Таяние

— У него вообще есть шансы? — рыжий лекарь, прижавшийся спиной к холодной стене замка и выдыхающий магический дым (популярная нынче схема, помогающая пропускать сквозь себя незначительные потоки энергии, якобы помогающие расслабиться. Инсильф при виде неаккуратного исполнения рисунка только тихо застонал), повернул голову к вопрошающему.       Это был не Риффл: тот поспешно исчез, всей душой желая оставить опасного мага и принца кому-нибудь на попечение, вот и получилось, что в итоге лекаря, кроме гостей замка, сопровождал какой-то незначительный помощник аристократа.       И он постоянно задавал чертовски неуместные вопросы. — Он не умрёт, — внезапно отозвался Эсия. Повелитель тёмной территории расположился прямо на полу, а у него между ног сидел принц, немного растрёпанный, но всё ещё внимающий каждому слову.       Все четверо расположились перед дверью в комнатушку, где устроили бездомного, а именно в длинном коридоре замка. Этот странный тоннель вёл словно бы из ниоткуда в никуда, поскольку ни конца, ни края его видно не было. Источниками света служили магические лампы и громадные окна, открывающие прекрасный вид на ночное небо, усеянное звёздами. — Тогда можно сказать всем, что… — подручный выглядел обрадованно. — Нет, — рыжий тряхнул головой, и его короткие волосы решили потанцевать в ритме гуляющего по коридору сквозняка. — Не представляю, что с ним произошло ранее, но теперь внутри этого человека словно бы происходит магическая битва, и из-за выделяемой энергии он постепенно срастается с окружающими его предметами. Всё это вызвано переизбытком тёмной энергии, только вот откуда она здесь… Барьер чертовски далеко.       Инсильф подумал, что всё происходящее смотрелось чересчур подозрительно, учитывая их постоянное и активное участие в обоих инцидентах.       Но для чего кому-то творить подобное только ради них? И даже если это возможно, почему не остаётся следов магического вмешательства? Какого чёрта происходящее выглядит более природно, нежели единение человека с миром ради использования энергии последнего? — Будут ещё случаи, — тёмный маг прижал к себе подопечного. — Множество. Эпидемия накроет весь мир, и тогда монстры уничтожат людей на корню, превратив и эти земли в безжизненную пустыню.       Лекарь повернул голову.       В отсутствие своего господина он выглядел нормально, не лебезил и не притворялся дурачком; больше слушал, нежели говорил, пусть это и выглядело чересчур неловко. — И что можно сделать? — рыжий взглянул на Эсию. — Я не стану тебе рассказывать, — зевнул супруг. — Ты истолкуешь мои слова неверно, а затем в стране вновь начнётся война. А нам с Ином, знаешь ли, не требуется никакая защита, поскольку мы и вдвоём могли бы с лёгкостью справиться.       Парень явно ощутил себя униженным, поскольку теперь он развернулся полубоком и старался не смотреть ни на наглеца в чёрном, ни на его бесстыжего парня, которого все время от времени называли принцем. По какой-то странной причине…       Они ведь были гостями Риффла, а не его собственностью. — Знаешь, Ин, — тёмный маг осторожно собрал чуть растрёпанные волосы парня в хвост. — Давай сбежим отсюда. Это ведь наш с тобой отпуск, так что мы имеем полное право…       Четвёртый принц невольно вздрогнул.       Он много о чём думал, но ни в одной из этих мыслей не говорилось о позорном побеге с поля боя. Что бы ни происходило, Инсильф был уверен, что имел к этому непосредственное отношение, а значит следовало принимать участие в лечении… Откровенно говоря, ему и в голову не пришло, что произошедшее может стать поводом исчезнуть и провести немного больше времени с Эсией; эта мысль промелькнула намного позже, уже после того как супруг её озвучил. — Прости, — выдохнул четвёртый принц, всё ещё привыкая к новому обращению. — Я вовсе не хотел сказать, что для меня не имеет значения наша поездка. Мне нравится проводить время с тобой, но я также знаю: мне необходимо заниматься этим делом, искать способы лечения и делать всё, что вообще в моих силах. Иначе этого будет недостаточно.       