Цитадель

- Знаешь, Соник, это очень хорошо, что ты не подвержен влиянию ментанов. Это спасло нас и всё такое, но ты главное не гордись особо. Есть мнение, что твоя неспособность анализировать происходящее - следствие умственной неполноценности. Проводить подобные параллели не способны также и животные, лишённые аналитических способностей и как следствие не имеющие паталогических фобий. Таким образом твоё развитие в определённых спектрах разума не превосходит допустим развитие среднестатистической кошки, которая спокойно ходит по узкому корнизу на смертельной высоте, так как она не в состоянии выстроить логическую цепочку, вследствие которой она теоретически может упасть и разбиться. Молодец, Викки, ты честно пыталась обломать мне кайф. У тебя бы даже получилось, если бы я действительно загордился своей невосприимчивостью ко всем этим штукам. Но этого не произошло, я просто рад, что всё обошлось. Я неполноценен... Так я живу с этим двадцать восемь лет и пока что мне это не мешает. Итак, все клетки открыты, все люди освобождены, хоть некоторых и пришлось выносить оттуда на руках и приводить в чувства. Зато теперь мы стоим на помосте, все вместе, под началом Секси, а не какого-нибудь Ваньки. Секси смотрит на нас с улыбкой, держит автомат дулом вверх. Произносит вдохновительную речь: - Оказавшись на свободе, в первую очередь следует хорошо повеселиться. На моей родной помойке веселиться умеют двумя способами: напиваться или стрелять во всех подряд. Напиться мы ещё успеем, а вот пострелять сейчас самое время. Мы вчетвером уже знаем, где здесь оружейный склад, туда мы и направимся. Стволов хватит на всех. Готовьтесь к веселью! Немолодая женщина из первых рядов с проседью в волосах сдавленно скрипит: - Ты думаешь это весело? Секси тут же подлетает к ней, вперивает в неё острый взгляд, едва не толкает её грудью. - Нам должно быть весело, - говорит она решительным тоном. - Если нам будет грустно, то страх не придаст адреналина, который нам сейчас необходим. Нам противостоит целая армия, без адреналина мы все здесь загнёмся. Она разворачивается и выходит в коридор, выставив автомат перед собой. Мы идём за ней. Некоторые работники ошарашенно смотрят на нас через окна своих кабинетов. Один зачем-то выбегает нам навстречу и тут же получает от Секси прикладом по морде. Едва оказавшись на полу, он в то же мгновение поймал пулю в затылок и его мозги брызгами разлетелись по полу. Вижу, что в кабинетах царит тихая паника, но выйти больше никто не осмеливается. Секси идёт впереди всех, я почти вровень с ней, за нами Ваня и Викки, остальные следом. Курить в коридоре нельзя, но такая мелочь нас уже не волнует, всё равно либо погибнем мы, либо цитадель. Идём, курим... - А круто ты это, с ментанами-то, - говорит мне Секси. - Мне тоже понравилось, - отвечаю я. - Прям как в кино. В психоделическом таком кино. - Не, правда, ты там стоял такой весь в косухе среди этих стен и трупов, в темноте... Это прямо как в "Кошачьем глазу". Там правда мужик не такой волосатый. - Я не смотрел, - признаюсь я. - Ещё бы! Ты ж у нас невосприимчив оказывается, ты бы уснул через десять минут просмотра. Мы подходим к охранной будке перед оружейным складом. Охранник, завидев нас, едва успевает подорваться с места, но тут же в него летит автоматная очередь от Секси. На стекле появляются звёзды трещин, затем оно разлетается на мелкие осколки и вот кабину заливает кровь. Охранник падает под терминал. Секси вышибает ногой дверь будки и нажимает кнопку на забрызганной кровью панели. Замок двери склада мигает зелёной лампочкой, оповещая нас о полном праве доступа, и мы всей толпой заваливаемся в хранилище. Всё это оружие, во всём своём огромном количестве, теперь наше! - Не стесняйтесь, ребята, - радостно кричит Секси. - Берите всё, что сможете унести. Чем больше возьмёте, тем веселее будет. Вот теперь Ваня, получив зелёный свет, хватает пулемёт, пистолеты, гранатомёт и вообще всё, до чего может дотянуться. Я взял старый добрый автомат и на всякий случай пару пистолетов. Потом немного подумал и прихватил ещё снайперскую винтовку. А что, пригодится. Снайперам на войне легче всех живётся. Викки тоже взяла снайперку и пистолеты, взрывчатку брать не стала, она ей больше не нужна. У Секси уже есть автомат, она взяла к нему пару рожков, несколько гранат и большой солдатский нож. Остальные вооружаются по мере своих физических возможностей. Разумеется, теперь, когда мы все вооружены, главных среди нас больше нет. Но Секси решила в последний раз проявить инициативу лидера. Она подходит к разбитой пулями стеклянной кабинке, стряхивает осколки с панели управления и с ухмылкой смотрит на красную кнопку. - Не вздумай, - бормочет Ваня. - Когда ещё так развлечёмся, - отвечает она. - Раз-два-три, ёлочка, гори! С этими словами она ударяет кулаком по кнопке. Свет в цитадели тут же гаснет, вместо него темноту озаряет мигающее красное свечение. Тишину разрывает отчётливый женский голос: - Боевая тревога! Нападение на цитадель! Голос, предположительно принадлежащий никому иному, как Варране Ариевой, ритмично повторяет эту фразу раз за разом. Ваня подхватывает пулемёт и нацеливается на Секси. - Что ты творишь? - орёт он