Кризис на Панторе

— Открытым остается лишь один вопрос. Как Вы узнали о покушении? — пухлый панторанец, нацепивший на нос очки, сложил руки замком и наклонился вперед. Попытка скрыть избыточные жировые отложения облегающей одеждой закономерно провалилась: пуговицы жалобно трещали от каждого его движения. Вопрос поставил Рей в ступор. Действительно, как она узнала о похищении? Камеры, установленные в зале, четко засняли момент, когда помощница Чу Каи начала вставать с пистолетом в руках. В том, что убийцей была не Рей, не было никаких сомнений. Однако ее спасительное появление в самый последний момент действительно вызывало вопросы. Не говорить же ей, что она получила информацию от лидера Первого Ордена! — У меня хорошо развита интуиция. Когда я была в зале, я разговаривала с убийцей. Она выронила какую-то ампулу, а я ее подняла и передала ей. Мне хватило времени понять, что внутри был яд. Так как никто не будет носить его с собой каждый день забавы ради, я логично предположила, что она что-то замышляет. Девушка вся тряслась при упоминании имени Председателя, и я сделала вывод, что они связаны. Картинка сложилась у меня в голове несколькими минутами позже, и я поспешила к ложу. — Вы говорили с кем-то в зале? — Да. С Каем Сайнером, — не моргнув, ответила Рей. Мужчина кивнул, сделав себе какие-то пометки. — Очень хорошо. И как Вам удалось пройти через охрану? — поднял он на нее усталый взгляд. — Я увлекалась боевыми искусствами в свое время. Это мой личный стиль боя,— Рей, определенно, научилась хорошо врать. Интересно, с чего бы это? Панторанец кивнул, глядя на нее поверх очков. Затем вновь чиркнул что-то на листке бумаги. — Если никто не подтвердит Вашу информацию, я боюсь, Вам может грозить реальный срок. Сердце Рей упало. — Но камеры! Я невиновна! — ее возмущению не было предела. Где-то там, за затемненными стеклами камеры допроса, стоит Чу Каи, она точно это знает. Неужели эта женщина совсем не имеет чувства благодарности?! — Все это так, но Ваши неожиданные выводы… Мы видим на камерах, что Вы передаете что-то покойной госпоже Церре, а также то, что она трясется в Вашем присутствии. Это вполне походит на… запугивание. Тем более, недавно на счет ее семьи был совершен один крупный перевод, источник которого выяснить не удалось, что также не делает картину лучше. — То есть теперь людей сажают за излишнюю сообразительность? Я глубоко извиняюсь за попытку спасти чью-то жизнь. Когда в вашу спину будет утыкаться пистолет, сделаю все, чтобы не совершить подобной ошибки снова, — огрызнулась Рей. Она понимала, что переходит границы, но ее все начало порядком утомлять. Где чертов Майерс? Или эта лживая вамп-крыса опять решила бросить верного и полезного помощника, едва ветер поменял направление?! В каком мире людей сажают за спасение чьей-то жизни?! — Мисс, это…— начал было раскрасневшийся от подобной угрозы панторанец, но его перебили. Дверь распахнулась. В комнату вошел молодой парнишка лет двадцати, с взлохмаченными черными волосами. Его безупречный черный костюм делал его похожим на какого-то спецагента. — Нет необходимости в этом. У меня есть вся необходимая расследованию информация, и я говорю Вам со всей ответственностью, что эта девушка действительно невиновна, — молодой человек сверкнул холодной, но уверенной улыбкой. Панторанец поправил очки, видимо собираясь спросить, как мальчишка беспрепятственно прошел в комнату для допроса. Выдумав себе ответ, панторанец кивнул. — Заберите ее, — бросил он стражникам. — А Вы, джентльмен, присаживайтесь. Для меня будет радостью работать с Вами. Рей просидела на лавке около часа. Наручники серьезно натерли руки, однако хуже всего было то, что ей нечем было себя занять. Абсолютно. Рей считала мелкие квадратики плитки на полу, выстукивала странный ритм пальцами, пыталась забросить обратно упавшую вниз, на лицо, прядь волос, дуя на нее. Из головы не лез вопрос: кто же такой этот молодой человек? Наконец, он с холодной отработанной улыбкой вышел из кабинета. — Лой, — он протянул ей руку, и Рей, неловко перебарывая тугие наручники, пожала ее в ответ. — Вас должны освободить в течение часа. Рей облегченно вздохнула. В самом деле, будь она героиней какой-нибудь истории, и эта ситуация объяснялась бы весьма просто — «сюжетная броня». То, что ей так везло, было просто невероятным. Рей запнулась на этой мысли. Везло ли?.. — А Вы…— протянула было она, склонив голову набок и, прищурившись, глядя на Лойя. — Моя личность, боюсь, останется для Вас тайной. Однако скажу вот что: один Ваш рыжеволосый друг передает привет. Рей хлопнула глазами в удивлении. Снова Армитаж? Лой тем временем легко и беззаботно растворился в темном коридоре, оставив после себя шлейф недосказанности.

