Глава 40. Элементали
12 октября 2025 г., 11:32
Как бы Маттейсу ни хотелось возвращаться на корабль, сделать это пришлось — Френки передал, что о его отсутствии за обедом говорили однокурсники, а быть совершающим странные действия в глазах Роналду, — а именно это и случилось бы, потому то вскоре слухи дошли бы и до него, если ещё нет, — совершенно не хотелось.
Поэтому, собрав свои немногочисленные вещи, он вернулся на законное место, провожаемый встревоженным взглядом Френки. Казалось, помимо беспокойства в нём было что-то ещё, но что?
Дибалы в каюте не было, как не было и его вещей. Видимо, переехал в соседнюю. А если думать шире, то наверняка в самую дальнюю. Оставался лишь вопрос, как ему это удалось, потому что для этого обязательно было просить разрешение Криштиану, иначе, узнай он об этом, не избежать ещё одного наказания, пусть и гораздо менее тяжёлого. По крайней мере, Маттейс надеялся, что всё обойдётся, потому что мысли и намерения Роналду всегда были покрыты мраком.
Неужели Криштиану сжалился над Пауло и разрешил им побыть вдали друг от друга после того случая? На него это было не похоже. Гораздо более рациональным объяснением было то, что он решил не трепать нервы своему Чемпиону незадолго до третьего этапа. Хотя, по мнению Маттейса, тот был где-то за горизонтом текущих событий, но не нужно было хорошо знать Роналду, чтобы понять, что тот считал ровно наоборот.
Начались спокойные будни. Де Лигт всё также виделся с Френки каждый день, изучал историю Хогвартса, надеясь, что это хоть как-то поможет ему в предстоящем испытании, оттачивал бытовые навыки магии воздуха, потому что они понадобятся с наибольшей вероятностью, чем, например, боевая магия или элементы тёмной, которая, в общем-то, точно была запрещена правилами Турнира.
На четвёртый день в дверь каюты кто-то постучался. Каково же было удивление Маттейса, когда в комнату вошёл Криштиану — раньше он не оповещал о своём приходе, а теперь вот стоял перед ним со слабой улыбкой на лице и сосредоточенным взглядом. Значило ли это, что у Маттейса были проблемы? Но он ничего не сделал…
Первым заговорил Роналду:
— Нам предстоит путешествие. Оно продлится около недели. И твоё присутствие обязательно.
Это всё, что он сказал в тот день.
На следующий же они отправились в то самое «путешествие». На Криштиану были привычные униформа и выходной плащ; через плечо висела сумка — совсем небольшая, а значит, точно расширенная магией.
Маттейс же взял с собой сменную одежду, достаточное количество еды и пару книг — может быть, на них будет время. Хотя неизвестно — Роналду так и не поведал, куда и зачем они отправлялись.
Выйдя с территории школы, они остановились совсем недалеко от её ворот. Криштиану подал руку, и Маттейс догадался: сейчас они будут аппарировать.
Чувство, как и всегда, было не из приятных.
— Австралия, — спокойным голосом произнёс Криштиану, прежде чем достал из своей сумки две метлы — не самой новой, но и не старой модели, в идеальном состоянии — должно быть, Криштиану купил их когда-то, но так и не успел испытать в деле.
Он первым оседлал метлу и поднялся в воздух. То же самое проделал и Маттейс. Они молча летели по направлению к постепенно склоняющемуся за горизонт солнцу.
Через полчаса такой тишины де Лигт не выдержал:
— Куда мы летим? — спросил он, поравнявшись с Криштиану. — И почему нельзя было туда аппарировать?
— Невозможно аппарировать, если не знаешь, где находится конечная точка, — рассудительно, но слишком уж загадочно ответил Роналду.
— Хорошо… — растерянно согласился Маттейс. Казалось, Криштиану не планировал посвящать его в свои планы.
Они замолчали.
Чуть позже де Лигт сделал ещё одну попытку:
— Мы не знаем, где искать, но знаем, что, так ведь?
Криштиану нахмурился. На всякий случай Маттейс чуть замедлил ход, чтобы оказаться на несколько футов позади.
— Знаем, — процедил он.
Молчание как-то затянулось, но через пару минут Роналду заговорил:
— Знаешь что-нибудь об элементалях?
— О повелителях стихий? Да… Но их же не существует, верно?
И снова молчание. Хорошо, что Маттейс не видел лица Криштиану. Наверное, сейчас это было не самое привлекательное зрелище.