Тёмный маг зарылся носом в светло-голубые волосы и ничего не говорил, размеренно вдыхая чужой аромат. — Господин… Эсия, — вышло всё то же самое, что и раньше, только с паузой между словами. — Тебя что-то беспокоит? — тихо спросил супруг, прижимая Ина ещё ближе к себе, словно пытаясь вообще стереть границу между ними. — Ты так старался ради меня, а я снова оказался в центре событий, — выдохнул парень, сжимая пальцами ткань своей рубашки. Всё ещё чертовски ярким было сегодняшнее воспоминание о том, как они проводили время на поляне, смотрели друг на друга и попросту были собой; но не только это — все тёплые воспоминания, так или иначе связанные с супругом.       Эсия снова и снова добивался для него невозможного, а Инсильф не отвечал, порой, даже незаметным кивком. — Не стану же я отнимать у тебя возможность развлечься, мой принц, — шепнул маг. — Ин, я совсем не против проводить время так, как хочется именно тебе. Пусть это будут хоть гонки за серийным убийцей, хоть прогулка по подземным пещерам за пределами территории людей — просто наслаждайся этим. А я буду рядом.       Подобное заявление вырвало из груди притаившегося в недолгой тишине Инсильфа протяжный вздох удивления, а затем он невольно прижался к Эсии, позволяя тому с помощью рук защищать его от неведомых нападающих. Снова и снова. — Спасибо тебе за это.       Дверь в комнату больного чуть приоткрылась, и оттуда выглянула обеспокоенная девушка-сиделка: трое вежливо покинули комнату, позволив ей, как более опытной в вопросах ухода за людьми, провести все необходимые манипуляции.       Лекарь с рыжей шевелюрой перестал испускать магический дым. — Господин! — служанка ринулась к нему и сжала обе его руки в своих. — Что это за неведомая болезнь? Мужчине так плохо, я не знаю, сможет ли он терпеть боль столько, сколько Вам потребуется… — Нужно резать, — он запустил руку себе в волосы, пытаясь привести в порядок не только их. — Лучшим решением было бы сейчас обрезать ноги, чтобы эта зараза не распространилась по всему телу. Но я не уверен, что это поможет. Как вы двое считаете, маги?       Даже не собираясь отвечать на поставленный без особой вежливости вопрос, Эсия демонстративно молча продолжал сидеть всё в той же позе, искренне наслаждаясь близостью со своим подопечным. — Для него всё будет кончено, если Вы так поступите, — выдохнул Ин.       Все понимали это.       Бродяга, бездомный — как ни назови, у мужчины в комнате, страдающего от боли, не было ни шанса самостоятельно выживать в мире, если лишить его прежде здорового тела. Он сможет стать только попрошайкой, которых так много за воротами замка… Если после произошедшего у него всё ещё останется здоровый рассудок. — Я не стану принимать подобное решение, — лекарь взмахнул руками, но при этом не продемонстрировал ничего определённого. — У меня уж точно нет полномочий.       Инсильф, для которого до того отводилась весьма символическая роль, поднялся. Он ступал чуть нерешительно, но всё равно достаточно быстро преодолел расстояние до комнаты, а затем и вовсе скользнул внутрь, оставляя лекаря в недоумении. Казалось бы… что маг может сделать, чтобы облегчить участь умирающего, если не прикончить последнего?       Тихая комнатка, маленькая и не слишком комфортная, обступала лежащего со всех сторон. И тем более странно ощущал себя Ин. Он был здесь лишним, гостем, которого из принципа не позвали на вечеринку, но тот всё равно заявился, словно так и нужно было. — Простите, пожалуйста, — четвёртый принц осторожно приблизился к лежащему.       