В полночь ветры не дуют

      Ши Цинсюань пребывал в прекрасном настроении. Он без умолку болтал, обмахивался веером и пытался выпытать у Наследного Принца Сянь Лэ подробности интимной жизни его и Собирателя Цветов под Кровавым Дождём. Принц краснел и отворачивался, пытался уйти в другое русло разговора. Но не тут то было! Ши Цинсюань был напорист и задавал совершенно не приличные вопросы.       — Ну Ваше Высочество! — всплестнул руками демон Ветров. — Так, использовали ли вы свою ленту? Так уж случилось, что в этом вопросе вы поопытнее меня будете! И пусть ныне я тоже демон, в позиции нахожусь такой же, как и вы!       Се Лянь закрыл лицо руками.       — Ваше Превосходительство! Зачем же вы настаиваете на таком деликатном разговоре?       — А что в этом такого? Мы ведь друзья! Я даже могу назвать вас своим лучшим другом, ведь Хэ-сюн теперь мне муж.       Се Лянь, не отрывая рук от лица, пробормотал что-то невразумительное и Ши Цинсюань расхохотался.       — Так все же, Ваше Превосходительство, что же вы от меня хотите?       Ши Цинсюань пожевал губу, возвел глаза к небу и, цокнув языком, сказал:       — Хочу сделать Хэ-сюну на день рождения сюрприз! У нас день рождения в один день, но так уж вышло, что до этого я ничего ему не дарил в его настоящий день рождения. Хочу сделать что-то особенное…       Се Лянь задумчиво потёр точку между бровями и глянул на Ши Цинсюаня:       — И вы хотите разнообразить свою… Кхм… Интимную жизнь?       — Признаться честно, я хотел переспать с Хэ-сюном в своём женском обличии, но такая практика у нас… Не то, чтобы была, я пытался, но Хэ-сюн сказал, чтоб я принял свой истинный облик. Он был так недоволен! Я ещё спросил, его, что женское тело не возбуждает, а он лишь помрачнел и… И ничего не было! — Ши Цинсюань раздосадовано всплеснул руками и тихо фыркнул. — А я же хотел как лучше! Я даже предложил ему, если он не хочет, чтоб мы были разного пола во время соития, чтоб он тоже принял свой женский облик! Я ещё сказал, что мне всегда нравился его женский облик! Он всегда делал себе такую большую грудь! И… — Ши Цинсюань, казалось, совсем не смущался такой темы разговора, зато Се Лянь то краснел, то бледнел и все взмахивал руками, пытаясь остановить словесный поток Ши Цинсюаня. — Ваше Высочество, что с вами? — Демон Ветров захлопал глазами и потянулся ладонью ко лбу Наследного принца. — У вас жар?       Се Лянь замотал головой:       — Ваше Превосходительство, прошу вас, давайте оставим эту тему! Мне кажется, что отличным сюрпризом любимому человеку будет приготовить ему что-нибудь своими руками! Сань Лан всегда рад, когда я ему готовлю!       Ши Цинсюань невольно вздрогнул, поражаясь стойкости желудка Собирателя Цветов под Кровавым Дождём.       — К тому же, господин Черновод любит отведать разных блюд, — закончил свою речь наследный принц Сянь Лэ. — Может быть вам стоит приготовить ему что-нибудь?       Ши Цинсюань задумчиво потёр подбородок.       — Может быть вы и правы, Ваше Высочество. Думаю, мне стоит попробовать! — лицо Повелителя Ветров расплылось в улыбке. — О, я достал хорошего вина! Не желаете выпить?

