Позволь мне обнять тебя

Дорога до дома Хенджина казалась бесконечной, хоть парни и старались идти быстрым шагом. Чанбин не оставлял попыток дозвониться Хвану по пути, а Джисон строчил одно за другим сообщение в инстаграм, будто это могло как-то помочь. Он был так обеспокоен пропажей друга, что даже не вспомнил про свой велосипед, теперь отдыхающий на школьной парковке в полном одиночестве. – Скоро мы придем? – Чанбин задал этот вопрос в десятый раз. Джисон посчитал. – Уже. Парни остановились напротив двухэтажного коттеджа, расположенного в элитном для этого города частном секторе и Чанбин тихо присвистнул. – А по нему не скажешь, что он сын богатеньких родителей. – Потому что Хенджин не из тех, кто будет хвастаться подобным! – Я разве сказал, что это не так? – жевалки на лице Бина сходили с ума. – Не мешай, – Джисон отмахнулся от него и принялся настойчиво звонить в домофон, не отнимая пальца от кнопки. Никакой ответной реакции не последовало. – Ну? – нетерпеливо топал ногой Чанбин. – Что ну? Не видишь? Никого нет. Джисон еще несколько раз потыкал кнопку, но ситуация не изменилась. – Может, он дома, но ему стало плохо, и поэтому не слышит? – И что делать? – Джисон испуганно посмотрел на одноклассника. – Знаешь другой способ влезть к нему в дом? – Я его лучший друг! Конечно… нет, – Джисон понял, что знает только как выйти из дома Хвана, если хозяин отсутствует, а вот самостоятельно заходить ему еще не доводилось. – Ну и какой толк от такого друга! – От тебя пользы не больше! – шипел Джисон. – Ладно, лезь ко мне на спину – и через забор, – Бин пригнулся и уперся ладонями о бедра. – Серьезно?! – А похоже, что я шучу? Давай быстрее! Джисон был шокирован таким предложением, но припираться не стал (на кону могла быть жизнь его лучшего друга) и, скинув кеды, забрался с ногами Чанбину на плечи. – Видишь край забора? – кряхтел Бин снизу. – Вижу. – Хватайся за него. – Есть! – А теперь подтягивайся. – Что? – Подтягивайся и перелазь! – Ребята?... За спинами послышался удивленный голос Хенджина, уже несколько секунд наблюдавшего за развернувшимся возле его дома акробатическим представлением. Справа от него стоял не менее обескураженный Чонин, крепко сжимая на груди лямку от школьной сумки. – Вы чего тут… делаете? – Хенджин! – Джисон резко спрыгнул со спины Чанбина, от чего тот пошатнулся, падая на землю пятой точкой, и подбежал к другу. – Где ты был? Мы чуть с ума не сошли! – Мы? – Хван выглянул у Джисона из-за спины. Чанбин хлопал себя по штанам, стряхивая песок с травой, и не обращал на них никакого внимания. – Так получилось... – Хан озадаченно перевел взгляд на Чонина. – Ну так что? – Такое дело... Чонин встретил меня возле школы и попросил поговорить, поэтому мы немного прошлись и...уладили некоторые вопросы, – Хенджин бросил взгляд на младшеклассника, виновато ковыряющего землю носком ботинка. – Вы снова вместе? Чанбин резко повернул голову в их сторону. – Эм… об этом мы еще не говорили, – уши Хенджина в миг стали красными. – Почему не отве… – Это тебе, – Джисона перебил внезапно подскочивший к ним Чанбин. Он вложил в ладонь Хенджина бутылку с клубничным соком и развернулся, собираясь уходить. Хенджин сразу встрепенулся: – Стой! – он схватил Бина за запястье, – не хотите зайти ко мне пообедать? Закажем крылышек. В холодильнике есть несколько банок пива. – У меня дела, – отрезал Чанбин. Джисон готов был поклясться, что заметил, как шея одноклассника покраснела. – Я бы с радостью, ты знаешь, – ответил Хан, потирая затылок, – но мне надо вернуться в школу за