тепло твоей руки

      Русоволосый настолько увлёкся бутылкой шампанского, которая как назло никак не хотела открываться, что и не заметил новых гостей. Точнее, его родного, но отдалённого гостя.       Ему внезапно становится нехорошо, а тело замирает от услышанного. Неужели голос прозвучал в его голове? Неужели он всё это время был вместе с ним? Если это так, то самые настоящие муки только впереди, ибо эта ноша оказалась слишком тяжёлой.       Но после реплики «как-то негоже знакомиться через спину», его полностью вырубает. Время останавливается вмиг, а руки сильнее сжимают бутылку. Тэхён поворачивается к нему лицом и видит перед собой… брюнета. Тот стоит в пару метров от него со слегка нахмуренными бровями. — Прости?..       Это всё, что ему удается вымолвить. Он замечает, как брюнет направляется к нему ближе, а художник не сводит глаз. Тот так прекрасен, а его голос… Голос как у его родного человечка.       Чонгук аккуратно и медленно выхватывает бутылку из рук парня, едва касаясь его кисти, а затем пальцами обхватывает штопор и с лёгкостью тянет вверх. По комнате раздаётся щелчок, а пена шампанского слегка выливается за края горлышка.       Брюнету это нипочём, ведь он видит перед собой глаза, наполненные непонятным оцепенением, но в то же время восхищением. Художник просто застыл перед ним, забывая даже моргать. — Говорю, рад знакомству, — так же чётко звучит брюнет, — Чон Чонгук.       Он протягивает одну руку вперёд, а вторую немного отводит вбок, чтобы не запачкаться шампанским.       Парня бьёт током. Чонгук? Его Чонгук?       Русоволосый слышит его голос, а в ушах начинает звенеть. В душе переворачивается всё, а живот неприятно сжимается. Тело окатывает дрожь, переполненная внезапно возникшим волнением и сумасшедшим трепетом сердца. Он вбирает кислород, которого катастрофически не хватает в лёгких, и пытается потушить пожар в области груди. Перед глазами всё плывет, а образ Чонгука постепенно стирается, оставляя после себя размытые разводы.       Триада, включающая в себя тревогу, ступор и бессознательность, постепенно заключает в своё кольцо, но русоволосый находит в себе силы и медленно протягивает руку вперёд для приветного рукопожатия. — Ким Тэхён… — звучит его бархатный голос, который ответно ошарашивает Чонгука.       Брюнет решительно пожимает его руку, чувствуя, какая же она ледяная, а художник ощущает тепло. То самое тепло руки. Тепло, которое способно сбить его с ног прямо сейчас.       Чонгук пытается вспомнить, где он его уже слышал, а глаза протяжно передвигаются по лицу русоволосого. Невероятно красивые губы, аккуратный нос, на кончике которого красуется малозаметная родинка, а сбоку серебряное колечко. Стоп… Подождите. «Это ведь, парень из сна?», — внезапно думает брюнет, а его глаза слегка округляются. Он глядит так же, в полном оцепенении, а русоволосый растерянно начинает моргать. — Эй, ребятки, вы как будто парочка, — издаёт смешок красноволосый, нарушая тишину в зале.       Все смотрят на них, непонятливо моргая глазами, но улыбается только почему-то лишь Хосок. Чимин с тревожностью глядит на русоволосого, Джун слегка стиснул челюсти от ревности, а Юнги вовсе потускнел. Похоже, только он из всех остальных догадывается, кем приходятся эти двое друг другу, ибо только он один знает про голос в голове художника. — Прошу прощения, — звучит Джун, поднявшийся со своего места. Он торопливо подошёл к парням, которые по прежнему глядели друг другу в глаза, и нервно прикусив щеку изнутри, спросил: — Вы случайно не тот самый Чонгук, который четыре месяца назад попал в аварию?       