в ярости. Секси хрипло смеётся и нацеливает на него автомат. - Ты бы ещё базукой мне пригрозил, придурок, - говорит она. - Да чего грозить, я тебя убью просто! Ты совсем не соображаешь, что ты делаешь! Зачем? Зачем ты подняла тревогу? Ты хочешь убить нас всех! Я убью тебя... Сзади к нему подходит Викки и кладёт руку на его плечо. Прикусывает губу, прячет взгляд от Секси. Явно собирается произнести слова, которые даются ей с трудом. - Вань, как бы тебе сказать... Ты знаешь, я бы никогда такого не сказала без причины, но, понимаешь... Дело в том, что... Короче, она всё правильно делает. - Чего это она делает правильно? - ошеломлённо выпалил Ваня. - Ну... Нам так будет проще. Меньше неожиданностей будет. - Ты умная, - говорит Секси. - Вот какая бы мымра ты ни была, а ведь умная, уж в этом не откажешь. А ты Ваня подумай, что будет, если мы друг друга перестреляем, и не маши стволом. Пойдёмте! Теперь уж мы оттянемся по полной. Она разворачивается, не дожавшись, пока Ваня перестанет в неё целиться, и с видом победителя решительной походкой пускается в путь. Ване ничего не остаётся, кроме как с видом побеждённого убрать пулемёт за спину. Мы идём по коридору, предвкушаем надвигающееся веселье. Трудно передвигаться в мигающем красном свете, но это только добавляет азарта. Оглянувшись, я увидел, что у остальных освобождённых тоже появляется блеск в глазах. Или же это просто эффект от красного свечения. Хотя нет, многие из них скалятся, хищно осматривают своё оружие. Хорошо, очень хорошо. Просто замечательно. Массовый гнев, ярость, придающая решимости, перед этим не устоит даже самая сильная и организованная армия. Сквозь шум всё ещё галдящего голоса впереди за поворотом я различаю топот солдатских сапог. Оборачиваюсь к остальным, поднимаю руку, давая сигнал остановиться. - Противник за поворотом, к оружию! Ваня и ещё некоторые тут же отскакивают к стенке, прислоняются и вскидывают стволы. Другие ложатся на пол. А мы с Секси остаёмся стоять посреди коридора. Шаги звучат всё ближе, вояки передвигаются бегом. Вот они уже у самого угла. Мы стоим вдвоём, поджидаем противника. И вот в очередной вспышке красного света мы видим нагрянувшую из-за угла группу вояк. Открываем огонь, они стреляют в ответ. В отличие от нас, охранники не были готовы к встрече, так что выстрелить успевают лишь немногие из них, а сами они буквально утонули в поднявшейся пыли и дыму, их окружили огненные линии, очерченные летящими пулями. Секси стреляет и бешено смеётся, её хищный оскал сверкает в мигающем свете. Мне тоже становится радостно, я тоже смеюсь, глядя как они дёргаются от выстрелов в облаке пыли. Как же я ненавижу этих охранников, этих работников, всех, кто здесь работают! Какое же удовольствие видеть, как они подыхают! Как радостно осознавать, что я лучше, чем они. Что я смог их убить, а они меня нет. Когда пыль рассеивается, я оборачиваюсь назад. Вижу, на полу лежит мёртвая женщина. Рядом лежит мужик, кряхтит и держится за ногу. Ещё один потирает простреленное плечо. Что ж, это не смертельно, колченогого кто-нибудь дотащит, с плечом мужик сам дойдёт, а убитая по крайней мере избежала куда более незавидной участи. Поворачиваюсь обратно к воякам. Вижу, один из них тихо постанывает, остальные изрешёчены в кашу. Подхожу к недобитому солдату, ставлю ногу на его дырявую грудь, тыкаю автоматом под нос. - Главный терминал, - говорю. - Управление ментанами. Тот смеётся окровавленной пастью, кашляет, выплёвывает ошмётки органов. - У тебя нет туда доступа, козёл... - Ты что, тупой? Я тебя про доступ спрашиваю? Я спрашиваю, где территориально расположен терминал! - Это тебе по улице идти, здесь к нему никакие пути не ведут. Дверь в цитадели с другой стороны. И ты хрен туда проберёшься! - Посмотрим. Пускаю пулю в ухмыляющуюся рожу и отправляюсь в путь, дальше по коридору. Викки рассуждает находу: - Значит, нам надо обогнуть всю цитадель снаружи под градом пуль, найти противоположную дверь, взломать её и проникнуть в центральную рубку. Естественно, все вместе мы туда не пойдём, идти должны те, кто разбираются в технике, то есть я и кто-нибудь ещё на всякий случай. Наверняка среди наших сторонников найдутся техники и программисты. Остальные обеспечат нам огневое прикрытие. - Ты упустила одну вещь, - говорю я ей. - Местные замки умеет взламывать только Секси. - Почему же? Кто-то из местных наверняка тоже в них разбирается. - Она останавилась, оглянулась на остальных и крикнула: - Кто-нибудь разбирается в замках цитадели? Её слова потонули в голосе сирены, оповещающем о нападении. - Что-что? - прокричал ей кто-то из наших. Викки махнула рукой, мол потом поговорим. Когда до выхода из помещения цитадели осталось около двадцати метров, сирена внезапно умолкла. Красная мигалка тоже заглохла, вместо неё загорелся нормальный неоновый свет. От неожиданности мы все на минуту остановились. Стоим, переглядываемся. - Что-то я не понял, - говорю я. - Тревоги больше нет. Нас что, уже убили? - Пока нет, - отвечает Ваня, достав из-за спины гранатомёт. - Но к этому идёт. Причём идёт очень быстро. Так, все назад и ложитесь на пол. Он припал на одно колено и водрузил базуку на плечо. Прицелился в дверь. Отключение