To die of love is to live it.

- Что скажешь, Хатун? - спросила Кесем после очередного осмотра, сев на кровать, - всё сильно плохо? - Госпожа, на самом деле, всё лучше, чем я думала. Вы быстро идёте на поправку, но всё-таки для вашего полного выздоровления я буду готовить вам специальные отвары. Вам нужно будет их пить каждый раз перед едой, - ответила Гюльнихаль, собирая свои вещи и спеша покинуть покои, - завтра они уже будут готовы, - напоследок сказала и, склонив голову, вышла, а после неё к Госпоже зашёл Хаджи Ага. - Госпожа, что вам сказала Хатун? - Ничего такого, Хаджи. Моё состояние уже лучше. Зови девушек. - Как прикажете, - вышел в коридор, - девушки, не толпитесь! Заходите! Через полчаса Госпожа уже была готова вновь освещать этот тусклый мир своей красотой. Расположилась на мягких подушках и завтракала так спокойно, казалось бы, в последний раз. Конечно, ведь со следующего дня придётся принимать лекарства, не самое приятное дело. Закончив с трапезой, пожелала остаться одной и выйти в сад дворца Манисы, который явно нуждается в уходе, нежели сад во дворце Топкапы, за которым Султанша ухаживала ежедневно. Была сильно увлечена работой и отошла достаточно далеко и не слышала голоса около ворот дворца. - Госпожа изволила работать в саду, Гюльнихаль Хатун. Она велела не беспокоить, лучше уходи, занимайся своими делами, - голос явно принадлежал Хаджи. На его слова собеседница раздражительно шикнула. - Хаджи Ага, что я тебе говорила? Мы не должны оставлять Госпожу одну. А если ей хуже станет? А если сознание потеряет? Хотя бы из далека нужно следить за ней. - Но это же не значит, что нужно следить за ней всё время! Угомонись и иди к себе! - достаточно громко сказал, что не осталось не замеченным. - Хаджи Ага! Гюльнихаль Хатун! - окликнула обоих, на что они подошли к ней, виновато опустив головы, - я же просила оставить меня одну! - Госпожа, простите меня пожалуйста. Гюльнихаль Хатун требует быть рядом с вами. Я ей говорил про ваш приказ, но она и слушать не хочет, - бросил презрительный взгляд в сторону девушки. - Госпожа, я очень волнуюсь за вас. Вы только встали на ноги. Не дай Аллах вам станет хуже, - заговорила, на что получила улыбку от Султанши. - Гюльнихаль, не переживай, со мной рядом будет Мелеки. Ступай, если вдруг что-то случится, я тебя позову, - Кесем махнула рукой, показывая, чтобы ей дали немного личного пространства и оставили её одну и Хаджи с Гюльнихаль покорно удалились. - Я же тебе говорил, что Валиде Султан не потерпит, когда её приказы не выполняют, - сказал с победой ухмылкой евнух, когда они миновали коридоры дворца. - Как будто тебе совсем не жалко здоровье Султанши, от чего ты так говоришь, - совершенно спокойно отвечала на его дерзость, пытаясь немного задеть и подшутить. - Да что ты знаешь обо мне? Я переживаю за Валиде Султан больше всех. Только я могу понять её истинную боль и как-то помочь. - Тогда и сам будешь решать, как вывести из её организма яд, так? Когда ты уже поймёшь, Ага, что я не несу с собой зла и так же, как и ты, хочу помочь Кесем Султан, - договорила и вошла в свои покои. ___ Совет Дивана ___ - Повелитель, - осмелился первым говорить Великий Визирь - Абаза-Мехмед Паша, - поступили новости из наших провинций, которые граничат с Сефевидами. Предатели собирают войска и планируют перейти в наступление очень скоро. - Нельзя дать этому случиться, - получил поддержку от Силахтара, - Повелитель, следует немедленно послать туда войско с достойным главнокомандующим. - Я думаю об этом. Нужно усилить наши границы, но кого мне из вас послать? Почти все вы нужны в столице и в других провинциях, - размышлял Падишах. Кеманкеш же, осознавая, что это идеальная возможность покинуть Стамбул, решил предложить себя в качестве главнокомандующего. - Повелитель, с вашего позволения, я мог бы контролировать войско. - Благодарю, Кеманкеш. Тогда я предупрежу солдат, которые находятся на границе с врагами и через неделю ты выезжаешь. На этом заседание закончено. - Кеманкеш, я всё не пойму, почему