Поцелуй меня первым

— Малфой, а ты помолвлен? Гарри не успел вовремя себя остановить и вопрос сорвался с языка. Он и вправду хотел знать это, хоть и понимал, что такой интерес весьма глупый и пугающий. Не то чтобы ему нравился Малфой именно в том смысле, в котором обычно нравятся девушки, нет. Но и явственная параллель все же бросалась в глаза. Они сидят здесь уже три недели, спасибо Дэнси с его вечным желанием помочь, а иначе они бы давно сдохли от голода, так как после той истории с булыжником им перестали приносить еду, возможно, охранников и удивляло, почему они еще живы, но не пытались узнать в чем конкретно дело. А, возможно, думали, что у них имеется какая-то заначка, впрочем, они знают, что Гарри нужен Фаджу живым, так что скоро они одумаются и снова будут приносить свою баланду. Но сейчас Поттер думал вовсе не об этом. Ему нравилось спать с Драко, они теперь каждую ночь спали именно вместе. Конечно в камерах сыро, и холодно, и страшно, и… Да он и без этих бы поводов просто обнимал Малфоя. Дурацкие желания. Если бы только Драко мог читать его мысли, то несомненно сказал, что Поттер полный придурок. Нельзя сказать, что они далеки друг от друга. Малфой рассказал ему все, и про Пожирателей, и про их любовь к садизму, и про Сивого, которого уж слишком привлекала задница юного Малфоя. Впрочем, с тем фактом, что у Малфоя соблазнительная задница, Гарри даже не пытался спорить. Но, блядь, его никогда не привлекали парни в этом плане! Хотя и сравнивать ему было не с чем, потому что и девушки его особо не волновали. Да, была Чжоу, она какое-то время интересовала Поттера, но это было обусловлено тем, что она не стала бы встречаться с Гарри из-за его статуса героя, а согласилась бы лично из-за него. По крайней мере, он так думал в те годы. Потом Джинни. Нет, Джинни была всегда. Младшая сестра лучшего друга, невероятно способная и храбрая, хозяйственная, но не слишком домашняя для того, чтобы сидеть вечерами и вязать. Можно считать, что она идеальна во всем, даже внешность! Да и все ждали, что их отношения приведут именно к свадьбе и детям, даже Молли и Артур рассчитывали на это, однако, точно не ради денег и статуса. Но почему-то Гарри не ощущал даже малейшего сексуального интереса к ней. Она помогала ему, рисковала и никогда не бросала. Гарри даже всерьез задумывался над тем, что все же стоит ответить ей взаимностью, но после того спонтанного поцелуя в Выручай-комнате что-то изменилось. Он казался неправильным, будто Гарри целовал Гермиону, которая существовала в его сердце как сестра. Да, Джинни маленькая сестренка, ее нужно защищать и радоваться за нее. И Гарри искренне радовался, когда прочел в одной из газет, что Джинни помолвлена с Томасом. А теперь Малфой… Он так прочно засел в голове, что иногда раздражало, но и в тоже время успокаивало. У Гарри откуда-то появилась уверенность в том, что Драко не сможет уйти, предать, соврать или воспользоваться его статусом. Черт, это же Малфой! Его школьный враг! Доверие, которое образовалось к Малфою, выглядело странно, и все же имело место быть, просто за эти дни он лучше его узнал, и у Гарри возник интерес, но какой-то... Он был сильнее, чем к той же Чжоу. Поттер даже и не думал о том, что ему могут нравиться парни. Но может нравиться Малфой. Какой же бред. Гарри вообще не замечал за собой такого интереса к его персоне до того, как Драко не захотел принять душ, а Гарри желал развернуться и посмотреть. — Был помолвлен, — Поттер посмотрел на сокамерника мутным взглядом, стараясь избавиться от таких мыслей, — но после некоторых факторов расторгли помолвку родители девушки. Они из Франции, не участвовали в битве, а из-за моего прошлого… Я стал совсем невыгодной партией, Поттер, но и сильного сожаления я от этого не испытываю. Зато смог признаться матери, что девушки мне не нравятся, и она спокойно отреагировала на это, в чем я не сомневался. Она любит меня любым, и я знаю это. Впрочем, в моем положении сейчас