Все резко переглянулись между собой, а красноволосый заметно напрягся, стиснув челюсть. Детектив проследил за Хосоком, а сам навострил уши. Взгляд Юнги был прикован лишь к русоволосому, который находился далеко не здесь. Не в этой комнате. Не с ними.       Перед глазами Тэхена внезапно всплывают картинки того вечера. Пробка, авария… Носилки, парень… — Простите, а что с тем парнем? Жить будет? — поинтересовался Тэхён, до конца смотря на того юношу, за которым закрыли двери, как только завезли в карету скорой помощи. — Отказали тормоза, вот и врезался в столб, — грустно произнёс мужчина, на вид лет сорока. — Машину жаль, дорогая марка.       С трудом отведя взгляд от уезжающей скорой, он уставился на тонированный мерседес и впал в ступор. Перед ним стоял точно такой же мерс, только капот чьей был разбит полностью. Его смутил факт, что у того парня точно такая же машина, как и у него. — Травма серьёзная? — монотонным голосом задал вопрос русоволосый, не отводя теперь взгляда от чёрного автомобиля. — Шансы малы. Очень серьёзная травма головы.       Русоволосый делает глубокий вдох, стараясь устоять на ногах. Перед ним тот человек, которого он видел тогда в полуживом состоянии. В голову бьёт сознание и суть происходящего, а картинки продолжают мелькать, периодически вызывая дрожь по всему телу. Это замечает Юнги, обеспокоенный сложившейся ситуацией не меньше самого Тэхёна. — Да, — Чонгук не отводил свой взгляд от парня, на которого он стал смотреть совершенно по-другому. Он успел приметить себе, что у того замечательный стиль и изумительный вкус. — Вас это напрягает? — медленно скользя по виду художника вновь и вновь, брюнет аккуратно отпустил его руку и поджал губы. — Отчасти нет, — немного расслабившись, Джун коротко улыбнулся, — но.. — Откуда вы меня знаете? — через силу отрываяcь от этих зелёных глаз, брюнет перевел свой взгляд на Намджуна. — Вы, случаем, не из той верхушки? — Чонгук двусмысленно коротко взглянул на потолок, кстати говоря который был кремового цвета, а затем на мужчину, чьё недовольство было понятно каждому из этой комнаты. Кроме Чонгука. — Не поверите, — хитро ухмыльнулся Намджун, — из той самой.       Чонгук показательно кивнул головой, изображая задумчивый вид. — Извините, — внезапно вмешался в их разговор Юнги, подходя к застывшему художнику. — Тэхён, пойдём… — он мягко дотронулся к его локтю, — мы сейчас вернёмся, — блондин аккуратно вывел из комнаты паренька, и торопливо повёл в уборную. — Советую не смотреть на него так, — кратко произнёс Джун, кидая предупреждающий взгляд на Чонгука. — Кем вы ему приходитесь? — приподнимая брови, брюнет хмыкнул, на что получил лишь молчание, указывающее на положительный, для него самого, ответ.       Заходя в уборную, Юнги плотно закрывает за собой дверь и проворачивает замок пару раз. Тэхён, как будто в эйфории, подходит к зеркалу, гладя на своё отражение. — Тэхён… — мягко звучит блондин, подходя сзади друга и нежно кладя руки на его плечи. — Ты как? — смотря на отражение художника, постепенно выходящего из своей пелены. Блондин добавляет: — Неужели… — Я не знаю, — дрожащим голоском выдаёт русоволосый после долгого молчания. — Юнги, я… — Подумай хорошо, — тихо проговаривает парень, — скажи, что ты чувствуешь. Скажи мне это, не держи всё в себе.       