***

— В свете последних событий, вынуждена признать: не осталось сомнений в том, что Первый Орден был виновен в покушении на моего отца, — доверительно сообщила Майеру Чу Каи. Рей стояла в отдалении. Какие чудесные правила: за спасение чьей-то жизни благодарят организацию, а не человека. Спасибо, что не осудили, собственно. — Я чувствую себя обязанной отблагодарить Сопротивление. Насколько я знаю, Вы заинтересованы в ирмите, не так ли? Майерс хищно облизнулся, услышав знакомое слово. Рей почти передернуло. — Ирмит представляет некоторый интерес для Сопротивления, не скрою, — прищурившись, расплылся в улыбке он. Чу Каи холодно кивнула. — Пантора остается нейтральной планетой. Торговля ирмитом будет осуществляться между планетой и обыкновенной фирмой. Однако Орден коварен. От Сопротивления будет требоваться конвоировать суда прямо до верфей. Взамен Пантора закупает Вам готовую продукцию на указанную сумму. Чу Каи протянула бумагу Майерсу, и тот довольно кивнул, увидев цифры. — Одно сопровождение — одна закупка,— Рей краем глаза увидела цифры. Превышает затраты на перевозку, пока это контракт идет в убыток Панторе. — Однако Вы должны понимать: оказавшись в блокаде, Пантора не сможет выполнять свои обязательства перед Сопротивлением. Майерс понятливо закивал. — Сопротивление окажет всю возможную помощь такому ценному союзнику, можете быть уверены! — Пантора — нейтральная планета, — с мягкой улыбкой поправила его Чу Каи. В ее голосе, однако, звенела сталь. — Конечно-конечно, — заверил ее Майерс. — Однако же, что с Орденом? Конвой Сопротивления будет секретом для всех, кроме Ордена. Как Вы справитесь с ним, не развязав полноценную войну? Чу Каи одарила его улыбкой. — Я надеялась, что Сопротивление поможет мне с этим. В конце концов, это выгодно нам обоим. Если Вы найдете, как Орден перевозит на планету оружие и драгоценности для подкупа, то мы отрежем им доступ к планете, я уверена. — Вы считаете, этого достаточно? — По данным моей разведки — более чем, — кивнула Чу Каи. — Как только Орден будет отброшен, Пантора выведет на орбиту бомбы. Чтобы влететь на планету и вылететь с нее, понадобится согласование маршрута с Центром Управления Полетами у нас внизу, на планете. Блокаду Пантора выдержит со своими ресурсами легко. Договор будет подписан только тогда, когда все лазейки Ордена будут перекрыты.

***

Датапад вновь завибрировал, и Рей раздраженно сбросила входящий звонок. Она с громким фырчанием откинулась на спинку кресла, закатывая глаза. Неужели, теперь она нужна Армитажу! А вот он ей — ни капли! Будто в попытке укрепить свою уверенность в этом, Рей пихнула датопад так, что он доехал до края стола, едва не свалившись. Тот что-то раздраженно пробурчал о тридцати пропущены вызовах и, стушевавшись, замолчал. Рей покачала головой, пряча лицо в ладонях. Майерс убьет ее. Что же она делает? Очевидно, что после разговора с Чу Каи приоритетом Сопротивления стало ни что иное, как поиск орденских лазеек. Майерс потратил кучу ее времени, рассказывая, как важно ей найти информацию, обратившись к Армитажу. Или найти что-то компрометирующее самого Армитажа. Рей с раздражением понимала, что ни с той, ни с другой задачей ей не справиться без помощи высших сил. К тому же, она потрясающим образом уничтожала свои шансы на успех, сбрасывая все звонки горе-напарника. Рей откинула голову, безэмоционально глядя в потолок. Он ее раздражал. Несомненно. Армитаж был таким… Рей не могла подобрать нужного слова. Он был таким отвратительно беспринципным, таким отвратительно манипулятивным, но таким, черт возьми, красивым и обаятельным одновременно, что этим раздражал ее только сильнее. А его общение с Чу Каи? Каков лицемер! Не то чтобы ее волновало, как ее союзник проводит время. Просто он играет с Председателем и использует ее. Это ясно как день. Но выглядит таким… счастливым при этом! Так не должно быть! Датапад перестал вибрировать, и Рей перевела на него рассеянный взгляд. Ну и задачку ей подкинули. Кто гарантирует, что Армитаж не попытается устранить ее в любой момент? Как ей привлечь внимание… манипулятора? Внутреннее «я» больно брыкнуло ее, и Рей поняла ответ. Она ни за что не станет впутываться таким образом в интриги Сопротивления.