— Они есть. Просто их осталось мало. Помнишь мантикору?
Маттейс кивнул, а затем, поняв, что его не видят, ответил:
— Да. Неужели она была…
— Нет. Она не была элементалем. Но некоторые мантикоры, особо могущественные, ими являются. Найти их очень трудно… По всему миру осталось несколько десятков штук представителей каждой из стихий. Встреча с ними с недобрыми намерениями почти всегда означает смерть, а если повезёт… Их уничтожение — это преступление.
Де Лигт думал. Он получил столько информации, что от неё, казалось, сейчас распухнет голова. Пока он переваривал её, Криштиану продолжал говорить:
— Сегодня и в последующие дни мы ищем элементаля воздуха. Вернее, двух элементалей.
— И… Вы хотите нарушить закон? — Маттейс сказал это очень удивлённо, как будто поражаться было чему. Это же Криштиану.
— Ну да, — спокойно согласился он. Затем чуть затормозил, чтобы снова оказаться на одной линии с Маттейсом. — И, надеюсь, я могу быть уверенным в том, что это останется между нами.
— Разумеется, — с толикой удивления ответил де Лигт. Чтобы он предал Криштиану, должно произойти что-то невероятное.
Они оба замолчали. У Маттейса было бесконечное количество вопросов, но он понимал, что их поток Криштиану явно не выдержит. В лучшем случае просто будет молчать, а в худшем… наверное, отправит домой.
К вечеру они остановились у подножия какой-то скалы. Там развели костёр и пожарили мясо, будто были в каком-то походе, не более. Это вызвало улыбку, в ответ на что Маттейс получил строгий взгляд.
Они легли спать в палатке, которая внутри была похожа на настоящий отель. Правда, дальше гостиной и своей комнаты Маттейс ничего не видел, но это было не так важно.
Утром они позавтракали вчерашней пищей и снова отправились в путь. Маттейс решил, что настало время новой череды вопросов.
— Значит, мы будем искать двух элементалей, чтобы одолеть их? — первый вопрос оказался банальным.
— Да, — без особого энтузиазма согласился Криштиану.
— И мы их… убьём?
— Совершенно верно, — с ноткой раздражения произнёс Роналду. — Отвечая на все последующие вопросы… Для чего нам это? Чтобы получить их силу. Как мы будем с ними бороться? Сейчас объясню.
Рассказ был долгим. Но в конце Маттейс сделал заключение, что ему, в принципе, всё понятно, несмотря на то что план казался крайне сложным. Вопросы были исчерпаны. Разве что…
— Но зачем нам получать их силу?
Криштиану долго молчал. Было даже впечатление, что он уже не заговорит, но это, наконец, произошло.
— Один для того, чтобы вознаградить тебя, если ты выиграешь Турнир Трёх Волшебников.
— А если нет? — с опаской спросил де Лигт.
— Такого варианта я не рассматриваю, — хмыкнул Криштиану.
— Хорошо. Вы же знаете, что я сделаю всё возможное, чтобы…
— Да, да. Это я уже слышал. Осталось доказать на практике. С мантикорой ты справился неплохо. Надеюсь, не провалишься и на третьем испытании.
Было немного обидно, потому что сам де Лигт считал, что с мифическим существом он разделался просто превосходно. Но это же Криштиану, от него не стоило ожидать похвалы…
— Я всегда знал, что ты способен на это, — ласково произнёс Роналду, опуская ладонь на щёку своего ученика и мягко поглаживая.
— Я сделал это ради вас, — влюблённо произнёс Маттейс, стоящий к нему спиной, и… позволил себе опустить руку поверх ладони Криштиану.
Роналду хмыкнул, но руку не убрал. Даже наоборот — второй, свободной, он потянулся к поясу на своих брюках.
— Я знаю это. И я хочу вознаградить тебя.
Щёки зарделись. Да, это казалось почти что невозможным, однако Маттейс почувствовал прикосновение, как наяву. Снова. И пусть этот сюжет существовал где-то в параллельной вселенной, он был весьма вероятным — о нём можно было думать, можно было мечтать, — так казалось Маттейсу. Несмотря на Френки, он всё ещё давил в себе запретные мысли, обращённые к своему директору. От этого избавиться было сложнее всего.
— Спасибо, — запоздало поблагодарил де Лигт. — И… извините, но у меня остался ещё один вопрос.
— Говори.
— Сила второго элементаля нужна для вас?