великом. – А у меня репетитор через час, – пропищал Чонин. – Что ж… – голос Хенджина не звучал расстроено, скорее облегченно. – Тогда в другой раз? – Ага, – похлопал его по плечу Джисон, – главное, что с тобой все в порядке. – Следи за своим телефоном, только зря всех на уши поднял, – бросил Чанбин напоследок и, агрессивно закинув сумку на плечо, быстрым шагом направился обратно в сторону школы. – Не обращай внимания, он больше меня волновался, – заверил друга Джисон, наблюдая, как тот обиженно нахмурил брови, провожая взглядом одноклассника. – Охотно верю. – Ну, я тоже пойду. Расскажешь мне все завтра. Джисон хотел успеть нагнать Чанбина, пока тот еще маячил на горизонте, чтобы задать ему пару назревших вопросов. Новенький очень странно себя вел в последнее время, а Джисон не мог просто стоять в стороне, когда видел кого-то, нуждающегося в помощи. Хоть Чанбин и производил впечатление человека, для которого не существует такого понятия как «проблемы», Хан прекрасно знал, сколько всего под собой может скрывать подобная оболочка. Он не собирался лезть в его личную жизнь или обнажать душевные раны, если такие были, но он хотел, чтобы Чанбин знал, что весь мир не настроен против него, и что ему необязательно справляться со всеми трудностями в одиночку. – Постой! – Джисон пробежал всего несколько метров, чтобы сравнять шаг с одноклассником, но все равно очень сильно запыхался из-за своей плохой спортивной подготовки. – Давай помедленнее. – Ну что еще? – вымученно простонал новенький. – Я тебя не покалечил? Чанбин издевательски фыркнул. – Ты-то? Не смеши, как какая-то фея могла…айщ, – Бин резко поморщился, схватившись за копчик. – Может, в травмпункт? – Ты еще скорую мне вызови, – даже сильная боль не мешала Чанбину огрызаться. – Хватит, – обессиленно выдохнул Джисон, – хватит отталкивать от себя всех подряд. – Я спрашивал у тебя жизненный совет? – Нет, но…ладно, – Хан понял, что подобными просьбами ничего не решит. Он даже не надеялся подружиться с Чанбином, но хотел добиться хотя бы небольшого перемирия между ними. – Откуда ты узнал, что Хенджин любит клубничный сок? – Думаешь, я следил за ним, да? Я похож на какого-то сталкера? – Что? – у Джисона чуть челюсть не отпала, – когда я такое сказал? – Не нужно говорить, когда и так все ясно по твоему лицу. Все, что на данный момент можно было считать с лица Джисона – чистый и неподдельный шок. – У меня даже в мыслях такого не было! Как ты до этого додумался?! – Еще скажи, что я не прав. – Конечно! Чанбин остановился возле последнего поворота перед школой. – Если хочешь еще что-то сказать – говори, и расходимся. – Хочу, – Джисона разозлило, что его так неоправданно обвинили, но он старался держать себя в руках. – Мы с Хенджином тебе не враги. Никто не думал и не думает о тебе плохо, наоборот, мне кажется, что ты хороший парень. Уверен, ты не стал бы за кем-то следить. – Все? – Нет. Если будет нужна помощь, можешь обращаться ко мне. Ты, как-никак, совсем недавно перевелся. По каменному лицу Чанбина невозможно было предположить, о чем он думает. Парни молча смотрели друг на друга и хмурили брови несколько секунд, пока Джисон не решил, что эти гляделки пора заканчивать. – Теперь все. Я пошел, – он обошел одноклассника и уже почти скрылся за поворотом. – Из инстаграма. Джисон резко замер, когда снова услышал голос за спиной. – Я нашел его инстаграм. Он выкладывает все подряд, так что нетрудно было узнать. Хан молча кивнул, не оборачиваясь, и пошел дальше. Меньше всего он сейчас хотел, чтобы Бин увидел его довольную улыбку.