ты так стремишься выделиться перед Повелителем? У тебя, если ты не забыл, есть жена, - подошёл к нему Силахтар. - К чему тебе это, Силахтар? Поверь, не твоё дело, - достаточно дерзко ответил и уже хотел идти, но тот схватил его за руку. - Это из-за Кесем Султан? - сказал тихо, дабы их никто не услышал. - Опять же, не твоё дело, - отдёрнул руку и поспешил уйти. - Значит всё-таки из-за Кесем Султан, - прошептал сам себе и также пошёл своей дорогой. Кеманкеш вернулся в свои покои, думая, писать ли письмо Кесем о том, что он заедет к ней в Манису или нет? В конечном итоге было решено ничего ей не писать и приехать неожиданно, чтобы устроить приятный сюрприз возлюбленной. А поскольку до выезда оставалась ещё неделя, Мустафа решил особо не возвращаться домой, лишь бы не пересекаться с Нергес... ___ Через неделю. Маниса. ___ - Госпожа, вы меня звали? - спросила Гюльнихаль, придя в сад к Кесем Султан. - Да, Гюльнихаль, я решила завтракать в саду, не желаешь присоединиться? - Султанша улыбнулась и указала рукой на место за столом. - Госпожа, как я смею. Я не имею права, - замялась, но, заметив её настойчивый взгляд, склонив голову, села на место, - Госпожа, вы выпили лекарство, которое я вам дала? - Оно тут, не переживай, - показала на дорогой стакан и медленно выпила содержимое, а после обе приступили к еде. Стол был накрыт весьма скромно. Султанша сама не любила большие приёмы пищи, поэтому и ограничивалась маленькими единственными порциями. - Госпожа, я хотела узнать, как вы себя чувствуете после приёма отваров? - в процессе трапезы поинтересовалась Хатун. - Я не буду тебе врать. Сначала всё было просто прекрасно. У чувствовала себя потрясающе. Но сейчас, как будто всё возвращается. Постоянные головокружения, тошнота, теперь ещё резкие перепады настроения, - ответила, пустив печальный вздох. - Это очень странно, - отложила еду на совсем, - у вас ничего не должно было быть никаких побочных эффектов, но видимо, у вас что-то кроме отравления. Что-то, что не даёт яду просто выйти из организма. С вашего позволения, я вас осмотрю. Нужно узнать, что это. - Хорошо, как скажешь, - завтракать они закончили молча, не найдя больше тем для разговоров. После же, Гюльнихаль ушла в свою комнату за вещами, которые ей нужны, затем сразу же поспешила в главные покои. *** - Скажи, всё плохо, да? - спросила с некой надеждой в глазах, когда лекарша уже собирала всё и протирала руки белой тряпкой. - Госпожа, всё всегда возможно исправить, - отвечала, не смотря на Госпожу, - перед тем, как я скажу, что с вами, я хочу задать вам один вопрос, - из-за волнения набрала в лёгкие побольше воздуха, а потом продолжила, - Госпожа, вы... были близки с Кеманкешем Пашой? Прошу, скажите мне правду, - вопрос явно поставил Кесем в неловкое положение, но поскольку та знала о запретной любви Султанши и Паши, врать она не видела смысла. - Да, - первое, что смогла произнести, а после небольшой паузы продолжила, - да, я была близка с ним около двух-трёх месяцев назад. К чему это вообще? - Ну что же, Госпожа, поздравляю. Вы беременны, - с нескрываемой радостью на лице сказала. Повисло молчание. Удивление, переросшее в шок, осознание произошедшего, наконец, ощущение собственного счастья и широкая, искренняя улыбка на лице Валиде Султан. - Я правда беременна? - шёпотом спросила, кладя руку на ещё не заметный живот. - Да, Госпожа, про такое грех врать, - покои наполнились громким смехом их хозяйки. Та мигом поднялась с постели, подошла к шкафу и достала оттуда мешочек золотых монет. - Возьми, - протянула его Гюльнихаль, - за то что обрадовала меня такой радостной вестью. - Не стоит, Госпожа. Дай Аллах, малыш родится здоровым. - Аминь. И всё-таки возьми, - пришлось принять подарок и, поблагодарив Султаншу, пошла искать Чичек Хатун. *** Греция. Остров Кефалония. Небольшой дом около леса в маленькой деревушке. Совсем юная девушка сидит перед зеркалом, расчёсывая свои длинные волосы и тщательно рассматривая своё отражение. Молода и невинна. Красива и сердцем, и