала бледную девушку. — Мисс Топаз… — рыжеволосая была удивлена, но ничего не успела больше сказать, как тут же нарисовался Кристофер, который взял ее под руку. — Добрый день, мисс Топаз. Мы с женой очень признательны, что вы согласились ради нас на эту съемку. Наш уговор про оплату я помню. Оценю ваши старания. — Мне было не сложно, учитывая, что вы помогли перевезти оборудование. Мистер Одли, вашей жене не плохо? Она слишком бледная, — Топаз всё еще неотрывно смотрела в карие глаза, наполненные ужасом, они словно кричали о помощи. — Шерил просто утомилась сегодня. Всё в порядке. — Тогда я заберу миссис Одли-Блоссом и проведу для того, чтобы ей поправили макияж, — парень согласно кивнул, отходя в сторону к своим коллегам, которые уже радушно его приветствовали рукопожатием.       Отойдя на безопасное расстояние, в сторону, где была импровизированная палатка с реквизитом, Тони схватила рыжеволосую за ее холодную руку, заводя внутрь. — Шерил, что случилось? — она шепотом задала этот вопрос, выжидающе заглядывая в лицо, при этом продолжая держать ту за руку. — Мы просто ехали…и там кто-то обогнал…я…я просто испугалась, — она заикалась, всё ещё ощущая страх в каждом сантиметре тела. Розововолосая покрепче сжала ее руки и подвела к стулу. — Главное, что всё обошлось, — она протянула ей стакан с прохладной водой, — это вас отвлечет. А еще сегодня я работаю без ассистента. Так что, если вы не против, макияж поправлять буду я. — Абсолютно не против, — девушка делала небольшие глотки, подмечая, как ее сердце замедлило свое биение, а руки перестали дрожать. Тони уже аккуратно проводила кистью по щекам, нанося небольшое количество пудры. Ее движения были плавные, словно Шерил была сделана из фарфора. — В следующий раз, когда буду вас подвозить, буду ехать максимально аккуратно, — эта фраза вызвала легкую улыбку и ощущение тепла, которое приятно расползлось по телу. Последним штрихом была фирменная красная помада, которую Блоссом наносила самостоятельно. — Шерил, в пятницу всё в силе? — Да, только не говорите… — Я помню. Просто уточняю, пока мы наедине, — Топаз быстро складывала косметику, — нам стоит поторопиться, пока мистер Одли не начал нас искать.       Закончив со всеми приготовлениями, девушки направились в сторону нужной локации. Шерил была безмерно благодарна, что эту фотосессию проводит снова Топаз, это успокаивало ее и дарило чувство удовлетворения. Все негативные эмоции после утреннего разговора испарились, она сосредоточилась на указаниях низкой девушки, которая уже вжилась в роль фотографа, помогая каждому занять правильную позицию. Несколько раз она подходила и к рыжеволосой, то поправляя ее локоны, то показывая ей, как лучше стать и куда положить руки. Есть вещи, за которыми можно смотреть бесконечно. Как говорится, это огонь и вода. А Шерил мысленно добавила еще сюда рабочий процесс Тони Топаз. Она снова убедилась, что в компании этой девушки на душе не так одиноко, даже просто ее наличие в одном пространстве удовлетворяло. Блоссом ощущала на себе за все время съемки пристальный взгляд карих глаз, от которого под кожей проходил приятный холодок, а в животе что-то расцветало, приятно щекоча. Ей было чертовски страшно от этого, но при этом она не могла сказать, что боится. Ей нравилось это чувство, ей хотелось снова и снова окунаться в омут карамельных глаз. И это не было похоже на что-то дружеское, хотя Шерил и продолжала убеждать себя в бесконечной потребности найти подругу. Ведь как иначе она могла себе всё это объяснить?       Тони в очередной раз поправляла рыжие непослушные локоны, которые трепал ветер, когда раздался мужской голос одного из партнеров Кристофера: — С этими женщинами одни только проблемы. То волосы, то макияж…время идет… — Да уж, они только и могут, что думать о своей красоте. Куда уж им до ведения бизнеса. Это высоко интеллектуальная работа, которая не каждому под силу, — Тони кинула на них гневный взгляд, замечая как Шерил уже скривилась и нервно сжимала руки. Кристофер же стоял абсолютно молча с легкой нервной ухмылкой. Было очевидно, что он не собирался заступаться за жену по причине нежелания усложнять отношения перед подписанием контракта, да и он сам был отчасти такого же мнения. — Можно было бы и сюда не брать ее, — фраза была сказана вполголоса, но она донеслась до ушей рыжеволосой и мулатки. Блоссом только сильнее опустила голову, зная, что если что-то скажет, будет только хуже. Она прекрасно знала, какие люди окружали ее мужа и какое было их отношение к женскому полу. — Прошу прощения, молодые люди, — Топаз не выдержала, привлекая внимание всех стоявших рядом, — ваши разговоры сбивают и затягивают фотосессию. Я привыкла работать в тишине. Да и к вашему сведению, мужчинам мы тоже поправляем и тон лица, и волосы. Работа такая.       