Таяние

      Тихо. Спокойно. Ни единого человеческого голоса — к подобной тишине Ин привык за время своей жизни во дворце. Никто не следил за его пробуждением, слуги появлялись только к фиксированному времени приёма пищи, но даже оно могло внезапно сместиться, так что сверять часы по появлению безмолвных девушек не следовало.       Совсем иначе всё обстояло в замке Эсии.       Просыпаясь, Инсильф обычно натыкался на спящего или уже бодрствующего супруга, который приветствовал его и приглашал на завтрак. Но даже в случае отсутствия хозяина, Маки или Лира всегда появлялись, стоило чуть разомкнуть веки. О нём заботились… Это приятное чувство внимания от окружающих отучило парня от задумчивого одиночества, в котором он постоянно пребывал ранее.       Открывать глаза не хотелось. Пусть принц ещё и не осознавал происходящее, инстинктивно уже знал: не произошло совершенно ничего хорошего… Его мир снова (в очередной раз) перевернулся с ног на голову.       Спустя несколько минут любопытство всё-таки победило. Очень аккуратно, почти не шевелясь, парень открыл глаза. В комнате было очень светло — красный свет, как ни странно, неплохо освещал унылое помещение с серыми стенами. Из мебели в небольшой комнате обнаружилась только кровать, на которой лежал Ин… Ещё одной важной деталью стали решётки на окнах. Следовало поблагодарить нового тюремщика за подобное беспокойство?       Инсильф попытался перевернуться набок… Плечо вспыхнуло огнём, очерчивая тугие повязки, и четвёртый принц молча повалился обратно на спину, глядя в потолок и не двигаясь.       Его поймали, обезвредили и заперли здесь.       Безысходное, казалось бы, положение… Прикрыв глаза, парень отыскал в памяти простенькую схемку лечения, привычно наложил на себя и попытался влить энергию. Пусто. Магия словно бы разом покинула его тело — холод не слушался, как будто его и вовсе никогда не было. Испуганный и беспомощный, Ин позвал незнакомую стихию тьмы.       Она ответила лёгким покалыванием на кончиках пальцев, и парень, безмолвно прочтя заклинание, аккуратно наложил схему, пульсирующую силой, себе на плечо.       Анализируя собственное состояние, Инсильф тут же понял, что магической энергии у него почти столько же, сколько и было, не считая того, что ранее принадлежало Эсии. То есть его покинула лишь родная магия и холод? Странности, происходящие вокруг, было никак не объяснить одними способностями парня, а потому он принял решение ещё поспать, пока не явится кто-нибудь ещё.       Одеяло непослушно накрыло его, и Ин, зевнув, закрыл глаза. Ему виделся мир, в котором нет войн, битв, магии и странных чувств, которые окутывали его тело и душу; мир, в котором, проживая со своим нелюдимым супругом в одном доме, они действительно станут друг для друга кем-то близким и значительным.       Теплота окутывала его отовсюду.       Фантазия вежливо подсовывала лучший сценарий развития событий, и без привычного скептицизма сознание Инсильфа послушно принимало любые розовые мечты. И когда ненастоящий Эсия собирался пригласить парня на ещё одну свадьбу, мир иллюзий распался благодаря громкому скрежету входной двери.       Кое-как распахнув глаза, четвёртый принц увидел приближающееся к нему жуткое создание… Он прикусил губу, чтобы не кричать: облик монстра напоминал человеческий, однако всё его тело покрывало вздутые волдыри, некоторые из которых уже лопнули, оголяя под собой светло-зелёную кожу. Лицо, хмурое и будто бы голодное — Ин уже бежал бы со всех ног, но даже не мог найти в себе силы подняться.       Его и не спрашивали. Грубоватая на ощупь рука сгребла хрупкое тело в охапку, закинула на плечо, словно мешок с землёй, а затем монстр двинулся вверх по лестнице, будто бы его ноша ничего не весила.       