Лихолесье

Серебристые копыта проскальзывали по мху и застревали между покрытыми им камнями. Окта приглушённо ворчала, периодически порыкивая на хихикающую Серпенту, которая, кажется, чувствовала себя вполне комфортно, переползая с дерева на дерево по извилистым веткам. Их переплетение было больше похоже на паутину, сквозь сетку которой можно было видеть небосвод. Листьев на этих деревьях не росло — их заменил вездесущий мох. Это место разительно отличалось от густых северных лесов с их огромными высокими кронами, сквозь которые редко пробирались лучи светил. И потому, даже в самый яркий день, лес был мрачен. Послышалось очередное шарканье об камень и возмущения фавна из-за внезапно задевших толстую ветвь рогов. Друид вздохнул и, пригибаясь чуть ближе к земле, последовал за спутницами. В родных лесах он всегда держал верхнюю часть туловища стоймя*, поэтому сейчас — двигаясь между низких кривых деревьев и скользких ото мха камней на полусогнутых ногах и изредка цепляясь руками за корни, а рогами за ветви — Друид чувствовал себя... Нелепо. Он мог бы добавить ещё «уязвлённо», но так себя, по-видимому, на данный момент чувствовала лишь Окта — не каждый день она получала столько смешков и издёвок от Серпенты. Каким чудом Друида это не коснулось, оставалось лишь догадываться: за всё время их знакомства, малышка никогда не была сдержанной и говорила всё, что в голову придёт. Может, пожалела? Иногда Друид силился вспомнить, почему он однажды согласился на предложение фавна отправиться в путь по Диким Землям? Это не входило в доверенные ему обязанности хранителя. Доверенные… Никто не знает, кем были доверены эти самые обязанности. Они просто просыпались в Диких Землях и знали, что должны делать. Ни прошлого. Ни имени. Лишь цель существования и знания сути. Друиду и в голову не приходило что-либо менять, пока не встретил её. Дерзкого фавна с острым, подобно её же кинжалам, языком. Сказала, что у неё есть имя и что зовут её Окта. Что «Нет, я сама себе имя дала» и «А у тебя разве его нет?». И после назвала его Друидом, потому что «Похож ты на друида, да и знаешь много всякого». Потом они расходились и вновь пересекались, снова и снова, пока Окта не попросила его стать партнёром по охоте. «Я помню, как ты завалил того заражённого — одни ошмётки остались! Мне бы твоя сила и помощь не помешали». И он согласился. Точно! Друид хотел понять, почему она такая? Почему она осознает себя как существо, а не как страж? Как много она знает? Помнит? С каждым днём, с каждым путешествием он понемногу узнавал ответы. И ему представится возможность узнать ещё. А пока… — Туман поднимается, — фавн снова шаркнула по камню и, ухватившись за ближайшую низкую ветвь, замерла, — мы дошли до болот.