Тот ненадолго перестал возиться и стонать, и тогда Инсильф позволил себе взять чужую дрожащую ладонь в свои не знающие физического труда пальцы, сжать её… Человек с улицы. Вероятно, он мылся чертовски давно, но в то мгновение парень не ощущал запаха: его появление в комнатке имело определённую цель. И он собирался её «взять», как бы сказал Эсия.       Незнакомец сжал руку четвёртого принца, явно надеясь на него. Возможно, этот человек возлагал даже больше надежд именно на странноватого парня, который присел рядом с ним, пытаясь понять, что происходит, нежели на демонстративно добренького лекаря. — Спасите… меня.       Голос, слабый, охрипший и почти что утративший силу, заставил Инсильфа вспомнить о собственном разговоре с тёмным магом, мольбами помочь, беспомощности, которая так или иначе накатывала в моменты, когда совершенно не ожидаешь от неё подвоха.       Усилием воли вернувшись к происходящему, четвёртый принц вновь наклонился к ногам пациента.       Сруб без аномалий, идеальная мутация — с трудом удавалось даже представить себе, что природа подобное выкинуть подобное. Некто человеческого вида создал эту болезнь… Только вот почему они не осознают, что натворили, выпустив в мир магическую энергию подобного типа или некую иную субстанцию, которая оставила отпечаток на всех людях королевства?       Возможно ли излечить подобное?       Сквозь приоткрытую дверь в комнату вошёл и рыжий лекарь, а за ним — тёмный маг, не желающий оставлять своего подопечного наедине с другим человеком. — Болезнь не распространяется, — заметил одетый в белое парень. — Это хороший знак.       Ин оторвался от созерцания симбиоза камня и человека и взглянул в лицо лекарю. Тот выглядел обеспокоенно. Волнение проявлялось в уголках губ, в чуть сосредоточенном выражении лица, в лишних движениях, когда он потянулся к полке с препаратами. Что-то было не так, и все присутствующие явно ощущали это.       Первым как ни в чём ни бывало отреагировал тёмный маг. Он подошёл к кровати, чуть отодвинул ноги больного и самоуверенно уселся на белую простынь, позволяя себе широко расставить колени. Кровать застонала под его весом и чуть просела, но более ничего не произошло, и тогда рыжий всё-таки решился подать голос: — Мне кажется, это нечто вроде проклятья. Древняя магия, которой не способны управлять нынешние представители Ассоциации. — Но выглядит нога совершенно естественно, — горячо выдохнул четвёртый принц, и лекарь удивлённо замер. — Естественно? — При наложении магии на человека, например, для создания эльфийских ушей, всегда остаётся след. Вмешательство. Противоестественное действие вызывает противодействие организма, но сейчас мы наблюдаем полную гармонию, словно бы маг и рядом не стоял…       Взволнованный Инсильф, почти скороговоркой зачитывающий по памяти учебник магии, — впечатляющее зрелище. И Эсия, и лекарь невольно застыли, поскольку сегодня никто из них не слышал от парня настолько длинных предложений, которые отстаивали бы его точку зрения. — Я с тобой согласен, — супруг пальцами в перчатке прикоснулся к той части бездомного, которая приросла к каменной кладке.       Тот невольно дёрнулся, находясь в полусне, однако явно почувствовал каждое движение руки, несмотря даже на то, что тёмный маг дотрагивался совсем не к коже. — Это впечатляюще, — лекарь опустился на колени на пол и принялся рассматривать место, где кожа переходила в камень. — Мне нужно время, чтобы подумать, но резать этого человека я не буду. Вы привели достаточно аргументов, чтобы я занялся этим делом немедленно… Благодарю.       Вопрос лечения явно откладывался: никто из троицы не представлял, что можно сделать для несчастного, а рыжий не слишком-то хотел видеть живого человека. Ему бы подходящий труп, и тогда бы он точно справился!       