Перед лицом мелькал самый разных видов пол (начиная от деревянных досок и заканчивая современными узорами каменных плит), порой грязноватый и замызганный, иногда — подоконники или окна, сквозь которые лился красный свет… И в итоге пленник оказался перед своим похитителем, жутким повелителем этого громадного замка на территории монстров.       На троне уютно устроился мужской силуэт с идеальными чертами: видимо, в погоне за красотой Лису перепробовал множество образов, и теперь у него были средней длины рыжие волосы, зелёные глаза, тонкий выразительный нос и общее крайне спокойное выражение лица. В его ухе появилось несколько новых серьг… Рубашка, застёгнутая лишь наполовину, демонстрировала грудь, укрытую поцелуями-засосами.       Так как стоять самостоятельно пленник не мог, ему принесли и установили стул с подушками, на который тут же и усадили.       Движения чуть разбудили заснувшую ненадолго боль, и Ин несколько раз поспешно моргнул, старательно избавляясь от следов своей неловкой, некрасивой и бессмысленной реакции. Следовало спасаться, а не продолжать смотреть на монстра, словно на своего спасителя, который может его в один момент и прикончить. — Добро пожаловать, мой дорогой возлюбленный, — он лучезарно улыбнулся. — Ты, вероятно, так рад, что я не стал тебя вчера беспокоить, а призвал своих верных помощниц… Но сегодня, любимый, ты никуда не сбежишь.       Секс?       Ин сжался. Следовало сразу понять, чего возжелает отвергнутый парень, чьё достоинство так бесцеремонно втоптали в грязь. Конечно же, не в силах заполучить душу, он возьмёт хотя бы то, до чего сможет дотянуться, а уже потом… Четвёртый принц опустил голову и взглянул на свои чуть дрожащие руки: во сне его избавили от перчаток и переодели в белый балахон, и тем заметнее было, как дрожат от ужаса пальцы. — Прошу Вас, не нужно, — он невольно чуть прикусил губу. — Почему нет? — Лису поднялся со своего места. — Ты не пожелал заключить со мной равноправный договор, так что я сделал всё сам. Вскоре твоё тело полностью адаптируется, и тогда холода больше не будет; ну а пока я займусь второй частью твоей просьбы.       Внезапная мысль резким осознанием пронзила будто бы всё естество парня: если сейчас исчезла лишь магия, связанная с холодом напрямую, то позже может и… — Если излечусь, более не смогу использовать силу? — тихо спросил принц, отбросив все прочие слова существа. — Магию? — Да, — Ин пальцами коснулся своего плеча.       Тело болело, однако не так нестерпимо, как с самого утра — помогла использованная схема лечения. Без магии он попросту не справится. Она стала второй, после Эсии, причиной сражаться за собственное существование, поскольку невероятные переливы ледяных фигурок в солнечном свете выглядели… прекрасно. — Ты не знал? — Лису остановился прямо напротив парня. — Твоё тело не справляется с накапливаемой энергией — вот и результат. Лёд ищет выхода, но, чтобы спастись, тебе пришлось бы покрыть им едва ли не весь мир. Иначе не получится. — Прошу, верните её! — голос Инсильфа прозвучал настолько слабо, беспомощно и убито, а его руки, сжавшие подол одеяния монстра, вновь дрожали… самопровозглашенный правитель замер. — Ты хочешь умереть, любимый? — Для меня… без магии всё остальное не имеет значения.       Он никогда не повышал голос, и все выражаемые им эмоции сводились до беспомощного тихого плача, но сейчас, стоило существу заговорить о невозможности использования магии… Оказалось, что она была необходима парню не меньше, чем воздух.       От этих слов монстр явно опешил.       Его замешательство даже отразилось на идеальном лице-маске, и четвёртый принц невольно улыбнулся, словно сумасшедший: он действительно собирался выбрать силу, а не спасение. Ведь для него невозможность творить колдовство, вдыхая жизнь в сложные заклинания, равносильна смертельному приговору. — Уведите его, — Лису резко развернулся и зашагал прочь. — Пожалуйста… — Ин, собрав остатки сил, вскочил со своего места. Плечо обожгло болью, но что она значила сейчас — парень ринулся следом, нагнал своего тюремщика и взял его руки в свои непривычно тёплые ладони. — Пожалуйста, верните мне магию! — Идиот, — существо поморщилось. — Вы сейчас не понимаете, но для меня это правда важнее жизни, — выдохнул принц.       