Таяние

— Пошёл прочь! Не смей трогать моего ребёнка! — Эсия не успел завершить схему, и ему в плечо прилетел значительного размера камешек.       Боль немного отрезвила его.       Надетый плащ не обладал никакими магическими свойствами, поскольку был резервным вариантом, завалявшимся среди прочего хлама хранилища, и сквозь ткань медленно проступала кровь. Пришлось сцепить зубы и снова взглянуть на «мамочку».       Эсии приходилось встречать королеву за то время, пока являлся к королю с личными докладами, но никогда та властная и отрешённая женщина не позволила бы себе отказаться от манер, этикета, превратить свои голубые волосы в курятник и разодеться в тряпки. А здесь она выглядела именно так… Да и чёрт бы с ней, если бы королева не прижимала к себе дрожащего от холода Инсильфа.       Четвёртый принц не утратил своей осанки и напускной уверенности в себе, но его тоже переодели в неуместные тряпки, позволив оставить лишь меч.       И он явно не узнавал своего супруга.       Когда они встречались взглядами, Ин обычно краснел, неловко отводил глаза или нежно улыбался, демонстрируя искреннюю привязанность. В этих же глазах Эсия видел только… интерес. Так смотрел на него мальчик, которого он впервые встретил во дворце, который заметил его, находящегося в тени короля, презираемого всеми, и изо всех сил постарался познакомиться с ним.       Тогда тёмный маг на самом деле поверил в перерождение Лео, иначе почему бы незнакомому принцу испытывать к нему столь неподдельный интерес? — Прочь, я сказала! — снова закричала королева в латаном платье, пытаясь отыскать ещё один камень для удачного броска.       Эсия со вздохом развернулся и зашагал прочь.       Он добирался до единственного поселения в этой чёртовой пустыне три дня. По дороге ему не встретилось ни единого живого существа — благо, что магия тьмы позволяла в принципе ничего не употреблять в пищу. Это место, пустынное и заброшенное, напоминало родные края Эсии, и тем более жутко было осознавать, что некто, зная о его прошлом, создал ловушку, основанную на этом.       Тёмный маг обошёл «город» вдоль и поперёк, осмотрелся и немного изучил жителей — тех, которые при виде него испуганно не прятались по домам, а затем забрёл в придорожную таверну на въезде и устроился за одним из столиков. Следовало подумать… — Слышал, чёртов колдун пытался украсть сына швеи, — горячо шептал кто-то позади него, и именно это разбудило Эсию.       Рана на плече покрылась коркой и вскоре вовсе затянулась бы, не оставив после себя и следа, только вот одежда всё равно была испорчена. — Того мелкого? Да кому он нужен, — хмыкнул второй голос.       Инстинктивно маг обернулся, желая узнать, кто это разносит слухи… За столом сидел Дамерио с неаккуратно убранными наверх волосами и в значительно более дешёвой одежде, нежели он носил обычно, а рядом с ним качался на стуле давний знакомый мага — Альхайл. Прист. Любитель встревать во всякие неприятности, от которого уже давно ничего не было слышно, особенно после неприятного окончания их совместной экспедиции.       При виде выражения лица Эсии Дамерио фыркнул, но Прист же привстал со стула и махнул рукой: — Садись к нам, колдун, хочу услышать эту невероятную историю из первых уст. Так кто тебе не дал: мать или сын?       Одна мысль о том, чтобы спать с королевой, особенно пока она находится в столь нестабильном состоянии, заставила мага усомниться в разумности Альхайла. Однако он всё равно поднялся на ноги, развернул стул и сел рядом с парочкой спорщиков. Дамерио, конечно же, тут же демонстративно отодвинулся подальше. — И зачем нам этот чужак… — бросил третий принц, недовольно глядя на своего собеседника. — Принеси нам пива, хозяин! — Прист обратил на себя внимание едва ли не всех присутствующих в тесном помещении, но, к счастью, никто не стал бросать в Эсию камни.       