***

Рей никого не трогала. Она просто сидела за своим столом, хмуро перелистывая отчеты. Ее шумная напарница, готовящаяся к сегодняшней операции, бегала по их общей комнате туда-сюда, готовясь усердно работать: красила глаза, выбирала серьги, приводила в порядок элегантное платье. Иными словами, только из Рей выходил отвратительный телохранитель: она по неопытности всегда брала с собой бластер на такие мероприятия. Вздохнув, девушка зажала уши руками, тяжело выдыхая. Она подняла взгляд на мерцающий экранчик датопада и, встретившись с тонной терминов, переборола желание тихонько заскулить и снова закрыла глаза. Все равно они скоро идут в ресторан. Охранять очередного посла на важном задании: не умереть со скуки на Панторе. Только бы не встретить Армитажа. Послышался звонок в дверь и Рей, воспользовавшись этим, бросила своей напарнице Мари «я открою», выползая из комнаты. Девушка лениво посмотрела в глазок и, не найдя ничего подозрительного, открыла дверь. На пороге оказался небольшой дроид, держащий в руках огромный букет не известных ей цветов. Маленький посетитель протянул цветы Рей, подняв короткие лапки, и, дождавшись, когда она их возьмет, тут же уехал, не оставив никакого послания. Девушка опустила взгляд на букет, который еще растерянно держала в руках. У Мари появился новый друг? Однако спустя секунду Рей обнаружила небольшую карточку, прикрепленную к цветам. «Очаровательной и молчаливой спасительнице чужих жизней.» Рей поджала губы, прикусив внутреннюю сторону щеки. Она не могла понять, от чего себя удерживала больше: улыбки или местного джаккуанского ругательства. Много подумать над этим ей не дали: громкое «ах!», донесшееся сзади нее, вынудило Рей повернуться к восторженно замершей в коридоре Мари. — Рей! Да ты похитительница сердец, я смотрю! — девушка чисто по-детски сложила руки на груди, улыбаясь. — О, нет. Уж с этим я точно никогда, — опередила вопрос напарницы Рей. Мари спрятала улыбку, качая головой. — Почему? Кажется, он очень хочет тебя видеть, — девушка хитро глянула на нее из-под полуопущенных век. — Поверь мне, его рогатая порода хочет чего угодно, но только не этого. Его интерес вообще очень переменчив, — буркнула Рей. — Тем не менее, он имеет привычку появляться везде, куда я иду, так что весьма вероятно, что мы встретимся сегодня вечером. Мари хитро улыбнулась, закусывая губу. — Ну тогда у меня есть отличная идея.

