Ненавижу тебя, океан

Первая неделя июня. Йокогаму, как и многие другие города Японии, ожидает цую – сезон дождей. Осаму Дазай в целом терпеть не мог такую погоду. Серость, в которую погружался город, давила со всех сторон, будто вынуждая завернуться в одеяло и отложить на ближайшие пару месяцев все свои дела. На него, по крайней мере, дождь влиял именно так. Он откладывал в долгий ящик всю работу, что имелась, и даже слишком мученическим взглядом смотрел на стекающие по стеклу капли. Раньше в этой квартире обитал тот, кто вытаскивал шатена из этой апатии. Раньше… Раньше этот кто-то озарял квартиру одним своим присутствием. Без Чуи стены, окрашенные в бежевый, ранее теплый цвет, стали холодными. Они нагоняли еще более сильную тоску, и даже майское солнце в свое время не смогло наполнить квартиру теплом. Световые волны просто с этим не справлялись. Накахара Чуя был главным источником света и тепла в этой квартире. Он наполнял ее жизнью, пока Осаму работал над очередной страницей новой книги.

Накахара Чуя был личным солнцем Дазая.

Освещающий дом своими чистыми, чаще положительными эмоциями, согревающий в трудные моменты лучше любого теплого пледа, чертовски обжигающий в постели, он был незаменим. Даже яркое небесное светило не могло с ним тягаться. Возможно, Дазай и преувеличивает, но именно таким для него и был Накахара. Без него все опустело. Без него квартира перестала восприниматься как то, что обычно люди с теплотой в голосе называют домом. Теперь, в глазах шатена, это была бетонная коробка, заставленная всяким хламом, заполненная настолько счастливыми воспоминаниями, что аж тошно становилось. Он хотел бы выкинуть любую вещь, заставляющую его сейчас так страдать, только ни на одну руку поднять не посмел. Ведь все же, это были воспоминания. Да, они причиняли ему боль фактом того, что все это прошло и может не повториться. Да, они заставляли морщиться в попытках проглотить ком в горле от подступающих слез. Но они были. И в них был он, живой и счастливый. Такой, каким Осаму надеялся его еще хоть раз увидеть. Стук разбивающихся о стекло капель начал стихать. Вероятно, ливень сменился на мелкую морось, если вообще окончательно не затих. Дазай наблюдал за тем, как последние дождевые капли медленно стекают вниз.

***

- Твою ж мать, Дазай. Меня жутко пугает этот твой пустой взгляд в окно. Накахара приземлился на подлокотник кресла, в котором, обернувшись пледом, сидел шатен. Казалось, тот вообще не замечает рядом чужого присутствия, все так же задумчиво смотря куда-то за пределы окна. Недовольно цыкнув, Чуя пару раз щелкнул пальцами у Осаму перед носом, наконец добившись нужного результата. Взгляд карих глаз прошелся по лицу рыжего, в конце концов, встретившись со взором своей половинки. Дазай был готов поклясться, что эти голубые омуты были настолько глубокими, что утонуть в них не составило бы никакого труда. И шатен тонул, каждый день добровольно нырял, не боясь захлебнуться. И сейчас он снова нырнул бы туда, если бы не выводящий из задумчивости недовольный голос. - Эй, ты вот так весь месяц сидеть собрался? Шатен осмыслил вопрос и мило улыбнулся в ответ, тем самым вызвав у Накахары небольшое удивление. Вполне обоснованное, ведь уже на протяжении двух часов Осаму не подавал никаких признаков жизни, сидя в кресле. Чуя успел подумать, что тому плохо, а Дазай, на самом деле, еще пока и улыбаться мог. - Ну а почему бы и нет? Ты же будешь ухаживать за такой омебкой, как я? Рыжий дернул бровью, тихо усмехнувшись. - С чего ты взял, что я позволю тебе весь этот месяц протирать своим задом сидение кресла? Оно новое вообще-то, это во-первых. А во-вторых, Дазай…- он наклонился к лицу шатена настолько близко, что тот мог почувствовать, как от дыхания рыжего подрагивают ресницы,- я не допущу, что бы ты от своей хандры в этом же кресле за месяц умер.

