Звучание твоего проклятия

Сидя в своём кабинете, Эйрен Лаунстер мрачно читал отчёт, что ему предоставили Ночные Стражи. Сказать, что ничего утешительного нет, — значит ничего не сказать. Дело по украденному артефакту. Ничего нет. Даже лучшие специалисты по магии не смогли распознать, чья магия была вплетена в защитное заклинание, мол, слишком много времени прошло, и тут мы бессильны. Тупицы! Бесполезные колдуны, которые ни на что не способны! Стражи не смогли найти нанимателя для убийства сэра Николса и миссис Фийкии, даже ту незнакомку не смогли найти! Гадство, дело идёт не в лучшую сторону для тёмных лордов. Шестое чувство тихо нашёптывало, что ответы на его вопросы находятся прямо перед ним, однако Эйрен их в упор не видит. Либо он слеп, либо кто-то очень хорошо умеет маскироваться. Альфа проверил кого только мог, но пусто. Все чисты, как стёклышко, по крайней мере, пытаются таковыми быть. Однако, Лаунстера напрягает его кузен. Слишком тот спокоен, он даже не пытается измениться, что-то сделать, чтобы получить прощение Тёмного Владыки. На новой должности он держится стойко. Тяжело сказать, что ему что-то не нравится. От размышлений его оторвал звук открывающейся двери. В дверном проёме показался Чон Хосок, мужчина с еле заметной улыбкой на губах прошёл внутрь, а затем положил на стол какую-то книгу в странном переплёте. Улыбка с его лица исчезла, осталась лишь жёсткость и напряжённость. — Это я нашёл в библиотеке академии, один адепт её старательно читал, — начал друг, пока тёмный лорд рассматривал книгу. Стоило взять её в руку, как та еле видно покрылась чёрной дымкой. Взгляд Эйрена стал отрешенным, а внутри всё покрылось льдом. Заметив реакцию друга, Хосок криво усмехнулся. — Значит и ты её узнал, — правильно понял его Чон, а Лаунстер тяжело вздохнул. — Интересно, как она туда попала, — холодно произнёс альфа. — Кто её читал? — оторвав взгляд от книги, произнёс мужчина. — Пак Чимин. Не знал, что в их крови есть демонические гены, — хмыкнул Хосок. — Если он её открыл значит есть, да и не маленькие. Они скрыли это от Императора, но зачем? Хотя, думаю, их не устраивала бесконечная служба Владыки. Крысы, привыкшие стоять в стороне и лишь наблюдать. Странно, а ведь по их сыну не скажешь, — жёстко сделал вывод Эйрен. — Да, Чимин явно что-то искал. И по слухам от Ночных Стражей на последней практике они с Юнги очень хорошо потрудились. Странно то, что они отправили сына в эту академию. Обычно их отпрыски сильные стихийники, а тут… — нахмурившись, закончил Чон. — Кажется, Чимину не прельстила учёба в стихийной академии, вот он и пошёл на перекос семейству. Что ж, это полбеды. Ты узнал о чём он читал? — спросил Эйрен. — Лорды, его интересовала история Тёмной Империи и лордов. Мальчишки в стороне не стоят, кажется, у них есть подозрения на чей-то счёт. — Он всё же туда полез, — раздражённо проговорил мужчина, резко поднимаясь и подходя к окну. Внутри него начала бушевать тьма, которая также не радовалась услышанному. — Теперь он страж, и у него не получится стоять в стороне. Ты же понимаешь, что ваш брак не случайность. Сами боги отправили тебя на тот приём, где ты встретил их семью. Тебе нужно было защищать парня всё это время. Не время злиться, нужно найти тех, кто украл Святую катану Никко и понять, кто убил предыдущего стража врат Андагара, — твёрдо проговорил Хосок, а после добил. — Ты не смог защитить его тогда, значит сделай сейчас. Эйрен напрягся всем телом, а затем медленно повернулся к Хосоку. Глаза тёмного лорда были залиты мраком, а дыхание тяжёлым. Казалось, чуть-чуть и Лаунстер не сможет сдержать свою тьму. Можно подумать, что это последний раз, когда Хосок говорил, но нет. Чон тоже не слабак. Мужчину покрыл слабый огонь, цвет которого был синий, а глаза стали гореть голубым цветом. Вокруг Чона вспыхнуло синее пламя, а пальцы превращались в прочные когти. Эйрен убийственно смотрел на друга, пока его кожа становилась темнее и темнее, а по венам не потекла раскалённая лава. Они готовы убивать и для них это не впервые. — Lade Sqayts! — прорычал Хосок и усмехнулся, когда Эйрен полетел на него.

