Wolf in sheep's clothing

Люди ненавидят, как и любят, беспричинно.

— Слушай, Энни, — с каждым её твёрдым шагом песок разлетался в разные стороны, — научишь меня тому приёму, с которым ты так легко повалила Эрена?       В воздухе какое-то время висела гробовая тишина. Казалось, что птицы даже где-то в Стохесе замолкли в этот миг.       Два ледяных взгляда пересеклись. Какая была выгода из этого показательного выступления для каждой из девушек? Может это способ решить то, что они так давно держали в себе? А может это всего лишь спортивный интерес? Сходство равных по силе противников в конечном счёте. — Этот приём предназначен для борьбы против людей, так что не думаю, что он тебе пригодится. Но… Интересно, сработает ли он… на таком чудовище, как ты. — Леонхарт сделала шаг вперёд, вставая в стойку – вытянула оба кулака и поставила сильную ногу вперёд.

***

Днём ранее

      Деревянные половицы, часть которых уже начинала гнить, протяжно громко скрипели. Обычно шум человеческой речи перекрывал шум трухлявых досок, но, в этот раз, в корпусе было невероятно мало людей. Кто-то уже спал, а кто-то все ещё не вернулся с ужина.       Энни подошла к своей кровати, пройдя пару пролетов с койками. Она уже было потянулась снимать куртку, как резко пришло осознание того, что форма осталась у Аккерман. «Пиздец… Почему она мне её сразу не отдала? Забыла?»       Далее, девушка принялась расстегивать верхние ремни чуть выше груди. Она начала медленно стягивать их, стаскивая узлы через каждую руку. Ремни на верхней части тела повисли вниз, нижние узлы удерживали штаны на талии Энн.       Девушка ловко сняла толстовку одним быстрым движением и осталась стоять в белом облегающем топе. На правом боку у девушки была глубокая ссадина. «Блять, и угораздило же меня так неудачно упасть...» Энни слегка коснулась своё царапины, тут же убрав руку. Больно. Не отводя взгляда, она придавила пальцами кожу, пока ссадина не начала кровоточить. — Ты слишком долго возишься. — Микаса взъерошила себе волосы, а затем начала поглаживать их кончиками пальцев. Её взгляд привлекли руки Энни, на которых появилась кровь. — Если ты так отчаянно пытаешься убить себя, так почему не доведешь это дело до конца?       Голос Аккерман заставил Энни остановиться, не поднимая головы, она устремила свой взгляд на эту каменную девушку. Леонхарт не могла рассмотреть выражение её лица – мешала спадающая чёлка, выбившаяся из причёски. Молча, убрав руки от раны, Энни принялась расстегивать ремень на талии. Плюхнувшись на нижнюю койку, Энни стянула с себя сапоги. Каким бы отстраненным не был её внешний вид – слова темноволосой курсантки прочно засели в её голове. «Я бы сначала придушила тебя собственными руками, а затем…» Энни неожиданно застыла на месте, без движения пялясь в одну точку. Спустя пару секунд, она слегка помотала головой, но, подняв голову, увидела перед собой серые, как небо в пасмурный день, глаза. — Минута – и я ухожу без тебя. — взгляд Микасы все также был равнодушен. Как чёртова каменная глыба. — Ну так уходи. Это нужно тебе, а не мне. — Они вдвоём были настолько близко подруга от подруги, что Энни чувствовала теплое дыхание курсантки.       Слова не возымели никакой реакции: Микаса всё так же не переставая смотрела оппонентке в глаза. Энни не уступала ей – уставилась на неё в ответ. «Если отведу взгляд, покажусь ей слабой.» – продолжая пялиться на сокурсницу, думала она. – «Но для меня настоящая пытка, смотреть так долго людям в глаза, особенно ей… Стоп, а почему меня вообще волнует, что она подумает обо мне?»       Энни сконцентрировалась на монологе у себя в голове, стараясь совсем не отстраниться от реальности. В то время Микаса, не разрывая зрительный контакт, начала медленно приближаться к лицу Энни, неспешно проводя указательным пальцем по губному желобку соперницы. — У тебя кровь. Здесь.       Микаса резко поднялась, размяла ноги, после нахождения в неудобном положении.       Энн видела её как титаншу высотой в 4 метра. «Она такая огромная, сильная и… С красивым телом… Насколько часто она тренируется, каждый час?» — Раздевайся быстрее.       В этот момент в пролёте между койками замерли Саша и Конни, разинувшие рты от удивления. Энни резко повернулась в их сторону. — А мы уже уходим! – зачастила Саша, толкая Конни в коридор. – Мы вам не мешаем, и вы нас не трогайте, пожалуйста. Конни! Микаса вопросительно уставилась на них. — Что вы тут вообще делаете? Ваши спальные места в дальнем корпусе. — Д-да? – Конни покраснел до кончиков ушей, — простите! Он подхватил подругу под руку, которая постоянно бормотала себе под нос ругательства: — Я же говорила что нам не сюда, идиот! «Что это так смутило картофельную?»       За секунду до Леонхарт дошло осознание того, как все происходящее выглядит со стороны. Щёки, как у Конни, покраснели, хоть и Энни это не свойственно. — Идём уже.

