Абсент (Absinthe)

Гермиона очнулась на низкой кушетке и застонала. — Миссис Джордан? Вы в порядке? Вот, выпейте. Она несколько раз моргнула, чтобы сфокусировать взгляд, и обнаружила, что мистер Бигби стоит на коленях рядом с ней, протягивая небольшой флакон средства от головной боли и стакан воды. Она с благодарностью взяла оба. Беглый взгляд показал, что пол лаборатории все еще был завален перевернутыми котлами, но «Эндрю Стерна» не было видно. — Где он? Мистер Бигби покачал головой. — Я не знаю. Он бредил, а затем выбежал через черный ход, как будто за ним гнались адские гончие. Мне очень жаль. Это так неловко. Ничего подобного раньше не случалось. Она вернула стакан Бигби и посмотрела ему прямо в глаза. — Почему вы не сказали мне его настоящее имя? — Что вы имеете в виду? — Я знаю, что это был Северус Снейп, я работала с ним слишком долго, чтобы не узнать его глаза. Бигби покраснел и встал, без помощи палочки подозвал стул, чтобы сесть на него. Он тяжело вздохнул. — Он не хотел, чтобы кто-то знал, кто он такой. Я не видел в этом вреда. Он никогда раньше не доставлял неприятностей. По крайней мере, не таких. Он хороший зельевар. — Он больше, чем просто зельевар, он лучший зельевар в Британии, — огрызнулась Гермиона. — Он научил меня всему, что я знаю. Бигби кивнул. — Да, это связь, я понимаю. Вы были его первым учеником. Он был моим. — Вы сказали ему, что я приду? Он знал, что это я? — Я так думал. Он не выглядел особенно обеспокоенным, когда мы разговаривали. Ему нравится узнавать что-то новое, особенно о зельях, которые снимают проклятия. Гермиона провела руками по волосам. — Вы сказали ему, что я приду, или только что придет миссис Джордан? Бигби смущенно посмотрел на нее. — Я мог назвать вас только миссис Джордан, но все знают, кто вы. — Нет, если они не читают газет. Бигби поморщился. — Я не понимаю. Почему это должно было иметь значение? Я не знал, что у вас двоих плохая история. Он никогда не упоминал об этом. — Он когда-нибудь говорил обо мне? — Насколько я помню, нет, — Бигби печально покачал головой. — Честно говоря, он никогда много не разговаривал. У него всегда были свои демоны, даже когда он был молодым парнем. Гермиона вздрогнула. — Вы намекнули, что с ним были небольшие неприятности. Какие неприятности? Бигби, казалось, не хотел отвечать, но затем покачал головой и вздохнул. — У него проблемы со здоровьем. Он лечит их самостоятельно с неоднозначными результатами. Иногда он просыпает, как в день вашего семинара. Иногда он приходит в дезориентацию, но я всегда отправляю его домой, когда это случается. Единственная реальная претензия заключалась в том, что он иногда воровал из моих запасов, но после того, как я в последний раз поговорил с ним, он перестал. Я никогда раньше не видел, чтобы он действовал настолько иррационально. Гермиона размышляла о дрожащих руках и запущенной лаборатории. Что с ним случилось? — Вы знаете, куда он пошел? — спросила она. — Могу только предположить, что он ушел домой. — Вы знаете, где он живет? — Гермиона знала, что Снейп продал свой дом после войны. Насколько ей было известно, единственным его другим домом был Хогвартс. Бигби кивнул. — У меня есть его текущий адрес. Только когда Бигби вышел, Гермиону начало сильно трясти. *** Две фигуры в плащах пробирались по Лютному переулку, тщетно ища указатели улиц и номера домов. — Могу я еще раз сказать, насколько это глупо? — Я бы предпочла, чтобы ты этого не делал. — Можем ли мы хотя бы подождать Гарри? Знаешь, еще один аврор не помешал бы в этой ситуации. — Нет. Ты не видел его лица. Он был не в своем уме. Я чувствую, что произойдет что-то ужасное, если я буду ждать. Рон схватил ее за руку, останавливая. — Гермиона, — тихо прошипел он. — Это неразумно. Ты меня немного пугаешь. Ты даже не сказала Ли, куда собираешься. Выражение испуганных черных глаз на лице чужого человека, будто загнанного в ловушку, наполнил ее жгучей настойчивостью. — Я должна, — прошипела она. — Я не могу ждать, и Ли не поймет. Он все еще винит Снейпа в том, что произошло. Я не должна была вообще рассказывать ему. Гермиона отдернула руку и пошла искать кого-нибудь, чтобы спросить дорогу. Рон