сигнала тревоги послужило знамением того, что цитадель сейчас будут брать штурмом. И правда, дверь запищала. Открывать её никто не торопится, организованные войска столь опрометчиво не действуют. Снаружи выждали несколько секунд, затем дверь открывают ударом ноги... И тут происходят одновременно два действия. Во-первых, к нам летит брошенная в дверь граната. С этим нам повезло, граната падает прямо у ног Секси, которая вопреки приказу стоит на ногах, и она посылает гранату обратно пинком кирзача. Во-вторых, Ваня стреляет из гранатомёта в дверной проём. Снаряд ложится на пол чуть подальше порога цитадели и там взрывается. Пол в коридоре сотрясается, в нашу сторону летит взрывная волна. Секси падает на пол. У всех закладывает уши и ничего не видно из-за пыли, но всем ясно, что снаружи наступила тишина. Ваня отлично сработал. Ну а мне в свою очередь пришла в голову весьма дурацкая идея. Я слегка развеял перед собой пыль рукой и прокричал в дверь: - Есть кто живой? Не знаю, может быть там кого-то контузило, но из дверного проёма мне прилетает ответ: - Есть! Я тут же вскакиваю, бегу к выходу. - Соник, куда? Стоять! Это Ванька мне орёт. Пусть орёт, ничего страшного. Пока я бегу, взрывная пыль оседает на пол. Оказывается, на улице уже царит глубокая ночь. Свет прожекторов активно маневрирует по территории, военные наверняка сидят по позициям, готовые открыть огонь, едва мы выйдем наружу. Итак, я выскочил из-за двери. Вижу несколько трупов у входа, точное количество не скажу, в сумме это будет примерно пять целых и семьдесят пять сотых. На самом деле целых среди них почти не было, но в сумме получается как-то так. - Где живые-то? - говорю. - Здесь я, здесь, - доносится голос снизу. На земле сидит человек в военной форме, держится за бок. Улыбается. Наверно не так уж сильно он ранен. Он сидит достаточно далеко от остальных, стало быть успел отойти на относительно безопасное расстояние. - А, это вы, Грей Матриксович, - говорю я ему. - Я был почти уверен, что это опять вы, - отвечает он. - От вас здесь всегда шумно и горы трупов. Остальные к тому времени тоже подтянулись и встали за мной. Викки подходит к подполковнику, наклоняется и вежливо говорит: - Товарищ подполковник, вы же понимаете свою ситуацию, да? - Чего тут не понять, - отвечает он. - Если я чего и недопонял, так вы мне сейчас объясните. Да? - Конечно, - говорит Викки. - У вас сейчас два пути: либо вы умираете прямо сейчас, либо переходите на нашу сторону. Разумеется, мы будем за вами следить, чтобы вы опять не переметнулись. Грей Матриксович озадаченно почесал небритый подбородок. - Удивила ты меня, - говорит он. - И меня! - Это опять та женщина с проседью в волосах. - Его же убить мало! Я видела, что он творит! Многих из нас он сам лично привёл в цитадель, запер в клетки и спокойно смотрел, как нас убивают! Да что там сам, под его началом это происходило! Это ещё хуже, чем если бы сам! Ведь говорят в народе, не столь страшен Чук... Секси снова подлетает к ней, вперивает взгляд. - Посмотри на меня, - говорит. - Кто я такая? Женщина смотрит, мнётся, не знает, что сказать. - Ну... Так ведь... - Вот именно. Дикарь. Убийца. Каннибал. Ты за мной идёшь. А сейчас... Ты слишком серьёзно к этому относишься. Больше я не хочу слышать твой скулёж, просто радуйся, что у тебя есть возможность пострелять в других убийц. - Так ведь же... - Не хочу слышать нытьё! Я тебе уже сказала, нам должно быть весело! Ваня подходит к Грею Матриксовичу, протягивает ему руку. - Разрешите помочь, товарищ подполковник? - Сам справлюсь, - отвечает тот и легко поднимается на обе ноги. Действительно, ранен он совсем не сильно. В смысле, для такого сурового дядьки это не сильно, кто-то другой бы счёл себя вышедшим из строя. Свет прожекторов перемещается то ближе к нам, то дальше. Попадаться под него нельзя, тогда мы сразу окажемся под плотным огнём. Мы ждём момента, когда освещение уйдёт с пути, ведущего к укрытию. Для каждого из нас нужно своё собственное укрытие, все вместе за одним углом мы не поместимся. Вижу, дорожка, ведущая за угол пятиэтажного кирпинчного здания, оказалась в темноте. Это мой шанс занять позицию. Резко подрываюсь с места, бегу... Из-за заветного угла высовывается солдат. На бегу расстреливаю его, захожу за угол. Надо же как удачно, там пожарная лестница наверх ведёт! Карабкаюсь. За спиной никого нет, но это не надолго, я уверен, так что надо карабкаться побыстрее. Успешно добираюсь до крыши. Занимаю позицию, достаю из-за спины снайперскую винтовку. Вижу. Темновато конечно, но я вижу, что все наши уже заняли позиции, перемещаются потихоньку. Перевожу прицел в другую сторону. Охрана цитадели тоже на местах, стреляет по тем, кто движутся. Надо бы их отвлечь... Вон один мелькает, в каске. Прицеливаемся, плавно нажимаем на спуск... Вот это дело! Одним подонком стало меньше! Смотри-ка, засуетились, по сторонам смотрят, поняли, что к чему. Попробуйте, найдите меня! Ха, один совсем отвлёкся и словил пулю от кого-то из беглецов! Что у нас там по нашу сторону баррикад? Викки потихоньку пробирается к противоположной двери. Иногда постреливает, хотя пистолет в данном случае вряд ли поможет. Ваня в раж вошёл, не жалеет