Таяние

      Можно было уйти, не прощаясь, но после внезапного открытия четвёртому принцу хотелось ещё разок увидеться с Солей. Не то чтобы второй принц, специализирующийся, в основном, на умерщвлении людей, мог оказать поддержку в расследовании… но он был неплохим братом, отличным другом и невероятным слушателем.       Поэтому Инсильф и поднялся наверх вместо того, чтобы просто вернуться в постель к супругу.       В этот раз зал был отнюдь не пуст: члены гильдии всех возрастов и сословий собрались перед стойкой, чего-то явно ожидая. Они выглядели взволнованно, потрясённо, но кроме того — испуганно. Страх отражался в глазах, читался в каждом движении… Испуганная толпа обычно бодрых наёмников выглядела чересчур неподходяще для подобного места. — Когда вы уже объясните нам?! — не выдержал кто-то из мужчин, попытавшись рывком взобраться за стойку, где прятался от чрезмерного количества внимания Эри.       Выполнить трюк незнакомец-ловкач не смог, но зато подал пример остальным — все присутствующие бездумно навалились на несчастную деревянную стойку, которая и без их внимания вот-вот готовилась отойти в мир иной.       В зале никого из высшей аристократии не было, а представители чином помладше не решались вмешиваться в нарастающую драку. Да… так было всегда. Ин просто предпочитал направлять зеркало не на обезумевшие толпы людей под стенами дворца, которые лишились всего и не знают, что делать завтра, а куда-нибудь дальше, намного дальше, нежели мог взглянуть его скромный человеческий взор.       Но в этот раз отворачиваться новоиспечённый наследник престола не стал: легко пробравшись сквозь толпу (лавируя между людьми, а не расталкивая их, подобно Эсии), он прыжком оказался на стойке, которую уже брали штурмом.       При виде его странноватого наряда местная публика едва ли не разрыдалась от смеха, и только светло-голубые волосы, символ королевской крови, остановили их. — Простите, что вмешиваюсь, — вместо того, чтобы вещать стоя, Ин осторожно присел на край дрожащей то ли благодаря Эри, то ли из-за местных «шутников» стойки. — Что произошло? Если поделитесь со мной, я обязательно постараюсь всем вам помочь.       Эсию подобное выводило из себя.       Пусть тёмный маг на самом деле любил помогать людям, когда ему это ничего не стоило, он всегда игнорировал особенно настойчивых существ, молящих о поддержке, считая, что тем стоит приложить свои гениальные идеи и усилия для работы ради движения к собственным (при чём обычно весьма прозаичным) желаниям, вместо того, чтобы умолять сильных о помощи. — Болезнь, — выдохнул кто-то вдали, но затем люди, один за другим повторяющие это слово, словно бы в действительности заражали друг друга. Правда, их символом стала, скорее, нервозность, поскольку, как выяснили супруги Рульсио, странная новая хворь никак не передавалась окружающим. — Мы заболеем и умрём! — девушка, возможно, в чересчур короткой юбке выдохнула слова с такой чувственностью, что её тут же были готовы с овациями подкидывать к потолку. — Мы… мы все умрём… — старик, стоящий в углу, зажатый между двумя внушительными мужчинами, испуганно, словно бы за эти слова его могли как минимум обвинить в измене единственному человеческому государству, тихо взывал к совести народа.       И, как ни странно, его услышали все, несмотря на царящий в помещении хаос.       Инсильф тяжело вздохнул. Новая болезнь, к разгадке тайны которой он ещё даже не приблизился, терзала умы почти всех жителей королевства, только они пока что не говорили о ней, считая подозрения беспочвенными и бессмысленными в целом. Но вскоре, когда эти единицы начнут обсуждать происходящее между собой, образуются пары, затем группы, потом — общины… И в итоге толпы начнут штурмовать дворец в поисках хоть каких-нибудь ответов.       