Дела семейные

      Роджер Нельсон управлял лавкой зеленщика в Хогсмиде, это был небольшой бизнес, но спрос на свежие продукты из деревни и близлежащей школы заставлял его напряжённо трудиться круглый год. Его жена Рут творила чудеса со счетами, а их тринадцатилетняя дочь Дженни и девятилетний сын Кайл помогали, чем и когда могли. Он только что возвратился из успешной поездки за покупками в самом близком маггловском городе, когда увидел молодого человека в чёрной мантии, что поджидал его у кассы. Когда светловолосый мальчик с заострённым лицом протяжно произнёс, что его бизнес нуждается в защите от тех, кто может причинить вред ему и его сотрудникам, Роджер сначала рассмеялся. Потом, когда он понял, что этот панк был молодым пожирателем смерти, он рассердился и вышвырнул рычащего щенка за двери. Следующим утром он проснулся, обнаружив себя, его жену, сына и дочь в огромной пещере, привязанными к известняковым колоннам перед троном из человеческих костей. *** Утро в ту субботу наступило поздно, и Гарри не мог не заметить, что впервые в своей жизни он просыпается не один. Эта часть ему понравилась. Какой-то части его это очень понравилось. Чудесное слово, «превосходный», как охарактеризовала его Мариэтта, «больше, чем жизнь», — сказала она, прежде чем свернуться калачиком и заснуть долгим утренним сном. Он хотел поцеловать её, уткнуться в неё носом и разбудить наилучшим из возможных способов, когда тихий голос в его голове прошептал «туалет». Он осторожно слез с постели, стараясь не потревожить «Мари», и облегчился. Пока Гарри был в маленькой комнатушке, он подумал, что было бы весьма кстати почистить зубы и прополоскать рот жидкостью для полоскания рта, а затем смахнул утреннюю щетину с подбородка своей палочкой. Он осторожно забрался обратно в постель и прижался к спине своей возлюбленной, она заворковала и прижалась к нему своей стройной попой так, что не могла не заметить, что он проснулся и готов продолжить с того места, где они остановились прошлой ночью, или, скорее, ранним утром. — Хм, побрился. Она крепко поцеловала его. — Свежее дыхание. Перекатившись на спину, она обхватила его голову обеими руками и спросила: — Итак, кто она? — Кто? — Женщина, которая научила тебя быть таким прекрасным любовником. — Гм, её зовут Мариэтта Эджком? — Хорошая попытка, но я не настолько опытна. Гарри погладил её по щеке тыльной стороной ладони и посмотрел на неё глазами, глубокими, как скважины. — Мари, ты — первая женщина, с которой я когда-либо занимался любовью и первая, с кем я провёл ночь. Я кля… — Мариэтта помешала ему произнести волшебную клятву страстным поцелуем. — Если ты сказал правду, значит ты — прирождённый любовник. — Это что-то вроде «мужчины-шлюхи»? — Что ж, — сказала она со злой ухмылкой. — Может быть, но я думаю, что в твоём случае я просто собираюсь держать тебя в башне из слоновой кости и хранить для себя. — Тогда я отращу себе длинные волосы и сменю имя на Рапунцель. Они оба посмеялись над этим и нежно поцеловались, без той настойчивости, которая была в предыдущих случаях. Когда Гарри начал целовать место соединения её шеи и плеча, Мариэтта отстранилась и сказала: — О, нет, ты этого не сделаешь, ты встал и «освежился» для меня, теперь я должна сделать то же самое, кроме того, я думаю, что немного хлюпаю от всех наших «занятий» этим утром. Когда она направилась в ванную, Гарри восхитился её попкой в форме перевёрнутого сердца. Он вскочил с кровати, наложил на простыни очищающее и высушивающее заклинания, застелил кровать, расправив простыни и одеяла, а затем наколдовал розу, чтобы положить на подушку. Ароматическая свеча завершала картину. Затем он присоединился к Мариэтте в крошечном душе, где они доказали, что вдвоём можно принимать душ так же легко, как и одному, если вы очень, очень близки. Гарри оставил Мариэтту в крошечной душевой после долгого