Целительница

Почти всю ночь Скарлетт и Чарли просидели у того озера, разговаривая о своих чувствах. Миллер интересовало, когда именно Уизли осознал свою симпатию к ней, и, узнав, что это случилось после Рождества, удивилась. Она думала, что его интерес появился значительно позже. Может, после её дня рождения или экзамена для драконологов. — Наверное, это потому, что тогда я стал активно ухаживать за тобой, — пояснил Чарли. — Мне казалось, что ты всё это делаешь по-дружески, — сгорая от стыда, пробормотала Миллер. — До меня только недавно дошло, что друзья обычно так себя не ведут... Я поняла это после того, как Софья сказала, что между нами искры будто летят, — Скарлетт не стала рассказывать подробности их разговора, посчитав это незначительным. Чарли усмехнулся. — Софья как всегда внимательна. — Это точно. Скарлетт вдруг задалась вопросом — как они выглядели с Чарли со стороны для остальных? — и озвучила его вслух. Ей хотелось услышать мнение Уизли. — Сложно сказать, — пожал он плечами. — Про нас с тобой всякое болтали. Хоть в Заповеднике и работали преимущественно мужчины, сплетни здесь процветали не хуже, чем в женском коллективе. Сам Чарли не участвовал в этих разговорах, но от Артёма — того ещё болтуна и знатока местных новостей — волей-неволей приходилось слышать разное: и о том, кто был замечен в слишком тесных объятиях с чужой женой, и куда парни ходят за женским вниманием в ближайшей деревне. О Скарлетт тоже говорили разное, но в основном только после её официального трудоустройства. До этого мало кто замечал её. Скромная стажёрка, сливавшаяся с практикантами. Таких, как она, приезжали много, и большинство считало, что она не продержится долго, не выдержав характера миссис Кастильо. Но Скарлетт осталась, и это событие вызвало удивление. Правда, после этого пошли сплетни другого рода. Теперь её стали замечать не только как специалиста. Молодые драконологи находили её симпатичной, но недоступной, поскольку Скарлетт всем поклонникам давала отворот-поворот. Разумеется, этому нужны были объяснения. Одни шептались, что у неё разбито сердце, другие предполагали, что она скрывается от тёмного прошлого, а некоторые индивидуумы и вовсе начали судачить о её ориентации. Мол, слишком уж равнодушна к мужскому вниманию. Скарлетт всё время проводит с Софьей Алексеевой. Между ними определённо что-то есть. Чарли считал все эти слухи идиотскими. Всё сильно изменилось после ужасного случая с мистером Кастильо. Когда Скарлетт спасла ему жизнь, мастерски справившись с ранением, даже самые скептически настроенные драконологи вынуждены были признать её профессионализм. Грязных сплетен поубавилось, уступив место уважению. Новая волна обсуждений поднялась, когда Скарлетт всё чаще начали замечать в компании Чарли. Точнее говоря, все заговорили об этом, когда Уизли, чья жизнь крутилась исключительно вокруг драконов, стал проводить время с женщиной. Некоторые стали утверждать, что у них роман, но мало кто в это верил. О Чарли обычно говорили в двух ключах: либо как о фанатичном трудоголике, либо как о чудаке, предпочитающем общество драконов человеческому. Ситуация слегка оживилась, когда впечатлительные практиканты рассказали, как Чарли поставил на место Ламберта за неуместные подкаты к Скарлетт. — Например? — полюбопытствовала Миллер. Она была далека от всех этих сплетен. Драконологи делились с ней больше рабочими моментами, нежели пересудами. Лишь с появлением Софьи в жизнь Скарлетт стали потихоньку просачиваться обрывки местных «новостей». — Ну… — Уизли притворно задумался, поглаживая подбородок. — Некоторые считают, что ты лечишь меня от редкой болезни. — Что? — Миллер округлила глаза. — Не знала? — продолжил Чарли с серьёзным видом. — Именно поэтому я и появляюсь часто в медпункте. По версии экспертов, либо у меня серьёзная болезнь, требующая ежедневных осмотров, либо... — он сделал паузу, наблюдая за реакцией Скарлетт. Та заинтересованно слушала его. — Ты опоила меня любовным зельем, и я нахожусь под твоим контролем. — Любовное зелье? — переспросила она с лёгкой насмешкой. Что за абсурд! — И люди действительно верят в это? — Ещё как! — хохотнул Чарли. — Я и сам подумывал об этом. — Что? Правда? — изумилась Скарлетт, поверив словам парня. — Да, — Уизли старался сохранять серьёзность, наслаждаясь реакцией Миллер. — Потому что я всё время хочу поцеловать тебя, — его губы дрогнули в улыбке. Скарлетт, услышав это, сначала застыла с широко раскрытыми глазами, а затем зарделась, понимая, как легко поверила словам Чарли. — Тогда мне стоит проверить, нет ли у тебя и других симптомов, — заговорила Скарлетт, внимательно изучая его лицо. Её пальцы осторожно легли на его запястье, будто проверяя пульс. — Мистер Уизли, у вас учащённое сердцебиение. Чарли почувствовал, как его сердце и вправду забилось чаще. Он с удовольствием принял её игру. — Боюсь, диагноз подтверждается. Появилось желание поцеловать тебя прямо сейчас. Скарлетт почувствовала, как дрожь пробежала по её спине. Его губы коснулись её в лёгком, нежном поцелуе. В ночной тишине звучало лишь их сбивчивое дыхание, пробуждая в Скарлетт нечто давно забытое. Жаждущее и дерзкое. Её руки сами потянулись к его волосам. Пальцы впутались в рыжие пряди, притягивая его ближе. Поцелуй из нежного превратился в более чувственный, глубокий. После этого Миллер прижалась лбом к его плечу, чувствуя, как трепет пробегает по коже от каждого прикосновения его пальцев к её волосам. Они сидели так ещё несколько минут, прислушиваясь к ночным звукам, после чего снова заговорили. На сей раз о том, как они собираются выстраивать отношения. Скарлетт считала важным обсудить несколько моментов для того, чтобы избежать неловких ситуаций, недопонимания и разочарований в будущем. Уизли был не против и всецело поддерживал стремление уже своей девушки к открытости — ему ещё в Хогвартсе надоели недомолвки и игра в намёки. — Я не хочу прятаться, — серьёзно заявила Скарлетт. Выглядело это забавно, потому что она сидела с румяными щеками и припухшими губами. От поцелуев у неё всё ещё немного кружилась голова. — Мне тоже этого не хочется, — согласился Чарли. Им со Скарлетт не по пятнадцать лет, чтобы прятаться от взрослых и бояться чужого мнения. — Но и кричать об этом на каждом углу тоже не стоит... — продолжила она. — Значит, никакого