патронов. Активно прикрывает Викки, молодец. Среди нас конечно же есть потери, но этого следовало ожидать, по-другому никак. Главное чтобы всё это было не напрасно. Что такое? Викки меняет курс. Она идёт в сторону противника! Несётся под пулями, слегка пригнувшись, что ей конечно не поможет. Доходит до той кабинки, в которой мы повстречали Дезлера, открывает дверь, там кого-то расстреливает, входит внутрь. За ней идёт Секси! Не пригибается конечно, встаёт на пороге. Они с Викки о чём-то горячо спорят, размахивают руками... Так, я отвлёкся от главной задачи. Спорить под обстрелом крайне опасно, нужно обеспечить им прикрытие. Выслеживаю вояк... Вот и ещё один словил пулю! Не пойму, убил я его, или ранил, но он упал, значит точно больше не представляет опасности. Забавно, как при каждом моём выстреле они подрываются с мест, бегают, орут... Дайте-ка ещё одного подстрелить. Вот чёрт, промазал! Ладно, патронов ещё достаточно. Вон того попытаюсь шмальнуть... Ранил, но не убил, к сожалению это просто царапина. Ладно, хорошего понемному. Что там с нашими? Секси высовывается из-за двери с рупором в руках. В этот рупор она орёт, перекрикивая выстрелы: - Ванька, сюда! Тот бежит. С пулемётом особо не побегаешь, но у него хватает сноровки. Подбегает, заходит внутрь. Опять о чём-то спорят... Так, к ним подбирается охранник с автоматом. Припадает на одно колено, вскидывает оружие... На тебе в спину, паскуда! А вы давайте там быстрее отношения выясняйте. Ага, Ваня выскакивает наружу, кладёт гранатомёт на плечо... Стреляет. Оказывается, он таким образом расчистил путь этим двоим, они теперь бегут к месту взрыва. Не полностью расчистил конечно, мне опять придётся им помочь... Застрелю-ка вон того, он в опасной близости к ним. Стреляю... Промазал. Нет, этого нельзя оставлять, он слишком опасен. Стреляю... Попал в ногу. Нет, надо добить. Стреляю... Добил. Так, эти две пришли к другой кабинке, Секси вышибает дверь ногой, входит. Вышвыривает наружу какую-то работницу и тут же расстреливает. Нет, ну зачем же ты так? Это ж та самая девчонка, которая давеча мне плакалась... Была. Ладно, теперь уж ничего с этим не сделаешь. До меня вдруг дошло, что они ищут подходящий терминал, чтобы обеспечить себе доступ к управлению ментанами. До меня дошло... Вот именно сейчас дошло. А ещё у меня прибавилось куража. Ментаны вызвали ещё больше омерзения, чем раньше, возросла злоба, аж руки затряслись. До меня дошло... Дошло, что они даже с этого терминала умудрились что-то навертеть с ментанами, эти машины теперь не так активно действуют. Их работоспособность частично снизилась. Ага, Викки выбегает в сторону проходной с рупором в руках. Секси занимает позицию у двери, прикрывает её. Я пока не знаю, что они задумали, но надо им помочь, тоже прикрываю. Как только в Викки кто-то целится, я тут же стреляю. Мне даже не обязательно попасть, главное отвлечь противника от цели. Пока получается. Так, Викки добирается до будки, берёт рупор в зубы, подпрыгивает, хватается руками за корниз. Подтягивается. А она более физически развита, чем я думал. Взбирается на кабину, как-то карабкается по стене. Не пойму, как у неё это выходит... А, понял, там провод висит. Вокруг неё в стену врезаются пули, тут даже я не могу помочь. Нет, я вижу, кто стреляет, но их многовато. Пытаюсь по мере своих сил посеять среди них панику, стреляю в толпу, они отвлекаются, но не надолго. Очевидно, у них прямой приказ - уничтожить именно этот объект. Несмотря на опасность, Викки благополучно взбирается на вершину стены. Я слежу за ней и вижу, что снаружи у стены собралась толпа зевак. Интересно им, что у нас тут происходит. А Викки встала на стене во весь рост и орёт в рупор: - Помогите нам уничтожить ментаны! Перестаньте делать вид, что ничего не происходит, не становитесь жертвами! Поймите, этому нужно положить конец! Без вас нам не справиться, пожалуйста, помогите! И тут на её спине одно за другим образовываются багровые пятна. Кровь брызжет фонтанами из сквозных дыр на груди и животе прямо в толпу. Викки пошатывается и падает за другую сторону стены. Я даже не знаю, как к этому относиться. Не, ну... Правда не знаю. В принципе нас с ней ничего не связывало, она мне никогда не нравилась, мы часто ругались... Да и зачем она сделала эту глупость? Нет, понятно конечно, по всей видимости без этого у нас нет шансов, то есть... Она посчитала, что всё равно погибнет, если этого не сделает? Но неужели она думала, что это поможет? Я вот уверен, что нет. Просто я не знаю, что мне думать по этому поводу. То, что я больше не увижу её, это вроде как не очень расстраивает, но... Может мне обидно, что меня не посвятили в этот план? Так не посвятили потому что не могли. Наверно, мне не надо было в это вмешиваться, так как я в этой затее вижу одну лишь глупость. Теперь вот Секси бежит на исходную, попутно стреляет в группу охранников, которые прикончили Викки. С остервенением стреляет, видать её расстроил такой исход. Ну и я ей помогаю, конечно... Стоп, а она-то что теперь задумала? Вдруг тоже какую-нибудь глупость? Что-то засиделся я на этой крыше, пора бы уже спускаться, вливаться в действие! Подбегаю к лестнице... Надо же как вовремя, ко