я должен дрочить только на Дементора, это более реалистично и осуществимо. — Стоп. Так ты гей? Но разве наследник… — Да к черту наследство, Поттер! Я хочу быть обычным человеком, а не просто вещью, чтобы продолжать род, который уже и не славится своими подвигами и не пользуется почетом. Я не хочу каждое утро видеть лицо какой-то мадам лишь из-за правил своей семьи, это омерзительно. Я бы с каждым днем стал ненавидеть ее еще больше, и в конечном счете подал бы на развод. Отец наверняка убил бы меня за такие слова, хотя я преувеличил, но… Его нет. Как и моего будущего тоже. — Еще ничего не потеряно! Ты не должен думать об этом! Поверь, я постараюсь найти выход. — Возразил Гарри, сжимая руки в кулаки, понимая, что кроме как сидеть на одном месте у него пока вариантов нет, это ужасно раздражало. Хочется напиться. Чтобы забыть о том, что он здесь, что Малфоя приговорили к Поцелую Дементора, что все это на самом деле происходит с ними. — Поттер, ты говорил это уже много раз, хватит. Твоя удача закончилась после попадания в Азкабан. Вот тебе здесь и в самом деле не место. Ты должен завести семью с девушкой, которая под стать тебе. Жить нормально после всего этого бреда, найти свой типаж, и к чертовой матери забыть про Азкабан, войну, Министерство. — А ты? Я твой типаж? — Быстро спросил Гарри, прямо смотря на Малфоя, на мгновение пропал страх того, что Драко засмеется и переведет тему, чтобы его не обидеть, а, может, и прямо скажет о том, что Поттер тупица. Этот вопрос являлся самым толстым намеком, и Малфой не мог его не понять. Драко замолчал и отвел взгляд, бездумно рассматривая угол камеры, отвечать пока он не хотел, и не знал, что именно ему сказать. С Поттером вечно все не так, и даже сейчас. Находясь в камере Азкабана, без какого-либо шанса выйти отсюда, он почти прямо говорит о том, что ему нравится Драко! Нравится… Поттер верно сошел с ума, раз вообще может видеть его именно в таком плане, но… Слишком заманчиво. Драко ничего не мешало даже в школе какое-то время дрочить на Золотого мальчика. Да, он не был в него влюблен, не назначал свидание и не падал перед ним в обморок, но прекрасно понимал, что Поттер не урод. Они оставались пару раз в совместной раздевалке после квиддича, и только слепой мог не заметить, что ловец Гриффиндора вполне сексуальный. Для Малфоя уж точно. Никакой любви не существовало, лишь сексуальный интерес, а потому Драко и не отказывал себе в самоудовлетворении на Поттера, однако... Сейчас же Гарри спрашивает вовсе не про секс, а про что-то большее, намного большее. Зная наивную душу этого наивного и доброго Поттера, он уж точно не довольствуется одноразовым сексом, наверняка рассматривает серьезные отношения, такова его натура, что вполне не трудно понять. Мерлин, думать об этом, сидя в камере! Они оба свихнулись. Друг на друге. Драко снова посмотрел на Поттера, который спрятал лицо в коленях, видимо расценивая длительное молчание по-своему, и хмыкнул. Поттер не такой уж и ужасный, как думал Драко. Нет, в нем есть ужасные качества. Излишняя доверчивость, неуемная доброта, дурацкое сожаление. Но… Знал ли он Поттера на все сто процентов? Все его тайны и мысли, виденье этого чертового мира… Точно нет. Поттер не был тупым, лицемерным или же слишком наглым, нет, наглости хоть отбавляй, но Поттер знал, когда не лезть и промолчать, что тоже вполне нравилось Драко. В целом Поттер ему вообще нравился, Драко мог питать к нему все чувства мира, но только не равнодушие, что ясно еще со школы. — Да. Ты, Поттер, мой типаж. Гарри быстро поднял голову и улыбнулся, с глупой радостью смотря на Малфоя. Гарри очень хотел услышать именно такой ответ от него, тот заставил его понервничать своим молчанием, Гарри воистину посчитал себя идиотом, но раз он ответил именно так, то почему бы и не… А что, блядь, пробовать?! Они заперты здесь, и никто не собирается давать им шанс что-то пробовать, как-то жить дальше и хоть чему-то радоваться! Гарри