Пыльная буря / sandstorm

Эта совершенно вопиющая ситуация давала Кайло Рену право в полной мере задействовать полномочия Блюстителя. Он мог забрать контроль над форпостом, посадить Рей под замок, допросить каждого жителя и выяснить, кто ей помогал, кто подстрекал. По крайней мере Платт-то уж точно был в курсе. Теперь, узнав всё, Кайло понимал, сколь ненадёжна маскировка, в основном зависевшая от того, что никто из селян не видел воочию человека с двумя X-хромосомами как минимум полтора десятка лет. Рей совсем не походила на ту нежную, податливую, роскошную женщину из симулятора виртуальной реальности. Она была жилистой, закалённой работой, плавность её форм не бросалась в глаза. После отчаянно необходимого душа он лежал в своей постели, думал об аккуратных выпуклостях её грудей, и от одного лишь воспоминания об этом лицо вспыхнуло, а в районе таза ворохнулось нечто давно отринутое. Он перевернулся на живот и зарылся лицом в подушку. Он не знал, вернётся ли Рей в Нимо после их неожиданной встречи. Думал, она может сбежать в ночи и никогда не возвратиться. Это было бы разумно. Однако на тот случай, если она всё-таки покажется, он просидел половину утра на скамье подле ангара, изнывая от жары. Дюны, казалось, шевелились, расплывались вдали, но он не сводил взгляда с той части пейзажа, откуда обычно появлялась Рей. И вот он увидел её — просто фигурку в белом на бордовом вездеходе, что петляла меж песчаных холмов, стараясь не попадаться на глаза. Наконец она остановила пескоход в его поле зрения, затем поправила нечто вроде циферблата на боку очков. И он знал, откуда-то он знал, что она тоже его заметила. Он встал, тем самым давая понять, что видит её. Она по-прежнему была не более чем пятнышком вдалеке, но в прошедшие дни он много наблюдал за ней, поэтому мог представить, как она сидит на вездеходе, напрягшись всем телом, готовая чуть что тут же умчаться прочь. Кайло просто развернулся и зашёл в ангар. Через несколько минут он услышал, как снаружи зарокотал, а затем смолк её транспорт. Ещё минута прошла в тишине, пока Рей, видимо, сомневалась и соображала, как себя с ним вести. Кайло не торопил её; он сделал вид, что поглощён работой над Усмирителем, хотя и сложно было найти более увлекательный предмет для раздумий, чем загадка женщины, стоявшей всего в нескольких шагах от него. Даже подойдя к нему, она держалась на расстоянии. Голос её вновь был низким, когда она заговорила. — Ты не задержал меня. — Нет. Больше она ничего не сказала. Он обернулся и увидел, что её лицо полностью закрыто и она, чуть склонив набок голову, наблюдает. В итоге она кивнула и пошла заниматься своими делами.

***

Через день отговорки, почему надо задержаться в Нимо, были окончательно исчерпаны. Он решил, что нужно тщательнее присматривать за своим добром, и в итоге перестал выходить на улицу, ограничившись снятым номером и баром. В его вещах на Усмирителе эти люди однажды уже покопались, и нельзя было допустить, чтобы сохран-пакет — доказательство — обнаружили. Это приведёт к вопросам, на которые ему не хотелось отвечать. Некоторое время он забавлялся с настройками симулятора виртуальной реальности. Оказалось, женщине в нём необязательно было быть пышногрудой и белокурой. Теперь, когда он включил симулятор, то увидел брюнетку с жёлтыми, будто кошачьими, глазами. Занятно. Взяв джойстик, он принялся перебирать опции, пока не добился желаемых параметров: маленькая грудь, каштановые с рыжинкой волосы, ореховые глаза, россыпь веснушек на носу. Меню машины сулило 34 языка и 72 акцента — среди них не трудно оказалось найти голос, похожий на тот, что хотелось услышать. На этот раз он откинулся на спинку кресла и стал ждать, что будет дальше. Женщина его мечты поприветствовала его с меховой подстилки, тихонько поманила. Он не отвечал — роль у него была другая. Он должен был вести себя безучастно, а она — искушать. Кайло наблюдал, как она перекатилась на спину, провела ладонями по мягким холмикам грудей, по голому животу. Затем она перевернулась ещё раз, приподняла и скрестила голени, продолжая вести с ним безответный диалог. Ему было немного не по себе (соблазнительные движения не очень-то вязались с этим телом), но не до такой степени, чтобы перестать смотреть. Когда она поднялась со своего ложа и неторопливо пошла к месту, где он сидел, симулятор застыл и запросил ещё одну монету. Кайло зарычал с досады. — Рен. Ага, вот и голос. Кайло прищурился, посчитав, что воспроизведение возобновилось само собой, но тут голос зазвучал вновь, и на этот раз более требовательно: — Рен. С колотящимся сердцем он снял с головы шлем с экраном. Перед ним, уперев руки в бока, стояла настоящая Рей; очки и шарф скрывали лицо. — Ты всё ещё меня не задержал. Наверное, он покраснел, но всё равно постарался сохранить самообладание. Боковым зрением он заметил, что Платт исподволь наблюдает за ними. — Нет, — ответил он. — Хм. Кайло посмотрел на неё. Больше он ничего не сказал, и это явно ещё сильнее её озадачило. Он не знал, какие эмоции сейчас отражались в её лице, но поза была напряжённой, а руки опущенными. — Прекрасно, — сказала она. — Тогда это твоя забота. Он пожал плечами. Карой за незаконное укрывательство женщины была тюрьма — либо смерть. Но его всё это не особо беспокоило. — Не будет никаких забот, если только ты не собираешься рассказать всему посёлку. Рей фыркнула и пошла к бару. Кайло, слегка смущённый (она ведь наверняка знала весь сюжет симулятора), стал подгонять по себе ремень шлема. То, что руки были заняты, позволило продолжить украдкой поглядывать на неё, и он заметил, что она дважды посмотрела в его сторону.

