Таяние

      Инсильфа устроили в одной из комнат, предназначенных для жён, — порой принцы не желали ограничиваться одной-единственной или же проводили долгий и нудный процесс отбора, во время которого девушкам или же парням и девушкам (издавна считалось, что у правителя просто обязана быть жена женского пола, чтобы выносить наследника) нужно было где-то жить… Потому планировка изначально предусматривала подобные помещения.       Не то чтобы Эсия был суеверен, но всё же неприятный осадок остался, в конце концов, Дамерио не советовался с ним относительно размещения.       Но в момент, когда, отправив Салис устраиваться на ночь, маг тьмы вошёл в комнату и увидел спящего подопечного, он не вспомнил ни одного обвинения. В помещении был шкаф, стол с зеркалом, кровать — всё здесь готовили для комфортного проживания девушки, этим и объяснялся не совсем обычный набор предметов.       У кровати сидела Айлис.       Она не двигалась, исключительно наблюдая за спящим Ином, и потому могло показаться, что лекарь и сама провалилась в сон. Но Эсия ощущал её внимание, рассредоточенное по комнате… Девушка и правда была специалистом и отрабатывала каждую золотую монету на все сто. — Иди к себе и отдохни, — маг тьмы прикрыл за собой дверь в коридор и сбросил плащ. — Вы же сами сказали присматривать… — Я буду с ним, — он неторопливо расстёгивал пуговицы той самой несчастной рубашки. Откровенно говоря, Эсии даже в голову не пришло сменить её на нечто более подходящее. — Но… — попыталась предпринять последнюю попытку лекарь. — Спать, — шепнул маг и кивнул в сторону двери. — Это никак не повлияет на оплату, исчезни уже с моих глаз.       Айлис наконец сообразила, что от неё требуется, и, собрав некоторые вещи, вышла, плотно закрыв за собой дверь.       Наконец-то оставшись наедине с Инсильфом, Эсия окончательно разделся всего в три движения и устроился в постели. Ин был непривычно тёплым — когда четвёртый принц погружался в столь глубокий сон, его болезнь, связанная ещё и с разумом, ненадолго отступала, позволяя телу восстанавливаться.       Но теплота любимого совсем не радовала.       Маг тьмы желал, чтобы Инсильф, как и всегда, бурно реагировал на каждое прикосновение, каждое слово, действовал самостоятельно… Не каждая кукла была ему по душе.       Хотелось поговорить, но подопечный ответить никак не мог, и потому вскоре, откровенно отчаявшись, Эсия провалился в беспокойный сон. Ему никогда ничего не снилось, и порой маг с интересом расспрашивал Ина о его сновидениях: четвёртый принц постоянно видел во сне смесь событий прошлого и будущего, и время от времени не против был ими поделиться.       Как оказалось, всё это время, даже несмотря на постоянную занятость и сражения за человечество, супруги были счастливы…       Маг тьмы проснулся поздно, несмотря на привычку подниматься до рассвета — в комнате не было окон, а внутренние часы отвратительно сбились из-за ночной прогулки в поисках подходящей основы… Инсильф, конечно же, всё ещё спал. Его равномерное дыхание успокаивало, и Эсии даже не хотелось вставать — присутствие подопечного позволяло немного расслабиться. — Господин Рульсио! — в дверь постучала, видимо, одна из местных служанок. — Вам приготовить ванну?       С тяжёлым вздохом он сел.       Вставать всё-таки нужно было: без его присутствия не выйдет собрать и активировать артефакт, а именно магическая вещица в итоге должна была спасти Ина.       Эсия встал, неторопливо потянулся вверх, к потолку, подобрал с пола брошенные вчера вещи… Спустя мгновение размышлений он телепортировался в свой замок, выбрал свежую одежду в строгом чёрном стиле и вернулся обратно. Его отсутствия даже не заметили: девушка в форме всё ещё дожидалась ответа под дверью. Уж такие мелочи маг тьмы определял за какие-то секунды. — Да, и погорячее, — громко ответил Эсия.       Не прошло и нескольких часов, как весь «отряд срочного реагирования» в полном составе (а их было уже целых три человека) присутствовал в большом зале, который третий принц, с ухмылкой взмахнув рукой, смело отдал под сомнительного рода эксперименты.       На деле оборудования было не так много.       Салис прихватила с собой свой чемодан с «особо секретными инструментами» для работы с магическими основами, Дамерио же вынудил служанок прикатить в помещение значительный деревянный стол, водрузив его на колёса… Эсия не взял ничего, кроме себя самого. — Итак, — девушка из семьи Лито выудила из рукава мешочек тёмно-синего цвета.       Несмотря на плотность ткани, сквозь него всё равно просачивались капельки чужой энергии камня — мало кто занимался артефактами ещё и потому, что испарения магии в основном были ядовитыми. Исключение составляли дружественные маги, но раскрывая сундук в подземелье сложно было сказать, какое тогда настроение охватило хозяина вещицы.       