***

Уже прошло три семьдницы с того вечера, когда я вёл занимательную и познавательную беседу с Эйтой и хранителем, а в заключении и с Чимином. И делая выводы, то полученную информацию из разговоров можно разделить на «полезную» и «душевную». Полезную, потому что у нас есть след и хоть какое никакое, но направление. А душевное, потому что Чимин наконец-то поделился своими переживаниями со мной. И так, со всего по порядку. Из разговора с дядей и смертью, мы имеем парочку подозреваемых, но не знаем, как их проверить. Из разговора с Чимином, мы имеем много, очень много, нелюбви к магам, а тем более к тем, кто из Ночных Стражей. Чимин меня очень сильно поразил, что был влюблён в майора Кима, а теперь он его ненавидит. Хотя, скорее омега больше стал равнодушным к стражу. — Сейчас, мне совершенно всё равно, что он делает и о ком думает — говорил омега, кусая губы. По словам Пака, все эти дни он думал о своих чувствах и об остальном в целом — и всё это очень сильно отражалось на его настроение и душевном покое. Всё же, парень не привык терзать себя целыми днями, думая о правильности своих выводов и поступков. Однако сейчас, омега уверен, что ещё несколько сотен лет он будет холоден к матушке Любви. Я конечно это никак не прокомментировал, лишь обещал всегда быть рядом в трудную минуту, а после мы перешли к обсуждению нашего дела. Обсуждали довольно долго. В наших тёмных головках было миллион мыслей и, к сожалению, ни все подходили, как следует. Было много тёмных лордов, которые не входили в состав Элитной Четвёрки, но могли. Однако, если они не в её составе, значит не так уж и сильны, а значит и вероятность того, что кто-то из них мог влить свою силу в защитное заклинания, маловероятна. Также, я почему-то остановился на Мельгеле Лаунстере — кузен моего бывшего супруга. Своё обвинение в его сторону обосновал тем, что у тёмного явно был мотив — месть. Раньше же он был главой Элитной Четвёрки, он имел немалую власть, а сейчас он ничто. Полный ноль. Но по словам Чимина, он не мог этого сделать. — Почему же? Он же силён, да в крови Лаунстеров течёт тьма, — непонимающе спросил я. — После того скандала, Владыка не просто лишил Мельгеля Лаунстера места в Элитной Четвёрке, но и поставил ограничитель на его магию. Даже, если и он, то значит ему должен был кто-то помочь снять ограничитель, что практически невозможно, — пожав плечами, объяснил Чимин. Я же нахмурился. — Но он явно не один. Я уверен, что он в этом замешан, вот, прям чувствую! Понимаешь? Если он и не делал ничего, то явно был связующим звеном в этом случае. Им могли попросту воспользоваться, всё же, у него есть власть, по крайне мере, денежная, а ещё ненависть к Владыке, — мрачно произнёс я. Пак несколько минут молчал и, сделав глоток чая, произнёс. — Помнишь слухи про любовницу? Может, это была не просто любовница? — вдруг проговорил маг, а я внимательно посмотрел на него. — Её так и не нашли. По ней информация отсутствует, но тебе не кажется, что те убийства сделаны не только расчётливо, но и стервозно? — непонимание в моих глазах проявило себя столь ярко, что Чимин недовольно засопев, начал объяснять. — Сам посуди. Семья Фийкий, любящая и миролюбивая, пока ты валялся две семьдницы в отключке, я, зря время не терял. Так вот, отношения между миссис Фийкий и сэром Фийкий были прекрасные, соседи поражались их любви! Сэр Николс был всегда один, но на работе совершенно не обращал внимание на свою коллегу до какого-то определенного момента. Да, они списывались, но любви между ними явно не было! Знакомая Фийкий, говорила, что была смущена переписками между сэром Николсом и её подругой, однако, когда они находились рядом, то не было даже ощущения на какую-то страсть! Я считаю, что в тот «переломный» момент их подкупили и они просто обсуждали, как провернуть кражу. Когда же всё было решено, сэр Николс помогает в краже и уходит с поста, после чего наступает затишье. Однако, что-то точно пошло не по плану. Миссис Фийкии разводится с мужем по неизвестным причинам. Возможно, потому что она осознала во что влезла и что теперь является угрозой для мужа, однако, этим она лишь помогла убийце. «Любовница» решила избавиться от своих подельников мерзким способом и по одиночке. На сэра Фийкий наложила проклятие «Вечной страсти», что стало лёгким объяснений его действий после развода. Тут же, происходит смерть сэра Николса, а так как все считали их любовниками, то и его смерть скинули на сэра Фийкий. Смерть миссис Фийкии, тоже была не удивлением, все же ревнивый и обиженный муж желал возмездия, вот и проучил, только проклятие и его убило. И теперь попытайся переубедить меня в том, что это всё проделано не женской рукой! — закончил омега, а я с широко открытыми глазами уставился на него. Сказать, что друг меня удивил, — значит ничего не сказать. — Не буду даже пробовать, — выдавил из себя я и улыбнулся. После мы замолчали. Я переваривал услышанную информацию и постепенно допивал чай. Всё в этой истории казалось предельно лаконично, однако чего-то не хватало. Если Чимин прав, то всё сделала женщина, но она должна иметь большую силу и власть. Однако таких в Империи точно нет, иначе её смогли бы вычислить, а тут… — Хитрость, осторожность и обаяние, так и чувствуются в этих преступлениях. На такое способны лишь одна раса, — задумчиво протянул я, а Чимин сразу понял о чём я. — Ведьмы и не простые, а тёмные, но даже они не так сильны, — ответил Чимин. — Не скажи, если у них есть покровитель, то они могут и саму богиню Тьмы на землю призвать, — буркнул я и замер от собственной догадки. — М-да, кажется, всё куда масштабнее, чем мы предлагали, — ошарашенно прокомментировал Чимин, а я только плотно сжал губы. Если это так… Если это так, то кто она? И почему при одной такой мысли на ум приходит моя мачеха — Миранда Фон-Вамп? К этому разговору мы больше не возвращались. Во-первых, больше никакой информации не было, а во-вторых, это было опасно. Я понимал, что если в этом деле как-то может быть замешан мой статус стража врат Андагара, то всё куда ужаснее. Я волновался, что из-за этого может пострадать Чимин, а мне это не нужно. Не хочу терять близких мне людей. Но даже не только страх и отсутствие информации, мешали нам. Всё банально просто, настал конец семестра, и мы все готовились к сдаче сессии. Экзамены, долги, долгие и мучительные сидения в библиотеке за книгами. Это было очень тяжелое время. Меня спасала мысль о долгожданных выходных и отсутствие встреч с Чонгуком. Я просто был рад, что этот альфа не сбивает меня с правильного пути отличника