Глаза художника наполняются слезами. — Юнги, он не помнит меня… — поджимая губы, парень пытается сдержать свои эмоции. — Он не помнит, он не знает… Не догадывается… Не чувствует.       Блондин аккуратно поглаживает друга по плечам. — Тэ, не нервничай, пожалуйста… — Это он, — русоволосый резко оборачивается к нему, смотря обезумевшими от любви глазами, — это он, понимаешь? Это он, Юнги, это он… — начиная тяжело дышать, парень быстро и тихо тараторит, — это Чонгук. Мой Чонгук. Понимаешь, Юнги…       Друг оживлённо кивает головой, беря в руки лицо друга и легко сжимая щёчки. — Я слышу, я понимаю. Но, Тэхён, ты уверен, что… — Уверен на все сто процентов, Юнги, — убеждённо звучит художник, зрачки которого расширились до пугающего размера. — Этот голос неповторим, а тембр не заменим никем. Он у него нежный, иногда с хрипотцой. Приятно звучащий, а ещё эта энергетика… — парень делает паузу, — Юнги, его зовут Чонгук. Понимаешь? Чонгук. Не говори мне, что это просто совпадение, пожалуйста… — Хорошо, Тэ, хорошо, — согласно отвечает блондин, робко заключая паренька в свои объятия. — Ты понимаешь, это он… Это он… — слабо добавляя, художник крепко обнимает в ответ, смотря в одну точку перед собой.       Спустя десять минут, юноши выходят из уборной, направляясь в гостиную. Тэхён, зайдя в неё, сразу замечает Чонгука, сидящего возле Хосока. — Эй, малыш, вы чего так долго? — хлопая рядом с собой, красноволосый усаживает блондина между ним и Чонгуком, в то время как русоволосый растерянно моргает глазами. — Тэхён, присаживайся тут, — вежливо звучит Намджун, указывая на место рядом с ним и детективом. Художник неохотно присаживается и, подняв голову, встречается с пристальным взглядом Чонгука напротив. Русоволосый улыбается краешком губ, а затем смущённо поджимает их, быстренько переводя свой взгляд на бокал перед собой. — Мы просто привели себя в порядок, — коротко объясняет Юнги, — кстати, почему бокалы пустые? — он издаёт смешок. — Я налью, — говорит Чонгук. — Я налью, — вместе с ним звучит Джун.       Оба схватились за бутылку, смотря на друг друга враждебно, злостно. Будто оба готовы наброситься друг на друга сию минуту. — Давайте я налью, — мягко звучит детектив, мельком смотря на Юнги. Тот лишь отводит глаза в сторону, а мужчина аккуратно берёт в руки бутылку шампанского, начиная разливать по бокалам.       Когда все фужеры были наполнены до половины, детектив присел обратно, сразу же добавляя: — Ну что ж, за что выпьем? — Тэхён, ты обычно всегда говорил тосты, — подбадривающим голоском говорит Юнги, — слушаем только тебя!       Паренёк немного растерянно моргает, вновь глядя на брюнета. Он так нереально красив. Его прямые смольные волосы, обтягивающая чёрная рубашка, пуговицы которой еле держаться. Его руки, на которых выпирают вены, часы, дополняющие этот образ. Чёрные глаза, заглядывающие прямо в душу, губы, нос. В нём всё прекрасно. Но больше всего парня сводит с ума парфюм. Умопомрачительный, притягивающий и пускающий по телу приятные мурашки. — Я хочу выпить за освобождение Джина, — внезапно говорит Тэхён, заставляя всех вмиг задуматься. — Я очень рад, что все мои близкие и друзья собрались здесь, — он печально усмехнулся, — но здесь не хватает только его. Думаю, что в следующем году мы отпразднуем так же, только в полном составе, — договаривая бархатным голоском тост, юноша поднимает бокал вверх. — За освобождение Джина! — сразу поддерживает его друг, и все чокаются.