мне тут как раз солдафон какой-то по лестнице лезет! Бью ему в рыло кованым ботинком, он падает вниз, разбивается. Ну и я за ним. Нет, не падаю конечно, скольжу по лестнице вниз. Благополучно приземляюсь, выбегаю из-за угла. Где там Секси? Так, я примерно знаю, в какую сторону она направилась, но блин, этот путь под плотным огнём! Надо рискнуть. Мне уже не привыкать, я рисковал каждый раз, когда придурок Ваня придумывал очередной свой дурацкий план. Я поймал себя на мысли, что лучше бы грохнули его, чем Викки. До сей поры я думал, что отношусь к ним одинаково. - Блин, блин, блин, - повторяю я, несясь под пулями вдоль цитадели. Секси пока не видно... А, нет, уже видно, вон она, мелькает за освобождёнными. Догоню. Точно догоню. Она уже измотана, а я почти всё время на крыше просидел. Прямо рядом со мной один из наших падает замертво. Вообще, здесь уже много трупов и с той, и с другой стороны. Нужно поспешить. Ни на миг нельзя останавливаться, попадут ведь. От выстрелов голова уже болит. Так, Секси завернула за угол. Ничего, я уже близко. Главное добраться живым. У самой двери я её настигаю. Она рефлекторно нацеливает автомат в мою сторону, но тут же успокаивается. - А, это ты, - говорит она с тяжёлой отдышкой. - Со мной хочешь? Ладно, пошли тогда. - Ты взломала дверь? - спрашиваю. - Обеспечила доступ, - поправляет она. - Вот, смотри. Достаёт из кармана электронный ключ, открывает дверь. Мы заглядываем внутрь. - Чего темно так? - спрашиваю. - Хрен знает. Где-то тут рубильник должен быть... Слышу, как Секси в темноте пытается нащупать на стене рубильник. И ей это удаётся. Она включает свет... И тут же оказывается, что нам обоим прямо между глаз смотрят дула пистолетов. Меня держит на мушке, самодовольно улыбаясь, Гарольд Форенгейтович Ариев собственной персоной. А Варране досталось поставить под ствол Секси. - Бали-и-ин... - раздосадованно протягивает Секси. - Привет, ребятки, - говорит Гарольд Форенгейтович. - А я уже знаю про твою историю, Соник. Ты у нас оказывается особенный. Это конечно очень интересно, вот только ты для нас живым бесполезен, как выяснилось. - В голову не стреляй, - напоминает ему Варрана. - Мозг изучить надо. Супруг послушно перемещает дуло вниз, к сердцу. - Попрощаемся, Соник? Чего тянуть-то. А то я уже понял, с вами если не поторопиться, вы ещё больше проблем наделаете. Потом конечно вас опять возьмут, но если не уничтожить на месте, вы опять выкрутитесь и напортачите ещё больше. В очередной раз я такой ошибки не допущу. Прощай, парень. - Подождите, подождите, - слышу голос за спиной. Не оборачиваюсь. Говорит Варрана: - Подполковник Мухин, вернитесь пожалуйста к исполнению своих воинских обязанностей. - Да я их в общем-то уже исполняю, - отвечает Грей Матриксович. - Тут такой расклад: сначала девочка поднимает автомат и нацеливает его на вас. Вы в это же время медленно опускаете свой пистолет. Затем парень поднимает свой автомат и нацеливает на вас, господин Ариев. В это же время вы так же медленно опускаете пистолет. Если кто-то из вас выстрелит, я сразу же убью того, кто это сделает. Касается всех. Надеюсь, вы, ребята, на меня не обидитесь. Вы ведь мне уже дважды жизнью обязаны. - Один раз мы с тобой рассчитались, хрен жирный, - говорит Секси. - На допросе-то мы тебя не сдали. - И правда хрен жирный, - говорит Ариев. - Не рассчиталась ты с ним ни разу, я ведь не дурак, сразу всё понял. А сейчас резкий манёвр... Гарольд Форенгейтович молниеносным движением переводит пистолет на Грея Матриксовича. Последний успевает выстрелить, но Варрана, пользуясь моментом, тоже переводит прицел на подполковника. Секси тут же бьёт её по руке и пистолет летит на пол. Я подхожу к лежачему на полу Ариеву, наклоняюсь над ним, приставляю палец к трахее. - Дышит? - спрашивает меня Варрана, потирая ушибленную руку. - Вроде да, - говорю. - Убей его. Ха, вот стерва! Такого я даже от неё не ожидал. Мало того, что не расстроилась совсем... Хотя чего удивляться, если даже не похоже, чтобы она за себя переживала. - Это ещё зачем? - спрашиваю. - Ну, понимаешь... Что ещё остаётся? Нас ведь уже не спасти. - Ладно, ладно, - говорит Секси. - Почему ж нет. Мы как раз именно это собирались сделать. - В голову не стреляй, - говорю я ей. - Пригодится. Секси пожимает плечами и пускает очередь в живот Ариева. - Нож дай, - говорю. Она молча достаёт из-за пояса нож, протягивает мне. Я беру его, ставлю ногу на голову Гарольда и начинаю пилить его шею. Варрана морщится: - Гадость какая. Зачем ты это делаешь? Тебе не противно? - Нет, - говорю. - Это ж ерунда по сравнению с ментанами. Отрезать голову даже армейским ножом оказывается непросто. Мне приходится резать вокруг шеи, постепенно углубляя проникновение ножа. Я никогда раньше не замечал у крови какого либо запаха, но оказывается, когда её много, она пахнет как протухшая рыба. И правда противно. Но я поставил перед собой цель и теперь должен её достигнуть. Секси смотрит на меня с сочувствием. - Может лучше я? - предлагает она. - Давай, - говорю. У неё-то конечно большой опыт в разделывании человечины. Она берёт у меня нож и, ловко орудуя левой рукой, отделяет голову от тела, где надо - режет, где надо - рубит. - Парень, а с этой что? - Грей Матриксович кивнул в сторону Варраны. - Пристрелим, или она тоже нужна? Ей тоже, если хочешь, можем голову отрезать. - Не надо, - говорю. - Одной головы будет достаточно. Кстати, Варрана, у вас пакетик какой-нибудь есть? - Даже не знаю, - говорит Варрана. - Вроде где-то тут был. Сейчас посмотрю. Она отходит к терминалам и начинает копаться под столами. - Без глупостей, - напоминает ей подполковник. - Успокойся, Грей, вас же трое, а я всего лишь слабая женщина. - Под столом не видно лица Варраны, но судя по голосу она улыбается. Воистину слабая женщина! - Ага, вот. Подойдёт такой? - Она вылезает из под стола и протягивает мне белый полиэтиленовый пакетик. - Отлично, - говорю. Тем временем Секси уже закончила свою работу. Я поднимаю отрезанную голову с пола, осматриваю. Лицо господина Ариева конечно же изменилось, побелело, глаза закатились, рот перекосился, да ещё в крови по уши. Но вроде бы узнать его ещё можно. Главное чтобы его узнали издалека. Упаковываю отрезанную голову в пакет и вешаю на пояс. Не вытирая руки от крови, Секси садится в кресло перед терминалом и начинает тыкать пальцами в монитор, оставляя на нём кровавые пятна. - Знаешь, Соник, - говорит Варрана, - ты меня заинтриговал. Я до сих пор жива, если бы ты хотел меня убить, то уже сделал бы это, но для чего я тебе сейчас могу быть нужна? И тем более мне не понятно, зачем тебе голова моего мужа. Скажи хотя бы, я узнаю об этом? - Вряд ли, - говорю. - Я мог бы вам это объяснить при других обстоятельствах, но сейчас, сами понимаете, у меня есть дела посерьёзней. - Понимаю, - говорит Варрана. - Ничего страшного, просто мне любопытно... Ну, нет так нет. - Ух ты, - сказала Секси из своего угла. - А что же этот козёл в коридоре? Набрехал что ли? - Что там у тебя? - спрашивает Грей Матриксович, как всегда спокойный. - По ходу нам не обязательно было идти снаружи. Вот, смотри. Монитор уже весь измазан в крови и на нём ничего нельзя прочитать, но Секси каким-то образом определяет, куда ткнуть пальцем, и комната наполняется механическим жужжанием. Тяжёлая железная стена напротив двери медленно поднимается вверх, открывая для нас соседнее помещение. Этим помещением оказывается комната с ямой, где проводится подпитка ментанов. Там всё ещё валяются трупы, два наверху и два внизу. - Точно, набрехал, паскуда! - выпалила Секси. - Говорил, сволочь, что к терминалу только снаружи можно пройти! - Да он и не знал, - успокаивает её Грей Матриксович. - Это даже я не знал. Как ты это сделала вообще? - На его лице искреннее удивление. - В любом случае не обманул, - подтверждает Варрана. - Да, этого никто, кроме нас с Гарольдом не знал, у нас это на экстренный случай, это во-первых. Во-вторых, эту дверь можно открыть только с этой стороны, вы бы по-любому из ямы сюда никак не пробрались, кроме как снаружи. У нас всё предусмотрено! - Последнюю фразу она сказала с самодовольной улыбкой. Я обращаюсь к ней: - Скажите, Варрана, вы вообще осознаёте, в каком положении вы оказались? - Конечно... Наверно. Если честно, для меня это всё как сон. Всё это настолько неестественно, не в порядке вещей... До сих пор не могу поверить в реальность происходящего. - Вся суть городских соплей, - смеётся Секси. - Как что-то не в рамках обыденности, значит нереально. - Пойдёмте, - говорю я и показываю на открывшийся проход. Грей Матриксович хитро улыбается, кивает, наверно понял ход моих мыслей. - Пойдёмте, Варрана, - повторяю я, не решаясь к ней притронуться и подтолкнуть. Всё-таки солидная дама. - Нам нужна ваша помощь. Варрана выдвигается вперёд. Идёт всё той же строгой грациозной походкой, неторопливо, цокая каблуками по металлическому полу. Идёт в темноту. Мы с Секси идём за ней, держим её на прицеле. А Грей Матриксович остаётся в главной комнате. Кто-то же должен охранять её от внезапного нападения. - Соник, а что за помощь тебе от неё нужна? - спрашивает Секси. - Я конечно понимаю, помощь нам нужна любая, мы ведь проигрываем всухую, я даже не уверена, что кто-то из наших там снаружи ещё жив, но что ты хочешь конкретно от этой стервы? Она ничего не поняла! Не объяснять же прямо сейчас, это ведь сюрприз. Не для неё сюрприз конечно, а для Варраны. Но я не верю, что такая проницательная дама до сих пор ни о чём не догадывается. Пытаюсь перевести тему: - Что, - говорю, - прям настолько всё плохо? - Ты видел, на какой отчаянный шаг решилась Викки? Понимаешь, насколько всё должно быть плохо, чтобы она такое отмочила? - Да я вообще ничего не понял! Нафига она это сделала? Вот уж чего от неё не ожидал! - Вообще, - подтверждает Секси. Оказавшись на помосте, Варрана останавливается и оборачивается к нам. - Мне дальше идти? - спрашивает. - Или прямо здесь от меня что-то надо? - Надо, - говорю. - Секси, побудь пока караульным, хорошо? Нам с Варраной надо кое-что внизу сделать. Секси остаётся на помосте, а мы с Варраной заходим на передвижную платформу. Я нажимаю на рычаг и мы спускаемся вглубь роковой ямы. - Слушай, Соник, - говорит мне Варрана с деловой улыбкой, - если у вас там снаружи всё совсем плохо, то может тебя заинтересует предложение о перемирии? - В смысле? - Равноценный обмен. Ты амнистируешь