Голос девушки прозвучал достаточно громко и твердо, заставляя всех прикусить языки. И Кристофер не мог ей противостоять, ведь это были условия ее работы, а искать нового фотографа времени и возможности уже не было. Щеки миссис Одли-Блоссом покраснели, а ее глаза неотрывно следили за носками туфель, внутри назревала буря. Единственное, что ей хотелось — убежать подальше от всей этой компании и плакать навзрыд от своей беспомощности. Девушка была благодарна лишь за то, что фотографом снова была эта розововолосая дама, которая уже как ни в чем не бывало продолжала свою работу.       Спустя еще около сорока минут фотоаппарат был опущен, и раздался голос мулатки: — Я считаю, что все нужные кадры мы сделали, — Топаз нахмурилась, осматривая всех присутствующих, лишь ненадолго задерживаясь на волнующей ее особе. Мужчины, стоявшие по бокам, стали медленно расходиться, а супружеская пара двинулась вперед. — Деньги придут вам на карту, — Кристофер взял Шерил под руку, подходя ближе к фотографу, — мисс Топаз, у меня будет просьба. Вы сейчас обратно в Нью-Йорк? — Да, в студию. — Вы не могли бы подвезти мою жену? Я добавлю это в оплату. — Конечно, могу. И думаю, что не стоит добавлять за это деньги. Миссис Одли — Блоссом разбавит эту скучную дорогу, — девушка не могла скрывать улыбку. — Отлично, — блондин повернулся к своей жене, которая смотрела на него абсолютно непонимающим взглядом, — дорогая, я задержусь здесь, есть пара нерешенных вопросов по бизнесу. — Ты будешь сегодня или завтра? — в голосе сложно было не заметить холодность. — Постараюсь сегодня к ужину, — он слегка коснулся губами ее нежной щеки, — и не обижайся за утро. Я же просто переживаю.       Блоссом ничего не ответила, она просто кивнула и направилась в сторону мулатки, которая уже складывала свой фотоаппарат и штатив. — Помочь? — с легкой улыбкой спросила Шерил. — Оу, нет, я справлюсь, спасибо, — девушка подарила в ответ такую же улыбку, — вы голодны? — Не сказала бы, — рыжеволосая внимательно следила за каждым движением смуглых рук, — а есть какие-то предложения? — Я собиралась при въезде в город зайти в одно кафе. Все-таки мой друг был прав, я стала до жути непунктуальной, из-за чего утром не успела позавтракать. — Я не против заехать с вами. И Тони… — голос снизился до еле слышного шепота, — спасибо большое, что остановили поток их колкостей… — Эй, не стоит благодарить. Так сделал бы каждый, — она искренне улыбнулась, чем развеяла всю неловкость момента.       Когда все оборудование было в машине, а Кристофер пожелал счастливой дороги и попросил свою жену написать, когда они доедут, Шерил уже пристегивала ремень безопасности, с опаской поглядывая на Тони. Даже имея опыт передвижения с ней, девушка переживала глубоко в душе. Этот страх нельзя было просто взять и выкинуть, он практически всегда был с ней и напоминал о том, какая жизнь — непредсказуемая и несправедливая штука. Но мулатка отлично водила машину, а ее сосредоточенность успокаивала Шерил с каждой минутой всё больше. — Всё нормально? — уточнила Тони, вспоминая, как утром у рыжеволосой дрожали руки от страха. — Если не считать, что мой муж снова отодвинул меня от решения вопросов бизнеса, то всё в порядке, — она недовольно вздохнула и отвела глаза на дорогу, вдоль которой стояли деревья с пожелтевшими листьями, — и так происходит всегда! Понимаете? Когда мой отец был жив, я участвовала в кленовом бизнесе полноценно. У меня есть и опыт, и должное образование. А теперь меня ни во что не ставят. — Думаю, что ваш муж просто переживает и не хочет загружать вас. Знаете, этот стереотип «ты же девушка», — Тони усмехнулась, поглядывая через зеркало за напряженным лицом собеседницы. — Ох, поверьте, с этим стереотипом я встречаюсь слишком часто. Это утомляет. Мне хочется больше свободы, хочется заниматься тем, что мне нравится! Раньше моя жизнь была совершенно другой, у меня было всё, — девушка говорила с оттенками отчаяния, которые не ускользали от Топаз, — иногда мне кажется, что я теряю себя, что я просто наблюдаю за чужой жизнью, вот стою в стороне и просто смотрю. И я не знаю, что с этим делать… , — она на несколько секунд замолчала, оценивая всё сказанное в порыве