Айви

Захлопнув дверь, Чонгук зажмурился и прислонился спиной к холодной стене. Сердце стучит где-то в горле, внутри все скручивает паника, на лбу выступил холодный пот. Он сходит с ума. Тэхен не мог оказаться здесь. Он просто не мог узнать место работы Чонгука, отследить его график и прийти к нему. Да и не за чем ему это. Чонгук не может придумать ни одну причину, по которой Тэхен мог вернуться к нему. Он однозначно ненавидит его за предательство. Он наверняка так же, как и Чонгук, старался вырезать его из своей памяти и забыть как страшный сон. У Тэхена нет ни единого повода приходить к Чонгуку и пытаться возобновить общение. Он выглядел слишком хорошо, чтобы нуждаться в какой-либо помощи от Чонгука: повзрослевший, в джинсах, рубашке и легкой куртке, с темными вьющимися волосами и непривычно серьезным взглядом. Может, Чонгук вообще ошибся? Ведь он помнит Тэхена милым блондином в очках, одетым немного старомодно. Может, он вообще накричал на кого-то постороннего? Он просто не мог отреагировать по-другому. Чонгук старался забыть Тэхена всеми возможными способами, зная, что если бы не связь с ним, он был бы счастлив. Чонгук старался стереть любые воспоминания, связанные с ним, но все равно любая мелочь снова вызывала его образ в голове. Чонгук видел его во снах, за что поплатился сломанной рукой, когда среди ночи в камере на четырех человек закричал его имя. И все равно не смог его забыть. Пришлось умыться ледяной водой и сделать пару глотков прямо из крана, чтобы хоть как-то привести себя в чувства. Он специально не поднял взгляд к зеркалу над ванной, поспешно отвернувшись. Тэхен бы ни за что не узнал его. В нем не осталось ничего от того Чонгука, в которого он когда-то был влюблен. Он попытался убедить себя в том, что ему показалось. Он слишком мало спал, пил слишком много таблеток и кофе, чтобы мыслить адекватно. В последний раз его мозг работал ясно, когда он чертил модель двигателя на серых тетрадных листах, чтобы передать их Хосоку, и делал сложные расчеты вручную на бумаге. После этого просветлений не наблюдалось. Чонгук накинул куртку, выходя под мелкий дождь, но остановился, когда что-то блеснуло на сером асфальте. Он наклонился, чтобы поднять золотистый полукруг, и замер, пытаясь рассмотреть его в свете фонаря. Гладкий, тонкий, с ровным рядом винтов. Руки задрожали, когда он узнал браслет. Тот самый, который Тэхен никогда не снимал и всегда носил на левой руке. Пришлось оглянуться вокруг, чтобы найти вторую половину. Чонгук попытался соединить их вместе, но, заметив сломанное крепление, лишь провел пальцами по гладкому металлу, затаив дыхание. Он переживал, что Тэхен встречался с кем-то, когда заметил на его запястье такой символичный браслет. Он вздохнул с облегчением, узнав, что Тэхен получил его от матери. Он брал Тэхена за руку и переплетал с ним пальцы, когда на нем был этот браслет. Он гладил его ладонь, засыпая вместе с ним среди мягких подушек в комнате Тэхена. Пришлось встряхнуть головой, чтобы отогнать возникшие перед глазами образы из прошлого, заставившие сердце забиться быстрее, а дыхание сбиться. Символично. Браслет под названием «любовь», сломанный пополам. Чувствуя, что руки трясутся слишком сильно, он торопливо убрал обе половинки в карман. Это был Тэхен. Как бы Чонгуку ни хотелось отрицать это, именно Тэхен приходил к нему, чтобы возобновить общение. И именно Тэхена, того самого Тэхена, которого когда-то так любил, Чонгук вытолкал на улицу, заставив упасть на асфальт и потерять его любимый браслет. Пришлось сжать зубы и подставить лицо холодным каплям дождя, чтобы унять эмоции.