своими словами и действиями, однако медитацией я занимался. Только один. Это были опасно, но выбора не было. Чонгука я старался избегать всеми силами, и Чимину я каждый раз говорил все возможные отговорки и отправлял парня самостоятельно покорять просторы магических щитов. И однажды, когда я сидел и читал книгу по редким проклятиям, в нашу комнату зашёл.. Нет, ни Чонгук, вещающий, что мою силу нужно учиться контролировать, а Чимин. Злой, грязный и красный. В общем, казалось, будто парень пришёл не с медитации, а утренней разминки, когда профессор Калесси после очередной ссоры с мужем, отрывается на нас. На мой удивленный вопрос: «Что случилось?» Чимин нервно крикнул. — Профессор Чон, чтоб его каракатицы покусали! — шипя, злился парень и резко снимал с себя грязную одежду. Омега был настолько зол, что стал рассказывать про случившиеся без моей на то просьбы. Как оказалось, вместо Чонгука Чимина ожидал профессор Чон. Узнав, что адептам нужна помощь, он решил помочь, как никак, а это был его предмет. Альфа решил заместить старшекурсника, чтобы тот не отвлекался от учебы, а сам профессор Чон поможет понять, где и в чём у Чимина проблемы с пониманием. И дальше Чимин разошёлся. Парень обзывал профессора на чём свет стоит и проклинал чуть ли не во всех грехах мироздания. Профессор одной медитацией не обошёлся, он решил включить в программу «помощи» практику, на которой измотал Чимина так, что тот еле ноги до комнаты приволок. — Сначала, он до боли в голове заставлял ставить минимальные щиты, а после мы отрабатывали магические щиты! Ыыыыы! Я думал прям там ноги отброшу! Пока я пытался отбить его удары, он с насмешкой, нет, с издёвкой, говорил: «Адепт Пак, не стройте из себя умирающую рептилию, я совсем слабо по Вам бью!» Гад красноволосый! Ненавижу его! — бесновался омега, а я лишь тогда осознал насколько правильно поступил, не пойдя на тренировку. Нет, друга мне было жаль, и очень сильно, однако себя я жалел ещё больше. Сама мысль, что было бы, останься я наедине с другом моего мужа, мне уже становилось плохо! Хосок меня узнал, и эта мысль, как приговор, что каждый раз появляется и красным горит, стоит мне на его занятия прийти. Единственное, мою бдительность сбивало отсутствие Эйрена. Если Хосок узнал меня, то почему не рассказал своему лучшему другу? Это заставляло меня волноваться ещё больше. Однако, я старался меньше думать о плохом и полностью сконцентрировал своё внимание на будущих экзаменах. Так время пролетело незаметно. Мы сдали все экзамены и были выжаты, как лимоны. После последнего экзамена я с самым счастливым видом направился в столовую, где планировал оторваться по полной. За все эти дни, что прошли в тяжёлом стрессе, я практически не ел! Меня даже так не нервировало известие о праздничном бале в честь «Возрождения Нового Года», который проходит шестнадцатого января. И хоть до самого бала осталось не меньше двух дниц, я и не думал о том, чтобы начинать кричать и паниковать на этот счёт. Если честно, то в этом году я вообще не планировал идти. Взяв парящий поднос с едой, я с мирным видом направился к своему любимому столику, возле большего панорамного окна, с этого места всегда был виден прекрасный вид на небольшую аллею, что находится на территории академии. Во время цветения природы эта аллея превращается в сказочный уголок, из которого не хочется уходить или прекращать на него смотреть. Улыбнувшись своим воспоминаниям о прекрасных ухоженных кустах с белыми розами, я сел за стол и посмотрел в окно. Было солнечно и ясно, снег сиял не хуже бриллиантов под лучами зимнего солнца. Сильный мороз, что оставил волшебные узоры на окнах, ощущался даже в помещении. Подумав, как бы было прекрасно сегодня прогуляться, я взял ложку и приступил к еде. Моё настроение было довольно хорошим, и непонятно из-за чего, то ли из-за окончания бесконечного потока экзаменов, то ли из-за отсутствия встреч с Чонгуком и каких-то внешних проблем. Я больше не падал в проблемы, а про себя узнавал через дядюшку Фокса, который с большим рвением мне обо всём рассказывал. Так, я смог узнать, как использовать свою магию, и как охранять врата Андагара. Два раза в год, я обязан посещать врата и вливать в них свою силу. Для этого следует выбрать день и месяц. Прикинув, я решил, что если выживу, то отправлюсь в марте и проведу обряд. Также, я узнал, что если врата попытаются открыть, то я мгновенно перенесусь туда и должен буду уничтожить врага. Поэтому, мне придётся освоить боевые заклинания, прекрасно! Мои мысли были напрочь заполнены думами о моих дальнейших действиях, о моей дальнейшей жизни. И не было ничего утешительного или же угнетающего. Я всячески настраивал себя на не просто лирический лад, но и на победу. Я должен победить всех! А главное, должен победить свои страхи. Я должен победить себя старого и стать сильнее духовно. От рассуждений меня оторвал тяжело дышащий Чимин, и мне почему-то подумалось, что парень снова был на тренировке у профессора Чона, но оказалось — нет. — Мы идём на бал! — твёрдо заявил Чимин. И в его тоне я не услышал и дольки предложения, а скорее омега просто поговорил факт. Зная, мои планы на эти дни, Чимин всё равно начинает об этом разговор. Нахмурившись, я было хотел открыть рот и мягко возразить, как меня перебивают. — Мы идём! И это не обсуждается! Я докажу этому гаду, что я не бревно и не рептилия вымирающего вида! — чуть ли не шипя, как самая настоящая рептилия, проговорил парень. Я еле сдержал смешок, чтобы не разозлить друга ещё сильнее, а после успокоившись решил уточнить. — То есть, ты решил пойти на бал, чтобы что-то доказать профессору Чону? — проговорил я и, получив кивок Пака, вполне серьёзно спросил. — А причём тут я? — Чимин несколько минут хлопал ресницами, а затем также серьёзно ответил. — Но ты же мой друг! Лучший! Мы через многое вместе прошли! И ты не можешь меня оставить одного! — вовремя этих слов глаза Чимина горели уверенностью, а я тяжело вздохнул. В такие моменты часто задумываешься о минусах в наличии друга. — Один лишь Мрак всемогущий знает, чего мне этот поход на бал стоит, — буркнул я и уже без особого желания продолжил есть. Чимин на мой ответ отреагировал яркой улыбкой, а затем начал говорить, что с завтрашнего дня мы начнём подготовку. Мои слова, что денег на дорогой наряд у меня нет, парня не смутили, наоборот, он сказал: — Всё уже готово! — мой сощуренный взгляд обещал убивать, но пришлось сдержать свои желания. — Какой же ты… Расчётливый, — с натянутой улыбкой прокомментировал я и на этом моё хорошее настроение закончилось.

