Зав. общественным мнением и торгпред любви

— И ты не знаешь, как ему сказать? Сев, серьёзно? Тебе 30 лет, не будь как пятиклассник! Возьми и скажи ему всё! — Эдь, легко тебе говорить! «Возьми и скажи». Да я двух слов не могу связать, когда его вижу! — Послушай опытного человека. В таких делах надо действовать быстро и бескомпромиссно. Что чувствуешь, то и говоришь. — Эдик, ну ты не понимаешь. Ну как о таких чувствах говорить вот так в лицо? Это же надо как-то издалека зайти… — Сева, собираешь все свои слова в кулак и чётко говоришь «Федь, так и так, я тебя люблю». Что сложного? — Да ну страшно мне, как ты не понимаешь? Это не так просто, взять и вот так сказать. — Что может быть проще? Сев, ты же уверен в себе? — Конечно. — Ты же королева? — Ну, да. — Ты не сомневаешься в том, что он тебя тоже обожает? — Сомневаюсь, если честно. — И поэтому боишься. — Да. Ну сам подумай, глупо будет: «– Я вас люблю. — Поздравляю, с вас за поездку три двадцать пять.» — Ой, — Эдик встал и начал ходить туда-сюда по подсобке, — просто скажи ему, а там будь, что будет. Не может быть, чтобы ты ему не нравился. — Может, я его приглашу куда-нибудь? Ну, там в кино или в парк погулять… — Ага, а ещё записочку ему напиши и в окно к нему ночью залезь. И серенаду напиши обязательно. На дворе конец двадцатого века! Инициативнее надо быть, настойчивей. Будь современнее! — Эдь, ну это как-то… Ну, а как мне это сделать? — Молча, Сев. Он тебя довозит, вы останавливаетесь, и ты чётко и уверенно, ровным голосом ему в лицо: «Я тебя люблю». — Мерзкий колокольчик над входной дверью звякнул. Эдик выглянул в зал. — Ой! — Развернулся к висящему в подсобке зеркалу, молниеносно причесался. — Стрелки ровные? — Спросил Севу. — Ровные, а кто там? — Да… — Эдик слегка покраснел, — да так. — Вышел в зал. — Здравствуйте, — улыбнулся, стараясь не бегать глазами. — Здравствуйте, — Сева в подсобке узнал голос Вени Лебедева, своего коллеги. — Воду, пожалуйста. — Вот. Что-то вас давно не было, — Эдик улыбнулся, вертя подкову в руках. — Да, ездил в командировку. — Ой, здорово, а куда? — За город, там накрыли наркопритон. Три дня там снимали. Кругом грязь, шприцы, антисанитария, наркоманы с оружием… — Какой ужас! — Сева услышал звук падающей подковы. — Надеюсь, вы не были в опасности? — Нет, что вы, я в полном порядке. Я не позволил бы себе уйти из жизни, не попрощавшись с вами. — Ой, ну что вы… Это… Очень приятно. — Я очень рад вас снова видеть. — Взаимно. Я рад, что вы не пострадали. У вас такая опасная работа! Надеюсь, больше таких командировок не предвидится? — Нет, меня обещали больше не отправлять. Так что я навеки с вами. А… Как ваши дела? — Ой, да ничего интересного. Люди, люди, люди, ещё и вы перестали заходить. Я уже подумал, что… Ну… Что вы обо мне забыли. — Да что вы, как же я могу вас забыть? — Сева в подсобке закатил глаза. — Разве можно забыть о вас? — Это… Спасибо. Вас ещё и по телевизору три дня не было… Уж сегодня вы будете? — Только вечером. Зато завтра все три мои. — Я обязательно посмотрю! — Спасибо, это существенно облегчит мою работу. Ой, ваши стрелки! — Что такое? — Эдик зашарил руками по прилавку в поисках зеркала, — смазались? — Нет-нет, — Веня смотрел ему прямо в глаза, — они очень красивые. Вам очень хорошо с ними. Ну, то есть, вам и без них хорошо, и с ними хорошо, и вообще вы… Вы очень красивый. — Веня опустил глаза. — Спасибо, — выдохнул Эдик, краснея, — вы тоже. И на экране, и вот так… Тет-а-тет. — Спасибо, — Веня тоже улыбнулся. — Эдуард, простите, какие у вас планы на выходные? — Никаких, а что? — Можно позвать вас куда-нибудь? Ну, там в кино или в парк погулять… — Ой, — Эдик застенчиво поправил очки, — я с удовольствием. Вот, — на обратной стороне чека быстро написал два номера, — мой рабочий и домашний. Звоните, когда захотите. Я… Я всегда буду рад вас слышать. — Взаимно. — Эдик облокотился на прилавок, улыбаясь. — Ой, вам не пора? — Хотите, чтобы я ушёл? — Веня совсем не звучал обиженно. — Ой, нет, совершенно не хочу, но ваш эфир, — Эдик показал на часы. — Десять минут! Я побежал. Я загляну к вам вечером, можно? — Конечно! Я… Я буду вас очень ждать. Вениамин! — Веня уже открывал дверь. — Вода-то! — Ой, да, — Веня забрал с прилавка забытую бутылку, — спасибо, я что-то совсем голову потерял. До вечера? — До вечера, — Эдик проводил его глазами через стеклянную дверь, пока он не скрылся за поворотом. Весь светящийся, вернулся к Севе. — Ты знаешь Веню? — Да, он… Бывает тут. — А я-то думаю, куда он каждый перерыв бегает… — Сева старался сдерживать улыбку. — Так… О чём мы говорили? — Обо мне и Феде. — А, да. Чётко и уверенно, ровным голосом ему в лицо. Будь современнее!