***

— Я долетел, здесь очень тепло, завтра обещают солнечный день, — на экране ноутбука показался широко улыбающийся Хосок в панаме, идущий по ночной улице, — Накупил еды, иду в отель, — он показал большой пакет в руке, — Обещают переселить куда-то через пару дней. Я еще не был в космическом центре, так что… — Это ты рассказал, где я работаю? — Чонгук не разделил его энтузиазма, безучастно уставившись в экран. — Что? — Хосок нахмурился, — Кому? — Тэхену. Только ты знаешь, где я работаю. — А, — он выдохнул, — Как прошла встреча? Он объяснил тебе все? — Я же сказал, что не хочу его видеть! — Чонгук с трудом сдержался, чтобы не повысить голос, и со всей силы сжал подлокотник кресла, — Зачем? Он тебя попросил? Думал, это я твой друг, а не он! — Это я его попросил, — Хосок ответил совершенно спокойно, — Он целых три года молчал, хотя советовал ему связаться с тобой еще раньше и во всем разобраться. А сейчас… — Молчал? — Чонгук нахмурился, — Вы все это время общались? Почему тогда продолжал общаться со мной, если… — он все же не сдержался, переходя на крик, но его вовремя перебили. — Ты не дал ему сказать, да? Так же, как и мне сейчас? — Хосок тяжело вздохнул, глядя на него в упор, — Тогда выслушай хотя бы меня. Чонгук чувствует себя преданным. Хосок не должен был общаться с Тэхеном — причиной всех его бед. Он должен был быть на его стороне, но нет, он все это время поддерживал связь с Тэхеном. Возможно, даже докладывал ему о состоянии Чонгука. Учитывая то, что Тэхен должен был его ненавидеть после предательства, все кажется очень странным. — Он хотел встретиться с тобой, когда ты остынешь и разберешься в себе. Я объяснил ему все, когда узнал, что с тобой случилось. Тэхен тогда пролежал в комнате три дня, даже не ел ничего. Он постоянно плакал, был уверен, что ты просто пользовался его чувствами. Я рассказал ему, что тебе были срочно нужны деньги, но ты пытался любым способом не подвергнуть его опасности, — Хосок тяжело вздохнул, — Он сразу же поверил мне. Сказал, что будто бы на уровне интуиции чувствовал, что ты не мог так с ним поступить. Знаешь, почему тебе дали всего лишь год? Чонгук ответил не сразу в попытках понять, как Тэхен мог так сразу поверить другу Чонгука и простить его без всяких доказательств. — Мне повезло с адвокатом. Если бы не она… — Она мать Ким Сокджина. Того самого, с которым до сих пор встречается Намджун, брат Тэхена. Тебе бы дали все пять лет, если бы Тэхен не нашел способ с ней связаться и не заплатил ей полмиллиона, — голос Хосока прозвучал неожиданно расстроено. Чонгук так и замер, не в силах произнести ни слова и впившись ногтями в собственную ладонь. Он понятия не имел, что именно благодаря Тэхену хороший адвокат «бесплатно» взялась за его дело и помогла ему избежать более длительного срока. Даже этот год показался Чонгуку адом, который он с трудом пережил. Он наверняка бы наложил на себя руки, если бы остался там дольше. — Он набрал долгов, потому что из-за дела отца все его счета были заморожены. Сначала Намджун давал ему деньги, потом он уехал в Нью-Йорк, хотел бросить учебу, снимался для всяких журналов, работал моделью. Уж не знаю, кто его уговорил учиться дальше, но закончил он всего полгода назад, — Хосок выжидающе взглянул на него, ожидая хоть какой-то реакции, — Просто скажи, что ты не был груб с ним. Чонгук лишь опустил взгляд, промолчав. Из груди будто разом выбило весь воздух. Нет, он понятия не имел, что Тэхен давным-давно его простил. Не знал, что Тэхен пытался помочь ему и искренне любил. Он с трудом поборол желание отвернуться и вовремя скрыл эмоции, грозящиеся вырваться наружу. — Он писал мне каждую неделю, спрашивал, как ты. Когда я предлагал ему самому написать тебе, он говорил, что подождет, пока ты его простишь. Но когда я написал, что улетаю, и беспокоюсь, как ты будешь жить там один в таком состоянии, он сразу согласился вернуться в Нью-Йорк из Сеула и поговорить с тобой, — Хосок печально усмехнулся, все еще пытаясь прочитать его эмоции через экран, — И мне теперь стыдно перед ним. Я думал, что ты еще способен на адекватный диалог. Чонгук не ответил. Он лишь громко сглотнул, пытаясь сдержать подступающую истерику, и дрожащими пальцами сбросил звонок.

