Айви

Чонгук морщится от противного холодного ветра, едва выйдя на улицу. Ну почему именно он? Хосок все еще спит, а он вынужден тащиться на учебу к восьми утра, успев лишь полежать полчаса и посмотреть в стену, пытаясь согреться под одеялом. Он даже решил не завтракать, хотя такие решения никогда не заканчивались хорошо. Но перспектива остаться в тепле подольше в сравнении с завтраком в столовой показалась куда более выгодной. Нет, в столовой кормят вполне неплохо. Но почему-то ночные приключения совсем отбили аппетит. Чонгук старательно гонит от себя мысли о Тэхене. Конечно, он вынужден подумать о нем, ведь теперь от него зависит его заработок. Но этим он займется завтра. После того, как наконец-то выспится и наберется сил. Он уверен, что вряд ли пропустит что-то интересное. Он щурится от ветра, когда замечает его. Старательно кутающегося в большой серый кардиган, под которым виднеется белая рубашка с галстуком и клетчатый жилет. Тэхен выглядит как профессор, и Чонгук бы и вовсе не обратил на него внимания, если бы пару часов назад не пытался рассмотреть его в телескоп. Светлые волосы, явно старательно уложенные, тут же липнут ко лбу от капель дождя, а папка с бумагами так и норовит разлететься под порывами ветра, пока Тэхен пытается натянуть кардиган на голову, беспомощно стряхивая капли с очков. Он выглядит таким усталым и раздраженным, что Чонгук, повинуясь какому-то странному порыву, спешит раскрыть над ним зонт. Он замечает две фигуры в черном, неподвижно наблюдающие за ними из-под зонтов. И почему-то злится. Неужели его собственная охрана не может защитить его от дождя? — Ты все равно промокнешь, если попытаешься спрятаться от дождя под кофтой, — Чонгук тараторит, набравшись смелости, — Надо было брать зонт, — он зачем-то придерживает чужие бумаги, — И твоя домашка разлетится. Тэхен замирает, шокированный его напористостью. Смотрит огромными испуганными глазами и делает неуверенный шаг назад, обратно под дождь. Чонгук успевает заметить все еще красные белки глаз, но довольно свежее лицо, крошечную родинку на кончике носа и пушистые ресницы. — Тебе куда? — он делает шаг к Тэхену, снова накрывая его зонтом. Ну что за недотрога? Точно, высокомерный богач, каким его и описал Хосок. Наверняка ему неприятно приближаться к простым людям, а уж тем более прятаться под их зонтами. У Тэхена, наверное, в комнате лежит свой брендовый зонт, стоящий как весь гардероб Чонгука вместе взятый. А еще… — В ближайшую библиотеку, — Тэхен вдруг указывает направление, — Но ты опаздываешь, наверное… Да, Чонгук опаздывает. У него осталось всего пятнадцать минут на дорогу, и идти ему нужно в противоположном направлении. Но что-то ему подсказывает, что он потеряет больше, если не попытается узнать Тэхена поближе и узнает, с какой стороны будет проще подобраться к его личной информации. — Мне как раз туда и нужно, — Чонгук решительно шагает вперед, накрывая его зонтом, — Идем. Он невольно вдыхает глубже островатый аромат корицы и гвоздики, едва уловимо исходящий от Тэхена. Чонгук никогда не был ценителем эстетики, но даже он заметил, насколько гармонично все в Тэхене: его стиль, запах, фото и даже легкая загадочность, которая скорее исходит из его высокомерия. Если бы Чонгук попытался создать собственный стиль, он все равно не сравнился бы с Тэхеном. Чонгук чувствует, как отчаянно закипает его мозг в попытках придумать тему для разговора. Конечно, ему бы хотелось расспросить его прямо в лоб обо всем, что его интересует, но тогда Тэхен в лучшем случае пошлет его куда подальше, а в худшем — попросит своих ребят разобраться с ним. — Как тебя зовут? — он вспоминает, что так и не спросил его имя. — Тэхен. А ты Чон Чонгук, да? Друг Хосока? — Тэхен часто