Возможно, он лично и не увидит это шоу, но король точно отыщет способ передать своё неодобрение насчёт отсутствия наследника во время столь трудной для всех ситуации. — Разве гильдия имеет право решать подобные вопросы? — четвёртый принц задумчиво наклонился вперёд, опёршись на собственные колени.       По пришедшим пробежалась волна то ли удивления, то ли негодования, но чёткого ответа ни от кого не последовало; высока была вероятность, что напуганные представлением в городе воители решили получить больше информации наиболее простым путём: обратившись в понятную и знакомую организацию.       Ин понимал их мысли и стремления, но ничем не мог помочь — он не занимал даже должность какого-нибудь командира и не представлял, как следует решать возникший вопрос. — Неужели появилось какое-нибудь интересное задание? — Кэттл появилась буквально из ниоткуда, но мгновенно оценила ситуацию и упёрла руки в бока, демонстрируя собственную позицию относительно всех вопросов. — Да мы хотели просто… — голос одного из мечников утонул в гомоне толпы.       Все приветствовали женщину, ненадолго позабыв о собственных проблемах, спрашивали, в порядке ли она и чем они могут помочь… Кэттл отвечала кратко и далеко не всем, но её действия в основном удовлетворяли толпу.       По крайней мере, никто из собравшихся явного протеста так и не высказал. — Всех беспокоит новая неизвестная болезнь, — Ин спрыгнул на пол (ему словно бы нарочно освободили немного места) и взмахнул рукой, указывая на своё местоположение. — Каким образом гильдия обычно регулирует подобные вопросы? — «Вольно разойтись», — фыркнула Кэттл. — У нас здесь не справочное бюро и тем более не притон для больных и раненых. Лекари, связанные с нашей гильдией, предоставят вам скидки на лекарство, и тогда все мы…       Заметив, что слушатели теряют интерес, женщина обратила глаза к Инсильфу. Тот стоял и смотрел на пол, пытаясь уразуметь саму его суть, видимо. — Что-то не так? — наконец сдалась она. — Лекарства всё ещё не существует, — парень неловко развёл руками. — Мы обнаружили заболевание не так давно…       Ситуация действительно была не из лучших.       Быть может, в целом пришедшие и не хотели, чтобы их сиюминутно спасли, но и успокоить толпу было нечем, не считая совсем уж несуразной лжи о том, что король может всех защитить. — Тогда нам критически необходим Его Высочество. Как второй принц он должен знать, что следует делать, — решительно заявила Кэттл.       Ин и сам был не прочь оставить всё на брата, смирившись с фактом собственной бесполезности. Ему хотелось поскорее углубиться в изучение странной реакции магии тьмы и этого «природного заболевания», которое обещало перерасти в нечто действительно значимое.       Но Соля по мановению пальцев не материализовался из пустоты, поэтому четвёртый принц, оставив взволнованных воителей на несчастную женщину, осторожно пробрался к лестнице наверх.       Гладкий и прохладный на ощупь поручень проводил его до самого верхнего пролёта, затем же Инсильф оказался в уже знакомом по предыдущему посещению коридоре и медленно двинулся вдоль комнат. В основном двери были закрыты и не поддавались, даже когда он со всей силы дёргал на себя за ручку.       Только с пятого или шестого раза ему повезло отыскать открытое помещение.       Привычно рывком распахнул дверь, четвёртый принц застал сидящего на кровати спиной ко входу Солю. Он будто бы смотрел в стену, но при этом совсем не двигался, словно рассматривал нечто очень занятное… Стучаться было поздновато.       Очень тихо, почти не издавая никаких звуков, Ин переступил порог. — Я думал, ты уже не зайдёшь, — второй принц обернулся и едва улыбнулся, демонстрируя свои чуть покрасневшие глаза. — Что-нибудь серьёзное? — В зале толпа собралась. Кажется, их беспокоит новая болезнь… Я не нашёлся, что сказать им, брат.       