душой. Кто может быть идеальнее? - Тэрон! - вскрикнула когда увидела парня в своём окне, - разве нельзя в мою комнату войти не через окно?! - Екатерина, ты можешь так не кричать? - сказал почти шёпотом, от чего девчушка притихла, - если я зайду в твою комнату через дверь, то меня увидит матушка и опять заставит работать. А я хотел сегодня с тобой погулять. Пойдём, сестричка, - махнул рукой в свою сторону. - Подожди, я сейчас спущусь. - Нет! - чуть повысил голос, - а то тебя мама заметит. Лучше через окно лезь. - Ты нормальный? Я не полезу! - отвернулась, не желая его слушать. - Ну пожалуйста, сестрёнка. Сегодня будет звездопад и я хочу, чтобы мы посмотрели его вместе. Помнишь? Как в старые добрые времена, - глубоко вздохнув, она всё же повернулась к нему лицом. - Ладно, убедил. - Отлично, давай, - в два счета оба оказались на улице и бегом побежали в сторону моря. Вся деревня хотела увидеть это явление, ради этого многие собрались торговать этим вечером. Всюду были слышны крики жителей, как взрослых, так и маленьких детей. Все выходили на улицу и ждали. Вскоре и брат с сестрой добрались до невысокой стены, из-за которой открывался потрясающий вид на море. - Смотри, сейчас начнётся, - Тэрон указал пальцем в небо и в этот момент пролетела одинокая звезда. И ещё одна. И ещё. Минута и небо было усыпано сверкающими огоньками. - Какая красота! - не могла скрыть свой восторг и смотрела не отрывая глаз. - Екатерина! Тэрон! Я вас везде ищу! - послышался голос за спиной. Нехотя оба оторвали взгляд от звёздного неба и повернулись. - Господин Калхас? - Екатерина была явно удивлена появлению близкого друга матери в столь позднее время, - что-то случилось? - Случилось, - отвечал он, переводя дыхание, - ваша мама при смерти, ей сейчас очень плохо, - девушка тут же, не сказав ни слова, побежала к матери. - Екатерина! Подожди! - брат, как только сообразил, что случилось, побежал вслед за сестрой. Когда те влетели в дом, заметили, что свет в спальне горит. Тут же помчались туда. Там увидели обессиленную мать, которая лежала на кровати и тяжело вздыхала. Екатерина пулей села рядом с ней и пыталась нащупать пульс, в надежде, что ещё не всё потеряно. - Мама, - начала со слезами на глазах, - что с вами случилось? Ещё же утром с вы чувствовали себя прекрасно. - Доченька моя, - хриплым голосом начала женщина, - моя Екатерина. Мой прекрасный, нежный цветочек. Я уже давно умираю. Я не хотела вам говорить, чтобы не расстраивать. Видимо, мой час настал. Я рада, что за эту жизнь смогла выростить таких добрых, смелых, умных и красивых деток. Прошу вас, не бросайте друг друга никогда. Идите всегда вместе, чтобы с вами не случилось. Тэрон, сынок, - обратилась к сыну, который стоял неподалёку от кровати и кое-как сдерживал эмоции, - мой храбрый воин. Защищай сестру. Не позволяй никому её обижать. - Я обещаю, мама, - дал волю слезам, - обещаю, что Екатерину никто и пальцем не посмеет тронуть. - Мои прекрасные, я вас очень люблю. Я верю, что у вас всё будет хорошо, - последнее, что сказала перед тем, как закрыть глаза навсегда. - Мама? - посмотрела на бездыханное тело матери, - Мама! Прошу, не оставляй нас! - уже кричала, дав волю истерике. - Она умерла Екатерина. Она больше не проснётся... *** - Гюльнихаль, - появился едва слышный шёпот, - Гюльнихаль! - от резкого крика, девушка распахнула глаза. - О Аллах, - восстанавливала дыхание, - Чичек, зачем ты меня так пугаешь? - Ты заснула среди бело дня. И ещё... ты плакала во сне. - Ясно, - вытерла остатки слёз, - сколько сейчас времени? - Скоро Султанша будет обедать. - Понятно. Ты принесла ткани, которые я просила? - Да, конечно, они здесь, - указала пальцем на сундуки. - Спасибо, Чичек, - неожиданно встала и быстро вышла из покоев. В коридоре на неё почти сразу налетел Хаджи. - Хаджи, ты чего так суетишься? - спросила, когда тот чуть ли не сбил её. - Хатун, а ты будто не знаешь, - придерзил. - Я правда не знаю. - О Аллах, - шумно выдохнул, - Кеманкеш Паша здесь, - от удивления девушка раскрыла