объявления через громкоговоритель? — И уж точно никаких серенад под моим окном в три часа ночи. — Придётся приберечь мой музыкальный талант для лучших времён, — с наигранной грустью произнёс Чарли. Скарлетт не смогла сдержать смех. Что-что, так он умел развеселить её. За долгими разговорами следовали ещё более долгие поцелуи. Холодная ночь и накопившаяся за день усталость казались незначительными — их тела согревало тепло, исходящее от близости друг друга, а возбуждение от случившегося прогоняло любое желание сна. Миллер чувствовала себя как никогда счастливой. Каждый поцелуй Чарли разжигал в ней глубинное чувство, что всё наконец встало на свои места. Она время от времени поглядывала на их переплетённые пальцы и ловила себя на мысли о том, что ей это нравится. Уизли же свои эмоции не сдерживал: он радостно улыбался. Края неба начали светлеть, предвещая рассвет. Скарлетт невольно съежилась. Утром стало в разы холоднее. Чарли, почувствовав, как она дрожит, крепче обнял её, пытаясь согреть. — Пора возвращаться, — сказал он. Его губы коснулись её виска. — Ты вся замёрзла. — Совсем немного, — возразила она, прижимаясь к нему. Ей хотелось остаться с Уизли подольше, но мир уже напоминал о себе утренней прохладой и первыми птицами, запевавшими вдали. — Врунишка, — поддел её Чарли. — Пойдём, а то простудишься. Скарлетт тяжело вздохнула. Кажется, Уизли совсем забыл, что она целительница. Но спорить не стала. Им действительно пора возвращаться. Чарли помог девушке подняться, и они, держась за руки, побрели по скрипящим доскам моста. Внезапный порыв ветра пробился сквозь ткань толстовки, заставив Миллер передёрнуть плечами. Холод, до этого игнорируемый телом, разгоравшимся от близости Чарли, теперь проникал в самое нутро. Её ноги, оказывается, так сильно замёрзли. Трансгрессировали они недалеко от общежития. Скарлетт посмотрела на здание и заметила, что не выключила свет в комнате. Затем она застенчиво перевела взгляд на Чарли. Непонятное смущение сковало её, будто они до этого не сидели на мосту и не целовались, признавшись друг другу в чувствах. — Так не хочется отпускать тебя, — тяжело вздохнув, проговорил Чарли. — А мне уходить. Я чувствую себя такой счастливой, — пролепетала Скарлетт. Её прямолинейность пришлась Уизли по душе. Рассвет окрашивал волосы Миллер в медовые оттенки, в глазах плескалось то самое чувство, которое словами не описать. Рука Чарли сама потянулась к её лицу, касаясь щеки. Он провёл по скуле большим пальцем. Скарлетт на его прикосновение прикрыла глаза. Уизли с чувством поцеловал её в губы. — Я тоже, — сказал он и обнял её. Скарлетт прижалась к нему. Они стояли так ещё немного, после чего Миллер мягко отстранилась. — Мне пора. — Ещё увидимся, — произнёс Чарли. Скарлетт кивнула и, попрощавшись, направилась к двери. Уизли стоял и смотрел, как она поднимается по ступенькам. Миллер обернулась и встретилась с его тёплым взглядом. Её припухшие губы дрогнули в улыбке, прежде чем она скрылась за дверью. Уизли ещё какое-то время стоял неподвижно, прислушиваясь к странному чувству внутри. Грудь распирало от чего-то тёплого и яркого, смешанного с непривычным спокойствием. Наконец, он развернулся и зашагал к себе. Он совсем не обращал внимания на холодный утренний воздух. На его лице застыла глуповатая улыбка, а взгляд рассеянно блуждал где-то в воспоминаниях о только что прожитом вечере. Чарли не мог поверить в то, что Скарлетт Миллер официально стала его девушкой. — Вы мухлевали! — до ушей донеслось недовольное ругательство Артёма, и Уизли заинтересованно поднял голову. На крыльце их общежития, подсвеченном косыми лучами только вставшего солнца, стояли Габриэль, Том, Артём и Софья. — Я видел, как вы карты под столом передавали! — Мы? И мухлевать? — Габриэль прижал руку к груди с преувеличенным оскорблением. Он стоял, прислонившись спиной к перилам. — Братья Дебюсси — самые честные в мире игроки! — Абсолютно честные, — с невозмутимым видом подтвердил Том, хотя уголки его губ предательски подрагивали. — Просто карты сами к нам липнут. Магнитные, наверное. — Кому вы стелете, обманщики? — фыркнул Артём, закатывая глаза. — Точно туза где-то в рукава припрятали. — Ничего прятать не пришлось, по твоей роже всё было понятно, — проговорил Габриэль со смешком. Он вертел в пальцах карту с потрёпанными углами, которая то появлялась, то исчезала, будто дразня Артёма. — Что верно, то верно, — неожиданно поддакнула Софья, поразив Артёма. — Ты на чьей стороне? Алексеева хихикнула, сказав, что она на стороне правды. А правда в том, что у Артёма действительно на лице всё написано. Когда ему попадалась удачная комбинация, то он не сдерживал своей довольной улыбки, и братья Дебюсси считывали это. Артём тяжело вздохнул, но в его глазах не было и тени огорчения. В конце концов, ему-то было всё равно на проигрыш. Он просто нашёл повод пошуметь и развеселить Софью. — Ладно, я признаю своё поражение, — с наигранной торжественностью провозгласил он. Габриэль вскинул бровь. — Но лишь потому, что вы эксплуатируете мою душевную открытость и неспособность к лицемерию! Честному человеку в наше время сложно жить. — О как заговорил! — О, привет, Чарли! — сказал Том, заметив приближающегося Уизли. Он стоял немного поодаль от компании. — Чего шумите? — спросил Чарли, пожав Тому руку. На его лице всё ещё играла счастливая улыбка, которую он и не пытался скрыть. В этот момент глаза Софьи хитро блеснули. Она всё сразу поняла. — Артём бесится, что проиграл несколько партий подряд, — лениво отозвался Том, щурясь на утреннем солнце. — Потому что вы жульничали, — хмыкнул Артём. — Ну начинается! — вздохнул Габриэль, готовясь выслушивать все высказанные претензии заново. — А я и не заканчивал! — И так на протяжении всего вечера, — продолжил Том. Чарли ничуть не удивился поведению друга. — Теперь Артём будет дежурить на кухне вместо нас. — Славно. — А ты чего ошиваешься с утра пораньше? — вклинился Артём в разговор, наконец заметив стоящего в стороне Уизли. — Ещё и сияешь, как Рождественская ёлка. Золотой слиток нашёл? — Да так, проветриться решил, — ответил Уизли, потерев шею. Артём прищурился как хитрый лис, явно почуяв лукавость. — В четыре утра? — нарочно уточнил он. Софья незаметно от Габриэля и Тома ущипнула его за руку. — Да, — непринуждённо сказал Чарли, хотя его