Ты никогда не был хорош для меня

Мои глаза мягко открылись, когда я посмотрела на потолок. Я была в больничном крыле, и вокруг меня стояли профессор Макгонагалл, Снейп, Дамблдор и Слизнорт. Возле меня сидели Джинни и Гермиона, а Гарри стоял. Они не поняли, что я проснулась, так как все смотрели на Дамблдора, который держал бутылку, ту самую бутылку медовухи, из которой мы с Роном пили. Вдруг Лаванда вбежала во флигель с криком, — Где мой Бон Бон? Он спрашивал обо мне? — пока она проталкивалась сквозь профессоров. Ее глаза остановились на Гермионе, и она спросила, — Что она здесь делает? Эм, она имеет на это полное право? — Я могла бы задать тебе тот же вопрос, — ответила Гермиона. — Так получилось, что я его девушкас — возразила Лаванда. — Ну, так получилось, что я его… друг. — Полагаю, ты хочешь, чтобы я порвала с ним теперь, когда он такой интересный, — сказала Лаванда, что, честно говоря, было очень глупо. — Он и т/и были отравлены тупица! — потрясенно сказала Гермиона. Нас отравили? Но кто? И почему? Внезапно Рон начал что-то бормотать, — Не волнуйся, Бон Бон, я здесь, — сказала Лаванда, когда все посмотрели на Рона. — Гер… Гер… Гермиона, Гермиона, — тихо пробормотал Рон. Лаванда выбежала, плача на бегу, — Ну, это неловко, — пробормотала я. — Т/и! — воскликнули Гермиона и Джинни, когда Гермиона встала, но осталась рядом с Роном. Джинни подошла ко мне, и Гарри улыбнулся. — Ох, быть молодыми и чувствовать острое жало любви, — Дамблдор сказал, — Пойдёмте все, о мистере Уизли и Мисс Т/ф хорошо позаботятся. Джинни и Гарри попрощались, выходя из больничного крыла, разговаривая о том, что сказал Рон. Пока мадам Помфри готовила мне лекарство, я улыбнулась Гермионе, которая держала Рона за руку, — О, заткнись, — сказала она, тоже улыбаясь.

***

Прошло уже два дня с тех пор, как нас с Роном отравили. Рон был отравлен гораздо хуже, чем я, так как выпил больше, однако нам все равно пришлось оставаться в больничном крыле столько же времени. Я села на кровать; возле меня лежал новый номер «Придиры», который принесла мне Луна, несколько пустых упаковок шоколадных лягушек, которые принес Блейз, и несколько карточек «Выздоравливай скорее». Гермиона и Гарри сидели между мной и Роном; Рон заснул несколько минут назад. — Ну, мм, так… Драко вообще приходил? — спросила я Гарри и Гермиону. От него не было никакой открытки, каждый, кто что-то приносил, ставил на ней свое имя. — Нет, не думаю, — сказал Гарри, поедая один из моих тыквенных пирогов и глядя в землю. Я кивнула, делая вид, что читаю очередную страницу «Придиры». Я не хотела, чтобы они видели мою боль. Гермиона посмотрела на Гарри строгим взглядом, она видела, как расстроена, что я чувствовала, — Честно говоря т/и, я вообще не так часто видела его в школе. Я уверена, что он хочет навестить тебя, просто еще не пришёл, — я могла сказать, что она пыталась заставить меня чувствовать себя лучше, но она ненавидела заступаться за него. Я слегка улыбнулась ей и продолжила читать, пытаясь отвлечься от мыслей о Драко.

***

Я проснулась от звука тихих рыданий, доносившихся справа от меня. Я могла сказать, что было довольно темно, это означало, что, должно быть, была середина ночи. — Мне очень жаль, — я услышала, как фигура произнесла сквозь приглушенные рыдания. Это был Драко. — Ты не должна была пострадать, — он схватил мою руку, держа ее в своей. Я не открывала глаз; если бы открыла, он, возможно, перестал бы говорить, — Я боюсь т/и. Это все моя вина. Я сделал все, что мог… — Мистер Малфой! — перебила его мадам Помфри, — Студентам не разрешается посещать пациентов в нерабочее время, а теперь уходите! Драко тихо кашлянул и сжал мою руку, прежде чем уйти. Мадам Помфри задернула занавески вокруг моей кровати, прежде чем тоже покинуть крыло. Я никогда раньше не видела, чтобы Драко был так напуган. Для всех он был хулиганом, грубил почти всем. Но что бы он ни переживал сейчас, это причиняло ему боль, и он нуждался во мне больше, чем когда-либо.

***

Мы сидели в Большом зале, Гермиона и Рон с одной стороны, Гарри и я — с другой. Нас с Роном выпустили только утром, поэтому мы пошли завтракать. — Расскажите мне, как я снова порвал с Лавандой? — спросил Рон, глядя на Лаванду, которая сидела за столом позади нас. — Ммм… ну… — Гермиона посмотрела на меня и Гарри в поисках поддержки, но не получила ен, — Она пришла навестить тебя в больничном крыло, и вы поговорили, это был не особенно долгий разговор. Я посмотрела на свою тарелку с едой. Если Рон узнает, что он сказал… — Не поймите меня неправильно, я чертовски волнуюсь, но она, кажется, немного расстроена. Мы дружно повернулись к ней. Она сидела прямо, ее лицо было в следах слез, она держала ложку, как будто собиралась кого-то ударить. Мы все обернулись и посмотрели друг на друга. Ну, это опять неловко… Большая группа девочек шла позади меня и Гарри, когда Гермиона прошептала, — Гарри, это Кэти. Кэти Белл. Она только что вернулась из больницы Святого Мунго для магических болезней и травм. Ее состояние было настолько тяжелым, что мадам Помфри даже не смогла вылечить ее. Гарри встал и взял с собой книгу с зельями, чтобы пойти и поговорить с ней. Мы сидели молча, пока Гермиона не спросила, — Ты носишь свое ожерелье? Я снова надела ожерелье Драко. С тех пор как он навестил меня в больнице, я знала, что он борется. Я чувствовала, что это правильно — надеть его снова. Гарри шел назад, пока не остановился на чем-то позади меня. Это был Драко. Драко уставился на меня, прежде чем быстро уйти. Гарри пошел за ним еще быстрее. Мне нужно было последовать за ним, поговорить. Я быстро встала и пошла. Гермиона выкрикнула мое имя, но я не слушала. Я шла за ними по коридору. Группа первокурсников стояла у меня на пути, болтая о домашнем задании по чарам. — Шевелитесь! — крикнула я, когда они быстро убрались с моего пути. Внезапно из соседнего мужского туалета донеслись крики и звуки заклинаний. О нет. Когда я добралась до таулета, кто-то крикнул, — Сектумсемпра. Внезапно Драко полетел на землю. — Нееет! — я кричала, когда бежала в его сторону. Он лежал на полу в агонии. Кровь начала вытекать из его тела, смешиваясь с водой на земле. — Нет, нет, нет, — повторила я, стоя на коленях рядом с ним и плача, — Драко… Я уставилась на него, но ему было слишком больно. Я не знала, что делать; в голове у меня было пусто, и я была в шоке. Гарри уставился на меня в шоке. Это была его вина. Он попятился от Драко и вышел из туалета. — Подвинься, — услышала я голос позади себя. Это был Снейп, который опустился на колени рядом с Драко, произнося слова, которые начали исцелять Драко, а я стояла в углу и плакала.