И пока лекарь разбирался со внутренними вопросами, Инсильф и Эсия покинули комнату, пересекли коридор… Им были не слишком рады, а потому Ин собирался действовать так, как обычно поступали герои его любимых книг: отправиться на место преступления, заполучить как можно больше доказательств… только затем начинался настоящий поиск. — Всё в порядке, Инсильф?       Четвёртый принц, ощущающий свою бесполезность в этом мире людей, буквально помешанных на деньгах, власти, славе и прочем бесполезном мусоре, не мог так быстро привести растрёпанные чувства в порядок.       Но он по крайней мере мог покинуть этот замок в любое мгновение, и супруг ни за что не станет обсуждать такое решение. — От меня почти нет пользы. Анализ ты сделал бы лучше… А остальное всё равно остаётся лекарю. Мне хотелось бы хоть чем-то помочь тому человеку, но всё, что в наших силах, — поддерживать его спящим безмятежно и почти без ярких вспышек боли.       Эсия хмыкнул: — Если бы не ты, вряд ли этот сноб-аристократ взялся бы за лечение. Его беспокоит только собственная шкура, как и меня самого, так что можешь считать всё произошедшее своей заслугой.       Ин выдохнул чуть спокойнее, прижимаясь к идущему рядом супругу. Они покидали замок, и никто их не останавливал, хотя господин Риффл точно был в курсе всего…       Можно сказать, в этот раз всем повезло.       Миновав последние ворота и последний «пост» с боевыми служанками вместо обычных стражников, парочка оказалась на широкой дороге, выложенной дорогостоящим камнем. Деньги на подобное явно были получены благодаря незаконной активности, но… сейчас Инсильф не желал влезать в это, а тёмный маг интересовался, откуда взялись деньги, только в случае, если происходящее касалось его прямым образом. — Хочешь ещё пройтись? — тихо спросил Эсия, когда (оба ощутили это) барьер слежения остался позади. Ушлый Риффл наблюдал за обитателями своего замка, но наибольшее внимание, конечно же, оставалось для гостей. Если кто-нибудь по глупости решит обсуждать свои планы в пределах этих стен…       Информация, добытая подобным путём, пусть и не могла быть использована законным путём, очень дорого продавалась. — Нет, — выдохнул четвёртый принц и чуть улыбнулся.       Он выдохся из-за общения с аристократом, а не использования магии, но супруг прекрасно понимал и это — в конце концов, они оба недолюбливали окружающих их людей, пусть проявлялось это и по-разному.       Парочка переместилась обратно в свой домик за какие-то мгновения.       Пустые комнаты и тишина приветствовали их, поскольку Лира, Маки и остальные безликие куклы, исполняющие обязанности прислуги, остались в замке, далеко-далеко отсюда. Однако ни Эсия, ни его подопечный не ощущали дискомфорта: мир только для них двоих выглядел как невероятная мечта, и тем приятнее было вместе расправляться с повседневными трудностями. — Ин, — маг стащил с себя высокие сапоги и бросил в тёмный угол у выхода, — всё ведь в порядке?       Расправляющийся с собственной обувью принц едва кивнул, невольно подпрыгивая на одной ноге и искренне стараясь избавиться от ботинка…       Мягко, почти не касаясь его плеч, Эсия оказался позади, позволив Инсильфу опереться на себя, а затем в две пары рук они легко управились с непослушной обувью. Когда пальцы тёмного мага одну за другой щёлкали застёжки, парень невольно затаил дыхание. Супруг был так близко, говорил так нежно, что устоять оказалось попросту невозможно.       Руки в перчатках коснулись штанов, будто бы расправляя складки, затем пальцы одновременно коснулись Ина под коленками, и тот мелко задрожал, часто вдыхая воздух. Ему хотелось большего. Хотелось, чтобы Эсия не сдерживался, а наконец позволил себе полностью поглотить своего подопечного, как это раз за разом происходило до этого. — Господин, — шепнул, нарочно пытаясь вывести мага из себя, парень. — Господин Эсия.       Тот хмыкнул и нежно поцеловал партнёра в ухо, через плечо случайно разглядывая портреты на стене. Чтобы увидеть их, ему не требовалось отклоняться, поскольку незаурядный (не слишком значительный) рост почти что не закрывал обзор.       