Они опустошили по несколько кружек, и только затем уже слегка шатающийся Дамерио резко придвинулся к тёмному магу. — Слушай сюда, ты…       Принц внезапно перебрался со своего стула на колени к Эсии, и тот ощутил чересчур явное возбуждение этого парня. В действительности они почти не знали друг друга, и кто знает, как бы всё сложилось, если бы Дамерио не любил Инсильфа; только секс со всеми из братьев явно не входил в список желаний мага. — Не хочешь взять меня? — горячо зашептал третий принц, прижавшись к несчастному всем телом. — Я буду получше и мамочки, и того малыша, чтобы ты знал…       Выдох.       Не позволяя мимолётному порыву желания управлять собой, Эсия мягко усадил пьянчугу обратно на его стул, рывком поднялся на ноги… Оказалось, что теперь все смотрели на него. Каждая живая душа в чёртовой таверне перестала жевать или пить и уставилась на выпрямившегося во весь рост мага. — Неужели сработало только на двоих… — разочарованно выдохнул кто-то позади, вынуждая обернуться.       Этого человека он не знал. Невысокий мальчишка лет пятнадцати, не старше; незнакомец с тёмными волосами улыбался совсем не дружелюбно. — Хотя чего я ожидал, если мне не удалось заставить тебя стать частью моего спектакля, — демонстративно приложив руку ко лбу, словно находясь в отчаянии, мальчик захихикал. — Ну что, вспомнил меня?       Эсия на мгновение повернул голову, чтобы удостовериться. Альхайл и правда сладко спал, а вот Дамерио, прижавшись к прохладной поверхности стола, ёрзал, горячо шепча «колдун, колдун…». — Я тебя не помню, — спокойно выдохнул маг. — А зря, очень зря. Мне бы хотелось, чтобы человек, испортивший мне представление, хотя бы знал моё имя… Но что уж поделать, если у таких, как ты, нет никакого сострадания.       За время, пока мальчишка медленно рассказывал всё это, Эсии удалось исследовать местность и определить, что магические атаки бесполезны: все они, словно мухи, оказались внутри громадной паутины, сплетённой этим созданием… Внезапное осознание заставило его вздрогнуть.       Много лет назад, когда один из королей ставил испытания на монстрах, ему удалось создать тварей, которые никогда не были людьми, а затем превратить их в таковых. Созданий было пятеро. Маки, Лира, Тори, Акс и Шилька. Последние трое, как сказали Эсии, погибли, но он видел только пару обезображенных тел… Пришлось поверить на слово, поскольку мальчишку Акса и правда легко можно было не заметить рядом с другими монстрами, ведь он был чёрным ядовитым пауком совсем небольшого размера. — Это месть? — тёмный маг усилием воли заставил себя успокоиться. — Это спектакль, Эсия. Я уже мёртв, но сил осталось предостаточно, вот и захотелось устроить для тебя небольшое шоу… Надеюсь, тебе понравится, — он широко улыбнулся. — Если добьёшься руки своего принца, победишь. Заклятие рассеется, а все пойманные, кроме мертвецов, вернутся назад. Если же Инсильф умрёт или в городе не останется ни одного жителя, ты проиграешь. В таком случае пространство схлопнется, а ты останешься здесь навечно, утратив всех своих близких; я провёл остатки своих дней в таком же месте, так что могу заранее посочувствовать. И… удачи тебе.       Он растворился в воздухе за несколько мгновений, а затем в таверне снова поднялся привычный гул голосов.       Никто не искал Эсию, не пытался убить его… Только Прист и Дамерио напоминали о последнем появлении Акса в этом мире. Быть может, следовало прямо сейчас с боем заполучить Ина и закончить это странное представление, пока не оказалось, что все «жители» — их с подопечным знакомые? — Уже уходите? — в дверях встала, переговорив проход, Алата. — Не хотите снять комнату наверху и…       Эсия раздражённо оттолкнул её и стремительно вырвался из душного помещения. По всему выходило, что от того, чтобы вешаться на него, людей останавливала только его репутация? Хотелось думать, что реакция окружающих — просто работа рук Акса и не более. В противном же случае по завершении этой «игры» со многими аристократами придётся провести долгую разъяснительную беседу…       Тёмный маг тяжело вздохнул и вновь направился к дому, где держали взаперти Ина.       