***

Подготовка к балу прошла на удивление спокойно. Конечно, Чимин слишком бурно на всё реагировал, даже очень слишком. Каждый раз он вспоминал профессора Чона добрым словом (в такие минуты я поражался доброте слова моего дружище и улыбался краешком губ), а после снова приступал к выбору украшения. Сам же я практически ничего не делал. Внутри не было того мучительного трепета перед праздником. Я не представлял себя в красивом наряде и не думал, как буду летать с кем-то в танце. Возможно, это потому, что я никогда не позволял себе об этом думать. Три года, что прошли для меня с большими последствиями, оставили большой отпечаток на моей душе. Да, раньше я хотел пойти на бал и потанцевать, но я не мог, не имел возможности. Я запрещал себе даже думать о том, чтобы попросить о помощи у Чимина. А сейчас, можно сказать, исполнилась моя мечта, однако какого-то удовлетворения я от неё не получил. Сжав книгу, я посмотрел в окно, за которым уже темнело, а снежный буран, что заставлял в зимнем танце кружиться снежинки, только просыпался, поднимался… Танцы. В голове всплыла картина из моих старых снов, и от этого стало зябко. Вздрогнув, я обнял себя и подумал про Чонгука. А будет ли он там? С кем пойдёт танцевать? У него есть пара? Маленькие мысли, нашёптывающие про наличие милой омеги, меня раздражали. Мне пришлось резко себя заставить прекратить об этом думать, потому что не стоит портить и так не лучшее настроение перед праздником. Однако, мысли о Чонгуке не ушли, по крайней мере, письмо, которое я отправил майору Киму, содержало имя ненавистного мне альфы. Тэхён так и не спешил мне отправлять ответ с полным отчётом, пускай альфа на прошлой неделе отправил мне ответное письмо с кратким ответом:

Уважаемый Юнги, я с огромным желанием помогу Вам с Вашей просьбой. Я постараюсь, как можно скорее решить этот вопрос и отправить Вам ответ в кратчайшие сроки.

