Потомки Дурина

Торопливо выскочив в боковую дверь, Тауриэль чуть не врезалась в Кили, который стоял там, терпеливо ожидая. Ожидая её. Он ухмыльнулся и отступил, чтобы избежать столкновения. Непривычно взволнованная, эльфийка заправила за уши длинные рыжие локоны. Успокоиться было намного труднее, чем снова твёрдо встать на ноги. Кили выжидающе приподнял бровь; он явно не собирался облегчать ей задачу.  — Сегодня вечером? Вот оно. Тауриэль очень надеялась, что ей всё-таки удалось скрыть огорчение в голосе. Кили нарочито преувеличенно пожал плечами и улыбнулся во весь рот. Эльфийка быстро сглотнула. Она обожала его улыбку, особенно ту, которая означала, что он дразнит её или что-то задумал. Но не сейчас.  — Ты не хочешь за меня замуж? — игриво спросил он. Тауриэль поджала губы, качнув головой.  — Ты знаешь, что это не так. Просто… всё так быстро.  — Быстро. Кили произнёс слово медленно, растягивая и смакуя каждый слог. Зелёные глаза эльфийки чуть заметно прищурились.  — Помнится, я невинно стрелял из лука, а потом получил какой-то подарок. Бум. Я женат, — он дотронулся пальцем до левого виска, а потом показал на неё. Тауриэль вздохнула.  — Я собиралась объяснить, но ты нарушил диету, и тебе было так плохо. Кили содрогнулся от неприятных воспоминаний — он до сих пор не мог спокойно смотреть на морковь.  — И это было обручение, а не брак, — продолжила она. Брюнет быстро повернулся, буквально пронзая её нахальным взглядом.  — Так ты хочешь за меня замуж? Тауриэль отступила, глаза у неё были грустные.  — Ты же знаешь, что да.  — Сегодня? Вечером? Завтра? — Кили подался к ней, — В прошлый раз ты выбирала время и место. Теперь моя очередь. Значит, мы поженимся сегодня вечером.  — Кили…  — Нет, — гном рассмеялся весело, даже радостно, — Любимая, мы соединились по обычаям твоего народа. Сегодняшний вечер для меня. Между нами ничего не изменится. Это просто большая вечеринка. Эльфийка качнула головой; его непонимание выводило её из себя.  — Это не просто вечеринка. Это церемония. О которой я ничего не знаю! Кили вытаращил глаза.  — А! Ты хочешь знать, что будет сегодня вечером? Детали церемонии? Она с облегчением кивнула. Темноглазый гном подмигнул, отрицательно замотал головой и зажал рот ладонью. Тауриэль смотрела на него, ощущая, как всё сжимается в животе. Кили любовно махнул ей рукой.  — Вроде того, как ты рассказывала мне о синем и серебряном подарке? Чтобы я мог подготовиться?  — Это другое! — сердито огрызнулась она. Эта вспышка гнева только ещё больше раззадорила его. Кили запрокинул голову, хохоча. Тауриэль зашипела. Наконец он опять обратил на неё внимание и испустил долгий, абсолютно счастливый вздох.  — Я отдам тебе всё, что у меня есть. Я весь твой: и душой, и сердцем. И я расскажу тебе ровно столько, сколько ты рассказала мне до того, как мы обручились. Ничего. Эльфийка удивлённо отпрянула, когда он подмигнул ей и со смехом удалился. В этот раз по-настоящему. *********  — Он ушёл на охоту. Фили украдкой глянул на эльфийку, неуверенный в её настроении. Вместо этого он принялся рассматривать корзины с хлебом и булками. Он попытался встретиться глазами с Телду, однако молодая пекарша откровенно игнорировала его, общаясь с другими клиентами.  — Он ушёл от меня. На охоту, — в этот раз Тауриэль почти шептала, и голос у неё был какой-то потерянный. Фили кивнул. Он очень хотел, чтобы брат сейчас был рядом и сам разобрался с этой проблемой. Он поднял руку, подзывая Телду, но юная гномка безразлично скользнула по нему своими голубыми глазами, словно он был пустым местом. Фили беспомощно вздохнул.  — Ты даже не слушаешь. При этих словах молодой гном скривил рот в хмурой гримасе.  — К несчастью, слушаю, — он широким жестом обвёл пекарню, едва не зацепив при этом какого-то человека, — Но у нас срочный заказ. Человек искоса глянул на невысокого, но гораздо более мускулистого и сильного гнома. Мужчина фыркнул, но отодвинулся достаточно, чтобы Фили мог увидеть, что Телду на самом деле ждала того, кого он узнал. Мирренда. Глава городского совета повернулась и пристально на него посмотрела. В ответ Фили подарил ей свою самую очаровательную улыбку, сияя ямочками на щеках.  — Мастер Фили Меднонос? — сухо заметила она, — Вообще-то я рада, что встретилась с вами. Я бы хотела кое-что обсудить. Фили понадобилось несколько мгновений, чтобы связать себя с именем, которое он присвоил. Медноносы были очень далеки от потомков Дурина по прямой линии, поэтому молодой гном немного запоздал с ответным приветственным кивком.  — Срочный заказ? — с издёвкой спросила Телду. Пользуясь возможностью, Фили отошёл от человеческой женщины, чтобы сконцентрироваться на том, что в данный момент было для него намного важнее.  — Нам нужен торт, — быстро выпалил он, прежде чем Телду опять успела сделать вид, что его здесь нет, — Большой. Девушка-гномка со вздохом пожала плечами.  — Вон на витрине несколько штук. Тоже мне срочность. Тупица. Она начала отворачиваться. Фили торопливо шагнул вперёд и, не обращая внимания на робкие протесты других людей, встал рядом с Миррендой, которая осталась у стойки.  — Нет. Свадебный торт. В этот момент все взгляды обратились к нему. Блондин очертил руками огромный круг. Пугающие голубые глаза Телду на миг затуманились, а потом она выпрямилась во весь свой не слишком высокий рост.  — Папа бы не стал… В смысле, Клидет… Она же не…  — Для неё, — Фили быстро показал пальцем через плечо на эльфийку у себя за спиной. Она до сих пор стояла там, не сходя с места. Мирренда выглядела озадаченной, впрочем, как и остальные люди.  — Я думала, она уже замужем.  — Да, — согласилась Тауриэль, — Мы обручены. Фили с самодовольным видом облокотился о прилавок, заработав от заметно успокоенной ученицы пекаря сердитый взгляд.  — По обычаям эльфов. А сегодня вечером у нас будет настоящая свадьба. Услышав слова молодого гнома, Тауриэль окинула его острым взглядом.  — Настоящая?  — Гномья свадьба, — робко поправился Фили. Он провернулся к Телду, привлекая её внимание поднятыми в знак смирения руками, — Большой торт для гномьей свадьбы. Открытое лицо Мирренды застыло на миг, потом она кивнула.  — Гномья свадьба. Значит, только для гномов. Возможно, вы могли бы зайти завтра, чтобы обсудить вопрос, который я… Заметив выражение лица человеческой женщины, Фили моментально принял решение.  — Нет. Не только для гномов. Прошу вас, приходите к нам. Церемония начнётся в семь вечера, ну а праздник продлится до тех пор, пока на ногах останется последний гном. Э… или человек.  — Или эльф, — ехидно заметила Тауриэль. Фили радостно рассмеялся.  — Ну нет, у тебя сегодня брачная ночь, так что стоять ты не будешь, — от ухмылки молодого гнома эльфийка жарко покраснела, чем изрядно позабавила окружающих. Фили повернулся обратно к Телду и нахально ухмыльнулся ей.  — Не трать своё обаяние понапрасну, — сухо ответила ему девушка.  — Обаяние никогда не бывает напрасным, — он начертил в воздухе большой круг, — Пусть это будет по-настоящему огромный торт. Телду с испуганным лицом скрестила на груди руки.  — К семи вечера? Блондин медленно кивнул, демонстрируя ямочки на щеках.  — Нууу, если ты не можешь, тогда мы, наверное…  — Я не сказала, что не могу, — перебила Телду, — Но это уж точно не будет самая изысканная из моих работ. Для этого у меня слишком мало времени.  — Мы можем отложить церемонию, — заверила девушку Тауриэль. Фили прервал эльфийку движением руки.  — Нет, не можем. Сегодня вечером. В семь. Постарайся показать себя с лучшей стороны. На кону твоя репутация. Он подмигнул Телду и отвернулся, не дожидаясь ответа. Однако, выходя из пекарни, он был почти что уверен, что прямо ему в спину ударилась сахарная булочка. ********* Увидев Фили и эльфийку, Бофур кивнул, щурясь на утреннее солнце.  — Три бочонка эля. Всё готово.  — Удвой, — Фили картинно застонал и кинул приятелю несколько серебряных монет, — И добавь вина. Бофур удивлённо поймал брошенные деньги.  — Намечается вражеское вторжение? Фили скорчил гримасу.  — Я вроде как позвал кое-кого из людей.  — Кого? — мориец ошарашенно вытаращил глаза. Люди? На гномьем празднике? Старший из братьев оглянулся на лавку, из которой только что вышел.  — Хм… ну, в пекарне были люди. А потом у зеленщика. И ещё несколько на большом рынке. Эльфийка выглядела несколько сконфуженной.  — По-моему, он вообще не считал приглашённых. И сколько человек к нам придёт, я понятия не имею. Бофур озадаченно поскрёб в затылке.  — Ээээ… А зачем? Фили наклонил голову и упрямо выпятил челюсть.  — Потому что я хочу, чтобы Мирренда и члены совета усилили охрану. И стены.  — Значит, ты пригласил их на мою свадьбу, и даже не сказал, что я должна делать или говорить? — с горячностью в голосе возразила Тауриэль, — На свадьбу, которую я даже не планирую? Бофур глядел на симпатичную эльфийку, подняв руки в успокоительном жесте.  — Невесты никогда не планируют свадьбу. Этим занимаются их семьи. Тауриэль недоверчиво уставилась на него.  — Ты всё выдумываешь.  — А что, у эльфов не так? — удивлённо поинтересовался игрушечник.  — Нет, — и Тауриэль, и Бофур ответили одновременно, вызвав у Фили ухмылку. Эльфийка с суровым видом упёрлась кулаками в бока.  — Значит, даже если бы я была гномкой, от меня всё равно ничего бы не зависело на моей собственной свадьбе?  — Неа. Только твои мама и папа, — весело проговорил Бофур, однако сразу же побледнел, — Ах да, дорогуша, кажется, я ещё не спрашивал… Что там с твоей семьёй? Её лицо осталось достаточно беззаботным, хоть и стало серьёзнее.  — Моих родителей убили больше двух сотен лет назад. В Лихолесье бывает опасно. Но у меня есть брат и несколько кузенов. Гномы переглянулись — несмотря на сильнейшее любопытство, ни один из них не горел желанием совать нос в чужие дела. Фили не выдержал первым.  — И они не расстроились, что ты ушла?  — Мой брат живёт намного дальше в лесу, и я отправила ему сообщение, когда мы уходили из Лихолесья. А мои кузены давно со мной не общаются, — призналась Тауриэль. Бофур замер, не двигаясь.  — Потому что ты стала женой гнома? — он печально поморщился. Эльфийка удивлённо качнула головой.  — Потому что я была капитаном гвардии короля. И ты меняешь тему. Зачем мы пригласили весь город на мою свадьбу? Фили скривился. Он рассеянно поскрёб подбородок, стараясь как можно более точно подбирать слова.  — В конце концов, этому городу придёт конец, если его как следует не защищать. Но как я понял, местные гномы не доверяют людям и наоборот. Бофур кивнул; он тоже думал об этой возможности.  — Ты хочешь сказать, что мы должны держаться вместе. Да, мы хорошо усвоили этот урок тогда… на горе, — заметил он, предусмотрительно избегая слова «Эребор». Блондин показал на морийца пальцем, давая ему понять, что одобряет ход его мыслей.  — Союзники. Мы больше не можем жить обособленно. Гномы — сильный народ, но здесь мы в меньшинстве. А большинство этих людей битвы и в глаза не видели и не имеют понятия, что такое настоящая оборона.  — Я думал, ты говорил с Миррендой об укреплении городских стен, — сказал Бофур. Фили согласно кивнул.  — Говорил… говорю. И надеюсь, она со мной согласится. Достопочтенная глава совета сказала, что хочет кое что со мной обсудить. Уверен, речь пойдёт именно о стене.  — И всё это должно случиться на моей свадьбе? — фыркнула Тауриэль и странно побледнела, — Свадьба. Я выхожу замуж! — тем не менее, она казалась расстроенной, — А может, и нет! Гномы молчали — скорее всего, оба понимали, что слишком сильно на неё давят.  — Да брось, дорогуша. Ты же хочешь замуж, я не прав? Её глаза полыхнули ярко-зелёным, а прелестные щёки порозовели от волнения.  — Не сегодня, — она решительно повернулась, намереваясь уйти. Фили быстро ринулся вперёд: он буквально прыгнул, перекрывая ей путь, и смотрел, как она остановилась и скрестила на груди руки в упрямом защитном жесте.  — Я не меняю своих решений.  — Ага. Уже изменила, — с каким-то извращённым удовольствием заметил блондин, — Ты согласилась. А вот теперь меняешь своё драгоценное решение. Бофур запрыгнул на стоящую рядом с лавкой закрытую бочку, уселся и свесил вниз ноги в сапогах. Мориец очаровательно улыбнулся ей.  — Ты же любишь парнишку. Мы все знаем, что это правда. С этим заявлением было трудно поспорить. Она резко, с неохотой кивнула.  — Но мы уже вместе.  — Разве честно, что ты получила церемонию по обычаям своего народа, а Кили нет? — ровным, спокойным голосом спросил Фили.  — У вас не было ни песен, ни праздника, ни торта, — Бофур быстро глянул на молодого гнома, — Ты же не забыл про торт, а? Блондин мотнул головой.  — Уже заказал. Я бросил вызов Телду, так что она точно сварганит что-нибудь грандиозное.  — Ты просто запугал бедняжку! — Тауриэль обвиняющим жестом ткнула в него пальцем. Фили глубоко вздохнул и перестал улыбаться. Тауриэль внимательно наблюдала за ним.  — Давай по-честному, сестра. На самом деле для гномов и людей вы не женаты. Но мы это уладим. Сегодня вечером. Эльфийка продолжала упрямиться.  — Для меня это не имеет значения.  — А для Кили имеет, — слова молодого гнома казались тяжёлыми, как груз, упавший с большой высоты. Эльфийка опять покачала головой; она всё ещё надеялась, что сможет его переубедить. Однако Фили не собирался мириться с отказом.  — Кили собирается ухаживать за тобой, ты знаешь. Он не стал бы этого делать, если бы чувствовал себя по-настоящему… женатым. Тауриэль вздрогнула, ощутив укол правды в его словах.  — Мой брат, — Фили ухмыльнулся, вспоминая своего неугомонного младшего братца, — Уже проявил достаточно дерзости, когда полюбил тебя. Я даже не уверен, что ты понимаешь, в чём суть. Мой дядя НЕНАВИДЕЛ эльфов. И он никогда бы этого не допустил. Тауриэль задержала дыхание, пока это не стало почти больно.  — Дядя скорее убил бы Кили, чем дал своё согласие на этот брак. Ну а я, конечно, умер бы первым, защищая его. Бофур уныло кивнул в сторону Фили, как будто подтверждая его слова.  — Но Кили было на это плевать, — продолжил блондин, — Он собирался всё рассказать Торину, просто ему помешали такие мелочи, как вторжение армии эльфов, подготовка к войне, а потом орки.  — Огромные толпы орков, — с глубокой печалью в голосе добавил мориец, — В разы больше орков, гоблинов и троллей.  — Я тоже его люблю, — просто заявила Тауриэль. Фили кивнул; кончики его губ растянулись в улыбке.  — Ты оставила свой народ и своего короля. Я не сомневаюсь в твоей любви. Не в силах больше сдерживаться, Бофур спрыгнул с бочонка, на котором сидел, и пошёл на эльфийку, похожий на задиристого петуха.  — Ты любишь его. Он любит тебя. Выходи за парня замуж!  — Я уже сделала это! — зашипела она, уже не утруждаясь в очередной раз объяснять, что такое обручение.  — Так сделай это ещё раз! — настаивал Бофур, — Пусть этот брак будет законным для всех трёх рас, а не только для одной. Тауриэль возвела глаза к небу, и гномы поняли, что победа осталась за ними. Они обменялись полными торжества взглядами, но когда эльфийка опять посмотрела на них сверху вниз, оба умудрились сразу же состроить смиренные физиономии.