дышит, торопясь к библиотеке и поглядывая на аккуратный циферблат часов, выглядывающих из-под вязаного рукава. «Которого ты заблокировал, толком не пообщавшись». Чонгуку очень хочется сказать что-то колкое, но он вовремя останавливается. — Да. Странно, мы с тобой не общались раньше, — он удобнее перехватывает зонт, — На кого ты учишься? Глупый вопрос. Чонгук мог бы придумать что-то получше, а не расспрашивать Тэхена о том, что он и так знает. — На искусствоведа. У меня есть кое-какие проблемы с общением… — Тэхен на секунду обернулся назад, — А ты? — Астрофизика. Нет, я не собираюсь лететь в космос, — Чонгук улыбнулся, озвучив ответ на типичный вопрос, который задавал каждый, узнав его будущую профессию. — А я уже хотел попросить привезти мне кусочек метеорита. Он шутит? Чонгуку потребовалось время, чтобы переварить внезапный юмор от Тэхена. — У тебя есть друзья? — он чувствует себя полным идиотом, когда из-за пожелтевших крон деревьев показывается здание библиотеки. Ну конечно, Чон Чонгук, ты мог потратить это время с пользой, а смог задать всего пару глупых вопросов. — Есть. Один, — Тэхен торопится так, будто уже катастрофически опаздывает, — Извини, мне пора. Он высовывается из-под зонта и бежит к воротам, увитым плющом. С досадой морщится, заметив, что забрызгал грязью светлые брюки, и вдруг опомнившись, благодарит Чонгука за зонт, перекрикивая шум дождя, а затем скрывается среди деревьев. Чонгук усмехается, удивленный его вежливостью, но тут же чувствует дискомфорт из-за того, что привлек к себе внимание охраны. Ему кричат что-то вслед, но он, быстро бросив, что опаздывает, поторопился в противоположную сторону, чтобы избежать расспросов. Если бы он притормозил, то услышал бы, как Тэхен попросил охрану не проверять его, убеждая, что не собирается с ним общаться. Он ужасно опаздывает. Плетет какой-то бред о том, что запутался в расписании, садится за парту и пытается сосредоточиться на учебе, но думает только о Тэхене. Наверное, он все же промок, пока бежал ко входу в библиотеку. Скорее всего, он так же, как и Чонгук, тут же начал засыпать, оказавшись в тепле за партой. Может, он не такой уж и высокомерный, раз додумался поблагодарить Чонгука за помощь с зонтом. Неожиданно ему в голову приходит идея, и он не может усидеть на месте, предвкушая, как будет реализовывать ее после занятий.

***

*** — Тебе не холодно там? — Хосок возвращается в комнату и с удивлением обнаруживает Чонгука на подоконнике с ноутбуком. Учитывая то, что тот иногда тащит теплое одеяло с его кровати, пытаясь согреться, это зрелище выглядит весьма странно. — Холодно, — Чонгука и правда трясет в тонком черном худи с логотипом университета, — Но есть дело. — Устанавливаешь контакт с внеземными цивилизациями? — Хуже. С Ким Тэхеном, — он с довольной улыбкой поворачивает ноутбук к Хосоку, и тот так и замирает у входа с пакетами еды в руках. На нем ярко-желтая куртка, небрежно завязанный шарф, который, кажется, связала ему бабушка, широкие джинсы и теплый свитер, закрывающий всю шею. И Чонгук благодарен ему за постоянные яркие образы среди осенней серости, пусть и считает его стиль немного детским. — Это… он? — Хосок бросает пакеты и, на ходу сняв кроссовки без помощи рук, спешит к Чонгуку, чтобы рассмотреть экран поближе, — Сейчас? — Прямо сейчас, — Чонгук чувствует себя великим хакером, — В его комнате установлены камеры. Они подключены к вайфаю, и я смог получить к ним доступ. Мне хорошо заплатят, если я добуду компромат. Тэхен живет один в комнате. На стенах желтая гирлянда, то гаснущая, то загорающаяся вновь, и сотни полароидных фотографий. На кровати теплый клетчатый плед, завернувшись в который, он глотает что-то горячее из огромной кружки. Судя по дрожи, Тэхен