Ваш, майор Ночных Стражей, Ким Тэхён

После я старался себя утешить мыслью, что письмо вообще дошло и его никто не перехватил. Как скоро придёт второй ответ, мне оставалось лишь гадать. Однако мои переживания ушли на второй план, стоило Чимину закончить с приготовлениями (одежда и украшения) к балу, как началось! Сначала, Чимин приступил к косметическим процедурам. Следует заметить, что меня это дело не обошло. Время пролетело быстро за огромной сменой локаций: спа, массаж, удаление волос на теле и не важно, если их у тебя не видно! Удалить всё! Да здравствует гладкая и упругая кожа! Мороз по коже, стоит только вспомнить весь этот ад. Конечно, есть и плюсы. После этого ада моя кожа сияла ещё больше, волосы стали шелковистыми и мягкими, мои глаза сияли, ресницы стали пышнее. В общем, выглядел я свежее некуда. Чимин тоже стал прекраснее, следы экзаменов и жуткой усталости исчезли после одного сеанса! Теперь Чимин напоминал настоящего принца, а не простого адепта из семьи аристократов. Одевались мы долго. Наряды, что Чимин кропотливо выбирал, были сногсшибательны. Каждая деталь на наряде была тщательно прошита: бусинка к бусинке, камушек к камушку. Рубины и сапфиры переливались на свету, ослепляя своим богатством, а серебро и золото ниток привлекали к себе взгляд и придавали большего шарма. Признаю, даже я не смог прекратить рассматривать произведение искусства, что красовалось передо мной. Надевать такой шедевр было бы кощунство! Но под мрачным взглядом друга и под его же упрёки, на меня всё же смогли надеть эту красоту. Когда наряд был уже на мне, то взялись за прическу! Мои длинные, роскошные волосы с особой осторожностью расчёсывали, заплетали в косы и закалывали их шпильками, тем самым создавая прекрасную, лёгкую прическу. Мои острые ушки, на которые надели серьги из серебра, стали изюминкой моего образа. Костюм из синего шёлка, облегал моё тело, серебряные нити и сапфиры делали из меня благородного оленя. Вот, олень, так олень. Смотря на своё отражение, я не верил, что это - я. Совершенно другой человек смотрел на меня с зеркальной стороны. Фиолетовые глаза сияли, благодаря, умелым ручкам моднисткам. Кожа отличалась ещё большей бледностью, чем обычной, такое ощущение будто её белилами втирали. — Это не я, — прошептал я, стоя одиноко в комнате. В соседней во всю одевается Чимин, мои помощницы уже оставили меня, удовлетворившись своим результатом. Ощущение, будто я кукла оставило неприятный осадок. — Юнгилиан, ты выглядишь прекрасно. — послышался знакомый голос со стороны рабочего стола. Дядя Фокс, понявший, что мы одни, решил показать себя. Смотря на меня с восхищением, дух продолжил, — Смотря на тебя, я вспоминаю, как выглядела твоя мама во время императорского приёма. Тогда были фиалковые времена, твоя мать была настолько величественна, что её можно было спутать с самой императрицей! Наш Владыка положил на неё глаз, но, взор её холодных фиолетовых глаз упали на твоего отца. Это были прекрасные времена, — с теплой улыбкой вспоминал хранитель. Я же с тенью грусти слушал его. — В тебе есть всё самое лучшее, однако, ты тот ещё не распустившийся цветок. Но я уверен, что на этом балу, ты сможешь показать свою красоту во всей красе, — слова дяди как сладкая потока ласкали мой слух, но не сердце. «Я не такой!» Стук в дверь и в комнату заходит Чимин. Красавец. На нём был точно такой же наряд только красного, королевского цвета! Золото и рубины гармонично сочетались и, кажется, даже запели свою собственную мелодию. Золотые волосы Чимина, тоже были собраны в прическу, а голубые глаза горели, ярче взошедшей луны. В комнате нас было двое: я и Чимин, дядя Фокс быстро исчез, и теперь был обычной книгой. Пак с тревогой посмотрел на меня, а после подошёл и взял за руку. — Ты великолепен, этот бал твой, — с улыбкой сказал омега, а мне ничего не нашлось ответить, поэтому я только улыбнулся и направился к выходу за другом. Пусть всё идёт на самотёк!