сияющие глаза выдавали с головой. — Ммм, — понимающе кивнул Артём. Что-что, так два плюс два складывать он умел. Скарлетт не захотела играть в карты, а Чарли возвращается в общежитие под утро. Ещё и довольный такой. И всё это в один вечер. Поразительное совпадение. — Ну да, утренний воздух благотворно действует. — Что-то типа того, — согласился Чарли. Братья Дебюсси многозначительно переглянулись между собой. — У тебя прям цвет лица улучшился, — поддакнул Габриэль. Софья поправила волосы, тем самым скрывая улыбку. Ей уже не терпелось расспросить обо всём Скарлетт. Но судя по тому, какой Чарли счастливый, всё закончилось благополучно. — Ладно, пойду я, — Алексеева решила выручить Уизли и перевела тему. — Я провожу, — тут же вызвался Артём. — Нам тоже пора, — согласился Том. Ребята, попрощавшись друг с другом, разошлись. Чарли прекрасно понимал, что Артём уже смекнул что к чему. Но это его ничуть не смутило. Сейчас Уизли переполняло чувство лёгкости, делая неважным все возможные колкости.

***

Под стать внутреннему состоянию Скарлетт погода переменилась. Хмурое небо очистилось до кристальной лазури, а солнце светило так ярко, что слякоть и лужи исчезли, словно их и не бывало. На улице стало так жарко, что в медпункте пришлось наложить охлаждающие чары. Воздух заколебался, наполнившись желанной прохладой, но внутри Скарлетт по-прежнему пылал тот самый жар, что охватил её у озера пару дней назад. Гормоны бушевали в крови. Однако Миллер не позволила себе терять голову. На работе она должна сохранять самообладание. Но глаза её сияли. И как бы Скарлетт ни пыталась, это невозможно было скрыть. Софья была рада видеть подругу в таком настроении. Тем утром, вернувшись в общежитие, она застала Миллер на кухне. Та терпеливо ждала, пока чайник закипит. Выглядела она такой счастливой, умиротворённой, что Софья на мгновение застыла в дверях, боясь спугнуть этот миг. — Судя по твоему лицу, всё прошло более чем замечательно, — всё же произнесла Алексеева, прислонившись плечом к дверному косяку. Скарлетт вздрогнула и повернула голову. — Я думала, ты уже спишь, — пробормотала она, растерявшись. — Я вот чай захотела... — Ага, чай, — хихикнула Софья, подходя ближе. — А я вот по пути Чарли встретила. Такой дово-о-ольный! Улыбается так, что лицо вот-вот треснет. Алексеева не стала говорить, что уже успела обсудить поведение Уизли с Артёмом. Тот хоть и не знал всех деталей, тут же подметил перемены в Чарли. Артём описал его как «слона после бани», — мол, и глаза блестят, и вид довольный. Софья старательно делала вид, что ничего не понимает в происходящем, но Артём, знавший её как облупленную, раскусил игру. Он подмигнул и намекнул, что, должно быть, у Чарли началось летнее обострение. — Ну и? — нетерпеливо спросила Софья. Её глаза сузились, пытаясь поймать взгляд подруги. — Он на коленях в любви излагал? Или сразу к поцелуям перешёл? — Скарлетт отвернулась к чайнику, чтобы скрыть нарастающую улыбку. — Не томи! — она легонько толкнула её в плечо. — Мы теперь вместе, — сказала Скарлетт, краснея от смущения. Так неловко было говорить об этом вслух. — Наконец-то! — выдохнула Софья. — Я уж думала, что не дождусь! Миллер рассмеялась, застенчиво прикрывая ладонью лицо. Она вкратце рассказала о том, как всё прошло. Делиться всеми подробностями пока не хотелось. Но Софье вполне было достаточно знать, что эти двое встречаются. — Интересно, как миссис Кастильо отреагирует на то, что вы с Чарли начали встречаться? — вдруг задалась вопросом Алексеева, помогая Миллер развешивать постельное бельё на улице. — Не думаю, что она станет придавать этому особое значение... — ответила Скарлетт, расправляя складки на простыне. — А мне кажется, что она будет в шоке. — Почему ты так думаешь? — Любимая помощница и парень, у которого одни драконы были в голове, начали встречаться. Меня бы это удивило, — объяснила Софья. До появления Скарлетт в Заповеднике миссис Кастильо постоянно воевала с Чарли. Знаменитую историю о том, как она привязала его к койке, не знает только ленивый. А Софья и вовсе была свидетельницей того, как Имельда била парня тряпкой и ругалась на него. Тогда её живот чуть не лопнул от смеха. — Мне кажется, что она будет в какой-то степени довольна. Под твоим надзором он станет самым образцовым пациентом. Скарлетт на её слова пожала плечами. Если миссис Кастильо и сочтёт нужным что-то сказать ей, то лишь в контексте рабочей субординации. Но Миллер и без её напоминаний прекрасно знала, как нужно вести себя на работе. — Не хочешь сходить завтра в центр магических товаров? — поинтересовалась Софья, переводя тему. — Можно, — кивнула Скарлетт. Они с Софьей ещё давно договаривались сходить вместе в центр, чтобы прикупить всяких прикольных штук домой, но за прошедшее время так и ни разу не посетили его. — Ничего, что мы пойдём перед твоей ночной сменой? — Неа, — махнула рукой Алексеева. — Хочу наконец прошвырнуться по магазинам и развеяться. Девушки запланировали время, в которое будет удобно пойти. Они решили встать с утра пораньше, чтобы перед выходом успеть переделать все дела. Но их планам не суждено было сбыться. Они встали на три часа позже запланированного. Торопливо собираясь, Софья не переставала ворчать из-за позднего пробуждения, а Скарлетт сетовала на будильник, который по какой-то причине не прозвенел. Завтракать они не стали, решив, что перекусят уже в центре. Выскочив на улицу, девушки попали в настоящую духоту. Солнце палило немилосердно. Алексеевой пришлось вернуться в комнату, чтобы переодеться — в джинсах она запарилась бы. Миллер же не прогадала с выбранным нарядом, надев шорты и белую футболку. Скарлетт осталась ждать Софью на раскалённых ступенях, пряча лицо от палящего солнца. Пришлось воспользоваться палочкой и создать хоть какое-то дуновение ветра, чтобы освежиться. Софья вернулась быстро, надев шифоновое платье. — Всё, идём, — сказала она, протягивая Скарлетт руку. Мир на мгновение сжался в тугой узел. Они оказались в прохладном переулке. — Сюда, — Софья направилась к ничем не примечательной кирпичной стене. Палочкой она постучала по одному из многочисленных кирпичей. Тот зашевелился, и перед ними образовалась арка, из которой повалил тёплый воздух. В центре магических товаров было так же душно, как и снаружи. Сделав шаг внутрь, девушки ощутили, как