кем-то для тебя

      У скольких людей дружба начиналась с неприязни? Дорогу, пройденную через такое негативное качество, можно ли считать самой нерушимой?       Юнги с Хосоком познакомились на прослушивании. После выступления Юнги, парень в оранжевых кроссовках подошёл и сказал всего два слова, которые и зародили нечто между парнями:       — Ты сфальшивил.       — Ты вообще куплет забыл, апельсиновый, — бросил в ответ Мин.       Второй раз они встретились на уроках вокала, проводимые музыкальной компанией. Каково было удивление обоих, увидеть друг друга.       — «Он прошёл?»— пронеслось у них в мыслях.       Сколько было возгласов и придирок к друг другу из-за «просто так». Когда Юнги начинал осваивать фальцет, Хосок сжимал ладонями уши и просил остановить этот вопль беременной слонихи. Юнги тоже не оставался в стороне. Если Хосок начинал петь перед учителем, Юнги случайно, как бы вместе с нотами, клал в портфель и его листочки с текстом. Мин по-чеширски давил лыбу, когда учитель отчитывал Чона.       Вскоре у Юнги отпало желание выступать перед публикой, поэтому он вошёл в ряды продюсеров. Попросил выделить ему комнату для качественной работы и для удобства самого парня. Со временем помещение Юнги подстроил под себя: купил синтезатор, колонки, монитор, микрофон, а так же диван средней длины и собственное кресло для комфорта. Он начал писать музыку и сочинять тексты для других исполнителей. На какое-то время Юнги и Хосок больше не виделись.       Чон Хосок стал любим большим количеством поклонников; им же посвящал свои песни, дарил энергию и благодарил за их ответную любовь к нему. Но вскоре начал испытывать угнетение и отрицание своей сущности как артиста. Он не знал, зачем и для кого поёт. Начал презирать сферу деятельности, в которой находился сам. Как будто та юношеская мечта — стать известным и дарить музыку окружающим, была не его; как будто она изначально была украдена Чоном; как будто Чон Хосок оказался нищим, который без спроса надел одеяния короля. Из-за этого музыка и сцена давили на него, заставляли чувствовать себя посторонним. Ощущение отвращения к себе и роль вора, помогли червячку ненужности медленно, но верно проползти в его собственную жизнь. Хосоку казалось, что даже сама жизнь отказывалась пускать его в окружающий мир.       Несколько раз звезда брала себя в руки, закрывалась в студии звукозаписи и до истощения пыталась написать хотя бы строчку, хотя бы соединить звуки в дорожку, но каждый раз всё сыпалось прахом его же желания сочинять. Пустой лист так и оставался лежать на столе в студии, а звезды там уже не было. Он больше ничего не хотел сказать миру. Немного погодя Чон начал избегать своих обязанностей знаменитости: отказывался от телешоу, не приходил на репетиции, оправдывался тем, что сейчас у него нет вдохновения для работы. Вместо всего это проводил время в клубах, напивался до белой горячки и курил наркотики. Планировал прекратить мучиться и наконец уже забыться.       Тогда в компании пошли слухи о неком Чон Хосоке, который получает ни за что деньги от компании и любит тратить их на марихуану с виски. До Юнги тоже дошёл этот звон и он не мог поверить, что слава может изменить столь чистого человека из его прошлого. Да, они с ним не были в радужных отношениях, но Юнги обладал способностью чувствовать подлинную душу. В нём он видел светлого и тёплого человека, который никогда бы не стал тащить всё к себе, не отдавая взамен.       Юнги нашёл былого врага в комнате для дэнс-практик. Хосок разлёгся в середине зала звёздочкой и тихо плакал. Плакал от безысходности и нашёптывал слова смерти. Юнги не мог поверить, как из человека-солнышка могло вырасти нечто, лежащее перед ним. Это сделала музыка или звёздная слава?       — Апельсиновый, пошли выпьем, — Юнги присел на корточки рядом с Хосоком, — а то одному пить как-то грустно и скучно.       — Хах… Вечно фальшивящий? С чего такое милосердие к моей персоне? — утирает рукавом остатки солёных дорожек и шмыгает. — Мы вообще-то, как бы враги, нет?       — Не знаю. знаю только одно: сейчас мы два оставшихся на ночь работяг, которые собираются пропустить бокальчик или два виски. Такое описание нас мне нравится больше, — Юнги встает в полный рост и с ожиданием смотрит на человеческую лужицу. — Ну что? Пошли, — Мин протягивает ладонь Чону.       Хосок, заглянув в давно забытые им глаза, хватается за протянутую руку, как утопающий за спасательную шлюпку, и равняется ростом с Юнги.       Многим знакомо выражение: «Хорошие вещи случаются тогда, когда вы меньше всего этого ожидаете». И Хосок думает, что эти «хорошие вещи» может олицетворить только Мин Юнги. Почему так? Потому что именно его Хосок не надеялся встретить вновь.