***

Ее понизят до рядового. Именно с такими мыслями Рей влила в себя еще один глоток отличного панторанского вина и с шумом поставила его на стол. Огромное растение, напоминающее отпрыска кактуса и алоэ, загораживало ее и Мари от взглядов большинства посетителей, а потому они могли спокойно болтать, оставаясь незамеченными. — Нет, ну каков нахал! Нет, ну ты видела? — Рей осознавала, что сегодня ее язык не по-детски развязался, но поделать ничего не могла. Повернув голову, она увидела полусонный, но все еще возмущенный кивок Мари. Удовлетворенная, Рей опять вернула взгляд на главную парочку этого вечера: Армитажа и веселящуюся Чу Каи, которая почему-то время от времени оказывалась в его полуобъятиях. — Я же вижу по его поведению: ну не хочет он здесь с ней находиться. Вернее находиться-то может и хочет, но не с ней, — просопела Рей, выглядывая из-за растения. В этот момент это самое «не хочет» проявилось снова: мужчина очаровательно засмеялся над чем-то, а после сделал приглашающий жест рукой, увлекая Чу Каи на танцпол. Мари возмущенно покачала головой, словно не веря своим глазам. — Вот же облысевшая банта, — констатировала факт ее напарница. — А я о чем! Вначале он меня спасает, затем целует, затем снова спасает и даже предлагает работу,— Рей справедливо рассудила, что без контекста история выглядит куда драматичнее однозначнее, — затем приглашает на бал, смотрит на меня, как на первую девушку галактики, а потом… Пшик! И смылся к своей богатенькой стерве! И делает вид, что ему это нравится! И что мне полагается делать? Рей повернула голову к Мари. Ответом ей было нечто сонное и нечленораздельное: ее напарница сидела на диване, откинув голову на стенку и закрыв глаза. Девушка послала ей злую улыбку. — Ах, Мари, ты всегда знаешь, что сказать, — пропела Рей, подняв брови. Мари лишь засопела в ответ. Рей сделала привычное движение рукой, прикрывая глаза и массируя уставшие глазные яблоки. В самом деле, что за разложение в системе, они же вроде сейчас на задании! А она сама-то ведет себя как… неразумный человек. Придумала себе, что Армитажу на нее не все равно, а теперь сидит, дуется. Но, справедливости ради, Чу Каи ведь правда ему не подходит. Что он мог в ней найти? Она же только и делает, что смеется да делает глупости. В самом деле, это он наверное от безнадежности. Рей подняла голову, ища глазами в толпе того самого посла, которого им нужно было охранять, и только сейчас заметила следы туши на своей руке. И надо было Мари ее красить! Девушка возвела глаза к небу: на Джакку она и слышать не слышала о косметике, а тут… Бросив короткий взгляд на Мари, она встала, стараясь не привлекать внимания, и направилась к ближайшему зеркалу. Можно конечно списать все на ее творческое самовыражение, но лучше знать, что творится у тебя на лице. — Леди! Подождите, пожалуйста, — Рей остановилась у двери в полутемный коридор. На нее смотрел зеленокожий родианец. Девушка приветливо кивнула ему, улыбаясь и надеясь, что на ее лице все же нет сущего беспорядка. — Вы выглядели очень грустной, когда сидели за столиком со своей подругой. Не откажете мне в танце? Рей расплылась в улыбке. — Почему бы… — Нет. Рей чуть не вскрикнула от неожиданности, когда сзади нее послышался знакомый голос. Рука Армитажа легла на ее талию, собственнически прижимая девушку к себе. — Боюсь, она обещала этот танец мне, — Рей чуть не поперхнулась вслух. Она подняла взгляд на Армитажа, стоящего в полутьме и даже не обращающего на нее внимания. — Ничего страшного, я готов подождать, — сузил глаза родианец. — Может быть, все же спросим даму? — Она против, — холодно заметил Армитаж. Рей, уже пришедшая в себя после столь быстрой смены обстановки, на этот раз ответила. — А не пойти бы…— начала было она, грозно смотря на мужчину, и тот, к ее удивлению, перевел взгляд на нее. — Нам домой? Отличная идея, дорогая. Я тоже очень устал, — Армитаж повернул голову к родианцу и кивнул ему с мерзко-дружелюбной улыбочкой. — Всего хорошего. С этими словами он увлек Рей вглубь темного коридора, чуть ли не таща за руку. — Ты что. Себе. Позволяешь?! — прошипела Рей, рефлекторно вжав голову в плечи, будто готовясь нанести удар. — Теперь ты решаешь, с кем мне проводить время?! — Ну, мне не понравилось, как он выглядел. Хотела танцевать с некрасивым родианцем? — безэмоционально бросил Армитаж, и Рей вскипела. Она дернула рукой, пытаясь вырваться. — Да ты просто…— ряд джаккуанских ругательств быстро пронесся в ее голове. Выбрать конкретное ей не дал стремительно остановившийся и развернувшийся в ее сторону Армитаж. Рей чуть не влетела в него, но вовремя остановилась. Напарник, бывший или нынешний — не ясно, грозно на нее посмотрел. — Ты много родианцев видела на Панторе? Рей похлопала глазами, не понимая, к чему вопрос. А какая разница, сколько их? — Так вот, родианцы — редкие гости на Панторе. В смерти одного из них, такого зеленокожего, как ты помнишь, тебя недавно обвинили. А знаешь, есть у родианцев одна удивительная черта: они очень мстительные. — О, мой принц на белом спидербайке, ты такой заботливый! — театрально приложила руку к сердцу Рей. — Всегда рядом, чтобы спасти меня. А еще мнительный, как черт! — Ты сама хороша, — Армитаж никак не отреагировал на ее вспышку гнева. Он сложил руки на груди, прислоняясь спиной к стене и глядя на нее этим своим покровительственным взглядом. — Нехорошо дарить танец, уже обещанный другому. Рей похлопала глазами. Понимание пришло быстро: на балу Армитаж заявил, что Рей должна ему танец. — Какая у тебя хорошая память. А помнишь, зал потом оцепили, и я осталась внутри, на месте преступления, и без пропуска? — Да. С кем не бывает? — виновато почесал затылок Армитаж. Рей была раздражена: у нее не получалось больше злиться. Тем не менее, она собрала всю свою волю в кулак и сказала то, чего требовал от нее ее разум. — Ты не имеешь права вот так просто делать, что тебе вздумается… — Да, да, ты права. — Понуро опустил голову Армитаж. — Прости, что вытащил тебя из-под временного ареста и снял подозрения в убийстве. Он печально посмотрел на нее. Рей закатила глаза, скрещивая руки на груди. — Ты невыносим. — Я знаю. Рей глянула на часы: посол уже должен был закончить свое веселое времяпрепровождение. — Знаешь, мне порядком надоели ваши интриги. Куда ни пойди — я вечно под подозрением в страшном и коварном убийстве. Не хочу больше. Армитаж сделал очень понимающее лицо, серьезно кивнул. Глаза его, тем не менее, говорили, что ее временное отстранение от дел будет совершенно не долгим. Посмотрим! — Удачи, Армитаж,— подняла брови девушка. — Досвидание, Рей. Девушка была уверена: он специально выбрал именно такую формулировку.