***

Прогноз погоды на сегодня обещал обильный ливень, и Джисон, конечно, слышал об этом из утренних новостей. Зонт он с собой намеренно не брал, так как тот слишком мешал ему в передвижениях и занимал много места в рюкзаке, поэтому парень надеялся, что тучи просто обойдут его стороной, как это обычно и происходило. Однако сегодня у природы, судя по всему, были другие планы: над головой уже опасно нависло чернеющее небо, а Джисон только подходил к школьной парковке. Он хорошо помнил, где именно оставил велосипед – в неположенном, но очень удобном месте возле выезда для машин, чтобы не ходить далеко на задний двор. Первый раз Джисон оставил его там в прошлом году, потому что очень опаздывал и торопился, но никто из администрации не отчитал его за это, поэтому он продолжал делать так до сих пор – в те дни, когда лень особенно сильно одолевала его по утрам. – Джисон! Ну слава богу! Джисону будто зарядили неслабую пощечину. Он никогда и ни с чем не спутает этот голос. – Твой велосипед скоро будет мне сниться в самых страшных кошмарах! – чем-то явно недовольный математик стремительно приближался к остолбеневшему школьнику. Джисон забыл о его существовании на время поисков друга и разборок с Чанбином, но сейчас, когда эти проблемы остались позади, чувства снова с головой накрыли его, стоило учителю всего раз напомнить о себе. – Я чуть не раздавил его, когда пытался выехать со двора, – когда Минхо, наконец, дошел до Джисона, его лицо приняло обеспокоенное выражение. – Почему ты не дома? Уроки закончились час назад. – Мы потеряли Хенджина, но уже все в порядке, – честно ответил Хан. Он выглянул у учителя из-за спины, пока тот переваривал полученную информацию. Джип Минхо и правда стоял у ворот рядом с его велосипедом. Машина математика была в разы крупнее всех остальных учительских машин, она и без дополнительных препятствий еле вписывалась в школьные ворота – неудивительно, что велик помешал ей. Джисон почесал затылок: выходит, он больше не сможет оставлять здесь свой велосипед, как раньше. – Извините, учитель, я сейчас уберу его. – Надеюсь, я вижу его здесь первый и последний раз. – Конечно, простите, – извинился Джисон во второй раз и побежал к воротам. Минхо не спеша последовал за ним. Пока Джисон открывал ключом замок на цепи, на его макушку упала первая дождевая капля, а когда откатывал велосипед подальше от машины, пиджак уже успел покрыться мелкими темными пятнышками. Дождь все же застал его. Хан быстро забрался на велик и собирался как можно скорее сорваться с места, чтобы не попасть под самый разгар ливня. – До свидания. – Постой, ты же не поедешь домой под дождем? А у него был выбор? Джисон растерянно посмотрел на математика. – Садись в машину, я тебя подброшу. Минхо выглядел так, будто предлагал что-то совершенно обыденное. У Джисона же вся душа спустилась в пятки. – Но…мой велосипед. – Он поместится. Давай его сюда скорее, – Минхо кивнул головой в сторону джипа и отправился открывать багажник. – Но… – Давай-давай, простудимся же! Словно на чужих ногах Хан дошел до машины учителя и помог ему запихнуть велосипед в багажник, а потом такими же «не своими» руками открыл заднюю дверь джипа и уселся уже прилично промокшими штанами на кожаное сидение. Вслед за ним на водительское место опустился Минхо, и как только учитель захлопнул за собой дверь авто – в окна со всей силы ударил косой ливень, полностью закрывая обзор и закладывая уши. – Ну и льет, – математик покачал головой и завел машину. – А ты хотел на велосипеде ехать. Кстати, не замерз? Не дожидаясь ответа, учитель включил обогрев задних сидений, на которых смущенным комочком сжался Джисон. Салон начал постепенно заполняться теплым воздухом и Хан почувствовал, что потихоньку расслабляется. Они с учителем сидели на приличной дистанции, не смотрели друг другу в глаза – это придавало уверенности, хоть и совсем немного. – У вас не будет проблем из-за меня? – Джисон подумал, что задает этот вопрос чаще, чем стоило бы. Ему вообще не стоило задавать учителю подобные вопросы. – У меня были бы проблемы, если бы я отпустил тебя в такую погоду самостоятельно добираться домой. На дорогах сейчас образуется аварийная обстановка: видимости никакой, слышимости тоже, а ты и так не любишь смотреть по сторонам, когда едешь, – выделил Минхо, намекая на их первую встречу. – Если бы с тобой что-то случилось, я в первую очередь понес бы ответственность за это. Я же твой классный руководитель. Последняя фраза упала булыжником в душе у Джисона. Он прекрасно все знал, но когда учитель сам озвучивал этот факт становилось как-то совсем грустно. Наверное, он все слишком усложняет. Минхо поступил так, как поступил бы любой хороший и ответственный руководитель, а Джисон уже успел нафантазировать всякого. Иногда Хан забывал, что он здесь единственный влюбленный