меня, я амнистирую тебя. - Она проводит кончиками пальцев по моей груди. - Мы прекращаем перестрелку прямо сейчас. Ты и все твои друзья безопасно покидают территорию цитадели и расходятся по домам. Я не стану объявлять вас в розыск. Ты ведь уже знаешь, что я держу своё слово, да? - Она стрельнула в меня пальцем и улыбнулась. Платформа останавливается на дне ямы. Я снисходительно вздохнул и говорю: - Пойдёмте, госпожа Ариева. Она обречённо разводит руками и сходит с платформы. Я иду за ней. - Я так понимаю, - говорит Варрана, - одна из этих клеток уготовлена для меня? - Нет, что вы, - спешу её успокоить. - Такую солидную даму в клетку сажать? Каким же чудовищем вы меня считаете? Я вовсе не такой, поверьте. Я знаю своё место, в Каморском этому быстро учат. Вы глава крупного предприятия и целого города, а я всего лишь шабашник. Кто я такой, чтобы сажать вас в клетку? Кстати, где-нибудь здесь есть рупор? - Рупор? - Ну, такой, чтоб громко говорить. - Я изображаю рукой, будто говорю в рупор. - А, поняла. По коридору направо, там такая стеклянная полочка с пожарным шлангом и противогазом, там же и рупор есть. Ты сразу найдёшь, там ещё пожарная лестница, которая на крышу ведёт. - О, отлично, - говорю, - даже выход на крышу есть. Как у вас тут грамотно всё проработано. - И не только тут, - говорит Варрана. К этому времени мы уже оказываемся на середине площадки. - Знаешь, Соник, в Краткине ты бы не чувствовал себя ниже кого-то другого только из-за того, что ты шабашник. Скажу больше, ты бы здесь нашёл работу получше. - Например в цитадели, да? Постойте пока здесь. - Оставляю её посреди площадки, сам разворачиваюсь, иду обратно. - Не обязательно, - говорит она мне вслед. - Тебе здесь можно подыскать работу по душе. Не очень престижную, но хорошую такую, мирную. При этом ты был бы равен всем, смог бы поселиться в Небесном Шике. Здесь это любой может. Я уже достиг края платформы, захожу на неё, поворачиваю рычаг вверх. - Как бы вам это сказать... Дело в том, что я вас ненавижу. Я вас так сильно ненавижу, что просто не могу оставить вас. Не могу и всё. - Подожди, но если ты продолжишь в том же духе, то все те жертвы, что были принесены за десять лет, можно будет счесть напрасными. Понимаешь? Я стою на платформе спиной к ней, медленно поднимаюсь наверх. То, что она говорит сейчас, для меня уже не важно. - Стой, - говорит Варрана из темноты. Останавливаться уже поздно, да и не остановился бы я, даже если бы было можно. Секси злорадно потирает ручки, направляясь к стеклянной будке. Я уверен, она разберётся в этой системе. - Подожди, Соник, - снова окликает меня Варрана. Ждать уже нет смысла, я ей уже всё сказал. Платформа остановилась, я схожу с неё на помост. Не хотел я оборачиваться, но в последний момент не удержался и всё-таки взглянул на Варрану в последний раз. - Не оставляй меня здесь, - снова говорит она. Стоит одна посреди тёмной площадки, вокруг неё пустые клетки и два трупа её работников. Неподалёку ещё контейнер с телами погибших в стенах этого мрачного помещения. Она одна. Одна наедине со своей надвигающейся участью. Я обращаюсь к Секси: - Сделай это и, когда подпитка будет завершена, вернись к главному терминалу, закончи начатое. Ментаны должны быть уничтожены. А у меня сейчас есть ещё кое-какие дела. И, если честно, не хочу я на это смотреть. Когда всё будет готово, дай мне какой-нибудь сигнал. Я буду на крыше. - Не делай этого, Секси, - в очередной раз подала голос Варрана. Секси сделает. Тут сомневаться не приходится. В коридоре светло. В окнах кабинетов пусто, все работники либо отошли в какое-то убежище, либо похватали автоматы и воюют вместе с охраной. Я быстро нахожу застеклённую полку с рупором и прочими агрегатами. Она заперта на электронный замок, ключа у меня естественно нет. И чего мне делать? Стрелять если только. Надеюсь, стекло уязвимо для пуль. Стреляю, стекло разбивается. Противогаз пришёл в негодность, шланг тоже продырявило. Это не важно, главное рупор цел. Отряхиваю его от осколков, беру в руку. На пояс его не повесить, петли нету, да к тому же на поясе уже висит голова Ариева. Висит и воняет, зараза. Ладно, ничего, потерплю. Поднимаюсь по пожарной лестнице, рупор держу в зубах за рукоятку. Пока карабкаюсь, у меня закладывает уши от собственного дыхания. Я уже так запыхался, никогда ещё так громко не дышал. Как бы с сердцем чего не случилось... А, нет, всё в порядке, у меня же рупор в зубах, вот он и шумит, когда я в него дышу. Да, голова уже не варит. Когда всё это закончится, если я при этом останусь жив, нужно будет как следует отдохнуть, релаксация после такого необходима. Добираюсь до люка... Твою мать, заперто! Хотя чего же я ожидал. Так, замок как всегда электронный, других уже давно не производят. По логике вещей для люка в крыше не станут использовать слишком уж прочный замок, это же не целесообразно. Обхватываю лестницу обеими ногами, беру автомат в обе руки. Замахиваюсь, бью прикладом. Замок трескается, но не ломается. Бью снова. Трещина растёт. Ещё несколько ударов и вот замка больше нет, он выпускает несколько предсмертных искр и издыхает. Открываю крышку люка, выхожу на крышу цитадели. Подхожу к краю, ложусь, на всякий