***

Рей брела между узких улочек куда глаза глядят. Дело приближалось к вечеру. Солнечный свет мягко ложился на безликие стены серых домов, ветер гулял по тесным улочкам, а воздух был влажным, как на побережье. Картину портили разбросанные тут и там отходы. Рей шла, глубоко погрузившись в свои мысли и ничего не замечая на своем пути. За последнюю неделю она пережила столько, сколько ей не доводилось за всю предыдущую жизнь. Сказать, что она была сыта по горло этими интригами — ничего не сказать. Именно поэтому она и нашла способ сбежать из душного штаба в этот вечер, чтобы просто пройтись и побыть наедине с собой. Вдали от ситского Армитажа и неумолимого Сопротивления. Рей нахмурилась, заметив, как из-за бака впереди медленно вышел родианец. Сила великая! Мужчина поигрывал в руке бластером. Девушка остановилась, собравшись изменить свой маршрут, однако, обернувшись, обнаружила за своей спиной двоих преследователей. Ага, Армитаж таки был прав. Один ноль в его пользу. Но ему об этом знать не обязательно. — Вижу, ты наконец попалась, — пропитанный ядом голос заставил ее повернуть голову. Рей встретилась взглядом с вылезшей из-за бака зеленокожей родианкой. Ее черты показались девушке смутно знакомыми. Они встречались после освобождения Рей Армитажем. Тогда она пришла на место, где орденцы запугивали какого-то сентора-родианца, и на месте оказался детектив Ронерс и эта женщина. Тогда Рей приняла ее за напарницу служащего. Сейчас она уже сомневалась в этом. — Добрый вечер, — настороженно ответила Рей, оценивая обстановку. Она потеряла драгоценное время: вокруг нее уже сомкнулось кольцо. — Что-то мне подсказывает, вы не за дружеской беседой. — Хотела посмотреть в глаза убийце моего мужа, — ответила родианка, сжимая в ладони бластер. Рей медленно прикрыла глаза, выдыхая. Конечно. Семья сенатора. — Не того человека Вы нашли, — покачала она головой. — Меня подставили. Я сама спасалась от убийц вашего мужа. — Ронерс знает свое дело. Твои отпечатки на орудии убийства. — Я не… Рей прервала родианка, стремительно поднявшая бластер. Девушка отпрыгнула в сторону, уворачиваясь от выстрела. Потянувшись к Силе, Рей сбила готовившегося стрелять в нее родианца, и наскочила на самого медленного из наемников. Ей нужно было только прорваться. Парой четких ударов она смогла вывести из строя противника, однако допустила фатальную ошибку: к ней подобрались сзади. Противник, достав виброклинок, замахнулся. Рей смогла лишь отпрыгнуть в сторону. Этого было мало. Клинок рассек кожу на боку, войдя в тело на несколько сантиметров, прежде чем девушка успела отбросить Силой противника. Рей вскрикнула от боли, прижимая ладонь левой руки к кровоточащей ране. Она оглянулась, оценивая свое положение. Родианка в ужасе отступала, дрожащей рукой пытаясь прицелиться, а оставшийся, четвертый наемник, уже бежал на нее. Собрав волю в кулак, девушка сбила обоих мощным потоком Силы, а затем, сдержав стон боли, ринулась в лабиринт домов. Каждое движение отдавалось в ней разрывающей болью. Пробежав достаточно, Рей прислонилась к стене, прижимаясь затылком к холодному камню. Она опустила взгляд вниз, отнимая ладонь от пульсирующей раны. Ее кожа была в крови. — Черт! — выругалась сквозь зубы она. Штаб Сопротивления далеко, а она, наивная дура, не взяла с собой комлинк. Чтобы ее не могли найти. Надо же, как вовремя она решила нарушить правила. Рей дохромала до выделяющейся на фоне серой стены двери и забарабанила в нее свободным кулаком. Через пару секунд в глазок посмотрели. — Помогите, — начала было она, но глазок тут же закрылся, а из-за металлической двери послышалось бурчание на инопалетном. Рей со злостью ударила кулаком по двери, однако это ничего не дало. Девушка повернулась, сползая вниз по стене. — Думай, думай…— прошептала она, хватая ртом воздух. Город не такой большой. Она сможет добраться за несколько минут, если будет бежать, до… Рей скривилась. Сила великая, если это намек, то можно было преподнести его более гуманно.