***

      Наступает ночь и, соответственно, все разделяются на небольшие пары. Юнги проводит время в компании Хосока, который увлекательно с ним чем-то делится. Джун и Чимин обсуждают последние новости в политике, параллельно смотря какую-то новогоднюю передачу, а Тэхён всё время пристально наблюдает за Чонгуком. Тот тоже не сводит с него глаз, успевая насмотреться и разглядеть привлекательного юнца из его сна. По правде говоря, тот ведёт себя необъяснимо, но Чонгук точно узнает об этом. И прямо сейчас.       Он провожает того взглядом, пока русоволосый медленно топает в сторону балкона, захватив пачку сигарет с собой, а брюнет ждёт пару минут и направляется за ним.       Тэхён выходит на балкон, сразу подходя к перилам. Морозный ветерок залазит под одежду, от чего паренёк слегка вздрагивает, но в скорости привыкает. Суетливо доставая пачку сигарет, он прикуривает одну, вдыхая едкий дым в лёгкие, а вторую по привычке кладёт за ухо.       В его голове крутится лишь одно имя и один человек. Русоволосый не знает, как с ним заговорить, а самое главное — о чём. Он и близко не догадывается, знает ли его вообще Чонгук. Помнит ли о нём. Художнику трудно принять тот факт, что в его голове когда-то засел человек, который теперь тусуется в его квартире. А что, если это не он? А что, если это жалкое совпадение, в которой пешкой стал некий Чонгук, брат Хосока? — Прости? — издаётся сзади нежный голос.       Парня подкидывает на месте, от чего тот тайком улыбается. Русоволосый еле удерживает сигарету в руках, а затем осторожно глядит на брюнета, пристроившегося рядом. — Сигаретку? — тихо предлагает он, внезапно встречаясь взглядами с Чонгуком. Русоволосый только сейчас вспоминает, что тот, по словам Юнги, спортсмен и уже спешит извиниться, но замирает. Брюнет аккуратно берёт сигарету, которую Тэхён закрепил за ухом, и случайно касается его прядей волос, от чего у художника по телу пробегает табун мурашек. После обхватывает губами, чувствуя ментоловый привкус.       Русоволосый замечает вопросительный взгляд и, неуверенно делая короткий шаг вперёд, Тэхён достаёт из кармана зажигалку, обрисованную, на чёрном фоне, ромашками. Даже тут проявился талант паренька, что ярко заметил Чонгук и где-то далеко в мыслях улыбнулся.       Тэхён подносит её к обхваченной сигарете и поджигает, а второй рукой закрывает от ветра, чтобы тот не потушил огонь. В эту минуту он сосредотачивается и теряет бдительность, в то время как брюнет смотрит прямо на него.       Блики огня слегка освещают лицо паренька, ярко выделяя острые черты и пухлые губы. Чёрт, Чонгук готов поклясться, что не видал раньше таких очаровательных парней. Он вообще мало кем интересовался, а девушки и парни были только ради забавы, ну и утоления физических потребностей.       Вдыхая едкий дым, брюнет на пару секунд прикрывает глаза, пытаясь уловить момент. Тэхён молча любуется, боясь потерять ценность этого мгновения. — Долго куришь? — кидает лёгкий вопрос брюнет, не отводя глаз от столь прекрасного вида, параллельно стряхивая пепел за перила балкона. — Четыре года, — тихо отвечает ему русоволосый и делает следующую затяжку.       На улице всё так же холодно, а художник постепенно замерзает, чувствуя леденеющие пальцы на ногах. Периодически шевеля ими, он ощущает неприятный дискомфорт, но когда глядит на Чонгука, то немного удивляется. Или этот парень делает вид, что не холодно, или попусту закалённый. — Мне говорили, что ты занимаешься спортом… — аккуратно звучит художник, слегка поджимая губы. — Да, я заядлый спортсмен, — соглашается с ним брюнет, — по правде говоря, я не курил уже лет восемь, — он щурит глаза, припоминая те времена. — Почему сейчас решил? — робко интересуется художник и кусает свой язык за преждевременный и ненужный вопрос. — Потому что ты предложил, — без какого-либо труда сразу же отвечает Чонгук, начиная улыбаться, а в ответ получает взаимную, но с капельками смущённости улыбку.       