кем-то для тебя

      Вместе с приходом Юнги ушёл мой шанс на одиночное времяпрепровождение. Мне, как человеку, привыкшему быть одному, было сложно привыкнуть к постоянной компании. Но со временем всё встало на свои места. Сейчас, думая об этом, дружба с Юнги кажется мне априори правильной.       В ту ночь Юнги сбежал от меня, потому что хотел побыстрее составить некий список под тупым, как по мне, названием «Развлекаловка для друзьяшек». Говорил, что принёс его в ночь, когда я угрожала ножом, тогда же Юн хотел угостить меня чаджанмёном из одной деревни. И яростно спрашивал, как я могла отказаться от вкусняшки, утверждал, что лапша из той деревни самая вкусная в мире. Увидев его обидчиво-злое выражение лица, я пообещала, что мы непременно посетим в эту деревню и он угостит меня ещё раз.       На следующий день после нашего примирения, Юнги чётко дал понять, что не отстанет от меня пока список дружеских дел не будет вычеркнут полностью. С тех пор прошло 2 месяца.       В начале наших отношений я, повторюсь, как истинный любитель и почитания одиночного времяпрепровождения, много раз просила дать мне отдохнуть от его компании и не расспрашивать меня подробно обо мне. Злилась, когда он отказывал, и норовилась уже прекратить встречи. Но что-то сдерживало меня от этого. И я благодарна неизведанному чувству, которое тянуло назад мои бешенные повозки.       Так постепенно мы узнавали предпочтения друг друга. Я была приятно удивлена, что Юнги интересный человек в плане мыслей. Каждый раз, когда я загонялась, он говорил простые слова, но вдохновляющие. Я даже записала некоторые из них. Вот, например, «Жизнь тяжёлая штука, и не всегда всё получается хорошо, но мы должны быть смелыми и продолжать жить» или «В конце концов, они всё равно осудят меня, так что — пофиг».       А один раз он приехал ко мне в 4 часа утра и, как в ту ночь, начал настырно звонить одновременно в дверь и на телефон. Я выхожу вся помятая, с гнездом на голове и ножом в руке и со скрежетом произношу:       — Надеюсь тебе сейчас страшно видеть меня в таком виде. Так что, давай побыстрее сливайся, а я продолжу есть жаренную свинину в моём сне.       А он мне такой весело говорит:       — Я уже знаю, что все мы по утрам страшненькие, поэтому сразу к делу. Собирайся! Мы едем на рыбалку!       В тот день я специально шумела, чтобы вся рыба попряталась. Ну, а что? Это плата, за моё вынужденное раннее пробуждение.       Мы часто проводили время друг у друга дома. Побывав у него в квартире, я поняла, что он довольно чистоплотен. Был случай, когда Юнги попросил разносчика еды оставить доставку на кухне. Каково было моё удивление, когда я прихожу к нему и застаю нагнувшегося Юнги, который ворчит и всеми словами ругает нарушителя его чистоты, протирая тряпкой следы от грязной подошвы. Я тогда не удержалась и со словами: «Сколько стоит ваш попец?» шлёпнула пакетом по его пятой точке, на что получила грязной тряпкой по ноге. Признаю, заслужила.       А ещё Юнги иногда лениться. Сюда подойдёт выражение «Редко, но метко». Перед Новым Годом мы устроили марафон просмотра всех частей Гарри Поттера. Он первый улёгся на мою кровать и ждал, когда я принесу попкорн с колой. На середине 3-й части Юн попросил меня принести ему ещё колы. На мой вопрос: «А сам?», — грустно промяукал, сказав, что он очень хорошо лежит и если встанет, то будет уже не то. Ладно, так и быть. Когда же начиналась 5-я часть фильма, Юнги просит меня подвинуться поближе, по его словам, я должна услышать что-то ну очень важное. Пододвигаюсь значит, а он шепчет мне на ухо: «Эллен, я в туалет хочу. Сходи за меня… Мне та-а-ак лень». После этого, он досматривал фильм на полу.       Узнала, что Юнги оказался любителем кулинарных шоу. Сам он хорошо готовит и, когда учиться новым блюдам, я выступаю в роли его первого дегустатора. Так было до того момента, пока сливки были свежими. В ту ночь я осталась у него из-за отравления, которое подарило мне его блюдо. После этого место первого дегустатора я утвердительно сказала забрать себе.       