Откуда они вообще взялись в помещении, которое с момента постройки принадлежало Эсии? Да и, казалось, с утра недовольные усатые мужчины не заполоняли эту стену — она была идеально чистой… — Ин, — шепнул маг, продолжая касаться подопечного. Его ладони как раз поднялись достаточно высоко, чтобы пальцы сквозь одежду коснулись напряжённой от предвкушения груди. — Что-то происходит. Можешь взглянуть?       Он чуть наклонился, прикусив шею четвёртого принца.       Тот рвано выдохнул воздух, зажмурив глаза, — слова супруга выдернули его из сладкого полумрака неосознанности, но действия Эсии, так разнящиеся с фразами, вновь расплавляли разум. Только благодаря значительным усилиям Инсильф смог сконцентрировать взгляд на противоположной стене. Видимо, именно она заинтересовала мага… Мысли уплывали прочь, словно во сне, и принцу пришлось резко дёрнуться в объятиях, чтобы не провалиться в темноту.       Лица на полотнах были ему знакомы.       Короли древности из учебников истории, более старые, нежели барьер, королевский дворец и почти все строения — эти люди правили задолго до появления Эсии на свет, их официальных портретов не существовало, только один знаменитый художник по описанию решился восстановить великих… — Эсия, — парень развернулся, глядя на плывущего перед глазами супруга. — Со мной что-то…       Справиться с магией сейчас Ин никак не мог, зато его партнёр, фыркнув, чуть прижался к прохладным на ощупь губам, посылая поток тёмной энергии. Эта сила, живущая внутри мага, сама собой восстанавливала клетки, предотвращая влияние негативных заклинаний, потому супруг и обзавёлся своеобразным иммунитетом к нападениям исподтишка. — Мы в ловушке? — слабым голосом спросил Инсильф. Его тело постепенно возвращалось к «норме», которая, правда, состояла в постоянном замерзании изнутри, но парню и этого было вполне достаточно. — Вроде того, — супруг крепко сжал его дрожащую ладонь. — Ты знаешь, как справиться с замком? — четвёртый принц нервно осматривался, пытаясь понять, следует ли им ждать засады или же ловушка стояла пустой и ожидала появления двух подопытных.       Эсия едва качнул головой. Всё-таки его специализация, а именно — сражения, не имела ничего общего со взламыванием, кражами или добычей пищи. И всё это означало, что до начала прямого противостояния они почти ничего не смогут сделать существу, которое, вероятно, спряталось где-то в безопасном месте и ожидало своего шанса.       Они оба могли лишь замереть и наблюдать, пытаясь отыскать всему происходящему хоть какое-то объяснение. — Как думаешь, это кто-то из моих врагов или твоих? — тёмный маг отпустил Ина, медленно, крохотными шагами исследуя комнату. — Если из твоих, то мне следует признать, что ты учишься с невероятной скоростью… Достичь такого успеха за столь короткий срок даже мне не всегда удавалось.       Пока Эсия задумчиво пересматривал предметы по всей комнате, явно не принадлежащие ни ему, ни Ину, сам парень не двигался с места, на котором стоял, и старался удержать во внимании хотя бы половину помещения, чтобы предупредить своего мага в случае нападения. — Он не выйдет поговорить с нами? — Должен, но кто знает… Паук не всегда сидит на паутине, дожидаясь своего завтрака, поэтому, если ты не против, я бы предложил выманить его. Самыми разнообразными способами.       Последние слова невольно вогнали Инсильфа в краску: неужели, чтобы неизвестный выбрался и рассказал правду, они станут прямо здесь… Нет, конечно, раньше это место было их домом, но теперь они находились в странном подобии его иллюзорной копии. И, как следует понимать, вход в обитель некий идиот прикрепил к обычной двери: любой, имеющий хоть какие-то зачатки сил в магии, спокойно пройдёт в эту странную иллюзию. — Ты не ответил, — напомнил супруг, осторожно взяв с полки стеклянную вазу. Её точно не было среди интерьера настоящего дома, потому, ни секунды не сомневаясь, Эсия раздражённо и со значительным ускорением приземлил её на пол.       