Его уже догнал нерасторопный зелёный монстр, который тут же схватил «беглеца» и надел ему на запястья тяжёлые металлические кандалы с цепями. Теперь уж не выйдет пробежаться — на подобное попросту не хватит сил. — Я могу делать, что пожелаю, ведь ты отказался от контракта. Или теперь передумал? — пальцы сжали подбородок Ина, невольно оставляя горячие красные следы. — Нет, — парень опустил взгляд. — Я не могу. — Вот и оставайся, — мягко улыбнулся Лису, обошёл его и исчез в темноте прохода. Но стоило ему скрыться из виду — Инсильф ощутил привычно-болезненное прикосновение невидимых холодных рук, окутывающих его, обнимающих… Заботящихся.       Всё-таки монстр, несмотря на то, что пытался казаться исключительно существом тёмным, признал необходимость принца творить волшебство.       Но долго наслаждаться родной магией парню не позволили. Его вновь слегка бесцеремонно взвалили на одно плечо… Запах зелёного существа-охранника отдавал каким-то болотом, и хоть Ин никогда вживую не видел их, запах легко опознал. Мир чуть подрагивал в такт нестройным шагам.       Вскоре оказалось, что несли пленника вовсе не в знакомую комнату — в этот раз путь занял намного больше времени, да и на полу необжитых помещений откуда-то появился мягкий даже на вид красный ковёр. По нему хотелось идти босиком, однако рана и накатывающий холод напоминали, почему Инсильф перемещается не таким образом.       Их короткое путешествие завершилось в маленьком саду. Это место совершенно не походило на ненастоящий зелёный сад Эсии, где растения копировали человеческий мир: нет, здесь небо было исключительно красным, а деревья и кусты — свирепо-колючими насаждениями, будто бы до того сгоревшими в костре.       Но и у него был свой шарм.       Четвёртого принца наконец опустили на землю. Охранник закрепил цепь на неработающем фонтане и медленно, пошатываясь, двинулся прочь… Ин понял, что на ближайшие дни останется именно здесь.       Хотелось пройтись по тропинке и осмотреть все насаждения, однако сил хватило лишь на то, чтобы осторожно опуститься на камни. Сейчас бы лучше подошла кровать… — Вы в порядке? — вопрос повис в воздухе, так как девушка, которой принадлежал голос, разглядела лицо Инсильфа.       Он тоже её узнал. Учительница, которую ранее нанял Дамерио, — неужели она тоже каким-то образом была замешана в происходящем? Ин хотел подняться и представиться, как положено, однако сил хватило лишь на то, чтобы сесть на бортик сухого фонтана. — Давно не виделись, — четвёртый принц взмахнул ладонью, — неужели Вы и здесь работаете?       Красноволосая поспешно покачала головой: — Меня поймали в городе у границы, где мне было велено дожидаться своего господина. Сначала я не поняла, для чего монстрам человек, но затем встретила Лису и услышала о его намерениях заполучить Вас… Простите, что снова представляюсь словно Ваш надзиратель. — Подойдите, — тихо выдохнул Ин.       Девушка послушно, ни на минуту не задумавшись, приблизилась к нему и присела на корточки, глядя на потрёпанного парня снизу вверх. Одежда на нём снова было не слишком подобающей, ведь её где-то достал Лису. — Какие виды магии Вы знаете? — он поискал глазами что-нибудь, во что можно было бы завернуться. — Лечение… И ещё немного — предвидение.       Она словно бы ощущала себя виновной за то, что не владеет никакой атакующей магией, а потому неловко опустила взгляд.       