оттолкнул ее за спину, когда они достигли верхнего этажа ветхого здания. Шум вокруг них, казалось, почти отражался от двери с номером 306. За ней царила мертвая тишина. Никто не ответил на стук. По нетерпеливому жесту Гермионы Рон быстро снял чары — она ​​сказала ему, какие из них Снейп использовал в прошлом — и осторожно толкнул дверь. Место было просто свалкой, пахло плесенью и рвотой. Они ждали несколько ударов сердца, но ничего не произошло. Рон пригнулся и проскользнул через дверной проем. — Черт возьми, — сказал он тихо. Гермиона бросилась следом за ним и ахнула. Снейп лежал на полу, раздетый до белья. Его атрофированные, скелетоподобные ноги были согнуты и раскинуты в стороны, болезненно тонкая грудь покрыта рвотой. Костлявые плечи упирались в кровать, а маггловский шприц лежал на полу под его рукой. Кусок резиновой трубки был свободно затянут выше его локтя. Голова Снейпа упала на слишком тонкую шею, и его все еще открытые глаза с синяками под ними смотрели невидящим взглядом в пол сквозь длинные грязные волосы. Его лицо было изможденным и бледным, похожим на череп, а губы… синими. Гермиона неотрывно следили за его грудью, желая, чтобы та поднималась и опускалась, отчаянно нуждаясь в знаке, что он дышит. Но он не дышал. — Слишком поздно, — прошептала она, даже не заметив, что рухнула на пол у его ног. — О, боги, я опоздала, — боль пронзила ее, она обхватила руками живот и завыла. Три года. Прошло больше трех лет с тех пор, как Гермиона покинула его кабинет, умирая от стыда. За это время она боролась и победила и свою боль, и стыд. Она добилась уважения в своей области. В области, которую он открыл для нее. Гермиона даже кого-то встретила и вышла замуж, и хотя это было далеко не идеально, она жаждала этого постоянства. Они подумывали даже о том, чтобы завести детей. За эти же три года, это было тем, что с ним стало. Это — то, с чем он остался. Это — было его выходом. Выражение лица Снейпа, все его лица смешались в ее сознании, вытесняя все остальное и оставляя на своем месте только вину, боль и ужас. Его гнев, его радость, его экстаз, его отвращение, стыд, благородство. Гермиона увидела перед своими глазами, как он снова падал на пол, и из шеи текла кровь. Она видела, как он рычал на нее и критиковал ее зелье. Она увидела его над собой с запрокинутой в эротическом блаженстве головой. Она увидела, как невероятно открытая улыбка соскользнула с его лица, прежде чем превратиться в выражение такого жалкого ужаса, что ее разум тщетно попытался уклониться от этого воспоминания. Она видела это перед собой снова и снова, и даже не заметила, как ее завывания превратились в крик. Раздался треск аппарации, но Гермиона проигнорировала его. *** Голос Гарри проскользнул сквозь боль. Он что-то повторял раз за разом, Гермиона моргнула и попыталась прочитать по его губам. — Он жив. Он жив. Гермиона, пожалуйста, вернись к нам. Она моргнула ещё раз и огляделась, обнаружив, что находится в гостиной на Гриммо. Джинни сидела напротив нее и протягивала чашку. — Он жив? Джинни кивнула, слезы навернулись на ее глаза и она вздохнула. — Выпей это. Это просто чай. Гермиона взяла чашку. — Он жив? — повторила она. — Он был на грани. Если бы вы прибыли позже, мы бы потеряли его. Рон доставил Снейпа в Сент-Мунго. Он все еще с ним. Им нужно попытаться выяснить, что Снейп принимал, прежде чем они смогут вывести это из его организма. Похоже, что он изобрел это сам. Гермиона сделала глоток чая и поставила чашку. — Я могу помочь! Я знаю диагностику, которую им нужно провести! Я должна пойти к нему. Она вскочила, но Гарри схватил ее за руку и потянул обратно. — Нет. Ты должна остаться здесь. К тебе скоро придут. Она склонила голову набок. — Кто? Гарри нахмурился. — Джинни взяла имя доктора Пиплс в твоей сумочке. Она сейчас едет, — он пожал плечами. — Или так, или пришлось бы везти тебя в Сент-Мунго оформлять как пациента. Я подумал, что это был лучший вариант. Гермиона кивнула и упала обратно в руки Гарри. — Ты хочешь, чтобы я позвала Ли? — спросила Джинни. — Рон сказал, что мы должны сначала спросить тебя, прежде чем связываться с ним. Гермиона покачала головой. — Пока нет. Ли не поймет…