***

Дазай встряхнул головой, отгоняя отрывок воспоминаний. Как давно это было? Год назад? Два? Тот сезон дождей они впервые встретили вместе на новой квартире, и именно тогда Накахара решил показать шатену, что это природное явление может создавать красоту.

***

- Ты настолько помешан на океанской бездне, что не замечаешь очевидной красоты на земле. Обещаю, если ты пойдешь со мной, то полюбишь дождь так же сильно.

Дазай не понимал, что можно любить в дожде, но поддался уговорам и в тот же день Накахара вытащил его на улицу. Мелкие капли дождя бились о поверхность дождевиков, а Чуя упрямо вел своего возлюбленного к одному из городских парков. Осаму тщетно пытался понять, что такого особенного тот хочет ему показать, пока у входа в парк не почуял приятный запах. Цветы? Накахара вывел его в парк в дождь, чтобы показать простые клумбы? Чуя обернулся, проконтролировав, что тот успевает за ним, и проворно нырнул под одну из древесных веток. Ох, именно в тот момент Дазай во всю ощутил их разницу в росте. Несмотря на то, что они одногодки, шатен сантиметров на 20 был выше своего парня. Это являлось поводом для подколов и шуток, но похоже, именно сейчас Чуе эта разница была на руку. Он свободно, не боясь получить по голове, почти бежал к какой-то определенной части парка, пока поспевающему за ним Осаму приходилось еще и от веток уворачиваться. Спустя пару минут, рыжий все же остановился. Определенно, страдания Осаму за все это время того стоили. Они стояли в окружении клумб с цветущими кустами. Маленькие бутончики были объединены природой в пушистые на вид зонтики. Клумбы буквально пестрели ими: розовые, синие, фиолетовые и голубые цветки, на стебельках и листьях которых бриллиантами блестели дождевые капли. Дазай замер, оглядев столь пленяющую взор картину, и перевел взгляд на довольного Чую. Тот, заметив это, улыбнулся и кивнул на кусты: - Аудзисай. Осаму дернул бровью, переведя взгляд на цветы: - Гортензия?..

***

Дазай задумчиво постучал пальцами по подлокотнику кресла и резко подскочил. ГОРТЕНЗИЯ! Выпутав ноги из пледа, шатен кинулся к двери, ведущей на балкон. Там, с начала весны, нашел свое пристанище небольшой куст этого цветка, который Накахара еще год назад взялся выращивать в горшке. Куст был пока небольшим, и Чуя позже хотел пересадить его в одну из клумб их жилого дома. С момента, как обладатель цветка в последний раз переступил порог квартиры, за ним никто не ухаживал. Дазай забросил это дело, поскольку в уходе за цветами не разбирался. Сейчас, к удивлению шатена, на нем цвел одинокий зонтик фиолетово-голубых цветов. Немного вялый, из-за отсутствия нужного ухода, но все же цвел. Осаму выдохнул и присел возле него.

***

...-Ты хотел цветами пробудить во мне любовь к дождю? Дазай вновь дернул бровью, подходя ближе к цветам и аккуратно проводя ладонью по их зонтикам, сбрасывая на землю дождевую влагу. Накахара тихо усмехнулся за его спиной. -Нет, я хотел лишь показать, что столь нелюбимый тобой дождь может создавать красивые вещи. Шатен задумчиво кивнул. - Да, цветы красивые. Но при чем тут дождь? Чуя подошел ближе, улыбаясь. - Как бы люди не ухаживали за такими цветами, но для нормального цветения им необходима влажность. Та, которую несет за собой дождь, Дазай. Без дождя этих соцветий было бы намного меньше. Они не были бы столь яркими и крепкими, я уже молчу про благоухание. Дазай посмотрел на Накахару, задумчиво прикусывая губу. Чуя усмехнулся, так же переведя взгляд. - Я люблю эти цветы, Дазай. И очень люблю дождь, благодаря которому они распускаются. Да, после того дня, дождь перестал угнетать шатена.

***

Сейчас, на балконе, редкие капли украшали вялые лепестки одинокого зонта гортензии. Только капли не были дождевыми. "Такая же вялая и одинокая, как я," - вытирая с щек соленые влажные дорожки, усмехнулся шатен.

Блядская одинокая гортензия.