Молча, но не от того, что сказать было совсем нечего, Инсильф стянул через голову балахон, демонстрируя след от укуса Лису. Девушка с красными волосами поспешно кивнула, резко собравшись. Она сложила руки у плеча парня, медленно собирая энергию…       Четвёртый принц облизал пересохшие губы и чуть дрожащими пальцами коснулся полупрозрачной схемы. — Я немного поправлю, — он сцепил зубы от резко накрывшей при магическом воздействии боли, но всё-таки сумел аккуратно сместить несколько линий — теперь энергия потекла легче, а боль почти полностью ушла. — Вы невероятный маг, — девушка улыбнулась. — Я заметила давно, но… Инсильф, Вы можете управлять несколькими элементами? — Нет, — парень откинулся назад, позволяя магии медленно заживлять глубокую рану. — Но я понимаю принцип работы магии, и потому могу направить тебя.       Они недолго посидели в тишине, пока учительница медленно, но крайне старательно переливала магическую энергию. Благодарю её воздействию рана постепенно затягивалась… Ин тоскливо поднял голову вверх. Небольшой сад под красным небом был отделён от остального мира высоким металлическим забором, перебраться через который даже в здоровом состоянии парень бы не решился — его ловкости на подобное точно не хватило бы.       Клетка.       Существо вежливо заперло «заключившего с ним контракт» парня от остального мира, не позволяя ни сражаться, ни видеться с супругом. Вероятно, Лису казалось, что так Инсильф будет принадлежать исключительно ему… Но сам четвёртый принц душой и телом рвался на волю. — Простите за вопрос, но как Вы здесь оказались? — девушка убрала руки.       Видимо, её магическая энергия закончилась: пусть Ин и ощущал себя немного лучше, рана зажила только где-то наполовину, и это его всё равно беспокоило. Какой может быть побег, если тело… Он замер. Но телепортация ведь не требует полностью здоровых конечностей — достаточно обычной магии.       И так как сила вернулась к своему владельцу, следовало бежать, пока Лису не спохватился. — Вы в порядке? — она чуть встряхнула его за плечи. — Если чувствуете себя плохо, я позову кого-нибудь… — Не нужно, они помочь не смогут, — принц едва кивнул.       Пусть девушка и выглядела безобидно, он не мог ей довериться: прислужница врага автоматически становится крайне сильной фигурой, если верно разыграть её на позиции. Если бежать… Только одному и только когда никто не видит. Погоня могла стоить жизней дорогих для Ина людей, а потому он, чтобы не сомневаться, должен был заранее позаботиться обо всём.       В конце концов, приняв решение пока ничего не говорить и не делать, он устало откинулся назад, устроившись на дне сухого фонтана.       Наружу торчали его босые ноги с чуть стоптанными пятками, их Инсильф невольно скрестил, задумавшись. Голубые волосы разметались на плитке. Мир снизу казался большим, но вовсе не опасным, наоборот, он словно являлся наилучшим местом для обитания человека! Подобные странные мысли могли прийти в голову лишь лежащему на спине, а потому парень перевернулся на бок и позволил взгляду упереться в бортик фонтана. — Спасибо, Вы можете идти, — он кивнул учительнице и устроил сложенные руки под головой, словно бы собирался провалиться в сон. — Вы не хотите, чтобы я осталась? — тихо и будто немного обиженно спросила она. — Простите, — парень покачал головой. — Я очень устал за эти дни бесконечной дороги, и мне хочется спать, вот я и прошу Вас уйти. Не имею ничего против охранников «издали» — пусть ищут возможных беглецов. Не всех из них так легко поймать…       Он закрыл глаза и нарочно говорил чуть медленнее, словно проваливаясь в полузабытьё и уже не осознавая себя. Казалось, девушка купилась — она медленно поднялась, ещё немного постояла рядом, словно бы ожидая, что четвёртый принц распахнёт глаза, схватит её за руку и потребует остаться с ним; но этого так и не произошло.       Пришлось ей действительно направиться прочь.       Ин не вслушивался в звуки шагов, но зато отлично чувствовал свою учительницу-надзирательницу с помощью магии — она оставляла после себя буквально-таки сияющий магией след, поскольку почти полностью израсходовала запас своей энергии.       