дурак. – Спасибо, учитель, – тихо промямлил Джисон в ответ. Его съедала вина за собственные мысли. Машина тронулась с места, они осторожно выехали за территорию школы. Минхо узнал у Джисона его адрес, и на этом их разговоры закончились. Учитель включил радио, чтобы между ними не висела неловкая тишина, и музыка приятно смешалась со звуками дождя, барабанящего по стеклам. Джисон очень старался не глазеть на Минхо всю дорогу, но его взгляд то и дело ускользал с размытых пейзажей за окном на тонкие запястья и аккуратные ладони, лежащие на руле автомобиля. Джисон заметил, что учитель всегда барабанит по нему пальцами, когда останавливается на светофорах и ждет зеленый свет. Еще Джисон заметил, что когда Минхо щурится, чтобы лучше разглядеть дорогу сквозь толщу воды, в уголках его глаз появляются тоненькие складочки, а пушистые ресницы чуть ли не касаются щек – настолько они казались длинными. Щеки Джисона пылали ярче от каждой новой детали, подмеченной в учителе, и он был совершенно бессилен перед этим. Пару раз Минхо ловил его взгляд в зеркале заднего вида и мило улыбался, словно спрашивая: «все ли в порядке?» Джисон на это испуганно опускал глаза и обещал себе, что больше ни разу не посмотрит на учителя, пока они едут, но уже через минуту снова залипал на его красивых руках. К концу поездки салон автомобиля полностью пропитался сладким парфюмом Минхо. Джисон уже слышал этот запах однажды – когда они с учителем лежали на полу в кабинете математики после его несостоявшегося полета из окна. Тогда Джисон не успел запомнить и прочувствовать этот аромат как следует. Теперь же он кружил ему голову, и парень хотел как можно скорее оказаться на свежем воздухе, чтобы ненароком не свалиться в обморок прямо в учительской машине. Слишком много Ли Минхо на квадратный метр. Дождь полностью прекратился, когда учитель затормозил перед домом Хана. Из-за облаков показалось тусклое вечернее солнце, оно подсвечивало каштановые волосы Минхо, создавая вокруг них золотой ареол, из-за чего красота учителя казалась еще более нереальной. Джисон твердо решил, что обязательно изобразит это на своей следующей картине. И плевать он хотел на то, что это неправильно. – Твой дом? – Минхо развернулся на сидении и снова мило улыбнулся Джисону. – Да, спасибо, – у Джисона даже получилось улыбнуться в ответ. – Отлично. Идем? Минхо помог Джисону достать велосипед и на всякий случай проверил, не пострадал ли тот при транспортировке. Но ничего, кроме уже знакомой царапины на седле, он не обнаружил, поэтому со спокойной душой вручил его обратно школьнику. – Постарайся не проспать завтрашнюю отработку, как в прошлый раз. Джисон виновато поджал губы. – И не забывай, что первое занятие у нас уже в эту субботу. – Хорошо, учитель Ли. До свидания. – Удачи. Джисон услышал, как Минхо снова завел мотор машины, только когда открыл входную дверь в дом. Неужели математик думал, что с ним могло что-то произойти, пока он шел несколько метров до дома по собственному двору? Минхо действительно очень заботился о своих учениках. И если бы на месте Джисона был любой другой его одноклассник, учитель поступил бы точно также. Или нет? От этих мыслей Джисон готов был расплакаться, он так хотел быть для Минхо хоть немного особенным. На ватных ногах парень дошел до лестницы. – Сынок, с кем ты приехал? – на пути внезапно выросла встревоженная госпожа Хан с черпаком в руках. Скорее всего, она варила что-то на плите и видела их с учителем в окно. – Мам, потом объясню, я устал. Джисон не соврал – он был ужасно вымотан как физически, так и морально. – Ты связался с плохой компанией, да? – она испуганно заглянула Джисону в глаза, из-за чего парень не выдержал и прыснул от смеха. – Нет, мам, это же наш новый математик. – Математик? На такой машине? – А что не так? – смеялся Джисон. – Он... очень крутой. – Ты же не обманываешь меня? – Не обманываю. – Ладно. Садись, сейчас разогрею обед. – Давай потом, – устало выдохнул Джисон. Он не сомневался в том, что даже самая любимая еда сейчас не полезет в горло. – Ну что за ребенок. Ты так скоро растворишься. – Ага, – бросил Джисон, взбираясь по лестнице. В эту секунду он был бы рад на самом деле раствориться, чтобы хоть как-то спастись от нахлынувших чувств и эмоций. Но, увы, вместо этого просто рухнул на свою кровать (перед этим согнав с нее Тумми, снова загадочным образом пробравшегося к нему в комнату) и зажмурился, прижимая ладонь к сходившему с ума сердцу. Парень никак не мог его успокоить, да он и не пытался больше бороться со своими чувствами. Губы расплылись в глупой улыбке от переизбытка эндорфинов, а мысли вновь целиком были захвачены одним единственным человеком – человеком, влюбляться в которого нельзя было ни при каких обстоятельствах. А Джисон влюбился. Очень сильно. И он не имел ни малейшего представления о том, что с этим делать.