***

      Середина лета. Вчера был проливной дождь, а сегодня уже выглядывало солнце. Солнечные лучи сильно пекли даже в тени. Хоть девушки и были в открытой одежде, капли пота все равно выступали по всему телу. Они шли в абсолютной тишине и никто не собирался эту тишину нарушать. «Честно сказать, » — размышляла Энни, — «я не шибко понимаю, что ей от меня нужно. Возможно, она узнала про операцию. Если она догадается... Мне придётся убить её. Без колебаний. Правда, труп будет спрятать проблематично.» Девушку опять оторвали от собственных мыслей. — Энни? Пришли.

***

Настоящее время

      Микаса переминала в руке этот ободранный клочок бумаги. Нет, посмотреть, что там за записка, она никак не могла, пока здесь столько людей. Эрен положил руку ей на левое плечо, немного встряхнув её. — Ты какая-то... сама не своя. — Всё хорошо, просто я… — Она замолчала, опять посмотрев на кулак, сжимающий записку. — Нам нужно идти.       Микаса прибавила скорости к своему шагу, шла почти наравне с главнокомандующим Эрвином, нарушая строй. «Вы хотите сказать, что женская особь, находится в корпусе военной полиции?» – командир Найл нешибко верил в это. — Не нужно говорить это здесь, — Эрвин прервал Дока. — такие сведения опасно распространять, когда здесь есть лишние уши, тем более, если догадка разведкорпуса неверна, то... ***       Скрип прошёлся гулом по помещению. Капитаны и главнокомандующий зашли первыми. — Вы втроем – со мной. — Смит кивнул головой в сторону кабинета. Микаса явно колебалась, она не могла отказать, но ей нужно было остаться снаружи. Другого шанса прочитать записку не было.       Как только девушка остановилась, Армин, который заходил последним, заметил это. Он слегка развернулся к ней лицом и бросил вопросительный взгляд, она лишь мотнула головой в ответ. — Командующий Смит, я могу остаться здесь? Эрвин нахмурился. Он уставился на неё, пытаясь прочитать по глазам, что не так. Но, увидев выражение лица курсантки, даже не стал задавать лишних вопросов. — Хорошо.       Дверь захлопнулась. Солдаты разведки, оставшиеся за дверью, облегчённо вздохнули. Кто-то присел на пол, кто-то облокотился об стену. Солдаты военной полиции, которые сопровождали разведкорпус, продолжили стоять неподвижно.       Микаса медленно и осторожно двинулась в сторону одного из солдатов полиции. По нему было видно, что он один из новобранцев. — Проводи меня, пожалуйста, в дамскую комнату. — после своего высказывания, она положила ладонь парню на грудь. Тот быстро отвёл взгляд от девушки, сильно смущаясь. Было видно как он покрылся румянцем. — Х-хорошо, конечно.

***

«Нам нужно встретиться в правом крыле. Я не могу скрывать от тебя то, кем я являюсь. Кажется, пришло время рассказать, что я за волк в овечьей шкуре.»

Твоя Энни Леонхарт.