И девушка действительно не ушла насовсем. Скрывшись из виду и нарочно долго шагая, будто действительно покидая территорию странного сада, она спряталась за массивным каменным сооружением, разглядеть которое парень не успел. Это подтверждало все опасения… Сможет ли он сбежать сейчас и уйти безнаказанным? Не останутся ли союзники в плену у этого странного создания тьмы, помешанного на овладении Инсильфом?       С закрытыми глазами лежать было спокойно, а размышления давались непривычно легко. Мир словно бы содействовал его побегу… «Ин».       В первое мгновение четвёртый принц не понял, что происходит, но затем поспешно ухватился за нить до боли знакомого голоса, который он так желал услышать. Неужели действительно Эсия?       Старательно делая вид, что спокойно спит (ведь не выдать своё возбуждение оказалось чертовски сложно), Ин медленно перевернулся на спину. «Господин Эсия», — мысленно позвал он, внезапно удивившись тому, что здесь его голос звучит намного громче и увереннее. Словно и не принадлежит ему. «Чёрт, Ин, ты где?»       Обеспокоенный, уставший и определённо соскучившийся голос супруга всего несколькими словами смог довести парня до слёз. Слишком уж он хотел увидеться, чересчур мечтал обнять тёмного мага и сделать вид, что никаких более проблем не существует; даже холод послушно отступил, стоило назвать знакомое имя.       И пока, стараясь не дышать, Инсильф старательно пересказывал всё, что с ним произошло, мир, казалось, замер, тоже вслушиваясь в переливы его дрожащего мысленного голоса. «Хочу тебя увидеть, — стоило ему закончить, произнёс супруг. — Я знаю, где это место, но… То существо будет ожидать нашего прибытия, даже не сомневайся». «Братья ведь не позволят Вам просто уйти», — Ин пальцами коснулся шероховатостей камня, чуть поглаживая её.       Вероятно, сейчас Эсия бы кивнул, но видеть этого, к сожалению, четвёртый принц не мог — чересчур далеко друг от друга они находились. «Плевать. Сказал же, что хочу тебя увидеть», — тёмный маг ощутимо улыбнулся.       Инсильф чертовски хотел коснуться его, прижаться к нему… «Спасите меня, пожалуйста, господин Эсия».       В ответ Эсия только хмыкнул, как бы говоря, что это само собой разумеется: иначе всё остальное попросту не будет иметь никакого смысла. Они должны встретиться. И как только это произойдёт, будет уже не важно, как и когда закончатся отведённые четвёртому принцу часы существования.       Ин не помнил, попрощался ли с супругом, но после той безумно беспомощной фразы он действительно провалился в сон.       Ему снилось красное небо, застилающее всё до самого горизонта, мёртвые деревни, где вместо людей теперь обитали кровожадные монстры, утратившие всякую человечность… Странным было то, что в действительности на земле не осталось никаких построек: словно их снёс сам барьер, смещаясь всё ближе и ближе к королевскому дворцу. К неприступной столице, которая позже обязательно падёт.       Сон переключился на мать.       Женщина в пышном синем платье, изредка появлявшаяся в покоях младшего сына, выглядела холодной и отстранённой. Её пылкие речи звучали глухо и никогда не касались замерзающего сердца четвёртого принца.       Была ли она добрее к остальным братьям? Нашлась ли в её сердце любовь для тех троих, кто был по всем правилам представлен миру?       Беспокойно ворочаясь, никак не в силах отыскать подходящее место для сна, Ин внезапно проснулся и понял, что спал… Становилось темнее, но не холоднее; наоборот, казалось, температура воздуха значительно подскочила вверх, словно предлагая поджарить зазевавшегося во сне парня.       