— Нет, — спустя какое-то время ответил Криштиану. — Для мага огня, да и для любого другого, за исключением повелителя воздуха, разумеется, сила этого элементаля будет бесполезна. Есть элементали земли, воды и огня — они и подходят для соответствующих типов магов.
— Но тогда зачем…
— Мы договаривались только на один вопрос, — мягко улыбнулся ему Криштиану, тем самым ставя точку в этом разговоре.
Солнце жарило. Была весна, а потому это не было проблемой, и всё же макушку изрядно напекло к моменту, когда они остановились на обед.
— А как мы их найдём? — это стоило спросить в самом начале, потому что прошли уже сутки, а на присутствие элементаля не было ни намёка. — Нельзя же просто облететь весь материк. На это уйдёт слишком много времени.
— Ждал, что ты спросишь, — улыбнулся ему Роналду. Затем он расстегнул две верхние пуговицы на плаще. На его шее висел амулет, сиреневый, в форме кристалла.
Криштиану достал палочку и, прошептав что-то, легонько коснулся неведомого камня. Тот указал направление на запад.
— Очень ценная и редкая вещица, — похвастался он. — Именно этот амулет и указывает нам на ближайшего элементаля. Но сколько нам понадобится быть в пути, я не могу сказать. Может быть, если повезёт, мы наткнёмся на него уже сегодня. Может быть, завтра, а может быть, только через неделю.
— Понятно, — несколько растерянно согласился Маттейс.
***
В пути они были ещё около суток, останавливаясь лишь ночью и на обед. От долгих перелётов болело всё тело, потому что сидеть нужно было почти неподвижно, но Криштиану не жаловался, а значит, на это не имел права и Маттейс. И вдруг, в один момент, Маттейс почувствовал необъяснимую тревогу. Он посмотрел на Роналду — тот тоже напрягся, стянул с шеи амулет и показал Маттейсу. В наступающей темноте тот был похож на светлячка — вокруг него возникла розоватая аура. — Он где-то здесь, — взволнованно, на придыхании произнёс де Лигт, сам того не ожидая. Он даже не собирался открывать рот, но… всё его естество чувствовало присутствие элементаля воздуха — на руках встали волоски, во рту пересохло, но самое главное было то, что Маттейс почувствовал изнутри. Его распирало от смешанных эмоций: с одной стороны хотелось оказаться ближе, его тянуло, как тогда к дверям в таинственной комнате на восьмом этаже Хогвартса, но вместе с тем и отталкивало — хотелось бежать как можно дальше, не оглядываясь, потому что он чувствовал, что какая-то сила, незнакомая ранее, была настолько могущественной, что поглотила бы его, не заметив. — Всё, как мы договаривались. Ты помнишь план? — рассеял наваждение голос Криштиану. Де Лигт, ни секунды не сомневаясь, кивнул. Он всё помнил. Криштиану ударил посохом по земле, и вокруг них кольцом сжалось пламя — его диаметр был около мили, но на холмистой местности можно было увидеть очертания всего круга. Криштиану снова ударил посохом об землю, а потом начал говорить что-то на незнакомом языке — он призывал духа. Через несколько минут на небе сбежались тучи, но было видно, что они совсем не дождевые — тёмно-серые, почти чёрные, тяжёлые, прибивающие к земле, они постепенно образовывали водоворот, а затем… Маттейс, как и было сказано ранее, запустил огромный и мощный столп воздуха, пытаясь согнать черноту с неба. В ответ разразился гром — всё так, как и должно было быть. Маттейс повторил попытку — дух отказывался являться и одновременно с этим серчал из-за того, что его побеспокоили. С третьей попытки получилось. Тучи начали закручиваться в воронку, и постепенно появились очертания огромного, длиной в десятки футов, существа. Тело его было несколько размыто, но тем не менее всего за несколько минут вырисовались очертания торса и рук. Ног не было — ниже пояса элементаль был похож на воронку сносящего всё на своём пути воздуха — он походил на торнадо, но пока менее разрушительное по своей силе. Позже всего появились черты лица. Глазницы были пустыми, рот широко открыт, а в следующую секунду на них понёсся бешеный порыв ветра, способный не только пришибить к земле, но и нанести серьёзные ранения. Рядом оказался Криштиану. Он прикрыл их щитом, созданным палочкой, а затем посмотрел на Маттейса. В глазах плескалось бешенство, и казалось, что им директор может