Соля хмыкнул, но как-то устало и откровенно безжизненно. — Я и не ожидал, что тебя приведёт ко мне желание поговорить или провести время с семьёй. Хотя, наверное, в этом виноваты больше мы и родители, нежели ты — никто попросту не научил тебя, как можно проявлять привязанность. — Вы всё ещё беспокоитесь из-за Фоула?       Чуть сдвинув брови и откровенно прикусив губу едва ли не до крови, Соля улыбнулся: — Беспокоюсь? Я люблю его, мой маленький Инсильф, и вряд ли это пройдёт так быстро, — он резко вскочил с кровати и едва ли не схватил Ина за шиворот, но в итоге сдержался и просто обнял себя руками, очерчивая круги по комнате.       Пусть внешне второй принц привёл себя в порядок, как-то устранив результаты собственной неудачной попытки подстричься, то после короткой беседы с ним Инсильф сразу понял, насколько не в порядке был его близкий родственник.       Быть может, ему не следовало вмешиваться, что-то говорить или успокаивать Солю, но…       Подобное поведение просто было не свойственно Ину. — Ваше Высочество, — осторожно приблизившись к замершему у стены брату, он обнял его сзади.       Конечно, может, семья во дворце и не смогла научить четвёртого принца любить, но вот у тёмного мага, который легко выкрал достопримечательность королевского рода, получилось. Он ничего не говорил, не читал нотации, однако Инсильф отлично понимал все безмолвные уроки супруга… Вероятно, даже лучше, чем если бы тот-самый-учитель из элитного учебного заведения стал бы объяснять.       И, кажется, Соля немного оттаял, позволив прижать его ближе, успокаивая. Словно на самом деле ему не хватало простых объятий и безмолвных минут в компании друга, чтобы оставить большинство своих забот позади. — Мне нужно выйти к толпе? — тихо спросил второй принц, не шевелясь. — Они ждут Вас, но Вы не обязаны делать это, — Ин догадывался, что Эсия дожидается его возвращения, и всё же сказал каждое слово из того, что хотел. — Я могу спуститься и передать все распоряжения, а Вы оставайтесь здесь и ещё немного отдохните, пока есть возможность…       Второй принц покачал головой и развернулся к брату: — К сожалению, мы оба знаем, что мне в любом случае нужно идти.       Ин ничего не ответил: идти и правда следовало. Быть может, в большинстве случаев Соля и управлял своей организацией из тени, никак не проявляя себя в качестве второго принца, когда речь заходила о проблемах масштаба целого государства, ему так или иначе приходилось вмешиваться.       И пусть у него не было силы красноречия Фоула, который ежедневно практиковался в выступлениях, а также, конечно, второй принц не походил на своенравного Дамерио, которому плевать было на большинство правил, Соля выделялся по-своему. Как и каждый из них. — Спасибо, что зашёл, Инсильф.       Второй принц со вздохом поднялся, чуть нерешительно улыбнулся… Всё-таки он был убийцей, которого держал при себе отец, а не дипломатом, способным двумя или тремя словами останавливать или разжигать войны. — Мне пойти с Вами? — Ин так и не двигался с тех пор, как Соля принял решение спуститься. — Не нужно. Отправляйся домой, братец, а то я беспокоюсь, что к толпе недовольных простолюдинов присоединится ещё и весьма определённый тёмный маг… И в таком случае нам всем несдобровать.       Инсильф неловко кивнул.       Все вокруг знали о нраве Эсии даже больше, чем он сам, — дурная слава бежала впереди супруга, и никто из тех, кто даже краем уха улавливал слухи, ни секунды не сомневался в их правдивости. Плевать было народу, что на самом деле мать тьмы, которого они так порицают, — обыкновенный человек, которому нет и дела до происходящего вокруг. — Надеюсь, ты сможешь найти лекарство, — очень тихо, едва ли не одними губами произнёс Соля, а затем торопливо вышел из комнаты.       