Ночные улицы фальшивого города выглядели устрашающе. Казалось, что местные жители, внезапно обратившись в монстров, притаились за углом каждого видавшего виды здания… Эсия тяжело вздохнул. Выпивка почти не влияла на него, разве что, поддавшись внезапному желанию, он мог самолично заставить это местечко взлететь на воздух.       Уже на подходе к дому маг начал ступать тише, надеясь, что злобная королева-мамаша не выкинет какой-нибудь эдакий трюк по случаю его возвращения.       Правда, все предосторожности были отброшены, стоило Эсии увидеть в окне первого этажа Инсильфа. Принц сидел у самого подоконника, прислонившись носом к стеклу, и смотрел наружу; вероятно, видел он лишь незначительный кусок улицы, по которому редко кто ходил, потому и приходилось с подобным рвением относиться к задаче… — Привет, — шепнул маг, внезапно оказавшись перед парнем. Он загородил обзор почти что полностью, но зато они могли видеть друг друга, пусть и сквозь стекло. — Вы!.. — Ин толкнулся вперёд и ладонями прижался к стеклу, явно желая коснуться супруга.       Эсия улыбнулся и кивнул, подтверждая это. Он и сам был взбудоражен не меньше, разве что у него чуть лучше выходило это скрыть, — опыт тоже играл значительную роль. — Не боитесь, что матушка увидит и прогонит Вас? В прошлый раз она была не слишком вежлива…       Воспоминание о боли в плече и правда было не самым приятным в арсенале, но если бы сотни камней оказалось достаточно, чтобы освободить запертого в ловушке Акса подопечного, Эсия бы не стал отказываться. Удивляясь самому себе, он осознавал, что ради этого, казалось бы, незначительного для всего мира парня, может сделать всё.       И сейчас маг только покачал головой, чуть улыбнувшись. — Я хочу забрать тебя, — мягко пояснил он. — Ты — мой супруг, и потому я не могу позволить твоей матери запирать тебя, Ин.       Последние слова явно заставили стоящего за стеклом опешить. Видимо, готовность к браку принцу привили намного позже, а до того он относился к каждому следующему кандидату, как дикий зверь, вырвавшийся на волю на несколько мгновений.       Эта мысль даже заставила тёмного мага улыбнуться: хотелось верить, что до него Инсильф ни к кому не проявлял подобного внимания. — Простите, мне кажется, я неправильно понял… — пленник невольно вздрогнул, неловко перебирая пальцами край своей длинной ночной рубашки. — Разве мы с Вами… — Всё верно, — Эсия чуть улыбнулся и прислонил к стеклу ладонь с кольцом на пальце, буквально-таки идентичном тому, которое носил принц. — Мы с тобой любили друг друга больше жизни, потому я и обязан спасти тебя.       Несколько минут парень с голубыми волосами молчал, сосредоточенно подперев подбородок рукой и обдумывая происходящее. Ему хотелось сбежать, но он сомневался, стоит ли доверять своему «мужу». Пусть даже кольца у них одинаковые — Ина обманывали совершенно разными способами, учитывая своенравный характер его матери.       Так что же мешало и этому жениху обзавестись необходимым реквизитом и разыграть представление?       Инсильф не учёл только одну вещь: ему самому очень понравился Эсия, а потому он, не осознавая того, приводил факты в его защиту… С появлением этого мага мир парня заново пошатнулся, не желая устоять на предыдущем месте, но эти изменения явно были желанными, а не теми, которые некто навязал взволнованному и растрёпанному парню. — Пойдём со мной, — маг взобрался на камень и положил обе руки на стекло. — Не отказывайся.       