Поцелуй меня первым

— Я ничего не понимаю! У меня есть схема, но я не понимаю! — Гарри откинул от себя пергаменты, зарываясь руками в волосы. — Это ваше вечное состояние, мистер Поттер. Объясните мне, что моя фамилия делает в этой схеме? Снейп уже проклинал тот момент, когда согласился отпустить Уизли и Грейнджер в Хогвартс, чтобы те нашли пару книг в школьной библиотеке, и тем самым подписал себе приговор быть наедине с Поттером. Тот сначала целый час чертил какую-то схему с фамилиями и таблицами, а после морочил ему голову насчет этого, так ничего толком и не объясняя. Северус потер переносицу и снова принял непроницаемое выражение лица. Он постоянно думал о крестнике, ощущая себя в некой степени беспомощным, хоть война и прошла, но это ничего не изменило. Он снова должен терпеть, отсиживаясь в стороне, пока крестник терпит разные издевательства. И опять обязан следить за Поттером. Ничего не меняется. — Смотрите, — Гарри положил перед ним пергамент и указал пальцем на «Министра», — это верхняя ступень, именно от нее идут все цепочки. Фадж ведет какую-то свою игру, судя по этой составленной схеме. Вторая ступень — семья Малфоев, так как он всерьез взялся за них. Убил Люциуса, посадил Драко и разыскивает Нарциссу. Согласитесь, что из-за обычной мести не будет человек прилагать все силы и нервы. Месть — блюдо, которое подают холодным, а он действует в открытую, раз Нарцисса знала, что ее будут искать. — Звучит логично, я даже удивлен. Но что нам это дает? — Выгнул бровь Снейп, невольно вспоминая мертвое тело друга. — Подождите. Третьей цепочкой идете вы, профессор. Фадж ищет вас через какого-то дружка вашего, он сейчас в Азкабане. Не знаю, жив ли он. Его личность под вопросом, потому что вы о нем не говорили. — У меня нет друзей, был один Люциус… Это может быть только мой поставщик ингредиентов, он может достать все, что тебе нужно в кратчайшие сроки. И да, я читал в газете, что его посадили, он довольно известный поставщик. — Вот. Но почему он ищет вас так усердно? Вы ничего не сделали ему, даже Дамблдор подтвердил вашу помощь Ордену, вы оправданы. И я думаю, что это личное. Еще есть я, волшебник с сильным магическим потенциалом. Если бы они и вправду боялись меня, то просто отняли бы палочку, перевели галлеоны из моего хранилища в доллары и изгнали бы из волшебного мира, потому что держать такого человека даже в Азкабане опасно. — Или попросту убили бы. — Добавил Снейп, сильнее сжимая пергамент длинными пальцами. — Да, даже так. И у нас выходит чистокровный род Малфоев, сильный волшебник и превосходный зельевар. — Гарри пером на пергаменте обвел конечный знак вопроса, снова садясь в кресло. — Ему нужно какое-то зелье, которое я не сварил бы по просьбе, раз он трезвонит всем какой я предатель. Чистокровность играет здесь большую роль, как и ваш потенциал. Это исследования, тщательные и сложные. Он что-то ищет, чтобы извлечь выгоду. Вы думаете, он ищет способ забирать у волшебников эти критерии с помощью зелья? Но у него ничего не выйдет! Это же глупо! Зельями такое не провернешь, уж поверьте мне, мистер Поттер. — Это только зельями. Смотрите. — Гарри вытащил из-под пергаментов газету за сегодняшнее число и протянул ее профессору. — Гермиона и Рон прислали из школы домовиком. «Что происходит в Магической Британии? Нужно ли бежать?» «Как нам стало известно сегодня утром, прямо из собственного дома был взят под стражу знаменитый волшебник Рудольф Рогелиус. Прославился волшебник тем, что является единственным магом в Магической Британии, который способен проводить темномагические ритуалы без отката для волшебников. Благодаря этому умению мистер Рогелиус