глаза. - Ты серьёзно? - Хаджи утвердительно кивнул, - где он сейчас? - Он шёл к покоям Кесем Султан. ___ ___ "Моя Валиде, дай Аллах у вас всё хорошо и вы идёте на поправку. Без вас и вашего света дворец потерял прежние краски. Мои братья и сестры по вам очень скучают, особенно Касым. Он каждый день спрашивает меня о вашем самочувствии и с нетерпением ждёт, когда вы вернётесь. Но вам не нужно ни за что волноваться. Обстановка как в гареме, так и в государстве хорошая. Гевхерхан хорошо справляется со своими обязанностями и каждую неделю посещает вакф. Мы все вас любим и скучаем. Султан Мурад Хан" Каждая строка всё больше грела душу и заставляла материнское сердце вздохнуть с облегчением. Осознав, что все в порядке, Кесем отложила письмо в сторону и уже было хотела выйти из покоев, как раздался стук в дверь. - Войди, - дверь открылась и внутрь вошёл Кеманкеш. На лице Султанши тут же появилась радостная улыбка. - Мустафа, - прикрикнула и кинулась ему в объятия. - Душа моя, как же я по тебе скучал, - прошептал ей на ухо и оставил поцелуй на макушке. - Ты не представляешь как я, - заглянула ему в глаза, увидев ту самую любовь, которой горела столько времени, и страстно поцеловала его губы, жадно исследуя языком его рот, как в первый раз. - Наконец-то я смог к тебе приехать и вновь увидеть твой прекрасный лик, - Мустафа взял её за руку, сам сел на тахту, а Кесем села к нему на колени, кладя руки ему на плечи, - рассказывай, как ты? - Со мной всё в порядке, не переживай. Гюльнихаль Хатун говорила, что я быстро иду на поправку, - резко вспомнила про радостную новость, - я должна тебе кое-что сказать. - Что такое? - спросил, взяв её руку в свою и нежно поглаживая её тыльную сторону. - Сегодня у нас большая радость случилась, Мустафа, у нашей с тобой любви будет продолжение, - Султанша взяла его руку и положила на свой пока ещё не большой живот, - я беременна, - прошептала с нескрываемой радостью, ожидая реакции возлюбленного. Она прекрасно видела как на его лице меняются эмоции. Первые секунды он просто смотрел на неё и ничего не говорил. Пытался осознать, что это не сон. - Моя прекрасная Госпожа, я так счастлив! - Паша начал покрывать поцелуями лицо и руки любимой, пока та заливалась громким смехом. - Ну всё, прекрати! Хватит! - не прекращая смеяться, говорила. В ответ он лишь крепко прижал её к себе, желая больше никогда не отпускать. Ради этих двух человек он готов на всё. Даже отдать собственную жизнь. - Я верил, я знал, - шептал Кеманкеш, поглаживая свою Госпожу по спине, - я знал, что однажды это случится. Я же говорил, главное верить. - Я верила, Кеманкеш, так же, как и ты. Но осознать мне это всё ещё трудно. - Не волнуйся, тебе нельзя, я тоже только-только осознал- слегка пошутил, на что получил грозный взгляд возлюбленной, - мне завтра придётся уехать, но приезжать я буду к тебе очень часто, - после её глаза заметно погрустнели, - любовь моя, незачем грустить, завтра уеду, а потом снова приеду, обещаю. Я вас никогда не брошу, - чтобы немного успокоить, оставил лёгкий поцелуй на щеке. Она улыбнулась. Эта улыбка - лучшая награда для мужчины. Улыбка его любимой женщины - его стимул жить дальше. - Пообедаешь со мной? - спросила Махпейкер, хотя и знала, что он не сможет ей отказать. - Разумеется, - она встала с его колен и позвала Хаджи, чтобы он приказал подать обед для двоих. *** Возлюбленные расположились на мягких подушках, не желая говорить. Им и без слов было понятно, насколько сильна эта любовь. Еды в этот раз было больше, а лекарств не было. По словам Гюльнихаль, сегодня они не понадобятся, а завтра будут готовы другие отвары. - Постой, ты слишком быстро ешь, - остановил её Мустафа, а она посмотрела на него сердитым взглядом. - Кеманкеш, я вообще-то голодная. Это нормально. Тем более, я беременна, - ответила Кесем и вернулась к еде. - Я о тебе и забочусь. Лишь бы тебе плохо не стало, - та вновь оторвалась от трапезы и недовольно закатила глаза, - к тебе вернулся аппетит и это главное, - пустил смешок и одной рукой