Ваза разлетелась на множество крошечных кубиков идеальной формы.       На дне вазы ничего не было, хотя казалось, что некто ранее хранил внутри если не краденые золотые слитки, так значительные сбережения. Или там ранее скрывался обрывок страницы с какой-нибудь душещипательной, но малозначительной тайной. — Давайте попробуем выбраться, — четвёртый принц присел на корточки и, сотворив с помощью схемы мел, осторожно очертил круг там, где они с супругом ранее находились.       Телепортация завершилась у самой двери (внутри, а не снаружи, поскольку Эсия не уважал формальности). В какой момент иллюзия заменила реальность? Ин поискал глазами сапоги супруга. Ни их, ни собственной обуви он не нашёл ни в одном углу — перемещение случилось после. Уже когда они, обнимаясь, ласкали друг друга…       Принц невольно прикрыл покрасневшие щёки руками. — Ин, что ты делаешь? — тёмный маг стоял у картин и задумчиво рассматривал портреты. — Тебе нужна помощь? — Я… — он выпрямился и отряхнулся. — Давай попытаемся выйти наружу.       Эсия чуть улыбнулся, явно ощущая себя подельником в ужасном преступлении. Маг протянул руку подопечному, и вместе они решительно преодолели незначительное расстояние до выхода. Дверь легко поддалась, стоило чуть коснуться ручки…       Снаружи было темно.       Ночь уже давно прибрала к рукам небо, а потому блеклые звёзды и тоненькая луна едва освещали местность. Правда и смотреть было не на что: вокруг не нашлось ни одного здания. Дом словно бы переместился куда-то в пустыню, где на много километров не было ни единой души, только сомнительный песок под ногами да звёзды над головой.       Неприятная ловушка, в которой супруги увязли и из которой, казалось, не было совершенно никакого выхода. — Пройдёмся? — Эсия, вышедший на песок первым, обернулся к Ину.       Принц не ответил.       Он стоял, опираясь на стену, всего мгновение, а затем плавно съехал вниз, на пол. Его тело дрожало, глаза были полузакрыты… Тёмный маг ринулся назад, в дом, но его ноги увязли в песке; тот не позволял сделать и шага, только едва-едва реагировал на особенно резкие движения. — Инсильф!       Эсия вновь попытался вырваться из плена, но вместо этого тонул ещё быстрее. Он был в песке уже по пояс и продолжал уходить вниз. Короткие магические вспышки не помогали: ни огонь, ни вода не разрушала странный песок. А ведь Ин был совсем рядом… Лежал на полу их общего дома, не в силах подняться и уже даже не осознавая себя. — Какого чёрта?! — раздражение вылилось в ещё одно мощное заклинание, и тогда песок, ворча, выплюнул мага наверх.       Рефлексы не подвели: Эсия вскочил на ноги мгновенно, ринулся к дому…       Постройки не было.       Она словно провалилась под землю вместе с любимым принцем, и теперь маг остался наедине с собой в этом странном опасном мире иллюзии, о котором он ничего не знал. Инсильф мог бы догадаться — его теоретические знания были полезны в этой области, но до Инсильфа, видимо, теперь придётся добираться с боем. Некто то ли решил присвоить себе чужую собственность, то ли хотел поизмываться над Эсией, отобрав любимого.       Тёмный маг заставил себя глубоко вдохнуть. Он справится. Что бы ни произошло, отыскать Ина и вернуть себе — первоочерёдная задача, с которой под силу управиться только такому человеку, как он. Потому, не мешкая, Эсия достал из хранилища новые сапоги и плащ, скрывающий лицо, — кто знает, что за существа или люди обитают в этом странном мире? — Пошёл к чёрту, кто бы ты ни был, поскольку я верну себе моего принца, — выдохнул в пустоту Эсия и двинулся в путь. Пусть неизвестный за ширмой боится его… Поскольку при встрече ему точно придётся несладко.