смог помочь многим волшебникам излечиться от темных заклинаний, древних и семейных заговоров. Однако, мистер Рогелиус не был замечен в прошедшей войне, не обращал свой дар против магов и вел тихую жизнь на окраине Хогсмида после смерти жены. Почему же Министерство заинтересовалось его жизнью? К тому же, маг неоднократно заявлял, что уже не проводит ритуалы по состоянию своего здоровья. В июле ему исполнилось девяносто восемь лет, а потому он добровольно отказался от проведения ритуалов, беспокоясь за здоровье магов, а также принес извинения за свою недееспособность. Что замышляет Министр? Или уважаемый волшебник оказался «волком в стаде овец»? Вас держит в курсе журналист «Пророка», Рита Скитер.» — Я знаю Рудольфа, он консультировал Дамблдора года два назад насчет проклятья от перстня Лорда. — Северус отбросил газету с неким омерзением. — Я понял вашу мысль, мистер Поттер. Фадж хочет совместить ритуалы и зелья, что является ужасным кощунством. Это может погубить всех тех, кто участвует в его замыслах. — Да, профессор. Но если мы узнаем точно, что он хочет, то сможем остановить его. Без вас он все равно ничего не сделает, как и без меня. А потому, время играет на нас. Но остается еще один вопрос. Зачем ему Нарцисса, если он и так посадил Драко? Поттер откинулся на кресле и закрыл лицо ладонями. Его мучали эти чертовы вопросы без ответов. Драко приговорили к Поцелую Дементора, но зачем? Зачем, черт возьми, если Фаджу нужен чистокровный маг? Нарцисса… Драко. Профессор. Он что-то упускает из виду, и этот факт неимоверно раздражает. И остается последний главный вопрос, который важнее всех остальных. Как вытащить Малфоя из тюрьмы, чтобы его нельзя было найти по метке Пожирателя? Гарри уже разговаривал на эту тему с профессором, и тот подтвердил его догадки, что вывести эту дрянь с помощью заклинаний, зелий или ритуалов нельзя. Это заводило в тупик и заставляло паниковать. — Я должен оставить вас, мистер Поттер, ваши друзья обещали аппарировать к крыльцу ровно в двенадцать, я должен открыть для них проход. — Снейп вышел из помещения, решая, что нужно еще раз убедиться в способе изъятия магических способностей волшебника с помощью ритуалов и зелий. Это кажется невозможным, но раз Министр взялся за такой мерзкий план, он точно уверен в его успехе. ___________________ — Сэр, потерпите, Дэнси хочет помочь, еще немного, сэр. Драко снова зашипел, когда лапка домового стала втирать в его кожу Заживляющее зелье. Ощущения были просто ужасными, а живот разрывало от боли. Он уже и не помнил, сколько раз блевал в этой камере от тошнотворности ситуации и пережитого допроса. Малфой мог быть уверен только в том, что хочет поквитаться с чертовым Министром, чтобы он тоже ощутил всю эту боль, чтобы молил о пощаде, чтобы страдал. Драко никогда не чувствовал такого кровожадного желания, но не попрекал себя этим. Каждый получит то, что заслужил, только вот… Времени нет. Осталось всего три недели до Поцелуя Дементора, и все это время ему суждено терпеть чертовы допросы, ухмылки этих шавок и слащавый тон Фаджа. — Дэнси, хватит! Мне больно! Я больше так не могу… — Сэр, Гарри Поттер передал мне, чтобы я выходил вас всеми силами, сэр. Дэнси не может не исполнить просьбу Гарри Поттера. Сэр, Дэнси… — Да-да, я понял. Поттер, снова Поттер. — Малфой зажмурился и сжал руки в кулаки. — Втирай дальше, Дэнси, потерплю. Все равно через три недели сдыхать. — Нет, мистер Малфой, вы не должны так говорить! Гарри Поттер поможет, он сказал, что поможет. — Дэнси говорил что-то еще, но Драко уже его не слышал, просто теряя сознание от усталости, что казалось лучшим выходом из всей этой ситуации.