действительно непроходимый тупица, раз вообще поднял данную тему. Не на что рассчитывать, да и свою симпатию к Малфою он все еще пытался засунуть в задницу и доказать себе, что просто ошибся. Просто Малфой единственный, кто с ним рядом. Просто давно не было самоудовлетворения, подрочить нужно, все! Просто… Просто Малфой ему нравится, как человек, его личность, его шутки, его лицо, его смех. Нужно было узнать его раньше, и тогда... Признать это полбеды, но вот осознать, что на признании все и закончится куда труднее. — А что дальше, Малфой? — А ты рассчитываешь на «дальше»? Мы не те люди, способные надеяться на что-то светлое, Поттер, вбей себе это в голову, а еще… — Гарри Поттер, сэр! — Перед ними появился испуганный домовик, оглядываясь по сторонам. Гарри сразу напрягся. Неужели что-то случилось с Гермионой и Роном? — Берега Еренбурга Жутко Алеют, ТернистостЬ. — Дэнси исчез сразу после этих слов, оставляя удивленного Гарри, который пытался переварить эту информацию. — Видимо твой Дэнси чокнулся окончательно в этой сраной тюрьме. — Поморщился Драко, прижимая холодные руки к животу под рубашкой, чтобы хоть немного согреться. Гарри встал и без раздумий подошел к Малфою, обнимая его и прижимая к себе, хоть Драко и сопротивлялся. Он не привык быть от кого-то зависимым, пусть даже в такой легкой форме, а потому сопротивлялся скорее для виду, и не сомневался, что Поттер прекрасно был в курсе этого. Но после нелепого и непонятного признания Поттера… Это смотрелось очень двойственно, даже неловко, черт возьми. И все же Драко не идиот, чтобы продолжать мерзнуть дальше, да и ему нравилось, когда Поттер обнимал его, только он такого не скажет ни при каких условиях, ему и так еле хватило сил ответить Поттеру на его вопрос честно. Поттер посмотрел на дверь, а после близко наклонился к Драко. — Это послание от Герми, оно означает, что они разрабатывают план моего побега, Малфой. — Какого… Сбежать из Азкабана нереально, Поттер. — Фыркнул Драко, будто нехотя просовывая холодные ладони под одежду Поттера, замечая легкую улыбку. Это Поттер... Для него нет невозможного, Драко забыл на мгновение об этом. — Но не для крестника Сириуса Блэка. _____________ На протяжении следующих пяти дней от Гермионы приходило еще три послания. Она пыталась сказать кратко о том, чтобы он был готов к ночи субботы. Гарри даже представить не мог, насколько тяжело подруге далось решение о похищении друга. И Поттер постоянно думал о том, что наконец встретит друзей, сможет обнять их и успокоить, но и в тоже время не хотел рисковать ими, ведь это преступление за которое с них не снимут баллов, не заставят драить котлы, а просто возьмут и засунут в это место! Гарри разрывался между своим желанием сбежать и не подвергать друзей опасности. Отказаться от плана, передать им сообщение, и пусть гнить здесь, но знать, что с его друзьями все хорошо, что они живы и в безопасности. Малфой наблюдал за его метаниями молча, но с ехидным взглядом. Конечно! Он бы не задумывался об этом, если была бы такая возможность у него. Впрочем, она есть, эта возможность. — Ты правда думал, что я оставлю тебя здесь, а сам сбегу? — В субботний вечер прямо спросил Гарри, замечая, что руки трясутся, а тело ломит от ожидания и страха. Внутри бушевал нехилый адреналин, который заставлял махнуть на все рукой и попробовать, рискнуть, вдохнуть полной грудью, черт возьми. — Прости? — Малфой закатил глаза и сел к Гарри спиной, прикусывая нижнюю губу. — Я не пойду, даже если ты предложишь. — Драко не хотел этого говорить, но понимал, что другого ответа дать не может. Это уже зависит не от него, как бы сильно он того не хотел. — Нет, Малфой, даже не говори мне об этом! Не смей, слышишь?! Я не собираюсь оставлять тебя здесь, чтобы через месяц ты стал никем! Отбрось все свои дурацкие предположения. Гермиона и Рон помогут тебе и ничего не скажут, ты будешь под защитой, никакого Долга я не потребую взамен и они тоже, как бы ты к ним не