Принц прикусил губу, а затем медленно отошёл в темноту комнаты и покачал головой. Он немного дрожал, и кто знает, виновником был холод, страх или нечто большее — Эсия тяжело вздохнул и отступил. Это было его худшим кошмаром. Откровенно говоря, если бы в тот день, когда он явился за Ином, парень испуганно сбежал в тень, тёмный маг бы сдался.       Больше всего его раздражал искренний ужас окружающих при виде него… И сейчас именно это красовалось на лице любимого Инсильфа. Хотя чего он ожидал, ничего не объясняя? — Приходите завтра после обеда, — раздавшийся тихий голос вырвал Эсию из прострации. — На это же место. Я буду Вас ждать.       Ин ушёл, однако Эсия более не томился в темноте — уверенность захлестнула его, накрыла с головой и напомнила, что же всё-таки значат их обоюдные чувства… Да. Теперь уже ничего не имело значения, если они вновь смогут увидеться.       Пребывая в том же прекрасном настроении, маг двинулся вверх по улице — отыскать место для ночлега в таверне или в одном из заброшенных домов… Его внимание привлёк тихий стон из переулка. И пусть в обычных обстоятельствах Эсия бы просто проигнорировал происходящее, в мире, заполненном исключительно знакомыми, приходилось действовать иначе.       Он замер в тени и осторожно заглянул на узкую улочку между домами.       Первым в поле зрения оказался Соля (его легко можно было узнать по неаккуратной стрижке, которую Акс, видимо, решил не трогать), а вторым — Фоул… Оба, растрёпанные и тяжело дышащие, поспешно одевались.       Подобную сценку Эсии видеть совершенно не хотелось, даже несмотря на то, что психика у него была абсолютно здоровая. Вероятно. Тёмный маг поспешил убраться прочь, надеясь, что хотя бы эти принцы забудут всё, что случится внутри пространства, иначе после у них точно появится очень много крайне интересных вопросов друг к другу.       Ему повезло отыскать незанятый дом, на первом этаже которого, под самым выбитым окном, маг постелил плащ и устроился на боку. Медленными и крайне осторожными движениями он стянул с себя рубашку, окинул взглядом плечо… синяк ещё не прошёл, но рана уже затянулась. С помощью простой магической схемы, в его представлении выглядящей, словно крохотное созвездие, Эсия ополоснул рубашку сначала водой, затем — приятным теплом пара. Пятно сошло, а влажную ткань он повесил у потолка, только затем окончательно устроившись на полу и позволив себе провалиться в сон без сновидений.       Несмотря на то, что место было абсолютно неподходящее, спал Эсия неплохо. В этом мире, отрезанном от реальности, не было лишних звуков, которые разбудили бы его на рассвете, а потому проснулся он достаточно поздно — солнце стояло уже высоко.       Завтрак маг явно пропустил, но его это не слишком и беспокоило.       Прыжком поднявшись на ноги, Эсия за мгновения справился с процессом одевания себя и после широким и уверенным шагом двинулся к «дому» Инсильфа.       Дорога не заняла много времени, только вот в дверном проёме, уперев руки в бока, стояла скандальная королева… Следовало считать изначальную миссию проваленной, потому тёмный маг, заранее приготовившись обороняться от любых метательных предметов, приблизился к хозяйке дома. — Снова ты, — улыбка вышла жуткой, такой только непослушных детей по ночам запугивать. — Собираешься моего сыночку увести в лес и лишить невинности?!       Подобное возможным представлялось вряд ли по нескольким причинам: во-первых, нигде поблизости не наблюдалось ни единого дерева, во-вторых, сам факт наличия «невинности» у мужчины был весьма спорным, а в-третьих, они с Инсильфом уже давно развенчали сей миф. Совместными усилиями. — Матушка! — четвёртый принц осторожно протиснулся мимо неё, пользуясь мгновениями замешательства. — Пожалуйста, не поймите неправильно, это я пригласил этого человека. И… Не ругайтесь!       