Наступает минутная тишина. Художник докуривает свою сигарету и выкидывает её в стеклянную пепельницу, стоящую внизу, на полу балкона, а после подходит ближе к холодным перилам и облокачивается, смотря вниз, на свой дворик. С разных сторон к нему доносятся громкие крики, песни, празднования людей, и иногда складывается впечатление, что празднование именно его компании самое тихое из всех.       Чонгук становится рядом с ним, в такую же позу. — Кто такой Джин? — тихо интересуется брюнет. — Мне показалось, когда ты говорил о нём, то был грустным.       Художник усмехается, и в который раз убеждается в том, что парень его вовсе не помнит. Это режет по сердцу, потому что теперь он без понятия, что делать дальше. — Он сейчас в тюрьме, — лаконично звучит художник, кивая своим мыслям, — но он не виноват.       Брюнет анализирует информацию Тэхёна, слыша звуки смеха в квартире. Он сразу узнаёт своего брата, а после вновь утопает в своих мысли. — Я видел тебя в тот день, — внезапно делится художник, не сводя глаз с дворика и забывая моргать, — тебя заносили на кушетке в скорую, — произносит свои мысли вслух русоволосый, — я был зол, потому что мы застряли в пробке. Вышел из машины, чтобы посмотреть причину, а когда увидел тебя, то вмиг успокоился. — Я выглядел страшно? — издаёт смешок Чонгук, на секунду разряжая обстановку. Тэхён ловится на это и тоже улыбается, коротко пожимая плечами. — Я толком твоего лица не видел, — добавляет парень, — но, я тебя уверяю, авария никак не повлияла на твою великолепную внешность, — мельком гладя на собеседника, Тэхён улавливает на себе пронзительный взгляд, а затем содрогается всем телом.       На балкон внезапно заходит Юнги. — Эй, вы замёрзнуть решили? — возмущается блондин, а те как будто и не замечают его, — до Нового года осталось десять минут, заходите давайте, вас все ждут, — парень не услышал ничего в ответ, но короткий кивок Тэхёна его успокоил.       После Юнги вернулся обратно в квартиру, довольствуясь разведанной обстановкой. — Как оказалось, меня потом привезли в центральную больницу, — делая последнюю затяжку, Чонгук бесцеремонно выкидывает окурок за балкон, игнорируя пепельницу внизу. — Я пролежал в коме два месяца, а вчера вернулся из реабилитационного центра.       Тэхён, в буквальном смысле, впадает в ступор. Медленно скользя по профилю Чонгука, русоволосый забывает всё и всех. Перед ним открываются все карты, которые он тщательно пытался собрать в своей голове, а тот лишь молча смотрит вниз. Холод постепенно обхватывает их двоих, только брюнет крепко держится, не подавая виду, а художник весь трясётся.       Перед глазами всплывает постыдное воспоминание, а осознание бьёт по черепной коробке. Очередное за сегодня, и вводящее в оцепенение.       Его сухие губы, сомкнутые глаза и Тэхён, которым в тот момент двигало лишь одно желание. Прикоснуться, поцеловать, ощутить.       Сердце бьётся как бешеное, будто выскочит из груди прямо сейчас, а ноги становятся ватными. Крепко сжимая в руках перила, Тэхён хватает кислород, а Чонгук моментально замечает это и с тревожностью робко спрашивает: — Ты в порядке?       Художник хватается за своё горло, а рядом эхом разносится нежный голос, до сих пор заставляющий содрогаться каждый раз. Перед глазами опять расплывается картинка, только чётче она не становится. Ориентир полностью теряется, а голос звучит уже отдалённо. — Эй, Тэхён! — брюнет подхватывает того за плечи и замечает, что у паренька вовсе побледнело лицо, а губы посинели от холода. — Тебе надо согреться, пошли… — Чонгук разворачивает того к двери, придерживая за талию, но парень за долю секунды теряет сознание у него на глазах, падая прямо на холодную плитку балкона. — Тэхён, эй, Тэхён! — встревоженно зовя русоволосого, переходит на обеспокоенный крик брюнет, который доносится ребятам из гостиной.       