обнял Султаншу, а она в свою очередь ухмыльнулась, поцеловав его в щёку. - Так-то, - вернулась к супу. Дальше они сидели молча, пока Кесем не заметила на себе его пленящий взгляд, - что ты на меня так смотришь? - засмущалась и отвернулась. - Я просто не могу тобой налюбоваться, моя красавица, - он взял в руки небольшой кусок мяса из своей тарелки и протянул его ко рту Султанши. Она же с удовольствием съела его и положила голову ему на плечо. *** Вечер. Махпейкер стояла перед зеркалом, расчёсывала свои волосы, то-ли дело представляя, как через несколько месяцев впервые возьмёт своего малыша на руки. - О чём задумалась? - Паша подошёл к ней сзади и положил свои сильные руки на её хрупкие, изящные плечи, слегка их разминая. - Да так, о том, каким будет наш малыш, когда придёт в этот мир, - ответила, смотря на него через зеркало. - Да? И каким он будет? - Не знаю, - грустно пожала плечами. - А я знаю. Он будет таким же красивым и таким же любимым, как его мама, - поцеловал её в висок, а после перешёл поцелуями на шею, немного щекоча её бородой. - Ну не надо. Перестань, - просила, издавая тихий смех, и он отстранился. - Пошли спать, милая. Тебе нужно... - не дав ему закончить, Султанша резко развернулась к нему и впилась в его губы страстным поцелуем. - Я знаю, что мне нужно, поэтому пожалуйста помолчи, - сказала, отстранившись, и повела возлюбленного в сторону большой кровати. Кеманкеш лёг на одну половину, а Махпейкер легла к нему на плечо, параллельно обнимая, - а кого бы ты хотел больше? Мальчика или девочку? - Если честно, я бы хотел, чтобы родилась девочка. Чтобы она была похожа на тебя. С такими же глазками, таким же носиком, такими же губами. Чтобы у неё было всё твоё и я мог видеть в ней тебя, - шептал ей на ухо, проводя рукой по длинным волосам. - А если будет мальчик? - сонно спрашивала с желанием заснуть под его голос. - Если мальчик, то я нисколько не растроюсь. Мне не важно, мальчик будет или девочка. Главное, что родишь этого малыша ты, - спустя пару минут такого монолога, Мустафа услышал сопение любимой женщины. Он чуть привстал и поцеловал в нос, от чего она немного поморщилась и продолжила дальше крепко спать. Он уже тоже хотел было засыпать вместе с ней, но двери покоев осторожно открылись. Внутрь вошла Гюльнихаль. - Паша, я могу с вами поговорить. Это очень важно, - шёпотом сказала и поставила какие-то флакончики на стол рядом с кроватью. - Хорошо, я сейчас подойду, - девушка поклонилась и вышла в коридор, дожидаясь мужчину. Он осторожно встал с постели, боясь потревожить сон возлюбленной и покинул комнату, - что случилось? - Я должна вам сказать. В общем, беременность Султанши на данный момент очень рискованная. Мы ещё не до конца вывели яд, и ещё она мне рассказала про выкидыш, который произошёл несколько месяцев назад. Положение крайне не благоприятное для этой беременности. Я буду делать всё, что в моих силах, но и многое тут зависит от вас. Пожалуйста, приезжайте к ней как можно чаще, пишите письма, что угодно, но не заставляйте её переживать. Или последствия могут быть очень печальными. - Насколько печальными? - насторожился. - Это может быть ещё один выкидыш, гибель ребёнка при родах, которые скорее всего начнутся намного раньше или же, в худшем случае, смерть самой Султанши, упаси Аллах. - Я тебя понял. Делай всё, что нужно, - печально вздохнул и вернулся в покои. Больше он не спал. Он просто лежал гладя свою любовь по голове, переключаясь то на волосы, то на плечи. Самым тяжёлым было осознать, что над его ребёнком и его матерью нависла серьёзная угроза. Угроза для жизни обоих. ___ Война с персами ___ Высокий мужчина шёл в свой шатёр, чтобы подготовиться к новой битве. Только хотел зайти внутрь, как всё тело пронзила острая боль, а глаза стали сами собой закрываться. Где-то издалека были слышны крики предателя. Что-то типо :"Он мёртв! Он наконец-то мёртв! Их лидер мёртв! ". Тот упал на колени и хотел было позвать на помощь, но сил не хватало. Вздохнув в последний раз, он упал замертво...