спалить их обоих. — Не зевай! Он убьёт нас. Роналду отскочил в сторону и стукнул посохом. Огненное кольцо немного сузилось. Элементаль сделал ещё одну попытку атаковать, но на этот раз Маттейс был готов — он поставил блок и побежал за спину природного создания. Они разделились. Элементаль медлительно разворачивался, не зная, кого ему атаковать, а затем вдруг его грудь стала источником яркого света, а в следующую секунду… Земля между ними раскололась — настолько силён был ветер, что впечатался в неё прямым ударом. Маттейс замешкался. О таком Криштиану его не предупреждал. Послышался крик. Криштиану пытался что-то сказать ему, но из-за бешеного шума услышать его было невозможно. Хорошо, что на местности не было деревьев, иначе они оказались бы вырваны с корнем и отправлены в сторону людей, посмевших потревожить покой самой природы. Маттейс наступил — таким же порывом воздуха — мощным, иссушающим все силы организма — и разрезал элементаля пополам. В следующую же секунду тот соединился обратно. Понятно, что в такой атаке не было смысла, но это было лишь способом отвлечь духа. Тот обернулся в сторону Маттейса — медлительно и неуклюже, посмотрел на него пустыми глазницами и совершил ещё один удар, к которому, к счастью, де Лигт был готов. А тем временем огненное кольцо сужалось. Оно было уже в два раза меньше, чем изначально, но элементаль, занятый людьми, этого не замечал. Он открыл рот и издал крик, имеющий физическую форму — похожий на стрелу, он мазнул по уху Матейса, из которого тут же полилась кровь. Кожа осталось невредимой — это лопнула барабанная перепонка. О возможности такой атаки его тоже предупреждали, но он облажался. К следующему крику Маттейс был готов. Он снова поставил блок, а затем… Стало темно. И только огонь освещал пространство вокруг них, языками пламени пронзающий беспроглядную тьму. Они были под невидимым куполом. Дух начал кружиться вокруг оси, пытаясь понять, в чём дело, и в этот миг огонь начал распространяться с бешеной скоростью. Он пополз по сторонам, обтекая Маттейса, и постепенно начал заполнять собой всё пространство. Воздуха, чтобы дышать, почти не осталось. Всё пространство заполонил чёрный дым, выжигая кислород. Горела трава, горела земля — горело всё, что могло, заставляя кашлять и задыхаться. Глаза заволокла слёзная пелена — дым щипал глотку и выжигал лёгкие. Но Маттейс, собравшись, вспомнил их план. Он оглянулся, задержав дыхание, и увидел, как к нему подбирается огонь — он шёл к центру круга, пока пламя почти касалось его ботинок — оно не успевало залезть на них и лишь лизало остатки воздуха. Де Лигт подкрадывался к элементалю всё ближе и ближе. Тот вопил, колыша дым, потому что не мог выбраться, а кислорода для его существования оставалось всё меньше. Меньше его становилось и у Маттейса. Тот был совсем один, потому что Роналду остался снаружи, чтобы поддерживать шатёр, наполненный тьмой и не пропускающий свежий воздух. Де Лигт подошёл к духу вплотную. Три… Два… Один… Не набирая в лёгкие дым, он шагнул внутрь и начал читать мантру, которая выталкивала элементаля из своего тела — она разрывала его, сильного и буйного, на кусочки, пока Маттейс стоял внутри и задыхался. Тут и там рвалась одежда. Продолговатыми надрезами исходилась плоть, кровь текла тоненькими струйками, но Маттейс не останавливался и шептал тяжёлое заклинание, призванное убить, раскрошить и низвергнуть элементаля воздуха. Де Лигт и сам не заметил, как всё закончилось. Он как будто забыл о необходимости дышать и смирился с отсутствием этой возможности как таковой, и потому даже в тот момент, когда чёрный дым начал рассеиваться, не попытался втянуть в лёгкие воздух. Он просто упал на колени и заплакал — не от боли, а от эмоций, которые переполняли его, выплёскиваясь наружу горячими слезами, а затем и триумфальным кличем. Когда дым рассеялся, он увидел Криштиану. Тот победоносно стоял около почти потерявшего очертания элементаля и держал в руках синий пузырёк с сущностью самой природы.***