жар обволакивает их подобно одеялу. — Ну и пекло! — пожаловалась Софья, помахав на себя рукой. — Придётся держать палочку, чтобы не сгореть. Утренняя суета осталась позади, но ей на смену пришла утомительная духота магического центра. Воздух здесь пах раскалённым камнем, расплавленным воском и переспелыми фруктами с лотков уличных торговцев. Несмотря на жару, центр жил своей жизнью. Над головами парили небольшие тучки, разбрасывающие сверкающие снежинки, которые таяли, не долетая до земли. Люди двигались неторопливо. Одни в самоохлаждающихся мантиях лениво переходили от лавки к лавке, другие сидели в тени под зачарованным зонтиком, который источал лёгкую морозную дымку, третьи распивали вечнохолодный лимонад. Вся атмосфера разительно отличалась от той, что помнила Скарлетт. В преддверии Рождества все суетились и бегали. — Возьмём холодные напитки, — предложила Миллер, указывая пальцем на кафе. — Было бы неплохо. Заодно и поедим. Поздний завтрак оказался вкусным. В кафе подавали вкусные сэндвичи и особый лимонад с добавлением мяты и ягод. Напиток мгновенно утолял жажду и оставлял приятную прохладу во рту. Софья не удержалась и взяла ещё булочки со сладкой начинкой, которые по итогу доедала с огромным трудом. В центре магических товаров Миллер планировала закупиться одеждой, а Алексеева — всякой мелочёвкой. Они заходили в самые разные магазины, и с каждым выходом оттуда кошелёк Софьи становился легче. Она долгое время копила деньги, и теперь с огромным удовольствием тратила их на понравившиеся вещи. Скарлетт же покупала всё строго по списку. Однако в одной из лавочек она заприметила симпатичный кожаный браслет и, не удержавшись, купила его. Он был сделан из тёмной кожи и застегивался на простую, но изящную серебряную пряжку. Скарлетт подумала, что этот браслет хорошо будет смотреться на руке Чарли. — Думаешь, не слишком? — спросила она у Софьи, выходя из лавки с пакетом. — Мы только начали встречаться, а я уже дарю подарки… После того вечера на озере Скарлетт больше не виделась с Чарли, но с замиранием сердца ждала встречи. — Не вижу в этом ничего плохого. Это же от чистого сердца, — отозвалась Алексеева. Перед тем, как вернуться, девушки решили поужинать. Они выбрали скромное, но уютное кафе, и сели за столик у окна, выходящего на тихую боковую улочку. Заказав более-менее понятные блюда, девушки принялись обсуждать всякое. — Ох, Скарлетт... — тяжело вздохнула Софья, откидываясь на спинку стула. — Я не знаю, что мне делать. В этот момент к их столику подошёл официант с подносом. Он расставил тарелки и, пожелав приятного аппетита, удалился. — О чём ты? — спросила Скарлетт, с любопытством разглядывая ароматное блюдо. Софья понимала, что Миллер сейчас не до её личных проблем. Та наслаждалась своим долгожданным счастьем с Чарли. Но мысли, что крутились в голове, разъедали её, и Софья не могла больше держать их в себе. Она желала услышать поддержку. — С Марком. — А что с ним? — Скарлетт посерьезнела и отложила ложку. Они с Софьей не обсуждали ни травму Марка, ни её подавленный вид после лечения. Тема висела между ними невысказанным грузом. — Не знаю, заметила ли ты или нет, у нас с ним напряжённые отношения, — Алексеева посмотрела в окно, на пустынную улочку. — Скорее заметила, что вы не общаетесь так часто, как делали это раньше, — уклончиво ответила Скарлетт. Софья нахмурилась и объяснила, в чём кроется причина. Она рассказала о своей обиде на него и нежелании общаться. Скарлетт слушала её монолог внимательно, даже не притронувшись к еде. Алексеева ошибалась, считая, что подруге нет дела до её проблем. Скарлетт не могла с уверенностью сказать, как именно относится к Марку. Для неё он оставался непонятным парнем. Сначала он производил впечатление приветливого молодого человека: не навязывался, но всегда сохранял доброжелательную вежливость. О'Коннелл появлялся в медпункте нечасто, однако Скарлетт регулярно видела его в компании Артёма или Ламберта. Со временем его поведение стало меняться. Появилась заметная отстранённость, но Скарлетт связывала эти изменения с тем, что уехала Софья. Не секрет, что он приходил в медпункт в основном, чтобы поговорить с давней подругой. До отъезда Алексеевой у некоторых (и у Миллер в том числе) даже складывалось впечатление, что между ними может возникнуть нечто большее, чем просто дружба. Скарлетт искренне считала, что Марк будет писать ей каждый день. А оказалось — ему не было дела до подруги. — Когда он загремел к нам с переломом, мне стало не по себе. Он был таким беспомощным… На какое-то время я забыла про все свои обиды. Мне хотелось помочь ему. — И у тебя получилось, — поддержала Скарлетт. — Ну да, не спорю, — отозвалась Софья. — Мы поговорили с ним тем же вечером. Марк сказал, что ему жаль, что он так поступал со мной, и хочет загладить вину… Но я не могу перестать обижаться на него! Конечно, когда я здесь, он будет всячески стараться. Миллер вспомнила их с О'Коннеллом странный разговор в июне и его мнение относительно их с Софьей переписки. «Но ведь можно выделить пару минут, чтобы ответить на письмо», — сказал он тогда, после чего заявил, что Скарлетт должна уговорить Алексееву устроиться в Заповедник. Непонятное поведение. Если он хотел возобновить общение, зачем привлекать посредников? Возможно, её восприятие Марка было необъективным из-за контраста с Артёмом. В отличие от О'Коннелла, Алексеев писал Софье постоянно — даже во время занятий с психологом он кропотливо выводил строчки, шикая на любого, кто пытался его отвлечь. Артём более открыто демонстрировал свои намерения, хотя его прямолинейность могла показаться кому-то навязчивой. Но по сравнению с Марком, он был простым, и его легко было понять. Но даже из благих побуждений Скарлетт не стала настраивать подругу против Марка. Софья вольна сама выбирать, с кем общаться. Единственное, что может сделать Миллер, — честно высказать своё мнение об этой непростой ситуации, основываясь на том, что видит и слышит. — Обещания, которые не выполняются... Это неприятно, — заговорила Скарлетт неуверенно и тут же отругала себя за смятение. Софья отчаянно нуждается в поддержке, а она сидит, мямлит. — Ты имеешь полное право обижаться на него. Одно дело извиниться, другое — начать что-то делать. Слова ничего не стоят без действий. Если Марк действительно хочет исправить то, что натворил, он будет это делать. — Предлагаешь наблюдать за ним и ждать? — скептично подняла бровь Софья. — Да. Время всё расставит по местам. Алексеева с вздохом возвела глаза к потолку, понимая, что Скарлетт права. — Как бесит, — фыркнула она и подперла подбородок рукой. Ожидание для неё было сродни мучению. Но подруга верно заметила, что только через время можно понять намерения Марка. После плотного ужина девушки воспользовались трансгрессией. Каждая пошла в свою комнату. Софья хотела по-быстрому обставить комнату и ускакать на смену, а Скарлетт планировала перебрать шкаф с одеждой, потому что утром она не успела этого сделать. Но в комнате её ожидал сюрприз. На подоконнике лежала записка, заколдованная в бумажный самолётик. Миллер улыбнулась, ничуть не сомневаясь, что это от Чарли.       «Привет, Скарлетт,       Думаю, что Софья наверняка рассказала тебе о вечеринке в честь устройства драконологов. Не хочешь пойти? Хочу увидеться с тобой.       Если да, я зайду за тобой,       Чарли» Скарлетт зарделась. Она поспешила написать свой утвердительный ответ.       «Здравствуй, Чарли,       Да, Софья говорила. Я приду,       Скарлетт» Заколдовав записку, девушка сложила её в самолётик и запустила его в открытое окно. Она задумчиво посмотрела на фирменный пакет лавки, в котором лежал кожаный браслет. Пожалуй, следует вручить его несколько позже. — Ещё чуть-чуть и меня стошнит, — насмешливо сказал Артём, наблюдая за тем, как Чарли прихорашивается к предстоящей вечеринке. Тот брызнул немного духов на шею. — Воняет как в парфюмерном магазине. Бедная Скарлетт! На её месте я бы убежал. — Ой, помолчи лучше, эксперт! — вмиг ощетинился Чарли. Он и Скарлетт начали встречаться совсем недавно, но Артём уже успел выдать целый сборник сочинённых по этому поводу шуток. Уизли пропускал их мимо ушей — он был слишком окрылён собственным счастьем, чтобы всерьёз реагировать на подколы. Да и к тому же, он понимал, что за этой потехой скрывалась настоящая радость за него. — А ты чего не собираешься? — спросил Чарли, глядя через отражение зеркала на Алексеева, который, развалившись на кровати, с видом знатока изучал потолок. — Я попозже приду. У меня планы. — Какие? Трепать мне нервы? — усмехнулся Чарли, поправляя воротник рубашки. — И это тоже, — непринуждённо сказал Артём, поворачиваясь на бок и подпирая голову рукой. — А вообще, планирую заскочить к Софье. У неё сегодня ночная смена. — Она же в паре с миссис Кастильо, — Чарли повернулся лицом к другу. — Да неужели? Удивил! — протянул Алексеев, пропитывая каждое слово сарказмом. Уизли хмыкнул. — Я ненадолго. Так, поболтаю. Заодно и к Марку зайду. У него поди уже тоска зеленая от больничных стен началась. — Часы посещения давно закончились. — Сегодня ты прям поражаешь меня своей осведомленностью! — на его слова Чарли презрительно хмыкнул. Артём продолжил: — Скажу, что мне нужно обсудить что-то важное. Просьба от старшего драконолога. Чарли скептично отнесся к идее Артёма. Миссис Кастильо с таким поводом сразу же развернет парня. — Ну, смотри, скакун арабский, как бы после этих «разговоров» тебя не пришлось откачивать, — язвительно заметил Уизли, представляя, что может сделать с ним миссис Кастильо. Главная целительница не любила, когда в медпункте ошивались без надобности. Но Чарли, по крайней мере, всегда приходил с готовой легендой: демонстрировал пару свежих царапин или жаловался на мигрень, заученно строя скорбные глаза (на которые, к слову, миссис Кастильо не особо велась). — Не придётся. Чарли глянул на часы. Ему пора выходить. — Я пойду. — Ага, давай! — безразлично махнул Артём. — Не оплошай там. Не хочу краснеть за тебя! Чарли — в который раз за день — закатил глаза. — Постараюсь не подвести твои завышенные ожидания, — бросил он на прощание, уже направляясь к двери. С начала вечеринки прошло чуть более часа. В этот раз её организовывал Габриэль, а значит, скучно не будет. Он был известен своей креативностью, когда дело касалось развлечений. Том обычно остужал пыл брата. Но если он втягивался, никакие тормоза уже не работали. Чарли вспомнил свою первую вечеринку в Заповеднике, на которой Дебюсси устроили «обряд посвящения» для новичков. Тогда им пришлось с громким кличем «За драконов!» опрокидывать на скорость стопки с гремучей смесью из напитков разной крепости. В процессе одному парню стало плохо, и он едва успел добежать до крыльца, где его вывернуло на глазах у всей веселящейся компании. В прошлом году, когда в Заповедник приехали Скарлетт и Марк, вечеринку организовывал другой драконолог. Всё ограничилось стандартными закусками и музыкой. Но теперь, когда у руля стояли братья Дебюсси, от сегодняшнего вечера можно ожидать чего угодно: от безудержных танцев до полосы препятствий в полной тьме. И если бы к ним присоединился Артём, то вечеринка гарантированно переросла бы в безбашенное веселье. На улице по-прежнему было душно, и Чарли пожалел, что не надел футболку. Вдалеке он заметил знакомую фигуру. Видимо, Скарлетт решила пойти к нему навстречу. Уизли сдержался, чтобы не рвануть к ней навстречу, и спокойно дошёл, растягивая ожидание в сладком предвкушение. Он поздоровался с ней, с наслаждением наблюдая, как на лице его девушки проступает румянец, и заключил её в объятия. Чарли отпустил её не сразу, позволив ладоням медленно скользнуть по её плечам. — Соскучилась? — озорно уточнил Чарли. — Да, — призналась Миллер, заправляя волосы за уши. Её обуревали эмоции, из-за чего голос прозвучал несколько сдавленно. Чарли протянул ей руку, но Скарлетт предпочла взять его под локоть. — Жарко, — объяснила она. От духоты и волнения её ладони ужасно вспотели. Уизли не возражал, и они не спеша зашагали к общежитию, в котором планировалось веселье. Скарлетт рассказала Чарли о том, как провела свой день, а Уизли поделился забавной историей с работы. Дойдя до нужного здания, парень приоткрыл дверь, и на них обрушилась волна музыки, смеха и оживлённых голосов. Чарли повёл Скарлетт в гостиную. Просторная комната была наполнена мягким светом плавающих в воздухе волшебных огоньков. Стол ломился от угощений. Точнее, закусок. Звучала ритмичная, но приглушённая музыка, позволяя вести беседы. Большинство драконологов уже были подвыпившими, и они группами расположились повсюду: кто-то оживлённо спорил о породах