***

Следующим днём, едва минул полдень, ветер начал крепчать. Ропот недовольства зазвучал средь нимских обитателей, которые ощущали приближение бури, даже не сверяясь со своими метеоприборами. Те, кто пребывал в городишке постоянно, отправились по домам пораньше. Транзитники же, включая Кайло, укрылись в гостинице. — Сильная будет буря, — сказал Платт Кайло, протягивая ставшее уже привычным послеобеденное пиво. — Надеюсь, быстро уберётся отсюда. Утром уже будет чисто. Кайло кивнул и отхлебнул из бокала. За свою жизнь он несколько раз попадал в пыльные бури, но мало что мог сказать, чтобы поддержать разговор. Платт посмотрел на него и проговорил: — Уверен, вам не терпится сняться в дорогу. Что-то в его тоне вдруг привлекло внимание Кайло, и он покосился на Платта. Ну ясное дело, Платт был как на иголках. Он вот уже несколько дней знал, что Кайло в курсе его преступной схемы, с помощью которой он разводил клиентов, а в частности одного из личных Блюстителей Великого лидера. И также он, скорей всего, в полной мере осознавал, что за его проступки до сих пор не последовало никакого наказания. Блюстители не славились снисходительностью, так что Платт, должно быть, напряжённо ждал исхода. А поскольку Кайло был занят другим, то не замечал этого раньше. Он открыл было рот, но не успел произнести и слова, потому что с тревожным грохотом распахнулась входная дверь, и оба они обернулись. Это была Рей, она изо всех сил старалась захлопнуть за собой дверь. Ветер мешал ей, зловеще завывая у неё за спиной и занося в бар облачка песчинок. Но она упёрлась каблуками в пол и умудрилась вновь запечатать гостиницу изнутри. — Поезжай-ка ты лучше домой, пацан, — предупредил Платт. — Буря на пороге. — Я понял, — произнесла Рей. Однако вместо того, чтобы последовать мудрому совету, она протопала прямо к Кайло и сказала ему: — Есть разговор. Кайло тут же поднялся со стула и пошёл следом за Рей в незанятый угол бара. Убедившись, что их не подслушают, она сдвинула на лоб очки, стянула со рта шарф и проговорила вполголоса: — Это ведь измена, знаешь ли. — Знаю, — сказал он. Она плотно поджала губы. — Так почему ты ещё этого не сделал? Почему не арестовал меня? — А тебе этого разве хочется? — Нет. — Ну, выглядит так, будто тебе хочется, чтобы я тебя арестовал. — Мне не хочется. Он отвернулся. — Тогда у нас всё прекрасно. Рей открыла рот, закрыла, опять открыла, словно выброшенная на берег рыба. Брови её сдвинулись, ноздри раздулись, отчего нос наморщился, что странным образом казалось милым. Кайло делал вид, что не замечает этого её выражения лица — его очарования. Поразительно, подумалось ему, как в столь малом создании умещается так много эмоций — столько смятения, негодования и гнева. Наконец она сказала: — Я тебя не понимаю, и это сводит меня с ума. Он повернул к ней голову, их взгляды встретились. — Значит, нас таких двое. И тогда Рей сделала нечто неожиданное: она отпрянула. — Что, разве меня так трудно понять? — Да ты же… — Кайло наклонился к ней и понизил голос. — Ты выросла в раю, а потом сбежала. И решила жить здесь. На краю света. — В раю, — проговорила она с усмешкой. — Вот, значит, во что ты веришь. — Эти Дома и есть рай по сравнению с жизнью снаружи. Там есть где спать, и еда по расписанию, и сады. И там абсолютно безопасно. Она скрестила руки на груди. — Абсолютно безопасно? Как ты можешь так говорить? Ты разве не бывал там? Кайло нахмурился и покачал головой. — Нет? Как это «нет»? — удивилась она. — Я видел только стены Эдемского Дома. Никогда не ступал на территорию. Это запрещено. Он наблюдал, как эмоции на её лице молниеносно сменяют одна другую: замешательство, осознание, снова замешательство. А потом она схватила его за руку и потянула куда-то, позабыв, что он гораздо тяжелее её и его не так-то просто сдвинуть с места. — Давай же. — Что? — Не стоит об этом здесь, — сказала она, бросая через плечо взгляд на Платта за барной стойкой, который протирал бокалы и совершенно точно пытался их подслушать. За одним столиком разговаривали двое заезжих, третий с приоткрытым ртом сидел за симулятором виртуальной реальности. Здесь было не место для бесед деликатного характера, тем более для такой, что могла перейти на повышенные тона. — Наверх. Пойдём. Кайло кивнул и дал утащить себя по лестнице, что вела к номерам на втором этаже. И, глядя на стремительно темнеющее небо, он вдруг понял, что, возможно, знает причину, по которой до сих пор не арестовал Рей. Она ему интересна. Быть может, когда любопытство будет удовлетворено, выполнить долг станет проще.