Вечерело. Они сидели у костра, на котором жарилась очередная порция мяса, а Криштиану, склонившись над Маттейсом, водил палочкой по его ранам. — Я не слишком искусен в целительной магии, — оправдывался Роналду. — Раны, конечно, я затяну, но могут остаться шрамы. Маттейс хмыкнул. Они уже почти закончили, да и кровь на порезах успела запечься, поэтому больно не было. Криштиану действовал мягко, даже нежно, и Маттейс смотрел на него с такой же нежностью в ответ. — Ничего. Шрамы украшают мужчину. Тем более, у меня их много, ну… Он замолчал, поняв, что только что чуть не сказал. Неизвестно, как отреагирует Роналду, если напомнить ему сейчас о той боли, что он причинил. — Рад, что ты такого мнения. Поверь мне, спустя время ты будешь смотреть на них и гордиться собой. Думаю, ни один подросток, кроме тебя, не решился бы на схватку с элементалем. А тем более не вышел бы из неё победителем. — У другого не было бы вас, — промурлыкал Маттейс. Ему нравилось, как мягкие подушечки пальцев Криштиану касались его, проверяя, до конца ли затянулись раны; нравилось, как были близки они в этот момент, пока весь остальной мир замер и остался далеко-далеко, будто его никогда и не существовало. — В этом ты чертовски прав, — усмехнулся Криштиану, явно довольный собой. — Ну вот, кажется, и всё. Осталось только ухо, но я не хочу повредить что-то ещё сильнее, поэтому пусть этим займутся колдомедики, когда мы вернёмся. Он отстранился и, пусть и не ушёл далеко, но заставил де Лигта горестно вздохнуть. Компания Роналду была ему приятна почти так же, как компания Френки. Френки… Как он там? Маттейс предупредил его о своём отсутствии, но не сказал, куда и с кем отправился, а де Йонг не стал выпытывать, видя, что на эту тему Маттейс говорить не хочет. На вечно любопытного Френки это было непохоже, но тогда Маттейс не заострил на этом внимание, потому что был занят сборами. — Хорошо, — наконец ответил он. — Спасибо. — Не за что, — кивнул ему Роналду. — А теперь ужинаем и ложимся спать. Завтра нам рано вставать — предстоят поиски второго элементаля. Обычно они находятся далеко друг от друга, так как не любят конкуренцию в пространстве. Возможно, будем искать вообще не здесь. Уже лежа на кровати в своей комнате, Маттейс понял, что хочет вернуться в Хогвартс. Ему нравилось быть наедине с Криштиану, нравилось следовать его поручениям и сражаться с ним бок о бок, но там, в замке, его ждал Френки, его улыбчивый друг с безумно сладкими губами.***
— Забери эссенцию, мальчишка! Забудь обо мне! — Криштиану орал от злости и боли, переполняющих его. Маттейс, последний раз взглянув на Роналду, побежал к умирающему элементалю и дрожащими руками начал сцеживать густой белый воздух из его глазниц. То были слёзы умирающего духа. Этот элементаль был больше. Мощнее. Опаснее. Закупорив маленькую склянку заклинанием, де Лигт побежал к Роналду. Из его чёрных вен медленно сочилась кровь, которая пропитывала всю одежду. — Что мне… — Дай руку. Быстрее! Маттейс сжал его ладонь, в ответ на что Роналду заорал от боли — кожа трескалась, лопалась в месте прикосновений, маленькие струйки потекли по руке де Лигта… Они аппарировали. — Подними в воздух и помоги добраться до входа, — прошипел сквозь крепко стиснутые зубы Роналду. Когда Маттейс поднял Криштиану в пространство над землёй, черты его лица немного смягчились — видимо, боль стала чуть менее нестерпимой.***
Пахло жареной плотью. Сидя на трансфигурированной в непонятное желе кровати, Криштиану прижигал свои раны, корчась от боли. — Почему… — Тёмная магия. Побочный эффект, — раздражённо прорычал Криштиану. Огонь немного успокаивал его кожу, но чёрные вздутые вены готовы были вот-вот порваться вновь. — Что я могу для вас сделать? — растерянно прошептал Маттейс. Ему было страшно, так страшно… — Подойди. Де Лигт повиновался. Он оказался рядом, услышал приказ наклониться, а затем Криштиану сорвал с его шеи бутылёк с силой элементаля. — Ты это ещё не заслужил, — кривясь от того, что на ладони проступила кровь от взаимодействия с предметом внешнего мира, сказал он. Он снова опустил её в голубую бесформенную полужидкость, служившую сейчас местом, где кожа не норовила слезть с мышц. — Я… — Проваливай, — Криштиану отвернулся. Маттейс вышел из комнаты, а затем и из поместья, провожаемый эльфом-домовиком. Даже когда он оказался в своей каюте, перед лицом до сих пор стояло лицо Криштиану в тот момент, когда он отворачивался. Он плакал.