***

Моя уверенность дрогнула уже на пятой ступени, когда мы поднимались к торжественному залу, где будет проходить празднество. В груди билась мысль, что-то не моё! Что мне там не место... Рука Чимина сильно сжимала мою, будто омега сам борется с теми же демонами, что и я. Шаг. И я хочу убежать. Вдруг, я встречу там Эйрена? Готов ли я к этому? Готов ли я к тому, что мы будем разговаривать? А разговора нам точно не избежать, сердцем чувствую! А вдруг там будет Чонгук? С кем он там будет? Есть ли у него пара? От этой мысли начало ныть сердце, а желание никуда не идти сковало всё тело. Вскоре мы уже поднялись наверх и шли по богато-украшенному залу. Магия так и летала в воздухе в виде наколдованных снежинок. Шаг и я остановился. Мне нужно уйти. С каждым мгновением шестое чувство так и вопит об опасности, и если до этого, я принимал это за страх перед встречей с Эйреном, то сейчас... Я никогда бы не боялся так встречи с бывшим мужем, как смерти. Сердце бешено стучит в груди, а я стою и завороженно смотрю на дверь. Нельзя. Чимин с удивлением посмотрел на меня, а после обеспокоенно спросил: — Юнги, у тебя всё хорошо? Почему ты остановился? — и что ответить? Сказать правду? Тем самым обидев друга? Он так старался! Он хочет пойти на этот бал! Он хочет удрать нос Чон Хосоку и показать, кто здесь лучший. И я не сомневаюсь, что у него получится. Но не со мной. — Я хочу в туалет... — смущённо буркнул я и даже покраснел от своей же лжи! Удивительно, но ничего правдоподобного я придумать в этой экстренной ситуации я не смог. Чимин удивлённо смотрел на меня, а после просунул в кулак. — Боже, вот, проблема ходячая. Ладно, иди, только вернись на бал! — с улыбкой проговорил омега, а я с облегчением вздохнул и отправился обратно в общежитие, где быстро, но осторожно снимал с себя дорогую одежду и украшения, с наслаждением расплетал причёску и уже стоя под душем, избавлялся от остатков косметики. Сердце билось бешеной птицей, которая вот-вот сможет покинуть жуткую клетку, разбив её своими мощными крыльями. Уже стоя в самой обычной одежде, я высушил волосы быстрым заклинанием, которое выучил, и надел тёплое пальто и шарф. В общем, праздник я планировал отметить под сиянием ночных звёзд и ярких уличных фонарей, на улице, где на каждом шагу бегают счастливые дети, одетые в традиционные наряды танцоры и певцы, а на главной площади начнётся самое настоящее представление года! Каждый год оно новое, и от этого у меня внутри разгорается интерес. Уже в предвкушении, как будут жечь щёки и нос от сильного мороза, я направился на бал. Всё же я обещал туда прийти, а не остаться. На праздничный зал я посмотреть тоже хотел, но и то только со стороны. Так, чтобы никто не смог заметить, как загораются мои глаза при виде всей этой роскоши. Оставаться я там тоже не мог, даже несмотря, на проснувшееся внутри детские желание. Я всё ещё помню, как вопило моё шестое чувство от страха, так что... Выбор очевиден. До зала, в котором будет проводиться торжество, я добрался окольными путями. Теми самыми путями, о которых знал лишь я и мои глаза. Пробыв несколько минут в полутьме, мои глаза не сразу привыкли к яркому свету. Стоило мне только выйти за одну из высоких колонн, что находились на втором этаже зала, как глаза ослепило белым светом. В нос ударил запах разного парфюма, который было слышно даже на втором этаже, а нежная, спокойная музыка легко летала по помещению. Выходить из колонны я не рисковал, поэтому смог лишь краем глаза оценить обстановку. Магия, здесь царила именно она. Потолок напоминал чистое, ночное небо; еле видные облака, из которых падали белоснежные снежинки, плавно плавали по воздуху. Зал был украшен исключительно в золотых и белых тонах, даже несмотря на то, что зиме больше подходит серебро, но зал выглядел роскошно, как и собравшиеся там гости. Почему-то захотелось подойти поближе к перилам балкона и поискать взглядом Чонгука и Эйрена, но я быстро одернул себя, понимая, что в любой момент кто-то может подняться к нему. Уже на улице ко мне подлетел чёрный ворон. Академию покидал в спешке и тревожности, не зная далее откуда она взялась. Возможно, от испуга, а возможно от собственных желаний и мыслей.