относился, но даже ты понимаешь, что они не такие люди. И ты... Это твой шанс. Наш шанс, если все пройдет хорошо, проверить симпатию, которая появилась между нами, мы обязаны попробовать. Я просто не представляю, как именно они захотят забрать меня, но тебя я не брошу. — Нет, ты не понимаешь! Я ничего не боюсь, я физически не могу, Поттер! После войны Министерство нашло способ призывать Пожирателей с помощью метки, и они являются. Плевать на защиту, проклятья, щиты. — Драко поднялся с пола, буквально вскочил на эмоциях, и повернулся к Поттеру, пересиливая себя, чтобы не схватить его за руку. — Ничего от этого не помогает, и они также найдут меня, а заодно и тебя. А потому засунь свое геройство в задницу, понял меня? Вали! Драко пихнул Поттера в плечо, и тот схватил его за запястье, удерживая с небольшой силой, он просто не хотел его отпускать. Драко вздрогнул и прикусил щеку изнутри, чтобы не дать волю эмоциям, что может задержать Поттера, и тогда он точно не сбежит отсюда. За стенами Азкабана послышался сильный грохот и крики охраны, что дало понять — все закончится именно сейчас. Драко останется только вспоминать их длительные разговоры, тепло чужого тела ночью и детское, но искреннее признание Поттера, больше ничего ему не остается. Он не может так рисковать Поттером, который как игла проник под кожу, даже не спрашивая его разрешения. Крепкие руки обхватили Малфоя поперек груди с такой силой, что воздуха катастрофически не хватало, но сейчас это неважно. У них нет времени. Точнее, нет его как раз у Малфоя. — Драко… Поттера прервала стена их камеры, которая внезапно треснула и взорвалась под действием какого-то зелья, а не проклятья. В камере сразу появился свежий воздух и шум моря, и это странно успокоило Драко, который обожал море еще с детства, и даже его запах в камере Азкабана заставил его улыбнуться. Гарри быстро протер глаза и очки от пыли, смотря на небо, не замечая друзей. Но они появились внезапно, вылетая из-за угла на Клювокрыле! Мерлин, где они смогли найти его? Вокруг друзей светился купол, видимо против Дементоров, даже об этом они подумали. Рон что-то кричал про то, что нужно скорее улетать отсюда, так как охрана скоро оклемается от Остолбеней с помощью своих домовиков, ведь они не могут ослушаться даже мысленного приказа, но Поттер будто не слышал, смотря на Малфоя, почти сразу снимая с себя рубашку, принесенную Дэнси, и сунул ее в руки Малфоя, чтобы тому хоть немного было теплее здесь. Малфой прижался к стене, закрыв глаза. Драко не желал смотреть на то, как Поттер уходит, это стало его кошмаром даже более сильным, чем надвигающийся Поцелуй Дементора. Поттер стал для него неотъемлемой частью, а сейчас от него отрывают кусок. — Драко, я вернусь за тобой. Слышишь? Поверь мне. Я вернусь. Я успею. — С отчаянием пообещал Поттер, отходя к краю, чтобы запрыгнуть на гиппогрифа, потому что понимал простую вещь. Если он останется тут, то Малфою никто не сможет помочь, чтобы дать ему возможность жить дальше, нужно оставить его здесь, в чертовом Азкабане. — Я верю. — Малфой все же открыл глаза, слабо улыбнувшись, когда Гарри схватился за руку Гермионы, что он заметил мельком, потому что старался не смотреть ему в лицо. Дементоры и охрана в данный момент казались чем-то нереальными и неважными. — Поцелуй меня первым… Охрана уже приближалась к их камере, что не позволило Гарри спрыгнуть с Клювокрыла и поцеловать прямо сейчас, отчаянно и быстро, он правда хотел поцеловать Малфоя, как не хотел поцеловать еще никого, но мысли о том, что это странно, уже не было. Рон крепко ухватил друга за плечо, будто откуда-то знал о его желании, а Гермиона похлопала существо по крылу, и оно взмыло в небо, полностью растворяя слабый запах Поттера в камере. В камере, в которой Драко медленно опустился на пол и натянул поверх еще одну рубашку Поттера, уже не обращая никакого внимания на охранников, просто тупо смотря на дыру в стене и слушая шум моря. Он снова один...