но когда я тянусь к тебе, там... / but when I reach for you there's

- Ты абсолютно уверена? Кажется, тут ужасно много муки. Яз поворачивается как раз вовремя, чтобы увидеть, как белое облако взметнулось прямо перед лицом Доктора, заляпав её тёмно-синюю футболку. Когда инопланетянка после этого трясёт головой, как мокрая собака, и чихает, вверх взмывает другое облако, заставляя её лицо исчезнуть из поля зрения во второй раз в течение минуты. Когда пыль улеглась, Яз кладет руки на бедра и, приподняв бровь, рассматривает беспорядок перед собой. - Не знаю, как ты это измеряла, но знаешь, я говорила о граммах. Доктор несколько секунд медленно моргает, как сбитая с толку кошка, и её глаза комично широко раскрываются, когда до неё, наконец, доходит. - О! Земные граммы, конечно, не флабтерианские граммы! Теперь в этом гораздо больше смысла. Яз смотрит ей прямо в глаза в течение долгой секунды, прежде чем ей приходится отвернуться, скрывая неоспоримо влюбленную улыбку, вспыхнувшую на губах, под предлогом поиска остальных ингредиентов для торта на день рождения Райана. Если бы она ещё не знала, что слишком увлеклась в своей маленькой влюблённости, она определенно узнала бы это сейчас по тому, как её сердце почти болезненно сжимается при виде восхитительной картины инопланетянки в радужном фартуке. (Ей с трудом удалось отговорить её от ношения поварского колпака, опасаясь, что она не переживет этого несомненно милого зрелища.) Преисполненная решимости избежать дальнейших инцидентов, Яз берёт на себя задачу всё отмерить, прежде чем передать это Доктору, оставив инопланетянку взбивать все ингредиенты вместе. Тем не менее, кажется, что всегда есть небольшие риски, даже когда Доктор не делает ничего, а просто остаётся собой. Яз сразу замечает это, когда она смотрит на неё. - Посмотри на себя, - она нежно вздыхает и подходит к Повелительнице Времени, - Ты - блестящая и могущественная древняя инопланетянка, спасающая вселенную по два раза за неделю, умудрилась целиком испачкаться, делая простые земные кексы. - Нет ничего, что... Ой. Совершенно непроизвольно, Яз тянется руками к лицу Доктора, одной рукой удерживая её голову, а большим пальцем другой вытирая брызги шоколадного теста на левой щеке. Осознав, что она делает, она застывает на полпути, и её глаза широко раскрываются, чтобы встретиться со взглядом блондинки. Они сближались - ну, по крайней мере, физически, когда дело доходило до всего остального, Повелительница Времени до сих пор была настолько закрыта, насколько это возможно - в течение последних нескольких приключений, с тех пор, как Яз уходила одна и осталась невредимой, но прямо сейчас, безусловно, был самый напряжённый момент между ними. Она может видеть каждую ресницу Доктора, видит, как они трепещут, когда она снова проводит подушечкой большого пальца по её коже, несмотря на то, что уже нечего стирать. Ореховые глаза нервно бегают по её лицу, пока не останавливаются на её губах, и ... о. Это тот самый момент? Она чувствует, как расстояние между ними сокращается, может чувствовать, как её сердце бьется в груди в головокружительном предвкушении, и всё же. И всё же какая-то крошечная частичка внутри неё кричит, вопит и бьётся в неожиданной панике, и Яз опускает руки, делая шаг назад, выскальзывая из рук Доктора под предлогом того, что нужно вылить жидкое тесто в бумажные стаканчики. Лицо другой женщины ничего не выражает, когда Яз, наконец, осмеливается снова на неё взглянуть, они делают всё, как будто ничего не случилось (чего и не случилось, благодаря Яз), но она не может избавиться от ощущения, будто совершила непоправимую ошибку. Тогда ей следовало поцеловать её.