Верил ли второй принц, что его братец способен совершить чудо, неподвластное всем остальным членам их странноватой семейки?       Ин закрыл глаза и активировал схему телепортации, не позволяя лишним мыслям чересчур беспокоить его. Прогресс во взаимодействии с болезнью не означал, что лекарство будет найдено в одно мгновение; более того, это могло означать, что она мутирует и отыщет новые, более рациональные способы передачи потомства.       И потому, оказавшись в темноте родной комнаты, четвёртый принц, быстро сбросив одежду, сразу же юркнул под одеяло.       Он чуть поёрзал, устраивались на матрасе и поудобнее убирая назад длинные волосы. Быть может, стоило что-нибудь сделать с ними? Чересчур длинные патлы могли стоить королю жизни в бою или во время пыток. Разве что ни первого, ни второго в действительности не предвиделось — супруг бы ни за что не позволил Инсильфу без поддержки вступать в сражение, а уж о его пленении и речи не шло.       Эсия тут же придвинулся ближе и притянул к себе хрупкого подопечного, согревая своим теплом.       Несмотря на то, что внешне супруг был абсолютно спокоен, Инсильф чувствовал, что тот мало того, что не спал, как было обещано, так ещё и подглядывал за своим любимым, желая убедиться, что тот действительно отправился к брату, а не куда-нибудь в среднюю часть королевства людей. — Господин Эсия, — четвёртый принц осторожно коснулся его плеча. — Вы знаете, что Соля такой… привлекательный?       Тёмный маг в мгновение совершил невероятный переворот, оказавшись над Ином — теперь «клетка» из его рук не позволила бы парню переместиться. — Какого чёрта? — тихо спросил Эсия, убирая с лица Инсильфа случайно соскользнувшую прядь волос.       Пусть принц и не знал, что на него нашло, играть он собирался до конца; выпустив воздух из лёгких и рывком приподнявшись на локтях, Ин обхватил супруга за шею и замер так, глядя на немного обеспокоенное выражение лица. Раньше, возможно, он бы и не смог определить, что чувствует Эсия, но теперь чужие мысли были для него буквально выгравированы поверх того, что видели окружающие.       Они смотрели друг на друга, не произнося ни слова, а затем Инсильф губами осторожно едва-едва коснулся губ супруга.       Ему ответили. Вышло отнюдь не нежно — Эсия буквально впился в своего подопечного, вжимая его в кровать и лишая свободного пространства, свободы воли… Всего. Они словно бы стали единым целым, отбросив такие мелочи, как личность, характер, предпочтения. Вместе было легко. — Вы действительно подумали, что я могу от Вас уйти? — Ин нерешительно отвёл взгляд. Его не скоро оставили в покое, но к нынешнему моменту оба выдохлись настолько, что физически не могли продолжать.       И потому они наконец могли обсудить всё случившееся, поскольку на деле вопросов оставалось множество… — Не подумал, — Эсия перевернулся на бок, чтобы смотреть на Ина, и хмыкнул. — У меня вообще есть склонность доверять тебе, понимаешь? — Простите, — парень неловко улыбнулся. — Я не злюсь, в конце концов, я тоже наблюдал за тобой, несмотря на то, что должен был отдыхать. Боюсь, у меня не скоро получится просто отпускать тебя, Ин.       Четвёртый принц невольно засмеялся.       Попытки супруга не следить за каждым его шагом выглядели если не смешно, то немного нелепо… да и, в конце концов, Эсии вполне подходило желание контролировать каждый шаг своего партнёра. Инсильф уже привык к тому, что на него могут смотреть, и если неизвестным наблюдателем являлся тёмный маг, то он мог бы подумать даже о «приватном шоу». — Вам не обязательно это делать, — парень носом коснулся щеки Эсии. — Мне нравится проводить время с Вами. Если хочется пойти, обязательно идите, поскольку запомнить всех ненавистников чересчур сложно, чтобы оформить график, в котором мы не станет встречаться ни с кем из них. И Вы можете наблюдать за мной… — Зачем ты потакаешь моим желаниям, Ин? — тёмный маг задумчиво погладил принца по голове. Его мягкие голубые волосы, словно шёрстка животного, отвлекали Эсию от насущных проблем. — Мы ведь с Вами супруги, так положено… И это весьма удобно, — он взял несколько секунд паузы, но вовсе не собирался останавливаться. — Вы в курсе всего, что произошло в замке Соли, или мне следует повторять самое главное?       