своей минутной слабости, — Простите, меня что-то понесло…тяжелое утро выдалось. — Всё в порядке. Я готова вас выслушать, если нужно, — Шерил отрицательно покачала головой, — а чем вы увлекаетесь, если не секрет? — Пишу картины и иногда прозу, — внезапно рыжеволосой захотелось рассказать как можно больше, словно Тони должна была стать главным ценителем ее искусства, — я предпочитаю портреты. Люблю рассматривать мелкие черты лица. Ну, а в прозе я выражаю свои чувства, изредка это выливается в небольшие рассказы. — Вы рисуете на заказ? — Тони была очень удивлена от такой речи. Она ожидала каких-то увлечений по типу спорта или игры на фортепиано. Но точно не искусство. — Нет. Да и сейчас я практически не рисую, — с грустью отвечала рыжеволосая, — просто так сложилось, практически нет времени и вдохновения, — она врала как и всегда, так же как брату и матери. Было ведь время, его было даже слишком много, только постоянные упреки и запреты отбивали охоту брать кисти и карандаши в руки. Лишь изредка в дни затишья в скетчбуке появлялись лица прохожих, внешность которых врезалась в память. — Нехватка времени — главная проблема всего человечества, — хмыкнула Топаз, — почему тогда в сутках не сделают больше часов, мы бы всё успевали. — Тоже задаюсь этим вопросом, — в ответ улыбнулась Блоссом. Разговор был прерван песней, которая заиграла из радио, привлекая внимание девушек. (The Lost Song — The Cat Empire) — Вы не против, если я сделаю громче? — неуверенно спросила Топаз. — Не буду возражать. — Я обожаю эту песню, в ней прекрасно всё, — Тони уже кивала головой в такт, при этом неотрывно глядя на дорогу и придерживаясь нужной скорости, ведь навязчивая мысль, что девушка рядом всё еще испытывает страх, не покидала ее ни на секунду. — Я бы описала этой песней всю свою жизнь. Такая же незавершенная и потерянная, — на губах снова заиграла грустная ухмылка, что не на шутку напугало Тони. Она прекрасно слышала каждый раз интонацию и видела мимику девушки, она с точностью могла определить, что у той в жизни не было всё так сладко, как в кленовом сиропе, который они так прекрасно рекламировали сегодня. Но мулатка не могла просто так взять и задавать вопросы, касающиеся личной жизни Блоссом, она не была ей близкой подругой. Она вообще не до конца осознавала, кем они приходились друг другу в данную минуту. — Что бы там не случилось, вы всё в силах исправить. Как говорится, никогда не поздно послать всё к черту. Согласны? — Возможно…       Разговор пришел на этот раз в тупик, девушки просто вслушивались в слова песни, находя такой нужный смысл. Музыка была еще одним важным компонентом в жизни Шерил, она могла слушать ее целыми днями. Некоторые песни особенно западали в ее израненную душу, как та, что лилась из радио и ласкала слух в этой поездке. Карие глаза устало смотрели через стекло, подмечая хмурую погоду. Такую же хмурую, как и вся ее жизнь. Блоссом резко захотелось заплакать от осознания, насколько всё идет не так, как хотелось бы, насколько она не выполнила свой предначертанный план. На уровне подсознания она точно знала, что Тони не стала бы ее осуждать или насмехаться, она бы отнеслась к ее слезам и проблемам, как к чему-то очень важному, точно постаралась бы дать несколько советов. Шерил терялась в мыслях о том, было ли это убеждение навеяно природным обаянием мулатки или было всего лишь плодом ее воображение, так сказать желаемым, которое хотелось выдать за действительное. Но проверять рыжеволосая точно не собиралась: какая же она Блоссом, если распустит сопли на второй же встрече? — Шерил, — тихо позвала Топаз, отрывая одну руку от руля и слегка касаясь плеча своей спутницы, — проблема точно только во времени? — Что? — Блоссом сначала не поняла, о чем вообще идет речь, а когда в голове выстроилась логическая цепочка, на ее лице отобразилось возмущение, — Антуанетта, вы считаете… — Ладно, поняла, извините. Это было неуместно, — она так же быстро убрала и руку, покрепче сжимая руль. Она ненавидела себя за такие странные порывы залезть в душу человеку. Но в случае с этой загадочной богатой наследницей именно этого хотелось больше всего. (The Lost Song — The Cat Empire off)       Неловко прокашлявшись, розоволосая спросила: — Вы всё ещё не против, если я заеду в закусочную буквально на пять минут? — она мельком глянула на свою клиентку, которая, казалось, глубоко задумалась. — Шерил? — ей пришлось вновь на пару секунд оторвать руку от руля, дабы коснуться запястья спутницы, которая, к слову, испугалась такого действия, ведь её словно током ударило. — Извините, — тихо сказала она, поворачиваясь к собеседнице. — Что Вы говорили? — казалось, что их диалог строился на извинениях и неловких вопросах, что выглядело забавным со стороны. — Я спросила: не против, если мы заедем на пару минут в закусочную? — машина плавно остановилась у светофора, позволяя Топаз неотрывно смотреть на рыжеволосую, чьи черты лица казались ей безупречными ещё с первой их встречи. — Нет. Мы же обсудили это утром уже. — Вдруг вы передумали, — но Тони заметила, как собеседница отрицательно покачала головой.       