сеанса мокрых поцелуев, чтобы она могла вымыть голову; он ждал её в тёмно-зелёном полотенце, обёрнутом вокруг талии, протягивая большое, мягкое, пушистое полотенце того же цвета, чтобы укрыть её, когда она выходила из кабинки. — О, Гарри, если пойдут слухи о том, насколько ты внимателен в постели и вне её, мне придётся купить квиддичную биту. — Чтобы держать меня в узде? — Нет, милый, держать остальных подальше от моего мужчины! — О, так ты заявляешь на меня права? — Ну, если ты не против, то… Гарри развернул девушку и впился в её губы долгим поцелуем. — Никто никогда не хотел меня и не заставлял чувствовать себя таким любимым, как ты сейчас, Мари; конечно, ты можешь заявить на меня права, пока я с тобой. С выражением почти мрачной решимости Мариэтта втащила Гарри в спальню и остановилась. — У тебя здесь есть домашний эльф? — Нет. — Тогда откуда свежезастеленная кровать, роза и свеча? — Полностью моя работа, я хотел попытаться показать, что я чувствую к тебе, к нам, если честно. С хриплым «иди ко мне» Мариэтта развязала узел махровой накидки Гарри и взялась за концы, притягивая его к себе. Когда они поцеловались, его волшебные пальцы ослабили узел её полотенца, освобождая девушку от махрового одеяния, и они сошлись в первом из многих раз за этот день. *** Беллатрикс улыбнулась, она знала, что её предложения укрепят репутацию Гарри как непревзойдённого и опытного любовника, и это было прекрасно для молодого человека. Богине известно, что она могла пересчитать действительно хороших любовников по пальцам одной руки, и Гарри, несомненно, был в их числе. Её размышления были прерваны мучительным воплем, раздавшимся из тронного зала. О, Геката, неужели эти животные никогда не насытятся изнасилованиями и убийствами? Она поспешила в комнату, чтобы посмотреть, удастся ли ей предотвратить «кутёж» и, возможно, организовать побег для себя и последних жертв. Когда она вошла в зал, её сердце упало, семья из четырёх человек была привязана к колоннам из известняка, которые поддерживали потолок пещеры: муж, жена, юная несовершеннолетняя дочь и сын дошкольного возраста, возможно, восьми или девяти лет. Беллатрикс отметила, что это была семья Нельсонов, и что Дженни училась на третьем курсе в Рейвенкло. Эта информация, должно быть, прибыла из её связи с Гарри. Она содрогнулась при мысли о том, как будут использовать детей на глазах у родителей, которые могли лишь наблюдать за этим в горе и отчаянии. Пока подтягивались другие пожиратели смерти, Беллатрикс разработала план, это было рискованно, но в заданных условиях она просто не могла придумать ничего лучше. Она быстро написала записку на клочке пергамента, затем наложила заклинание «портус» на один из своих нефритовых браслетов. Завернув браслет в пергамент, она прокралась к родителям, которые съёжились при её приближении. — Вы знаете, кто я? Они кивнули, по её репутации оба знали, что от неё милосердия точно не жди. Беллатрикс утешилась подтверждением того, что они были волшебной семьёй и должны были знать о порталах. Она подошла к мужу, Роджеру, и поместила обе руки на его грудь, прежде чем наклонилась вперёд, чтобы прижаться щекой к его щеке. — Я не та, кем они меня считают, — прошептала она ему. — Не выдайте меня, и я смогу вам помочь. Роджер выглядел потрясённым, на что и надеялась Беллатрикс. Она подошла к жене. Две женщины посмотрели друг на друга, и Рут Нельсон увидела сострадание в глазах своей предполагаемой мучительницы. Беллатрикс погладила женщину по щеке, продолжила движение вниз по её руке и боку, и засунула пергамент и браслет в задний карман брюк женщины. Затем Беллатрикс склонилась к детям и тихо прошептала им, что если они любят свою маму и папу, то сделают всё, что им скажут. Потом она подошла к трону и стала на колени перед Волдемортом. — Милорд? — Да, Беллатрикс? — Я не хочу лишать ваших последователей их