Эсия зевнул и покачал головой: — Я видел всё до мелочей, — спокойно выдохнул он, а затем уже с проскальзывающим среди букв интересом задал следующий вопрос. — И ты серьёзно считаешь второго принца хоть немного привлекательным?       Перекатившись поближе к супругу и устроив голову у него на груди, поверх тонкого одеяла из, вероятно, натурального меха каких-нибудь монстров из-за барьера, Инсильф закрыл глаза. — А Вам Соля не кажется хорошим человеком? — Он слишком слаб, чтобы добиться желаемого, — зевнул маг тьмы. — Силы-то у него бы хватило, чтобы раз и навсегда избавиться от невесты Фоула, но после он ни за что бы себя не простил.       Ин ощутил, как по спине прокатилась волна мурашек. Мгновения парень сомневался, стоит ли говорить всё как на духу, но затем сдался: всю свою осознанную жизнь он старался контролировать слова, вырывающиеся изо рта, и тем приятнее было хоть ненадолго позволить себе размышлять так, будто бы у него нет ни титула, ни обязанностей. — Мой брат не знает, как поступить, — прохладные пальцы Инсильфа скользнули под одеяло, отыскав тёплую ладонь Эсии. — Ему нравится Фоул, но у Соли никогда раньше не было серьёзных отношений, и всё, что он может, — наблюдать, помогать, угождать… Для наследного принца такое поведение ближайших помощников естественно, потому Фоул раньше и не задумывался, с какой целью второй принц раз за разом напрашивается идти вместе. И теперь, когда внезапно всплыли их отношения, не ограниченные формальными титулами… Они оба в смятении. — Оправдания. Я бы взял силой то, что принадлежит мне, и дело с концом, — подтверждая и демонстрируя сказанное, тёмный маг прижал к себе Инсильфа, не позволяя даже шевельнуться. — Они оба просто бегут. Это не поможет. Движение по кругу возвратит их в точку, где отношения начались, и тогда парочке придётся либо принять друг друга и сойтись, или смертельно поссориться и навсегда разорвать связь.       Слова Эсии, как и всегда, ёмко отражали суть происходящего. Инсильф даже невольно задумался, а не двигается ли он сам по вечному кругу, в начале которого расположена случайная встреча с магом тьмы, а в конце — то, что ожидало за мгновением, когда его жизнь завершится. Быть может, в итоге принц и не успеет закончить все начатые дела и достичь желаемого, но с помощью Эсии — он был в этом уверен — приблизиться к намеченному точно выйдет.       Хотелось помочь двум потерянным братьям каким-то образом сформировать новую нить для связи, чтобы более не требовалось скрываться и страдать от неразделённых чувств… Только вот действительно ли первый принц любил второго, или же шок заставил его принять чужую правду, не оспаривая её? — Мне кажется, господин Эсия, Соля любит безответно. Фоул выглядит погружённым в свои планы на будущее, несмотря на то, что вскоре правление перейдёт ко мне. Он пытается заняться хоть чем-нибудь, лишь бы не сойти с ума в тишине… И Соля тоже. Только он ищет для себя занятие именно потому, что обречён провести всю свою жизнь, мучаясь вместе с неприятным чувством любви, которую никто не желает получить. — И если это так, что ты собираешься делать? — тёмный маг чуть приподнялся на кровати и передвинулся повыше.       Инсильф не знал.       Вероятно, в таком случае ему следовало просто сдаться и отступить, поскольку для первого принца было бы лучше остаться со своей подругой, выбранной отцом, а для Соли — выбрать тихое одиночество, где он сможет поразмышлять обо всех беспокоящих его проблемах, ни на что не отвлекаясь.       