***

Железные дверцы со скрипом отъехали в сторону, явив Рей полутемное помещение. Единственный источник освещения — повисший в воздухе голубоватый экран, за которым, шелестя пальцами по спроецированной на стол клавиатуре, сидел с идеальной осанкой Армитаж. Девушка тяжело оперлось правой рукой на косяк, едва волоча ноги. Левая ладонь зажимала кровоточащую рану. — Ты же не…— Армитаж повернул голову в ее сторону и лицо его окаменело. — Что за черт, Рей? — воскликнул он, одновременно с этим вскакивая с места и чуть ли не бегом направляясь к ней. Рей медленно сползала вниз, отчаянно борясь с пульсирующей болью в ране. Ее спина сгибалась сама собой. — Мне решили…— глухо начала она и неожиданно почувствовала, как руки Армитажа обвили ее, поднимая в воздух. Движение отдало болью в рану, и Рей зашипела. — Вариантов у меня было немного, — пояснил Армитаж, опуская ее на один из опустевших столов. — И как тебя угораздило только… — Семья родианца решила отомстить, — выдавила Рей, прикрывая глаза. Ощущение того, что она в безопасности, медленно заполняло ее, позволяя хоть немного расслабиться. Ей помогут. — Значит, кто-то все же возжелал присоединиться к своему благоверному, — холодно пробормотал Армитаж, быстро раскладывая на соседнем столе содержимое небольшого серого чемоданчика. — Что, я все еще мнительный черт? — не удержался от комментария он. — Всегда находишь лучшее время для словесной перепалки, — прошипела Рей. В следующую секунду из чемоданчика поднялся дроид, чем-то напоминающий летающую тарелку. Подлетев к Рей, он завис в воздухе. Армитаж быстрым движением убрал одежду, закрывшую рану, оголив небольшую часть живота. Дроид принялся сканировать повреждения. Армитаж придвинулся к ней, опираясь рукой на стол возле ее головы. — Так уж и быть, отложим ее на потом, — он сделал паузу. — Дроид обо всем позаботится. Не беспокойся. Проснешься как новенькая. — Проснусь? — пробормотала Рей, нахмурившись. В следующую секунду она почувствовала, как игла протыкает кожу. Последнее, что она помнила — это ощущение чьих-то пальцев на ее щеке.