Инсильф рывком сел, поправляя свой бело-серый из-за местной сажи балахон, а затем скользнул на траву босыми ногами. При резких движениях цепи на кандалах забавно позванивали. Плечо почти не болело — пусть лечение не было окончено, его собственная сила льда, приносящая столько неудобств, банально заморозила все раненые участки, и потому боль отступила. Сейчас он смог бы сбежать… Однако следовало дождаться Эсии. Что бы ни происходило с ним, тёмный маг всегда был тем, кто понимал Ина лучше всего; и если тот обещал прийти, то так и произойдёт. Без исключений. — Уже проснулся? — чуть ехидный голос существа, вновь сменившего облик (однако четвёртый принц всегда узнавал его хотя бы благодаря тому, что он расхаживал без ошейника, который обязательно присутствовал у остальных обитателей тюрьмы), достиг ушей парня в самый неподходящий момент. — Сладкий сон тебе… — рука приблизилась к лицу Ина и замерла, стоило её владельцу увидеть засохшие следы от слёз. — Почему ты плакал?       Вероятно, потому что мир жесток и несправедлив, потому что его против воли удерживали далеко от любимого человека, потому что от беспомощности хотелось выть, потому… Инсильф сжал руки в кулак и едва улыбнулся: — Разве Вы сами не понимаете, Лису? — Я отдал тебе эту чёртову силу, как ты и просил, — ощутимо напрягся тот, — беспокоюсь о тебе, устроил для тебя сад, чтобы ты мог любоваться миром вокруг… Чего же тебе не хватает? Всё лучшее, что у меня есть, уже перешло в твою власть.       Следовало остановиться, опомниться и промолчать хоть один раз в жизни, ведь это могло бы многое изменить к лучшему, однако парень решительно тряхнул головой: — Вы заперли меня здесь против воли. Я не желал идти с Вами, ни рядом, ни следом, но Вы всё равно вынудили меня, а теперь стараетесь удовлетворить этой золотой клеткой… — он взглянул на монстра разбито и откровенно устало. — Всю свою жизнь я нахожусь взаперти. Так чем Вы лучше тех, кто плевал на моё существование? Разве так проявляют любовь?       Лису так и стоял, не двигаясь и ничего не говоря; в общем-то, он даже не изменился в лице, словно всё происходящее для него было абсолютно незначительным.       Не знал, как реагировать?       Инсильф вздохнул и медленно прошёл ещё немного, насколько хватило длины короткой цепи, и тоскливо взглянул за забор, пытаясь отыскать там то ли отраду, то ли спасение… Он знал, что выглядит не слишком-то привлекательно: растрёпанные после сна в неудачной позиции волосы, грязная одежда, которой положено было являться белой; однако даже сейчас Лису, не сомневаясь ни секунды, прижался к нему, яростно втягивая его запах. — Твои слова такие колючие, любимый. Ты желал быть любимым — я позволил тебе это. Разве всех моих действий недостаточно? — Вы не понимаете, — Ин попытался мягко оттолкнуть прильнувшее к нему всем телом создание, однако монстр был сильнее и никак не отреагировал в ответ, — прошу, отпустите меня. От того, что Вы против воли удерживаете меня здесь, наши отношения не станут лучше… — Не отпущу, — Лису крепче прижал к себе хрупкое тело четвёртого принца, скрытое лишь тонким слоем белой ткани.       Его руки, больше напоминающие лапы, беззастенчиво скользнули под одежду, безошибочно отыскав чувствительные места Ина — тот невольно покраснел, ощущая, что собственное тело может предать его, стоит созданию чуть внимательнее отнестись к некоторым его участкам.       И вырваться он никак не мог… — Хочешь ты или нет, я возьму тебя, — монстр облизал ухо парня своим внезапно удлинившимся языком. Тебе не сбежать, Инсильф. Я буду преследовать тебя до тех пор, пока кто-нибудь из нас не умрёт.       Страх волной накрыл дрожащего парня. Он совершенно не хотел быть с кем-то кроме супруга, не желал, чтобы его тело стало чем-то вроде дорогой любимой игрушки; и теперь, беспомощно глядя куда-то за забор, Инсильф не знал, как ему поступить. — Сомневаешься? — руки Лису стали настойчивее.       Ин выдохнул, заставляя себя успокоиться, а затем поспешно, пока его не остановили, сплёл из нитей короткое заклинание — и его сознание послушно уплыло прочь. Что бы ни сделало существо с телом… По крайней мере, четвёртый принц сможет не так сильно ненавидеть себя за это.