А затем, после нескольких лет в разлуке, они бы встретились, поговорили и стали либо настоящими братьями, либо впечатляющей командой… Или любовниками, если тоска поглотит кого-нибудь из них раньше. — Ин, ты слишком много на себя берёшь, — Эсия очень осторожно принялся перебирать чужие голубые волосы. — Отношения твоих братьев не обязательно должны тебя беспокоить. Соля и Фоул сами справятся со своими проблемами, не думай, что они вообще ни на что не годятся. — Мне кажется, у них сейчас ничего не выйдет, — четвёртый принц медленно сел, поскольку лежать спокойно он уже не мог.       И слова о том, что помощь его бессмысленна и абсолютно никому не нужна, приводили в ступор. Всю свою осознанную жизнь Инсильф прожил как человек, которому кто-то, хоть одно живое существо, должно было помочь в трудную минуту, ведь он в этом буквально нуждался.       Возможно, для него происходящее и было настолько значимым лишь потому, что Соля как никто другой нуждался в поддержке и помощи? — Кто знает, — тёмный маг поднял руку Ина повыше, рассматривая тонкую сеточку вен на запястье.       Сейчас четвёртый принц, наследник последнего королевства людей, выглядел не так уж плохо — словно бы прохождение первого из трёх этапов лечения действительно возымело эффект. — Вы уже знаете, как можно спасти тех людей? — Инсильф тоже смотрел на свою бледную руку, но не находил в этом ничего утешительного. — Нам следует взглянуть вместе. Пусть тёмная магия изначально и ближе мне, а не тебе, твоя наблюдательность тоже крайне необходима.       Эсия снова сполз на кровать и устало бросил вторую подушку, на которой никто не лежал, себе на лицо. — И почему, Ин, ты всегда пытаешься помочь окружающим?.. — Простите, — парень снял с лица супруга подушку. — Да чёрт с ним, мне больше интересно, почему тебе действительно удаётся отыскать решение проблемы там, где большинство упирается в стену, — хмыкнул маг. — Как сейчас. Никто ведь и подумать не мог, что болезнь связана с магией тьмы, хотя, будь уверен, уже много лекарей и магов по всему королевству пытались разгадать тайну происходящего.       Инсильф пожал плечами.       В вопросах магии, даже если ему приходилось упираться в стену, всегда можно было отыскать обходной путь. Это выходило интуитивно и не требовало размышлений — в какой-то момент, уже почти сдавшись в преодолении препятствия, парень наконец отыскивал лазейку в правилах и добивался желаемого. — Ложись уже спать, — Эсия носом коснулся макушки Ина. — Завтра отправимся к Соле и попробуем вылечить этого чумного лекаря… — Господин Эсия, — четвёртый принц не шевелился, но, казалось, напрягся, о чём-то старательно размышляя. — Я слушаю тебя, Ин.             Здесь, в их домике на краю человеческого государства, они наконец смогли достичь полного взаимопонимания, хотя бы ненадолго избавившись от назойливых окружающих и их проблем. Мир не желал, чтобы двое проводили всё время вместе, раз за разом преподнося всё более сложные задачки для решения…       Но было не страшно.       Инсильф знал, что его руку всегда возьмёт в свою маг тьмы, а затем они вместе, нарушая писаные и неписаные законы этого мира, справятся с любой, даже самой сложной проблемой. И это согревало душу. «Отыщи создателя заболевания, — тихо прозвучало в голове Ина, а спустя мгновение таинственный голос добавил, — и останови его». — Спасибо Вам за то, что остаётесь со мной, — принц выпустил из лёгких скопившийся там воздух. — Кажется, появление заболевших как-то связано с магической схемой Лео… Или же ему удалось это предсказать. — Тебе нужно спасти человечество? — фыркнул Эсия. — Да, — немного устало произнёс парень. — Вы же пойдёте со мной? — Разве я тебе когда-нибудь отказывал?