***

На улице было спокойно, что было не удивительно. Стихийники постарались на славу, успокоив метель и очистив зимнее небо от тяжелых облаков. На тёмно-синем полотне блистала луна во всей красе, молочные звёзды в эту ночь тоже выглядели наряднее, краше обычного. От раскрывшиеся красоты у меня перехватило дух, а я ведь только вышел на улицу, что же будет в самом городе? Хмыкнув своим мыслям, я побежал к вратам академии, там рассчитывал поймать попутку и добраться до центра города. На мою удачу, долго ждать не пришлось. Возница ехала со стороны Арканмрака, небольшого пограничного городка, возле которого недалёко находится ещё одна академия РМА. Многие из разных государств туда отправляются учиться, но мне не было смысла туда идти по одной из причин — у меня нет магии. То есть, на тот период, мой резерв был настолько мал, что идти в РМА было под стать самоубийству. Знал бы я, кем являюсь на самом деле, возможно, даже не продумывал бы идею с поступлением. Повозка остановилась возле меня, и, заскочив в кабинку, я приказал ехать в центр. Зимний лес быстро мелькал за окошком повозки, и вскоре вместо лесной глуши перед мной раскрылись яркие уличные огни. Ослепляющие свет самодельных фонариков различных форм, украшали дома, прилавки и улицы в целом! Праздничная атмосфера зашкаливала и стрелой пронзала моё сердце. С восхищением я смотрел, как люди, укутанные в тёплые вещи, ходят по улицам, смеются, что-то дарят друг другу и радуются жизни. Дети бегали, играли в снежки и звонко смеялись. Громкая народная музыка была слышна, аж на окраине города. Вот, что значит магия. Лавочки с парящей едой, вызывали у меня огромный аппетит. Я не смог устоять перед соблазном, и приказал оставить повозку, так и не доехав до центра. Лучше прогуляюсь, ведь вся ночь впереди! Заплатив вознице, я пошёл вдоль забитых улиц. Яркие флажки, что растягивались от начала улицы до её конца. Тёплый свет, льющийся из домов и от фонарей, грел, даже несмотря на то, что сейчас разгар зимы, мороз кусает щёки и нос. Казалось, что сними пальто и шарф, я не почувствую этого лютого холода! Потому что люди, окружающие меня, делятся здесь своим теплом. Время шло, а я наслаждался праздником. Ещё совсем немного, и раздаться звон колокола, кричащий, что умер старый год, умерли наши старые тревоги и воспоминания, теперь всё начнется с чистого листа! Новые проблемы и переживания коснутся невинного листа новой жизни. Эти мысли открывали во мне второе дыхание. С каждым мгновением воздух казался всё слаще и слаще. Он напоминал мне те времена, когда я в детстве был с мамой, и те дни, когда я провёл с Эйреном. Сладость его губ, что скользили по моему телу... Дурманящий его аромат сочных красных мандаринов, и, если прислушаться, можно почувствовать, как лёгкий вкус белого кедра и бобов тонка́ бьёт в нос. От одних воспоминаний во мне всё начинает бурлить, кипеть и странно себя вести. От всех этих раздумий я совершенно не заметил, как пришёл к главной площади, на которой и будет происходить всё торжество. Большая, пушистая ель, что была украшена пёстрыми, яркими красками и игрушками, огоньками и многим другим. С замиранием сердца я смотрел на эту сказку, не веря, что я здесь, что, ещё жив... эта сказка длилась недолго. Через какое-то мгновение я услышал возле себя шаги и ощутил слишком пристальный взгляд на себе. Сердце забилось в ужасе. Недавний страх, что настиг меня в академии, снова сковал мою душу. Всего пару ударов пульса я стоял не двигаясь, а затем резко развернулся и встретился с взглядом чёрных глаз. Сердце пропустило удар, а магический пульсатор, что был мною наколдован — исчез. — Эйрен.. — дрогнувшими губами прошептал я. На площади было шумно, однако мои слова явно были услышаны. Высокая, статная фигура напряглась, и мой бывший муж сделал глубокий вдох и один шаг ко мне. — Юнги, — последовал хриплый ответ, и, качнувшись, я сделал шаг назад. То как он произнёс моё имя — резануло мой слух. Почему? Что же не так? Присмотревшись в чужие глаза, я не смог увидеть удивление в них. Не смог увидеть ничего. Мгновенная догадка, которая стала последней частью пазла. Было больно. В глаза будто песка насыпали, но слёзы, что норовили показать себя, были стёрты. — Ты знал, — тихо. — Ты знал! — увереннее, громче. — Как ты мог?! — воскликнул я, задыхаясь. В горле стоял ком, перед глазами всё плывёт, а праздничное настроение, как рукой сняло. Ещё сидя в повозке, я не мог поверить в прочитанное, но сейчас... Сейчас, смотря в эти глаза, в которых не было никаких чувств, я не мог себя обманывать! Вот почему меня к нему так тянуло, вот почему я не мог избавиться от ощущения, что он на кого-то похож. Чон Чонгук — это Эйрен Лаунстер. Эмоции захлёстывают меня, я, словно под водой и не могу вынырнуть. Пока я боролся со своими чувствами, пока я боролся со своей болью — Эйрен молчал, плотно сжимая губы. И меня это взбесило. — Почему?! Почему ты молчишь?!! Сказать нечего?!! Тебе нравится играть!? Кто ты сейчас? Чонгук? Или Эйрен? Как мне тебя называть?! — срывая голос кричал я. Мне было всё равно, что я стою на виду у тысячи глаз, что кричу неприлично громко. Возможно, они будут смотреть на это, как на спектакль, возможно, будут обсуждать, возможно, и вовсе пройдут мимо.

Уважаемый Мин Юнги, я, как и обещал, нашёл то, что Вы просили. Информации об существовании некого Чон Чонгука нет. Возможно, что этот маг из Светлой Империи, однако размышляя над вашим описанием этого мага, очень сомневаюсь, что из светлых.