случай прячусь за бордюром. Осматриваю ситуацию снаружи в свете прожекторов. Это полный провал! Наших уже почти не осталось, кругом трупы, лишь немногие лежат стонут, ну ещё парочка остались боеспособными. Как там Ваня? Ничего так, бегает, бодренький, весёленький, даже не ранен. Профессионал, дери его. Так, а это что? Да ладно, быть того не может! Неужели сработало? Это конечно маловероятно, но как ещё объяснить тот факт, что на территории объявилось столько новых лиц в штатском! И похоже они на нашей стороне. Нет, их конечно не так уж много, но они есть! Они стреляют не со стороны цитадели, они все у забора. Вообще класс, вояк теперь поливают огнём с двух сторон! Правда с одной стороны только Ваня с пулемётом, да ещё парочка недобитых, но позиции они заняли выгодные. Но силы всё равно не сбалансированы. Им бы продержаться ещё хоть несколько минут. Некоторые гражданские уже успели раздобыть оружие, но к сожалению им, в отличие от нас, есть куда отступать, они же пришли из города. Надеюсь, убегут не все. Интересно, что на нашу сторону приходит всё больше новых людей. Они теперь не равнодушны. Как всё просто оказалось, всего-то надо было ослабить действие ментанов и слегка подтолкнуть народ. Их конечно мало, лучше бы Секси поторопиться. Надеюсь, она это понимает. Только держитесь... Осталось немного... Ну давай, давай, давай! - Соник! Я оборачиваюсь. Из люка торчит голова Секси. - Это сигнал, Соник! Всё готово, ментаны горят синим пламенем. Пришлось потрудиться, но... Что ж, больше нет смысла ждать, чем всё закончится. Пора раскрыть карты. Подношу рупор ко рту и кричу на всю территорию: - Довольно! Уже всё кончилось, не надо воевать! В меня тут же летит очередь. Я прячусь за бордюром, снова выглядываю и продолжаю орать: - Да хватит стрелять уже! Говорю же, нет смысла! Внизу к цитадели подходит кто-то из командиров охраны, отсюда не разобрать, в каком он звании. Складывает руки в трубу и кричит мне: - Что, переговоров захотелось? Ты хоть белый флаг подними тогда! - Да, конечно, - говорю. - Вот! Достаю из пакета голову Гарольда Форенгейтовича Ариева, как могу протираю её от крови, поднимаю за волосы вверх. - Узнаёте? Видно вам оттуда? Будьте добры, прожектором на меня посветите. Командир машет кому-то рукой и в мою сторону движется один из лучей прожектора. Я оказываюсь на освещённой местности. Голову видно хорошо, по крайней мере для меня, но не знаю, насколько хорошо её видно издалека. - Варрана тоже мертва, - говорю. - Ведь мертва? Секси коротко кивает. - Ментаны уничтожены. Чувствуете? Больше нет никакого ментального действия! Охрана, скажите мне, за что вам теперь воевать? Кто вам спасибо скажет? Всё кончено, вам больше нет смысла продолжать бойню! Так, стрельбы больше нет. Охранники переглядываются, переговариваются о чём-то, гражданские с разных сторон тоже им что-то кричат. Из укрытий пока не вылезают, ждут результата переговоров. Вслушиваюсь в диалоги, улавливаю отдельные фразы. - А что нам теперь делать? - Да хана нам по-любому. - Нет, ну если свалить куда-нибудь. - Здесь-то мы никому не нужны. - К стенке поставят или как? - Да нас судить-то некому. - Что, гражданских испугался? Надо их поторопить. Возможно даже подбодрить как-нибудь. Беру рупор, говорю: - В самом деле, зачем вам это надо? Неужели больше нет вариантов, кроме как перестрелять друг друга? Просто сложите оружие и валите с территории, что дальше делать потом обсудите. Они продолжают спорить, перекидываются фразами. - Да они нас разорвут сразу! - Ага, зубами грызть будут. - Оружие должны сложить все. - Ребят, - говорю, - скоро утро. Новый день принесёт новую жизнь и нам, и вам. Мир большой, на всех места хватит. Начали умолкать потихоньку. Выходят из укрытий, встают, достают оружие... Что это? Среди рассеянных по территории охранников слышны хлопки выстрелов! Не автоматов, не пулемётов... Одиночные хлопки из обычных пистолетов. Один за другим солдаты цитадели падают. Самая разумная идея, что я когда-либо видел. Нет, конечно я шучу, идея ни разу не разумная. К счастью, далеко не все вояки приняли такое решение, только десяток из них предпочли выбить себе мозги. Остальные же кладут оружие на землю и вереницей ползут к выходу. Идут, ни на кого не смотрят, не оборачиваются. Те, кто на нашей стороне, смотрят на них открыто, некоторые с сочувствием, некоторые наоборот с ненавистью. Ведь ментаны больше не действуют и в этом городе теперь нашлось место для ненависти. А они идут. Смотрят в основном себе под ноги. Их лица сейчас напоминают наши с Ваней и Секси, когда мы ехали в подземном вагоне, пустые такие, обречённые... Всё. Теперь точно всё закончилось. Произошёл целый переворот. Именно то, что Викки считала "бредом собачьим", а потом отдала за это жизнь. Я так и не нашёл объяснений её поступку, но по крайней мере, как ни странно, это сработало. Мне на плечо ложится рука. Я оборачиваюсь и вижу полную радости улыбку Секси. Она выглядит ужасно усталой, глаза красные, щёки впалые, свалявшийся ирокез стал тёмно-серым, но при этом она вся светится счастьем. - Пошли вниз, - говорит она. - Отдохнём в яме, отпразднуем победу. Смотри, что я нашла! И гордо показывает мне литровую бутылку водки.