развлечения, но случайный выброс магии может разрушить наш план «развития». — Ты хочешь уехать? — Никак нет, милорд, но если бы «развлечение» проходило в нижних покоях, возможно, вы могли бы занять своих последователей каким-нибудь спортом; например, поохотиться в пещерах внизу. Некоторые из наших новых сотрудников ещё не проявили себя в бою. Как насчёт того, чтобы позволить им поймать добычу своими руками? Я не настаиваю, конечно, всё будет так, как вы прикажете. Беллатрикс знала, что Волдеморту понравится эта идея. Никто не мог сбежать из его крепости, и даже если бы кто-то из членов семьи избежал поимки, пожиратели неизбежно захватили бы по крайней мере одного из них, и дойди дело до пыток, остальные стали бы умолять позволить им занять место пленников. Люди, которые любили других, иногда вели себя так глупо. — Всё будет так, как ты говоришь, моя дорогая. Малфой! — позвал он. — Отведи заключённых ниже, забери у них палочки и жди моих приказов. Драко поклонился и двинулся к заключённым. Он отвязал Нельсонов от колонн, но оставил их руки связанными за спиной, когда повёл семью из четырёх человек к новому месту казни. — С вашего разрешения, милорд, — Беллатрикс подождала, пока змееликий кивнёт, а затем удалилась. Вместо того, чтобы повернуть направо в свои покои, она пошла прямиком в коридор, ведущий в нижние пещеры. Когда она прибыла туда, то увидела довольно одностороннюю потасовку, когда все четверо Нельсонов пинали уже лежащего без сознания Драко Малфоя. Беллатрикс подавила смешок. Это было слишком бесценно. — Дайте угадаю, — Беллатрикс ухмыльнулась, и четверо Нельсонов застыли в страхе перед ней. — Мой племянник, вероятно, захотел поближе познакомиться с Дженни — за что и получил, я права? Нельсоны не знали, бежать им или сражаться. Беллатрикс вздохнула и бросила свою палочку на пол под ногами, затем подошла к группе и пнула Драко в голову для пущей убедительности. — Если бы вы просто повернулись, то мне было бы намного проще освободить вас при помощи палочки, но вы, кажется, не в восторге от такой идеи. С некоторым трудом она сначала развязала узел на запястьях Роджера. Как только мужчина освободился, он поднял свою собственную палочку с пола, где Драко уронил её, и направил на Беллатрикс. — Я думаю, вам было бы уместнее использовать эту штуковину, чтобы освободить свою семью, не так ли? Не сводя глаз с Беллатрикс, он подошёл к своей жене и ослабил её путы, Рут Нельсон подняла свою палочку, но не направила её на Беллатрикс. — Зачем вы это делаете? — спросила она. — Потому что я не та, за кого меня принимают пожиратели смерти. А теперь, где пергамент, который я вам дала? Рут сунула руку в карман брюк и вытащила пергамент и браслет. Записка гласила: Портал в Косой переулок, идите к белому сталагмиту, коснитесь его все разом и вперёд. — Я знаю, что не очень красноречиво, но у меня было лишь несколько секунд, чтобы написать это и создать портал. С недавних пор на это место наложена антиаппарационная и антипортальная защита, но по какой-то причине они не работают вокруг этого конкретного сталагмита на расстоянии вытянутой руки. — Почему мы должны вам верить? — проворчал Роджер. — Послушайте, у вас есть ваши палочки, вы свободны, вы можете либо возвратиться в тронный зал, либо попасть прямо в переулок; выбор за вами, до свидания, — с этими словами Беллатрикс развернулась и начала уходить. — Подождите, — заговорил Кайл. — Разве вы не хотите уйти с нами? — Больше всего на свете мне хотелось бы покинуть это место, но если я внезапно появлюсь посреди Косого переулка, меня сначала заколдуют, а потом зададут вопросы. Нет, мне, должно быть, придётся для начала схорониться где-нибудь ещё, но не волнуйтесь, я не задержусь здесь надолго, это уж точно. Теперь уходите, быстро! Когда Беллатрикс торопилась назад к своим покоям, она услышала ураганный звук активации портала.