Ваш, майор Ночных Стражей Ким Тэхён — Играть? — холодная усмешка. С его лица быстро исчезла та отрешённость и то равнодушие, на замену им пришли живые, обжигающие эмоции: ярость, боль и злость. По глазам мужчины было видно, что он со всех сил сдерживается, чтобы не прикоснуться ко мне. Он со злостью сжимает руки в кулаки и тяжело вздыхает. Радужка глаз была полностью охвачена тьмой. Впервые в жизни, я смог узреть живую тьму. Я не успел сделать и шага назад, как меня схватили за плечи и заставили смотреть себе в глаза. — Играть?! Неужели это я весь год делал всё возможное, чтобы влюбить в себя? Это я заставил тебя отдать мне сердце, а после оставить страдать, думая, что умер? Я заставил тебя страдать все три года, виня в своей смерти?! Скажи мне Юнгилиан, зачем ты всё это делал?! Почему ты не смог найти другого выхода? — говорил альфа, оставляя кровавые следы на моём сердце. Каждое его слово было пропитано такой болью, что мне она казалась ужаснее моей. Глаза застилали слёзы, а в душе всё кричало: «ЛОЖЬ!» Но он говорит правду. Не имея способностью ощущать ложь, я понимал — Эйрен не врёт. Его слова были сотканы из правды. Чистой правды. От этого становилось больнее. Сейчас я понимаю, что действительно был не прав, не доверившись ему. Если бы я поверил, то скорее всего, всё закончилось бы по-другому. Но, тогда бы я не встретил Чимина, не познакомился с мистером Оливэ и миссис Маргрет, не поступил бы в академию! Всё было бы не так... Я допустил кучу ошибок из-за своего недоверия к окружающим. Дал корню этого паразита разрастись внутри меня и не замечать поистине достойных людей. Однако, я не смогу сейчас признать свои ошибки. Не хочу сейчас выглядеть ещё большим дураком. — Я не доверял тебе и не доверяю сейчас. Я делал всё это ради спасения своего отца, — хрипло ответил я и сделал глубокий вдох. Мне больно, мне стыдно и неприятно от осознания своих же ошибок, но сейчас больнее от мысли, что такой человек, как Эйрен, смог пойти на такой гнусный поступок. Вспоминая, как вёл себя со мной Чонгук, сердце покрывалось трещинами. Я всегда любил Эйрена! Никогда не пытался найти ему замену! Всегда знал, что ни один альфа не сможет затмить его, но с появлением Чонгука... Я мучал себя этими бессмысленными чувствами! Разрывался между собой! И что выходит? Всё это время Эйрен притворялся! Заигрывал, влюблял... Как же низко идти на такую месть! — Как я мог бы довериться человеку, который угрожал мне в первый же день, так ещё в день нашей свадьбы? Ты серьёзно думаешь, что такой как я смог бы смириться?! Зная, что за змея живёт в моём доме, я мог бы спокойно спать?! Зная, что именно, благодаря, ей я так рано вышел замуж, я стал бы доверять тебе?! А не жирно ли, лорд Лаунстер? — холодно произнёс я, с ненавистью смотря в глаза ошарашенного мужчины. Я не врал. Я говорил с такими чувствами, что огонь бы позавидовал. Я знаю, что Эйрен чувствует ложь, так что мне пришлось с удовольствием рассматривать искажённое не меньшей злобой лицо. Один страдать не буду, а мстить буду масштабнее. Я ему этого не прощу. Я его ненавижу. — Не доверял? — без эмоциональный голос полоснул по грудной клетке и, кажется, там осталась большая трещина. — Ты хотя бы в чём-то был искренен? Ты любишь меня? — Я ненавижу тебя. Видеть, как он страдает — больно. Видеть, как он любит меня — больно. Я не заслуживаю всего этого. Я не заслуживаю его, в первую очередь. Нужен ли был Эйрену такой жизненный опыт? Опыт, дарящий лишь злость, разочарование и бесконечную боль? Разве, первая любовь не должна была быть нежной? А может я вру? Вру, прямо смотря ему в глаза. Я ненавижу его в данный момент, потому что он играл со мной. С каким-то умыслом или без. С целью отомстить или нет. Он играл! Притворялся другим человеком и делал всё, чтобы я в него влюбился. От этого противно. Да, возможно, я заслужил отмщения, но почему это так сложно принять? Почему так хочется кричать о несправедливости? Упасть на землю и тихо умирать, прося о пощаде? Он испытывал тоже самое, когда я сбежал? Или же ему было ещё больнее? Я не знаю с чем можно сравнить эту боль, что сейчас импульсом бьётся в моей крови. Но ясно одно — я не хочу ничего иметь общего с лордом Эйреном Лаунстером. Я не хочу его видеть, слышать его голос и знать, что мы когда-то были связаны. Я хочу прекратить эту болезненную связь, от которой страдаем мы оба. Я и он не доверяли друг другу. Здесь и начинается моя ошибка. Эйрен несколько ударов сердца смотрел мне в глаза, пытаясь понять вру я или нет, но бессмысленно. Я говорил правду. Сейчас я ненавижу его. — Отпусти меня. Отпусти на со всем. — мой голос даже не дрожал, я смог взять себя в руки. Эта временная маска, что сейчас защищает меня, после ухода мужчины разобьётся в дребезги. Я позволю себе оплакать своё мёртвое сердце, а после попытаться жить дальше. Ведь жизнь не останавливается, после расставания? Однако почему мне кажется, что я прекращаю дышать? Эйрен одарил меня очень тяжёлым взглядом, в котором всё ещё бушевала ярость. Будто для него это явно не конец. Но, альфа сделал шаг назад. С моих плеч исчезла тяжесть, а после воздух заискрился, и я понял, что бывший муженёк использовал заклинание «Полога тишины». Прекрасно, нашего разговора никто не слышал. От этого легче не становилось. Не сказав ни слова, мужчина развернулся, а дальше всё произошло слишком быстро. Вот, он делает шаг. Снег лёгким пухом вздрагивает под его ногой. Снежинки, падающие с неба, замедляются. Я с волнением провожал его взглядом, ожидая, когда же появится портал. Но его не было. Прошла секунда, как позади себя я услышал свист стали, разрезающей воздух. Затем Эйрен резко разворачивается ко мне. На снег упала одна тёмная алая капля крови. Потом ещё одна, и ещё. В области груди я чувствовал горячую боль, что разрывала меня. Мой разум и моя замедленная реакция, не сразу дали мне понять, что этот меч предназначался мне. В глазах начало темнеть, кровь стала идти быстрее, а уверенные слова дяди Фокса, что стража убить нереально, теперь мне не кажутся такой правдой. Реально всё, главное найти подходящее орудие. На задворках сознания я смог услышать неразборчивый крик лорда, потом вспышка. Сильный толчок, отбросивший меня куда-то в край. Меч, что пронзил моё тело, от такого удара явно вышел из меня и отправился в бездну со своим владельцем. Но мне было всё равно, ведь постепенно тьма, охватывала мой разум.

Я умер.

Конец первой части.