драконов, другие играли в кости в углу, поставив на кон пару сиклей, третьи, растянувшись на диванах, смеялись до слёз. Повсюду стоял весёлый гул голосов. Габриэль первым заметил появление Скарлетт и Чарли и подошёл к ним. — Наконец-то! — воскликнул он. Габриэль хлопнул Чарли по плечу, а со Скарлетт по-дружески обнялся. — Я уж думал, что вы не придёте! Где Софью потеряли? — спросил он, смотря за спину Скарлетт, будто ожидая, что Алексеева выскочит из-за её плеча. — Она на ночной смене, — ответила Миллер. — Профессиональный долг, — понимающе кивнул Габриэль. — Пойдёмте выпьем, — он махнул рукой, указывая на бочонок в углу, из которого торчал кран. Рядом беспорядочно стояли стаканы разного размера. — Чарли, ты пьёшь штрафной за опоздание! И за Скарлетт тоже, раз уж вы вместе приплелись. Уизли не стал спорить, принимая свою участь, и вместе со Скарлетт и Габриэлем направился к бочонку, пробираясь сквозь гущу веселящихся коллег. Уизли шагал рядом с Миллер, прикрывая её от случайных толчков и размашистых жестов. Девушка почувствовала, как его рука легла ей на спину, осторожно направляя в сторону. Это движение стало необходимым, когда прямо перед ними, пятясь и абсолютно не глядя по сторонам, возник Ламберт, увлечённо жестикулирующий в процессе разговора. Чарли мягко, но настойчиво провёл Скарлетт в обход, его пальцы на мгновение чуть крепче сомкнулись на её талии. Пара драконологов, завидев Скарлетт, дружески махнула ей. Один из них, бородатый Персиваль с седыми висками, крикнул, перекрывая шум: — Целительница Миллер, рады вас видеть! Пью за ваши золотые руки! — и поднял свою огромную кружку. Скарлетт ответила ему тёплой улыбкой и кивком. Пока Чарли осушал два небольших стакана с темным, горьковатым на вкус пивом, Габриэль с важным видом подал Миллер самый изящный из имеющихся бокалов. — Для нашей уважаемой целительницы, — с преувеличенно галантным поклоном протянул он ей бокал, наполненный пуншем. Девушка не смогла сдержать смешок и с благодарностью приняла напиток. Пунш оказался сладким, с лёгким фруктовым послевкусием и почти незаметным алкогольным оттенком. Скарлетт сделала небольшой глоток, ощущая, как прохладная жидкость смягчает сухость в горле. — Вкусно, — восхищённо произнесла она. — Ещё бы! — самодовольно отозвался Габриэль, и его лицо осветилось торжествующей улыбкой знатока. — Это не какое-нибудь пойло! Это-... — договорить ему не дали. Его сзади обхватил за шею кто-то из товарищей и потащил в сторону, крича что-то про «неотложное судейство» в зарождающемся споре. Но скучать Скарлетт не дали. К ней почти сразу подошёл Янг вместе с ещё двумя новичками. Один из них ранее загремел в медпункт с вывихнутым плечом. — Смотрите, как зажило, — он демонстративно поднял над головой полную кружку, вращая плечом. — Даже не болит. — Рада, что всё хорошо зажило, — улыбнулась Скарлетт. Ей было по-настоящему приятно видеть здоровых, благодарных пациентов в неформальной обстановке. Тем временем Чарли, отдав дань «штрафным», разговорился с Томом. Уизли поддерживал беседу, но его взгляд часто возвращался к Скарлетт. Он стоял полуоборотом и видел, как она кивает на демонстрацию здорового плеча. Чуть позже подскочил Габриэль и схватил брата за запястье. — Том, пошли, — загадочно сказал он. Габриэль и Том уменьшили музыку и попросили минутку внимания. Том поманил палочкой стул и поставил в центр комнаты. На него ловко запрыгнул Габриэль. — Друзья! Коллеги! И, конечно же, новички! — обратился он к присутствующим. Скарлетт заинтересованно посмотрела на него, прервав разговор. — Сегодня мы собрались не только чтобы весело провести время, но и посвятить наших новичков в тайны жизни драконологов! — его взгляд скользнул по новым лицам. Том покачал головой, но улыбка выдавала его участие в затее брата. — Итак, правило первое! — Габриэль поднял палец. — Если от вас пахнет жареным — это нормально. Ненормально, если вы дымитесь, — в зале прокатилась волна смеха. Габриэль, довольный реакцией, продолжил: — Правило второе! Никогда не спорьте с драконом. Вы всегда неправы. И правило третье... — он сделал драматическую паузу, поглядывая в сторону Чарли и Скарлетт. — Если Уизли начинает разговор фразой: «А вот у венгерской хвостороги...», — то смело притворяйтесь мертвым. Иначе рискуете прослушать часовую лекцию о различиях в структуре чешуи. Зал взорвался хохотом. Скарлетт прикрыла рот рукой, посмеиваясь, а Чарли с показным возмущением покачал головой, хотя в его глазах плескалось веселье. Стоящие позади парни дружески похлопали его по плечу и спине. Габриэль торжествующе улыбнулся, видя, что шутка пришлась всем по душе. — А теперь, — провозгласил Габриэль, когда смех поутих. — Важная часть вечера! Церемония посвящения наших новичков! Он щёлкнул пальцами, и Том с деловым видом принялся расчищать пространство в центре комнаты. С помощью заклинаний он сдвинул мебель к стенам, оставив один крепкий дубовый стол посередине. — Помогите установить скамью, — обратился Габриэль к стоящим рядом драконологам и спрыгнул со стула. Несколько человек подхватили длинную скамью и под одобрительные возгласы присутствующих водрузили её на стол. — Итак, новобранцы! — Габриэль с торжествующим видом поднял бутылку с огневиски, которая переливалась янтарным цветом. — Правила предельно просты. Вам завязывают глаза, вы выпиваете стопку и проходите по этой скамейке, — он показал пальцем на конструкцию. — Кто упадёт, тот будет мыть все клетки завтрашним утром. А кто пройдёт, получит почётное звание настоящего драконолога. Скарлетт с ужасом оглядела шаткую конструкцию. Это выглядело слишком опасно. К счастью, Габриэль и Том проявили предусмотрительность. Они попросили остальных драконологов встать по обе стороны вдоль всего «маршрута», чтобы подстраховать падающих. Вид организованной страховки немного успокоил Скарлетт. Чарли тоже встал в один ряд с коллегами. Том разливал виски по стопкам, а Габриэль, подойдя к Миллер, тихо попросил её быть наготове в случае непредвиденной ситуации. Присутствовали практически все новички. Не хватало только двух парней. По словам Янга, они отсутствовали по семейным обстоятельствам. Воздух наполнился возбуждённым гулом. Все с нетерпением ждали начала испытания. — Давайте уже! — крикнул кто-то из старожилов. Габриэль с улыбкой протянул первую стопку ближайшему