явно замерз, добираясь до своей комнаты после занятий. Чонгук успевает разглядеть компьютерный стол в идеальном порядке и приоткрытый шкаф с одеждой рядом с большим круглым зеркалом. Взломав камеры, он испытал неприятное чувство вины. Конечно, он не должен был шпионить за ним таким образом, но Тэхен дал ему неплохой шанс заработать больше обычного. И Чонгук, тактично отключившись от камеры в ванной, включил запись. Теперь, если произойдет что-нибудь интересное, то он наверняка об этом узнает. — Гук, это… ну даже неприлично как-то. Не хочешь отказаться от этого дела? — Хосок быстро теряет интерес к Тэхену и возвращается к пакетам с продуктами, на ходу стягивая шарф. — Мне тоже не очень приятно, но когда это меня останавливало? Посмотрим, как далеко это зайдет. Я в любой момент могу остановиться, — Чонгук вдруг чувствует невероятный голод, унюхав запах пиццы из чужого пакета, — Ммм, ты поесть купил… — Это мне! — Хосок показал ему кусочек пиццы, — Я писал тебе, между прочим, спрашивал, брать ли на тебя. А ты проигнорил! Я решил, что ты уже поужинал в столовой. — Значит, пойду в столовую, — Чонгук бросил последний взгляд на Тэхена, а затем на горящее окно напротив. Он делает что-то неправильное. То, от чего совесть кричит и пытается остановить его руками и ногами. Но Чонгук не может с собой ничего поделать. Что-то подсказывает ему, что Тэхен, зная о наличии камер, вряд ли станет делать в своей комнате что-нибудь интересное. И все же, в глубине души он надеется, что его старания окажутся ненапрасными. *** Наконец погасив долг и отключившись в семь вечера после плотного ужина, Чонгук просыпается от невыносимой жажды ближе к утру. Тело ломит, будто он проспал не десять часов, а целую вечность. Во рту все еще стоит привкус кунжута после ужина, а глаза взрываются от боли. Ему стоило хотя бы вытащить линзы, умыться, почистить зубы и принять душ перед сном. Но Чонгук настолько устал, что, придя из столовой, смог лишь завернуться в одеяло и упасть лицом в подушку, не замечая Хосока, громко болтающего по телефону с сестрой. Он плетется к ванной, жмурится от яркого света и осторожно приоткрывает один глаз, пытаясь привыкнуть к смене освещения. И тут же закрывает его, ужасаясь своему отражению в зеркале. Чонгук глотает воду прямо из-под крана, не обращая внимания на вкус, умывается теплой водой и, все же решив оставить душ на утро, плетется обратно в кровать. Но останавливается, заметив свет в одном из окон напротив. Вспомнив про Тэхена, он поспешил вывести ноутбук из спящего режима и проверить камеры. На этот раз никаких слез. Тэхен просто пялится в телефон, забравшись под одеяло, и легко качает головой в такт музыке в наушниках. Он вообще спит когда-нибудь? Новая идея кажется Чонгуку безумной. Если бы она пришла ему в голову утром, то он бы просто отмахнулся от нее. Но по ночам он всегда чувствует себя более решительным и открытым. Сон как рукой снимает. Он легко пробирается к перепискам Тэхена по привычному алгоритму, и на полчаса зависает с созданием и зашифровкой нового диалога. Стараясь не разбудить Хосока, крадется к окну и проверяет свет в окне Тэхена. Он все еще не спит. Сначала он пишет свое имя, но затем стирает и оставляет одну букву J. Не стоит раскрывать все карты раньше времени. «Тэхен, здравствуй. Эта переписка защищена. Ее можем видеть только мы с тобой, никто посторонний не сможет прочитать наши сообщения. Пообщаемся?» Как только Чонгук нажимает кнопку «отправить», формулировка сразу кажется ему глупой и неуклюжей. Наверняка Тэхен просто проигнорирует такое странное сообщение и попытается отправить Чонгука в черный список. Он ругает себя за необдуманный шаг и уже почти закрывает ноутбук, когда видит, что Тэхен печатает ответ.