***

      Парень сидел в наушниках и отбивал ритм мелодии ногой. В последнее время он вынашивает особенную идею, с которой хочет поскорее поделиться с лучшим другом. Лёгкая музыка, заставляющая двигать телом и подпевать незнакомым строчкам, которые испытывал каждый из нас.       В студию заходит друг в жёлто-зелёных кроссовках с двумя стаканчиками кофе. Музыкант не замечает гостя, пока тот не встает рядом и не протягивает напиток. Шатен хмуриться от неожиданности, но тут же расслабляется, заметив причудливую обувь и узнав их хозяина.       — Сколько раз я просил не заходить в мою студию в этой ужасной обуви? — забирает напиток и оттягивает одну чашу наушника от уха.       — Сколько раз я говорил тебе, что это мой стиль? — передразнивает айдол.       — Твой стиль с дебюта стал только хуже. И как он может нравится твоим фанатам?       — Ой да ну тебя. Я тут ему перекусить принёс, а он мне бредятину плетёт, — недовольно бурча, Хосок падает на диван. — Лучше скажи мне, ты писал что-нибудь?       — Есть полностью готовая песня, которая требует немедленного исполнения, — поворачивается Юнги на кресле к гостю. — Вообще это песня очень многое значит для одного человека. Эту песню я посвятил ему и поэтому хочу, чтобы именно ты исполнил её. Я писал специально под твои вокальные данные, потому что кроме тебя никто не передаст правильно эти эмоции. Послушаешь? — музыкант протягивает наушники другу с надеждой в глазах.       Хосок надевает аппаратуру и откидывается на спинку дивана, прикрыв веки для полного погружения в атмосферу песни.       Струны гитары резко звенят, даря живость и энергию всей песне. Нотки фортепиано ударяются словно редкие капли дождя о водную гладь в тихой пещере, играя с настроением мелодии. Затишье на припеве принуждает вспомнить, как оно дёргает ниточки нервов перед грядущей неизвестностью событий.       Хосок слушает и подрагивает пальцем стопы в ударные звуки. Ему определенно нравится и он очень счастлив от понимания того, что песню доверили ему. Чона тронул текст с самого первого звучания гитары — это было видно по его улыбке. Он понимает смысл песни как никак другой. Для него самого Юнги стал кем-то.       Знаменитость снимает наушники и улыбается ярко-ярко, показывая, что с нетерпением ждёт выхода этой прекрасной песни.       — Она рискнула и доверила мне свою душу, — присаживаясь к Хосоку, начинает Юнги. — Тогда я понял, что должен сделать: написать песню, основанную на её переживаниях, о которых узнал всего за 2 месяца общения с ней. До сих пор помню, как Эллен кусалась, когда расспрашивал о её жизни. Сейчас я хочу, чтобы при прослушивании этой песни, она думала обо мне, как о её доме. Доме, в котором будет всегда тепло и безопасно.       — Юнги, ты даже не заметил, что уже стал её домом, которым она очень дорожит, — лучший друг кладёт ладонь на голову музыканта и слегка ворошит волосы.