новичку — молодому парню с бледным лицом. — Ну что, готов стать одним из нас? — Да, — взволнованно выдал он. Габриэль и Том помогли парню подняться сначала на стол, потом на скамейку. Они протянули ему стопку огневиски. Юноша сглотнул, но твёрдо взял стопку. Его пальцы слегка дрожали. — За драконов! — выкрикнул он и одним движением опрокинул напиток. Зал взорвался одобрительными возгласами. Том завязал ему глаза чёрной повязкой, и они с братом спешно отошли. Скарлетт знала, что от резко выпитого огневиски начинает кружиться голова, поэтому шагать прямо, сохраняя координацию с завязанными глазами, было непросто. Новичок сделал первый шаг по шаткой скамье, неуверенно балансируя. Драконологи по обе стороны напряглись, готовые в любой момент подхватить его. Скамейка слегка закачалась, и Скарлетт замерла, затаив дыхание. — Не торопись! — крикнул Ламберт. — Помни, драконы чувствуют страх! Парень медленно продвигался вперёд, его руки инстинктивно расставлены в сторону для равновесия. Внезапно его нога соскользнула, и Миллер вместе с несколькими ребятами дружно ахнула, но страховка сработала мгновенно: два драконолога уверенно подхватили его ещё до падения. — Неплохо для первого раза! — ободряюще хлопнул его по плечу Габриэль. — Но клетки мыть всё равно придётся! Зал снова взорвался смехом и аплодисментами. Скарлетт с облегчением выдохнула. Было страшно наблюдать за тем, как драконологи проходят испытания. Но радовало, что парни, несмотря на безумность испытания, относились к новичкам с пониманием и ободряюще хлопали по плечу тех, у кого не получилось пройти до конца скамьи. — Девять из шестнадцати! Неплохо! — подытожил Габриэль. Его глаза весело сверкали. Он успел влить в себя несколько стопок коньяка. — С сегодняшнего дня вы все полноправные члены нашего коллектива! Том начал вручать каждому небольшие серебряные значки в виде драконьей чешуи. — Носите с гордостью, — сказал он с улыбкой. — За новых драконологов! И за тех, кто ещё обязательно придёт к нам в следующий раз! — Габриэль поднял свой гранёный стакан, и толпа дружно подхватила тост. Скарлетт наконец полностью расслабилась, понимая, что за всем этим безумством скрывается дружный коллектив, где каждый готов поддержать другого. — Ты как? — поинтересовался Уизли, подходя к девушке с бокалом пунша. — Переживала за ваших новичков, — произнесла она, принимая напиток. — Я видел, — Чарли в очередной раз убедился, насколько Скарлетт не всё равно на её пациентов. Большая часть вечера для них прошла в разговорах. Они устроились в углу на широком, потёртом диване. Скарлетт, чувствуя лёгкое головокружение от выпитого пунша и общего возбуждения, сознательно вела беседу в «безопасном» русле. Она остерегалась лишних ушей и обходила всё, что могло касаться их отношений. Чарли, казалось, понимал эту осторожность и не давил, отвечая обстоятельно и с юмором. Его пару раз звали присоединиться к безумным конкурсам, которые Дебюсси с размахом устраивали в центре комнаты, но он отмахивался, ссылаясь на отсутствие желания. — Если ты хочешь, то можешь пойти. Я не обижусь, — произнесла Скарлетт, испытывая неловкость за то, что Чарли сидит с ней. Ей казалось, что он хочет повеселиться, но не решается из-за неё. — Нет, — возразил Уизли, покачав головой. — Я хочу провести время со своей девушкой. После этих слов Скарлетт зарделась, из-за чего Чарли решил, что ей стало плохо. Пунш, безобидный на вкус, делал своё дело. Ближе к полуночи Миллер ощутила приятную, ватную тяжесть в конечностях и дымку в голове. Мир стал немного мягче, а звуки — приглушёнными. Скарлетт хотела положить голову на плечо Чарли, но одёрнула себя. Именно в этот момент к ним подошла небольшая делегация во главе с Янгом. Они предложили сыграть в карты. Чарли взглянул на Скарлетт с немым вопросом. Та после секундного колебания кивнула. Игра стала удобным предлогом продолжить сидеть рядом. Ребята расселись тесным кружком на диване и полу. Они принесли карты, которые били проигравшего по лбу. В первой игре проиграл Янг. Чарли протянул ему колоду, и первая карта, взлетев, щёлкнула парня по лбу. Лиам потёр покрасневшую кожу. Во второй и третьей игре Янгу снова не повезло. — Ничего, целительница Миллер вылечит! — лукаво подмигнув, протянул Чарли. Он размешивал колоду для следующего кона. — Да, Скарлетт? — Если болит лоб, могу наложить обезболивающее заклинание, — сказала она, наклонившись, чтобы увидеть Лиама. Тот смутился и покачал головой, бормоча что-то про «само пройдёт». Чарли, сидящий рядом с девушкой, усмехнулся, наблюдая за смущением Янга. Его колено прижалось к колену Скарлетт. Они продолжили играть, и Миллер заметила, как Чарли начал то и дело касаться её. Причём он делал это с такой естественной, ненавязчивой частотой, что это почти не бросалось в глаза остальным. Когда он протягивал руку через неё, чтобы взять карту из раздачи, его пальцы «случайно» задевали её. А однажды, делая ход и наклоняясь вперёд, он совсем не случайно положил свою руку ей на колено, словно для устойчивости, и оставил её там на несколько долгих секунд. Сердце Скарлетт ёкнуло и забилось с новой силой от этого публичного, почти дерзкого жеста. Но она не отстранилась. Для Скарлетт, в её охмелевшем состоянии, каждое такое прикосновение было как маленький электрический разряд. Тепло от его руки на колене разливалось по всей ноге, поднимаясь выше, заставляя кровь пульсировать в висках. Его мимолётные касания отзывались покалыванием на коже. Она старалась сохранять сосредоточенный вид, следить за игрой, отвечать на вопросы драконологов, но её внимание то и дело возвращалось к точке контакта. Это было смущающе, откровенно и невероятно приятно. Пять игр подряд проиграл Янг. — Раздайте и на меня! — воскликнул Артём, обращаясь к их компании. — Хэй! Неожиданное появление парня встретили свистом и улюлюканьем. Его хотели утащить Габриэль и Том, чтобы споить, но Артём умудрился отвертеться и потопал к компании, где сидел Чарли. Алексеев плюхнулся на диван рядом с Миллер. — Приветик, — задорно поздоровался он. — Здравствуй. — Ты обворожительно выглядишь, — сделал Артём комплимент. Скарлетт сдержанно его поблагодарила, удивляясь его внезапному порыву. Артёма спросили, где он пропадал. Он ответил, что навещал Марка в медпункте и получал на орехи от миссис Кастильо. Скарлетт