Ин был уже на полпути к Эсии, когда королева рванула наперерез…       Тёмный маг оказался быстрее. Он мягко заключил подопечного (пусть тот об этом и забыл) в свои объятия и отступил, не позволив опасной женщине даже коснуться его. — Нахал!.. — задохнулась яростью королева.       Эсия подумал, что в реальности всем очень повезло: королеву постоянно удерживали правила приличия, а потому она не могла рвать и метать, как сейчас, когда пыталась заполучить желаемое силой. Если бы такая фурия обитала при дворе, Ин никогда бы ему не достался, а люди, вероятно, давно уничтожили всех монстров исключительно из страха перед ней.       И пока разъярённая мать грозила сыну кулаками, тот только сильнее прижался к магу, дрожа от холода. — Пойдёмте, господин, — шепнул Инсильф. — Идём, — Эсия улыбнулся. Откровенно говоря, ему нравились и те времена, когда парень называл его «господином», пусть это и совершенно не вязалось с их доверительными отношениями.       В любом виде четвёртый принц королевства людей был прекрасен. — Вы говорили, что мы с Вами женаты, — парень неловко поднял взгляд. — Вы уверены, что не ошибаетесь? Вы ведь свободный и сильный маг, для чего Вам понадобился больной простолюдин… — Я люблю тебя, — просто выдохнул Эсия.       Он не знал, как сказать иначе.       Для него Лео давно остался позади, а всё свободное пространство в мыслях заполнил Ин. Парень, краснеющий от пристального взгляда, знающий все правила этикета наизусть, влюблённый в магию и такой невинный даже после всего, что с ними произошло, что его хочется только прижать к груди и защитить от опасного окружающего мира…       Все те чувства, пылающие внутри и вынуждающие свободного когда-то тёмного мага идти на уступки, отбрасывая собственные желания прочь, — их не так-то просто было заключить в слова и донести до лишённого воспоминаний Инсильфа. — Вы мне нравитесь, — принц улыбнулся, не поднимая взгляда. — Я понимаю, что мог бы и любить Вас. Спасибо, что вытащили меня сегодня… Я правда собирался сбежать, но матушка поймала меня и заставила ждать Вашего появления у двери. — Знаешь что? — Эсия остановился возле угла дома и осторожно притянул к себе хрупкого парня. — Насчёт того, что она говорила…       Ин покраснел, как ему и было свойственно, с головы до пят. — Мы с тобой уже давно занимаемся всякими «непотребствами».       Казалось, никто не смотрел на них, одиноко замерших посреди улицы (да и если бы смотрел, Эсии всё равно было плевать), и маг, чуть приподняв подбородок Инсильфа, поцеловал его в губы, едва коснувшись их.       Это не напоминало их обычные поцелуи, но даже подобная шалость смутила парня, правда и отстраниться не вынудила. Он послушно закрыл глаза, предлагая магу закончить начатое.       Их уютную идиллию разбил на осколки мужской голос. — Я сказал: пошёл прочь! — кричали совсем близко — проигнорировать происходящее не представлялось возможным. Со вздохом Эсия похлопал Ина по плечу, взял за холодную руку и повёл к толпе: взглянуть, что же так взбудоражило местных лишённых памяти кукол.       На земле, усыпанный песком, лежал Прист. Лицо его посинело, словно бы всю кровь некто высосал из тела, а выражение лица явно не могло принадлежать живому человеку… Тёмный маг закрыл принцу глаза и перевёл взгляд на кричавшего: мертвецу он всё равно уже не поможет. Альхайл должен был умереть молодым; это легко можно было понять по его улыбке, самоуверенности и любови к авантюрам, разве что в этом мире… Что ж, ему действительно удалось удивить своего давнего друга.       Тем, кто кричал, оказался Фоул. Он держал вырывающегося Дамерио, который вопил, что никоим образом не виноват в смерти Приста.       