Чонгук падает рядом с ним на колени, аккуратно беря в руки лицо художника. — Ну же, открой глаза, — полушёпотом умоляя, брюнет понимает, что паренёк адски замёрз, и с легкостью подхватывает того на руки. Поднимаясь на ноги вместе с Тэхёном, Чонгук видит, как Юнги в панике открывает им дверь, а все остальные собираются сзади, не понимая, что происходит.       Брюнет заходит вместе с ним в гостиную, а Джун встревоженно кидается к нему. — Отдай его мне, мы сами разберёмся, — он тянется к телу парня, чтобы перехватить на свои руки, но Чонгук делает шаг назад. — Думаю, я в состоянии сделать это сам, — спокойно проговорив, брюнет разворачивается и несёт того в спальню, подальше от всех, а Намджун не сдаётся. Сжимая кулаки в руках, он несётся за ними, но его обгоняет Юнги и становится в проходе. — Не лезь, — предупреждающе звучит блондин. — Уйди с пути, — кидая искры на паренька, строго твердит Джун. — Смени тон, — звучит сзади красноволосый, а вся улыбка с его лица сползает вниз, и вместо неё он лишь разъярённо ухмыляется.       В то время Чонгук торопливо заходит в спальню и укладывает художника на мягкую кровать. Включая свет в комнате и прикрывая дверь, брюнет присаживается рядом с ним. — Тэхён… — с заботой и тревогой смотря на него, парень нежно касается тыльной стороной руки холодных щёк русоволосого, а сам с беспокойством рассматривает миловидные черты лица.       Брюнет не понимает, почему его так тянет к нему. Почему у него возникает чувство, что они с ним знакомы много лет, и почему, чёрт возьми, он с первого раза нашёл спальню в квартире. Ноги по инерции понесли в нужную сторону, а разум будто заранее знал. — Открой глаза, прошу, — тихо звуча, паренёк склонился над ним, а пальцами стал с предельной аккуратностью убирать его чёлку назад, перебирая пряди. Лицо оставалось таким же бледным, как у мертвеца, а губы заметно обветрились. — Ты такой забавный, — растягивая каждое слово, с хрипотцой звучит парень, — такой загадочный и притягательный. Мы с тобой знакомы всего пару часов, а у меня ощущение, будто много лет, — он периодически делает короткие паузы, — у тебя особенное поведение, особенный взгляд. Ты так напуган и взволнован чем-то, что я теряюсь, если честно.       Русоволосый ещё несколько минут лежит без сознания после его слов, а затем медленно приоткрывает глаза. Перед его взором фокусируется лицо брюнета, которое находится в полуметре от его. Он чувствует прикосновения на голове, а затем осознаёт, что тот бережно перебирает пряди волос. — Ну наконец-то… — замечая то, что юноша пришёл в себя, брюнет облегчённо выдыхает и убирает руку, слегка отстраняясь назад. — Как себя чувствуешь?       Русоволосый заметно тянет уголки губ вверх, а по квартире разносится бой курантов. Волшебное время… Отсчёт медленно подходит к концу, а парни смотрят друг другу в глаза, успевая загадать желание. Когда по улице начинают раздаваться звуки салюта и радостные возгласы людей, оба понимают, что Новый год настал.       Тэхён слегка приподнимается на локти, не разрывая зрительный и влюблённый контакт с брюнетом. — Я так рад тебя увидеть, — он с мягкой улыбкой произносит это, — твой голос теперь звучит не в голове, — парень тянется к руке Чонгука и, нежно прикасаясь, он поднимает её и подносит к области своего сердца. Прикладывая её, брюнет ощущает бешеный стук, а русоволосый чуть громче добавляет, — он теперь в сердце, Чонгук…