***

Тэхен сумел сдержать эмоции, сидя на заднем сидении такси. Сумел сдержаться, идя по улице под начинающимся ливнем, и даже стоя на пороге квартиры Чимина в грязных джинсах и пряча в кармане разодранную об асфальт ладонь. — Тэ? Ты чего это пришел сегодня? Я только с работы… — Чимин выглянул из-за двери в полурасстегнутой рубашке со свисающим развязанным галстуком. Улыбка тут же сменилась беспокойством, как только он осмотрел его с головы до ног. — Что случилось? — он торопливо потянул его за руку внутрь, не обращая внимания на грязные следы на чистом полу, — Ну, ты чего? Тэхен хотел хотя бы поздороваться, но не смог. Глаза снова наполнили слезы, а губы непроизвольно задрожали. — Это… — он попытался сформулировать фразу, но ничего не вышло, — Да так… — Боже, Тэ… — Чимин потянул его в гостиную, позволив разуться, и торопливо усадил на диван, — Что опять? Кто? Тэхен смог лишь покачать головой, чувствуя, как слезы стекают по обветренным губам. Он как будто вернулся обратно в тот день, когда осознал, что вся любовь Чонгука была обманом. Его чувства, которые он так бережно хранил все эти годы, просто взяли и отвергли в одночасье, вытолкав его на улицу и захлопнув дверь прямо перед его носом. Тэхену так больно и обидно, что он не может произнести ни слова, и плачет лишь сильнее, когда его бережно обнимают. Он верил, что Чонгук все эти годы тоже любил его. Искренне верил и поддерживал его, каждый день надеясь, что Чонгук наконец остынет, переосмыслит случившееся и захочет с ним поговорить. Тэхен сам виноват в том, что тянул время и успокаивал себя пустым надеждами, у которых не было никакого основания. Он должен был либо сразу поговорить с Чонгуком, либо оборвать все связи и больше никогда не встречаться. Но нет, Тэхен любил Чонгука. По крайней мере, до сегодняшнего вечера. Да и сейчас в глубине души любит, хочет встретиться с ним снова, попытаться объясниться и починить то, что рассыпалось в пыль. — Ну чего ты переживаешь так из-за этих однодневок?.. — Чимин бережно погладил его по спине, — Раз у тебя не получается выстроить длительные отношения, разве не лучше просто отдохнуть и перестать тратить себя на неправильных людей? — Это Чонгук, — Тэхен прохрипел на грани слышимости куда-то ему в плечо, чувствуя, как рубашка Чимина намокает от его слез. Он был уверен, что Чимин — не настоящий друг. Так, очередная покупка отца, которая действует, пока за нее платят деньги. Но когда Чимин сутками сидел с ним в его комнате, пропуская занятия и уже зная, что отец Тэхена больше за него никогда не заплатит, обнимал Тэхена и пытался хоть чем-то накормить, Тэхен понял, что ошибался. Он обычный человек. Ему свойственно ошибаться. Совершенно нормально, что он сначала ошибся насчет Чимина, а затем насчет Чонгука. Вот только если с Чимином осознание ошибки принесло радость и облегчение, то осознание ошибки с Чонгуком просто раздавило его. — Чонгук? — Чимин повторил, будто не разобрав его слова, — Ты встречался с ним? — Он просто послал меня, не дал ничего сказать… — Тэхен громко всхлипнул, шмыгнув носом. — Я сразу говорил, что он тебя недостоин! Тэ, он не заслужил тебя от слова совсем! Ты уверен, что Хосок