*

      Утром Ши Цинсюань оккупировал кухню во дворце Чёрных Вод и ни в какую не желал оттуда выходить. Он закрылся там и, когда возмущенный Хэ Сюань попытался пройти в свое излюбленное место во дворце, Ши Цинсюань совершенно бессовестно потребовал его назвать пароль.       — Какой ещё пароль?! — возмутился Хэ Сюань, слыша звонкий смех супруга.       Ши Цинсюань слышал, что Чёрное бедствие ещё какое-то время топтался под дверью, но потом, видимо сдавшись, ушёл. Ши Цинсюань облегченно вздохнул и снова взялся за рисовую муку.       Катать эти несчастные маленькие мясные колобочки и заворачивать их в тесто, было делом совершенно нелегким! И как хорошо, что в его гардеробе остались одежды, запачкать которые было не жалко! Ши Цинсюань весь испачкался в муке и теперь сам был похож на то «произведение искусства», которое он тщательно вылепливал.       И как Его Высочеству нравится готовить? Готовка — это адский труд! Но что не сделаешь ради любимого человека?       Ши Цинсюань обещал Хэ Сюаню, что он не будет звать никого, даже Наследного принца Сянь Лэ, на свой день рождения, хотя бы из соображения того, что день рождения в этот день у них (Черновода и демона Ветров) обоих.       Отказываться от мысли попробовать что-то новенькое в постели, Ши Цинсюань, все же, не стал. И решил соединить совет Се Ляня со своими собственными желаниями. Обед — днем, а потом что-нибудь интересное вечером.       Ши Цинсюань желал, чтобы этот день вышел волшебным. Он хотел сделать для Хэ Сюаня лучший день рождения! А сам, признаться, на подарки и не рассчитывал. За сотню лет отвык.       Когда с готовкой было покончено, Демон Ветров оглядел кухню, которая теперь выглядела так, словно в ней побывали разом генералы Наньян и Сюанчжэнь, решившие помериться силами («Зато перемирия их, которые я один раз случайно застал, всегда были не менее разрушительными и громкими… И как остальные этого не замечали?!»). Но зато на блюде возвышалась горка кулинарных шедевров Ши Цинсюаня. И Повелитель Ветров, право слово, надеялся, что его готовка не произведет на Черновода такое же впечатление, как стряпня Наследного принца Сянь Лэ.       Ши Цинсюань внес блюдо в столовую и поспешил переодеться, прежде чем звать Хэ Сюаня к столу.

*

      Хэ Сюань исчез.       Ши Цинсюань носился по острову Черных Вод как сумасшедший, искал Черного Демона везде, но он как сквозь землю провалился. И еще, как назло, не отвечал в сети духовного общения! Это вообще, как понимать?! Ши Цинсюань тут старается, а эта…эта…эта рыбина неблагодарная просто берет и ретируется не знамо куда?!       Ши Цинсюань уже был готов высказать в сети духовного общения Хэ Сюаню все, что о нем думает и хорошего, и плохого, и всякого, как ветер любезно шепнул своему повелителю о том, что Черновод вернулся.       Повелитель Ветров тот час же ринулся встречать своего супруга, да только, завидев вдали красные одежды, затормозил и навострил уши.       — Ты хочешь подарить ему эту безделушку? — Хуа Чэн, кажется, в открытую насмехался.       — Во-первых, эта безделушка стоит столько, что мне на тебя еще работать и работать, во-вторых, она тебе не нужна, в-третьих он любит такие вещи, так что заткнись и просто отдай её мне, — фыркает в ответ Хэ Сюань.       — Черновод, рыба ты, безмозглая! Какая романтика в этом подарке?       — Он будет рад ему, на этом все.       — Он будет рад всему, что ты не подаришь.       — О, неужели, великий знаток любви, Кровавый Дождь, решил давать советы в любви? Без тебя знаю. Какого гуя ты вообще сюда приперся?       — Лично вручить тебе эту вещицу, — Хуа Чэн хлопает Хэ Сюаня по плечу. — Ну, бывай, романтик.       Хэ Сюань процедил сквозь зубы несколько особо «лестных» фраз в сторону Хуа Чэна и посмотрел на вазу в своих руках.       Ваза, украшенная золотом и жемчугом, с витыми узорами, она была похожа на все те вазы, которые Ши Цинсюань так любил, будучи небожителем. Только эта ваза отличалась от всех остальных. Она была закрыта крышкой, очень плотно. Говорили, что в этой вазе заточен один из четырех ветров. Цинсюаню этот подарок подойдет как нельзя лучше. Только он сможет подчинить этот ветер.       — Цинсюань, я знаю, что ты рядом, — вздыхает Хэ Сюань и Ши Цинсюань тут же оказывается рядом с демоном черных вод.       Повелитель Ветров обнимает Черновода, ластится к нему и радостно вещает:       — С днем рождения, Хэ-сюн! Я кое-что приготовил специально для тебя! Попробуешь?       Хэ Сюань кивает и наклоняется к губам Ши Цинсюаня, а когда отстраняется, то облизывает губы и произносит:       — Вкусно.       — Хэ-сюн, но я приготовил совсем не это! Хэ-сюн, то, что я приготовил, ждет в столовой! Или, — Ши Цинсюань оголил ключицу. — Ты хочешь отведать другого блюда?       — Нет. Сначала еда.       — Ха-ха, я так и думал! Хэ-сюн совсем меня не ценит!       Хэ Сюань прищурился, а после протянул вазу в руки Демону Ветров.       — С днем рождения, Цинсюань.       Повелитель Ветров как завороженный рассматривал вазу.       — Это… это то, о чем я думаю? Хэ-сюн! — Ши Цинсюань покачал головой. — Где же ты достал такой артефакт? Вернее, он же очень-очень редкий и…       Хэ Сюань с легкой, едва заметной, улыбкой наблюдал за реакцией Ши Цинсюаня.       — Не важно, главное, что тебе нравится.       — Знаешь, Хэ-сюн, ты сделал мне куда более ценный подарок, чем эта ваза! — вдруг сказал Ши Цинсюань, поднимая взгляд на Хэ Сюаня.       — Какой же?       — Твой прах. И, знаешь, когда я чинил шпильку, вплетая в нее свой прах и делая из одной две, то я и подумать не мог, что… что ты будешь носить тоже… Ну, в волосах. Я счастлив.       Хэ Сюань лишь кивнул, чуть нахмурив брови. Вероятно, о чем-то задумавшись.       Зато Ши Цинсюань вновь оживился.       — Ну же, Хэ-сюн! Хэ-сюн! Скорее, теперь в столовую! Я хочу, чтобы ты попробовал то, что я приготовил! А потом… — Демон Ветров улыбнулся и в его глазах сверкнули огоньки озорства.