вскинула бровь. Она ничуть не сомневалась в том, что он пришёл в медпункт ради Софьи. — Осторожно, Артём любит жульничать, — прошептал Чарли Скарлетт на ухо, отвлекая её от размышлений. Она продолжала сидеть так же непринуждённо. Шестая игра прошла куда веселее, чем предыдущие, потому что к их компании подтянулись Габриэль с Томом. После своего разгромного проигрыша Артём начал возмущаться, и игру пришлось ненадолго отложить. Скарлетт под шумок решила отлучиться в туалет, тихо предупредив Чарли о своем уходе. Уизли проводил её взглядом, следя за тем, чтобы никто за ней не увязался. Один из новичков тоже посмотрел на уходящую целительницу Миллер. Седьмую игру продолжили без неё. — Кри-исто-офе-ер, — Габриэль протянул имя с французским акцентом. — А ты знаешь, что некоторые драконы очень ревностно относятся к своим партнёрам? — Ну... Д-да, — неуверенно ответил парень, не понимая, к чему Дебюсси это сказал. — Самец валлийского зелёного может яростно атаковать любого, кто посмеет подойти к его территории слишком близко, — вставил своё слово Артём. — Точно! — Габриэль щёлкнул пальцами. Кристофер постеснялся спросить, зачем Дебюсси сказал об этом, и промолчал. Чарли ухмыльнулся на фразу Габриэля. Быстро он всё понял. В седьмой игре проиграл Уизли. Потирая лоб, он обнаружил, что Скарлетт что-то долго нет, и заволновался. Чарли решил проверить как там Миллер. Вдруг ей плохо стало? Ребята как раз отложили карты, принимаясь за выпивку. В туалете Скарлетт не было, и вот тогда-то Чарли стало тревожно. Но он старался не паниковать и отправился обыскивать другие помещения общежития. К счастью, Миллер нашлась на кухне. Она стояла, оперевшись поясницей о стол и пила воду из высокого стакана. — Я тебя потерял, — сказал Чарли, переступая порог кухни и закрывая за собой дверь. Скарлетт вздрогнула и повернула голову. Она облегченно выдохнула при виде его. — Извини, — виновато пробормотала Миллер. Надо было предупредить Чарли. — Я немного устала от шума. — Если хочешь, мы можем уйти, — предложил Чарли, вставая рядом с девушкой. Его плечо задевало её. — Нет, — тихо ответила Скарлетт, глядя на него. Весь вечер Чарли был рядом с ней: подливал ей напиток, отвлекал шуткой, разговаривал, касался. Эта ненавязчивая забота пробуждала в Миллер сладкое опьянение, куда более сильное, чем несколько бокалов пунша. Оно разливалось по жилам тёплой волной, заставляя сердце биться чаще и нашептывая смелые мысли. Взгляд Скарлетт непроизвольно соскользнул с его глаз на губы. Они были так близко. Воспоминание об их поцелуях у озера нахлынуло с новой силой. Усталость и желание уединиться сменились другим, куда более простым и настойчивым побуждением. — Мне просто нужна была минутка. И... Чтобы ты был рядом, — застенчиво добавила Скарлетт, и её голос прозвучал чуть тише от нахлынувших чувств. Её пальцы неуверенно нашли его руку и сжали. Чарли ответил на прикосновение, чувствуя, как что-то трепетное разливается у него в груди. — Я всегда рядом, — прошептал он, наклоняясь к ней. Их лбы соприкоснулись. Дыхание смешалось. — Ты уверена, что всё в порядке? В полумраке кухни его черты казались такими манящими. И сейчас, стоя так близко, чувствуя тепло его ладони, Скарлетт осознала, чего хочет по-настоящему. Не тишины и не одиночества. Необходимость в передышке куда-то испарилась, растворившись в единственном, настойчивом желании, которое жгло изнутри. Сердце бешено колотилось в груди, и все её существо тянулось к нему с той же силой, что и тогда, на озере. Ей хотелось поцелуя. Она больше не раздумывала. Вместо ответа Скарлетт потянулась к нему. Её губы коснулись его уголка рта нежно, почти несмело. Чарли ответил. Он прикрыл её губы своими, мягко, но уверенно. Этот поцелуй был не таким страстным, как у озера, а другим — неторопливым, спокойным. Скарлетт обвила его шею руками. Её тело расслабилось, окончательно отпустив напряжение. Чарли обнял Миллер за талию и несильно прижал её к столешнице. Этот жест был одновременно и властным, и бережным, словно он хотел притянуть её так близко, как это возможно, но боялся причинить малейший дискомфорт. Стол издал тихий скрип, но ни один из них не обратил на это внимания. За закрытой дверью слышались чужие голоса, музыка и всеобщее веселье. Но до Скарлетт все эти звуки доносились приглушённо. Она слышала только своё учащённое сердцебиение. — Лучше? — улыбнулся ей Чарли, продолжая целовать щеку. — Гораздо. Чарли рассмеялся. Низко, сдержанно, отчего по её спине пробежали мурашки. — Шарли! — дверь на кухню резко распахнулась и ударилась об стену, нарушая всю романтическую атмосферу. Скарлетт дёрнулась так, что её плечо задело полку с посудой, заставив звонко побрякивать стоявшие там кружки. Чарли недовольно посмотрел на вошедшего Габриэля. — Ой! Дебюсси так и застыл с недоуменной физиономией. Его взгляд метался от Скарлетт к Чарли и обратно. — Я, кажется, помешал вам, — его губы дрогнули в насмешливой улыбке. — Помешал, — подтвердил Чарли, проведя рукой по волосам. — Pardon! Виноват. Не хотел. Скарлетт стыдливо отвела взгляд в сторону, чувствуя, как щёки начинают пылать. Всё-таки их застукали. Хотя этого вполне стоило ожидать. Они с Чарли целовались на общей кухне, где в любой момент мог зайти кто угодно. — Удаляюсь, — хохотнул Габриэль, закрывая скрипящую дверь. — Том! Ты должен мне десять галлеонов! Скарлетт вздохнула, чувствуя, как начинает пылать её лицо. — Ну вот, — пробормотала она. — Теперь об этом узнают все. Чарли обнял её, смеясь. Его грудь вибрировала под её щекой. — Ну и пусть, — спокойно проговорил он. — Всё равно мы не хотели скрываться. — Ты прав. — Давай сбежим? — игриво спросил Чарли. И вот, снова это чувство. Сердце сделало кульбит. На Скарлетт лавиной накатили воспоминания о том, как они сидели на холме и смотрели на звёзды. Но сейчас вместо страха была заинтересованность. — Куда на сей раз? — спросила она. — Искупаемся. — Где? В том озере? — её брови поползли вверх. — Да. Оно тёплое. И никого нет. — Если мы уйдёт, ребята зададутся вопросом, куда мы делись. Особенно после... — она кивнула в сторону двери, за которой скрылся Габриэль. — Скажем, что болтали на улице… И вообще, какая разница, куда я пошёл со своей девушкой? — Никакой, — выдохнула Скарлетт, и в этом одном слове был и ответ, и согласие. На вечеринку они так и не вернулись.