Оставшееся время они вновь провели в тишине, которая совершенно не давила и не создавала чувство дискомфорта между девушками, хоть их знакомство и произошло лишь пару дней назад.       Спустя какое-то время автомобиль остановился у ничем не примечательного кафе с причудливым названием. Тони вышла, пообещав, что вернётся с минуты на минуту, оставляя Блоссом в одиночестве. Сейчас рыжая могла спокойно подумать обо всём, произошедшем с ней за этот день. Очередная фотосессия, на которой ей приходилось притворяться хорошей женой и молча выслушивать замечания от новых владельцев бизнеса, которые были теми ещё сексистами. Это делало ей больно, как и то, что её муж не заступился, хотя мог. Но она не винит его в этом. Он хочет, чтобы его бизнес процветал, а лишние ссоры ни к чему. В голове сразу всплыл образ розововолосой, которая заметив печаль Блоссом, умело заткнула тех мужчин. Она не знала, почему мулатка так сделала. Действительно потому что они мешали съемке или же причина иная?       От мыслей её отвлёк звук закрывающейся двери автомобиля и шуршание пакета. Как оказалось, Топаз изначально сделала себе заказ и заехала только забрать его. Это подтолкнуло Шерил на мысль, что мулатка не раз заезжала сюда за едой. Ей вдруг стало интересно о её предпочтениях в еде. «Что она любит есть на завтрак? А на обед и ужин? Ей нравится мясо или же она вегетарианка?» — вопросы один за одним рождались в рыжей голове, при этом не оставляя места для размышлений на тему, зачем ей эта информация. — Всё нормально? — спросила розововолосая, заметив заинтересованный взгляд на себе. — Да, — тряхнув головой, ответила её спутница. Тони поджала губы и кивнула, вставляя ключ в зажигание. — Я заметила, что Вы уже были в том городке, — вновь решила возобновить диалог фотограф. — Командировки? — Нет, — девушка покачала головой, не сдерживая смешка, — я родом из этого города. Не могу сказать, что безумно его люблю, но с ним у меня много воспоминаний, — задумчиво ответила она, видя перед глазами тысячу картинок из детства. — Надеюсь, хороших? — оторвала её от такого хорошего момента Топаз. — Безусловно, — кивнула рыжая, смотря за тем, как сосредоточено следит за дорогой её собеседница. — На самом деле, их слишком много. Я часто ходила с братом на речку и местную забегаловку. Нам было по-настоящему хорошо и весело вместе. Не так как сейчас. Одиноко, хотя вокруг много людей, — Тони нахмурилась последней фразе, подтверждая свои мысли о том, что эта девушка очень одинока, хотя не хочет показывать это, — Нашу жизнь можно было бы назвать сказкой, ведь мы получали огромную любовь и поддержку от родителей, были самой богатой семьёй в Ривердэйле, что давало большие привилегии, мы имели кучу друзей, которые, как оказалось, дружили не с нами, а с нашими деньгами, — сама того не заметив, начала она рассказывать о своей прошлой жизни, за что мысленно дала себе подзатыльник, когда закончила речь. Это были уже вторые откровения за день, чему Шерил очень удивлялась. Они бы проговорили так еще несколько часов, если бы автомобиль не остановился у ее дома.  — Большое спасибо, — поблагодарила она Тони, — До свидания. — До встречи, — улыбнувшись попрощалась фотограф, но ей чего-то не хватало. Хотелось оттянуть момент разлуки и поговорить ещё немного. Но и это было не под силу. — Шерил, подождите! — выпрыгнула она из машины, когда Блоссом почти зашла в двери многоквартирного дома. Девушка удивлённо повернулась и остановилась. — Я… — пыталась придумать что-то розововолосая, пока собеседница терпеливо ждала, вскинув бровь. — Как Вам удобно будет получить фотографии? — это всё, что она смогла придумать. — Как и в прошлый раз. Я приду к Вам в студию, в пятницу же, тогда и заберу, — ответила она, заметив лёгкую улыбку на губах мулатки. — Не против? — Ни сколько, — уже дружелюбно улыбнулась Топаз. — Увидимся, — ответом ей послужил кивок.