*

      Черновод съел все очень быстро. Смотря на то, как Демон Черных Вод поглощает то, что приготовил Ши Цинсюань лично, было так упоительно и волнующе, что Демон Ветров не мог усидеть на месте. Он то подскакивал на месте, то ерзал на стуле, то вовсе спрашивал у Черного Бедствия, вкусно ли, причем это все сопровождалось нервными смешками.       Хэ Сюань отложил палочки и посмотрел на Ши Цинсюаня.       — Вкусно. Приготовишь еще?       Глаза Ши Цинсюаня загорелись:       — Хэ-сюн, тебе и правда понравилось то, что я приготовил?!       — Угу.       — Хэ-сюн! Я так тебя люблю! — Ши Цинсюань с таким порывом обнял Хэ Сюаня, что последний случайно ли, или нарочно, не удержал равновесия и два демона рухнули на пол.       — Я тоже тебя люблю.       Ши Цинсюань приподнялся на локтях и заглянул в золотые глаза Демона Черных вод. Эти золотые глаза когда-то пленили Ши Цинсюаня и теперь бывший небожитель оставался навсегда в их плену. А он и против-то не был.       Ши Цинсюань уселся на бедра к Хэ Сюаню и чуть поерзал, широко и игриво улыбаясь.       — Хэ-сюн, а не хочешь попробовать десерт? Я бы хотел предоставить тебе особый десерт! Все на твой вкус!       — Сегодня и твой день рождения тоже, — напомнил Хэ Сюань.       — Тогда сначала на твой вкус, а потом… потом хочу тебя в женском облике! И я буду в женском! Хочу, чтобы ты взял меня, когда будешь девушкой! Обожаю твою грудь! Хэ-сюн, скажи, а моя грудь тебе нравится?       — Ты мне любой нравишься. Но настоящий больше всего.       — Хэ-сюн! Тебя настоящего я тоже люблю больше всего, но нужно же иногда вносить разнообразие! — всплеснул руками Ши Цинсюань.       — И за что мне такой несносный супруг достался?..