На следующее утро я услышала запах сигарет. Тихо встав с дивана, я направилась на кухню, где заметила Юнги с сигаретой в руках и кружкой кофе. Мин Юнги ты больной, если не понимаешь, что совмещать такое на голодный желудок — вредно! Тогда мне пришлось соврать, что плохо переношу дым. Сказала, из-за него лёгкие больно колит и тяжело дышать. Попросила, попытаться бросить, а если ему будет трудно, то не курить хотя бы при мне. После этого он не курил рядом со мной. Надеюсь, избегал этого процесса не только в моё присутствие.       А потом… Юнги пропал: перестал звать на встречи и даже писать. И я начала скучать по нему. Скучать по его настойчивому и теплому взгляду, когда просил меня что-то сделать вместе с ним. Скучать по его, казалось бы, случайным прикосновениям и поглаживаниям по голове во время моего ворчания по поводу и без. Скучать по всему, что мы делали вместе. Я скучала и ничего не делала. Много думала об этом и каждый раз ловила себя на неправильной мысли, которую слушала всё время: «Если действительно нужна, сами найдут, напишут и позвонят». Я бы так и продолжала следовать этой тупой цитате, если бы не влияние Юнги.       Наше недельное расставание с Мин Юнги дало понять, что крепкие и гибкие отношения строятся на обоюдном участии людей. Качели-балансиры будут приносить радость и удовольствие только тогда, когда оба ребёнка будут поочередно отталкиваться от земли. Так же и с любыми отношениями.       Поэтому вечером в субботу я отправила сообщение с текстом: «Я хочу поужинать с тобой. Ты дома?», на что получила сухое: «Прости, я не дома. Я напишу в другой раз». Расстроилась, но начала ждать этот «другой раз».       В общем, спустя 2 недели отсутствия как в сети, так и в жизни, он пришёл ко мне домой. Сначала я хотела надуться и сказать, чтобы шёл дальше меня игнорить, но передумала, увидев пакет с этикеткой чаджанмёна. Хитрец. Знает же, что с недавнего времени я люблю его. В тот вечер мы выпили пива, поели лапши и поговорили, почему Юн не выходил на связь. Оказалось он работал. На мой вопрос кем, Юнги смущенно улыбнулся и попросил подождать.       Тогда же Юнги меня спросил, были ли у меня парни. На что я спокойно и иронично говорила:       — Ну естественно, Мин, дорогой мой, Юнги. Сколько же их было… Дай-ка вспомнить. Так, Чонгук, Минхо, Джунки, Богом, Намджун… эм… дальше ещё были, но я не помню их имена уже. А у тебя кто-то был? — стреляю глазками в офигевшего Юна. Ну что? Схавал? Я популярна вообще-то.       — Ого… Ну мне нравились девушки, но не я им. Скорее всего это из-за стрёмной репутации что в школе, что в универе, — как-то разочарованно рассказывает. — А ты… ну да… Ты красивая. Естественно у тебя были парни, — понуро закончил Юнги.       Не поняла. Тебя сейчас расстроил тот факт, что я уже встречалась или сколько парней у меня было? Мин Юнги, ты будешь придурком, если собираешься и дальше беспрекословно верить любым моим словам.       — Да шучу я, — он хмурит брови. — Не было у меня никого. За всю жизнь мне нравился только один мальчик с детства. Но он оказался таким обдолбышем, что сейчас, если бы встретила его, сказала ему: «У тебя нос меньше прожиточного минимума, а значит и в паху не железная дорога. И как ты мне мог нравится раньше? Ты же вообще не вышел ни красотой, ни умом», — кривлюсь для большей выразительности своих же слов.       Шатен облегченно вздыхает и хмыкает, подставляет ладошки под подбородок и посмеиваясь задает интересующий вопрос:       — Что же он такого сделал, что ты так мило отзываешься о нём?       — Когда я призналась ему в том, что он мне нравится… Знаешь, что он мне сказал?! Цитирую: «Пусть добивается», — копирую даже изображение лица того пацана, когда он закатил глаза и отвернулся от меня, чтобы Юнги понял, каково мнения о себе был тогда этот пиздюк. — И после этого никто не захватывал моё драгоценное сердешко, — прижимаю руки к сердцу, поджимаю губы в глупой улыбке и прикрываю глаза. Потом хихикаю и повторяю позу собеседника: укладываю подбородок на ладошки и смотрю в ответ. — С того момента прошло где-то 11 лет.       Когда Юнги встаёт из-за стола и идёт относить тарелки в раковину, слышу его шёпот, адресованный в пустоту: «Может у меня получиться?».       Всё ещё верит в это? Честно сказать, его надежда передается мало-помалу и мне в сердце. И это пугает, чёрт возьми.