тогда сказал тебе правду? — Что?.. — Насчет Чонгука. Вдруг он просто рассчитывал, что с твоей помощью Чонгуку грозит меньший срок? — Нет… — Тэхен скомкал край диванной подушки, — Он не мог… — Мог, Тэ. Просто ты его очень сильно любил. Ты просто не знаешь, на что люди способны ради денег. Я не утверждаю, но такое вполне могло быть. И учитывая его реакцию… — Чимин остановился, глядя на очередной приступ плача, — Тэ, ну ты чего… Он обнял его, чувствуя сильную дрожь по всему телу Тэхена, и бережно погладил его по спине, пытаясь успокоить. — Он не достоин твоих слез. Но если тебе нужно поплакать… Он замолчал, дотянулся до пледа и прикрыл спину Тэхена, дрожащую от плача, и лишь тяжело вздохнул. Если Тэхену нужно высвободить эмоции, то Чимин — пожалуй, единственный человек, с которым он может это сделать. Когда спустя полчаса стало только хуже, дрожь лишь усилился, а всхлипы перешли в кашель, Чимин кое-как уговорил Тэхена выпить успокоительное и отправил его в теплый душ. Он так и простоял под дверью все пятнадцать минут, прислушиваясь к звукам и беспокоясь, как бы Тэхену не стало еще хуже. Но Тэхен вышел из ванной уже без слез. На его опухшем измученном лице лишь застыла невероятная усталость. Чимин хотел дать ему свою одежду, но Тэхен так и уснул в белом махровом халате на его кровати, едва опустившись на нее. Он так и просидел рядом с ним, пока не убедился, что Тэхен действительно заснул крепким лекарственным сном. Уже собираясь встать и пойти наконец-то переодеться в домашнюю одежду, он вздрогнул от уведомления, пришедшего на телефон Тэхена. Он собирался лишь выключить звук, но замер, увидев на экране блокировки сообщение с незнакомого номера. «Тэхен, это Чонгук. Надеюсь…» Чимин осторожно разблокировал телефон пальцем спящего Тэхена и открыл сообщение. «Тэхен, это Чонгук. Надеюсь, ты выслушаешь меня после всего, что я сделал. Хосок мне все рассказал. Я понятия не имел, что ты давно знаешь правду и простил меня. Я думал, что ты ненавидишь меня и считаешь, что я тебя предал. Спасибо, что поверил и так быстро простил меня. Мне очень жаль, что я так отреагировал сегодня. Я не ожидал, что мы с тобой еще хоть раз встретимся, и даже не сразу узнал тебя. Надеюсь, ты сможешь простить меня. Давай встретимся снова и поговорим, нам многое нужно друг другу объяснить. Пожалуйста, позволь мне все исправить.» Он вздохнул и пролистал вниз, не испытывая ни капли сочувствия к Чонгуку. «Когда ты упал, у тебя сломался твой любимый браслет. Он у меня, думаю, его еще можно починить. Прости, я не хотел делать тебе больно. И, пожалуйста, ответь мне, даже если очень злишься. Мне очень важно услышать твой ответ. Буду ждать.» Чимин еще раз прошелся взглядом по сообщениям, а затем перевел взгляд на Тэхена, положившего под щеку поцарапанную ладонь, и его непривычно пустое запястье. Он поправил одеяло, думая о том, как бы обработать царапины, не разбудив Тэхена, а затем снова взглянул на экран. На раздумья ушло совсем немного времени. Он удалил оба сообщения, а затем и весь чат, заблокировал телефон и вернул его на прикроватную тумбу. Так будет лучше. Он не готов снова увидеть Тэхена в таком состоянии по вине Чонгука.