В этом Эсия тоже не сомневался: — Отпусти его, этот парень вчера напился и двух слов связать не мог, вряд ли у него бы вышло человека задушить, — он улыбнулся. — Ты тоже среди подозреваемых! — бросил появившийся из ниоткуда Соля, но сделал второй принц это не весьма уверенно.       Собравшаяся толпа, конечно же, предпочитало спокойного и собранного Эсию, который, к тому же, явился вместе с сыном швеи, которая была готова растерзать любого потенциального жениха своего мальчика… Это вызывало уважение. — Все видели, как я вчера ушёл, — тёмный маг зевнул. — А вот у тебя-то есть алиби?       Он наконец позволил Ину открыть глаза, но развернул подопечного лицом к себе, предпочитая, чтобы тот всё-таки не видел расчленённые и полуразложившиеся трупы. Хватало и одного запаха…       И пока Соля испуганно объяснял бушующей толпе, где он был, маг подвёл Инсильфа к Фоулу и Дамерио. Наследник уже выпустил последнего из захвата, но счастливее от этого третий принц не стал, ведь при виде Эсии у него пробудились не самые приятные вчерашние воспоминания. — Ты что-то знаешь, чего не знаю я, — заметил Фоул, уперев руки в бока, совсем как его мамочка. — Я слушаю. — Я знаю, что твой партнёр по спаррингу чувствует себя неловко в толпе, — хмыкнул тёмный маг. — А ты знал об этом? — Не переводи тему, — скрипнул зубами Фоул.       В этом мире у него тоже манер поубавилось, и тем больше они с Эсией походили друг на друга; это даже настораживало. Но более всего не понимал происходящее Инсильф, которого не так давно выкрали из собственного дома, где он проводил время, общаясь с самим собой… — Спасибо, — устало выдохнул Дамерио. — Простите, господин Эсия, но что происходит? — четвёртый принц осторожно положил свои прохладные ладони на грудь супруга. — Я бы хотел тоже помочь, если это возможно…       Позади шумела толпа. Никто из них и не думал куда-нибудь убрать труп, поскольку большинство местных мечтало только о том, чтобы дотошный Фоул не повесил на них эту ужасную смерть.       Эсия погладил Ина по голове и чуть улыбнулся.       Он уже попрощался с Пристом, а потому следовало бы и правда посвятить своего любимого в детали происходящего, но… Его внимание привлёк Дамерио. Третий принц внезапно несколько раз чересчур быстро моргнул, затем принялся нервно оглядываться, словно бы только проснулся. Его взгляд снова стал осознанным. — И снова ты, — пробормотал Дамерио, глядя на мага. — И снова я вижу вас двоих, обнимающихся в общественном месте. Хотел бы я спросить, что за тряпки на мне, но подозреваю, только этим дело не кончится. Я могу чем-нибудь помочь, чёртов маг? — Там тело, — Эсия за мгновение понял, что они с Ином, вот так стоящие рядом, пробудили в Дамерио его самое яркое чувство — любовь к брату и ревность от того, что тот находится в объятиях другого. — Спрячь его так, чтобы никто не нашёл. Когда закончишь, встретимся в таверне, — думаю, когда ты всё вспомнишь, у нас найдётся несколько интересных поводов для беседы.       И когда ещё один член команды тёмного мага исчез из поля зрения, Инсильф нетерпеливо подёргал супруга за рукав. Он-то всё ещё не «проснулся». Эсия знал, что любимого запечатывали серьёзно, чтобы не удалось освободить тело и разум всего за несколько движений: всё дело было в невероятной силе парня и его чувствах, устроивших ураган в груди.       Они оба были такими…       И им обоим приходилось мириться с постоянной несправедливостью, неравенством и болью. — Я хотел бы объяснить детально, Ин, но могу сказать точно лишь то, что нам нужно кое-что украсть. Постарайся, пожалуйста, вести себя естественно. — Принято, господин, — тяжело вздохнул он.       Пусть уходить не хотелось, без этого дела они не смогут выбраться наружу. Придётся сражаться изо всех сил.