Потому даже если удавалось найти достаточно сильную основу, прежде всего следовало аккуратно очистить её от остаточной энергии. И это было опасно. — Давайте условимся насчёт магии, — Салис присела на корточки, видимо, собираясь положить предмет на пол. — Никакого разрушения, элементы разбираем в порядке очереди и… — Я сделаю всё сам, — Эсия протянул ладонь. — Это опасно, — мягко произнесла девушка, уже догадываясь, что переубедить известного своим нежеланием подчиняться правилам господина Рульсио ей не удастся.       Дамерио, который до того изображал исключительно предмет интерьера (даже несколько глотков виски в сочетании с красивой служанкой вывели его из строя на ближайшее утро), подмигнул Салис: — Эсия не из тех, кто берётся, зная, что не справится. Доверься ему. — А этап наложения магии тоже хотите в одиночку пройти? — буркнула явно недовольная леди.       Хотелось как можно скорее со всем закончить, но даже маг тьмы отлично понимал: некоторые пункты плана следовало доверить своей талантливой помощнице или же третьему принцу. Так было… правильно. — Нет, Салис. Я хочу, чтобы после очищения ты скрестила магическое хранилище и этот предмет, который является основой. — Вы серьёзно? — она прищурилась. — Подобное вообще-то не совсем возможно, исходя из записей большинства существующих исследований.       Он кивнул.       Несмотря на то, что в мире совмещение двух совершенно разных предметов считалось безумием (особенно учитывая желание экспериментаторов сохранить все полезные свойства), Эсия отлично помнил мага, который с лёгкостью просчитал теоретический механизм подобного действа.       Лео… В погоне за секретами трактатов о лечении болезни, которые маг тьмы даже не думал читать при жизни любимого, Лео разработал множество самых разнообразных идей, позднее предложенных им для улучшения сложных магических процессов. Правда, в итоге его инновациями почти никто не пользовался: они были или чересчур сложными и запутанными, или требовали невообразимых ресурсов магической энергии. Последнюю Лео время от времени одалживал из хранилища Эсии — и никогда не жаловался на отсутствие сил.       Странно было осознавать, что именно стремление первого партнёра к знаниям теперь спасало второго от неминуемой гибели. — Как хоть артефакт выглядит? — Дамерио сполоснул лицо холодной водой, которую для него принесла та же служанка, не так давно удовлетворявшая господина в постели.       Эсия осторожно вытащил из мешочка украшение.       У него было всего несколько секунд до того, как сила предмета начнёт растекаться по залу, и всё-таки маг позволил себе спокойно рассмотреть артефакт.       Как оказалось, девушки выбрали небольшую серебряную заколку для волос со множеством маленьких цветов — бутоны были пусты, чтобы Эсия мог на своё усмотрение создать в них драгоценные камни, которые в будущем и станут хранилищем энергии. Может, цветы и не подойдут Ину, но спасение жизни в этом случае важнее чьего-то специфического вкуса.       Чтобы избавиться от остаточной энергии, маг тьмы накрыл заколку второй ладонью сверху, создавая будто бы шар… Затем повторил то же движениями пальцев, переплетая элементы схемы. Внешне будто бы совсем ничего не изменилось, но на деле значительное количество разрушительной взрывной магии покинуло артефакт, освобождая место для схем и наработок. — Уже всё? — Салис удивлённо моргнула. Она очень ясно ощущала перемены во внешней среде, и потому удивилась, не обнаружив целую прорву силы, до того хранившейся в артефакте. — Я закончил, — Эсия убрал вторую руку, демонстрируя уже очищенную заколку. — Можешь начинать скрещивание.       Девушка с тоской посмотрела на него: — Неужели нельзя было хотя бы притвориться порядочным магом? Обычно очищением занимается группа специалистов, и с таким артефактом они бы работали неделю… Куда Вы направили остаточную энергию?       Маг тьмы устроил артефакт поверх мешочка на громадном столе. — Впитал. — Но там же была… — Салис опустилась на колени и прижала руки к вискам. — Прорва энергии…       Дамерио зевнул и тоже опустился на пол, только в его случае принц делал это вполне осознанно. Он ничего не понимал в сложной магии, но поведение гостьи из Лито парня откровенно забавляло: Дамерио даже подумывал, не пригласить ли её обсудить произошедшее в более интимной обстановке. — Давай займёмся следующим этапом, у нас нет времени, — маг тьмы кивнул в сторону заколки. — Я подскажу, что нужно делать, а ты выполнишь. — Но Вам следует помнить, что никто до этого никогда не делал подобное, и это может быть опасно!       Дамерио фыркнул, вполне понимая, что если Эсия говорит «сделаем», это именно то и обозначает. На его памяти маг ни разу не преувеличивал или преуменьшал. Факты, факты, факты… От такого даже голова могла разболеться. — Да чёрт с ним, — бросил с пола третий принц. — Если разнесёт замок, можно будет больше не беспокоиться о местных любителей жалоб. Я их столько за последние дни выслушал! — Всё потому, что ты герой войны со злом, — Эсия хмыкнул и улыбнулся. — Причём живой, а не мёртвый.       Игнорируя происходящее у неё за спиной, Салис принялась рассматривать следы аккуратной работы мага тьмы.       Его схема и правда сработала чётко и точно, но сам Эсия ни за что не стал бы сравнивать собственную работу с творениями искусства, которые создавал Инсильф. Четвёртый принц в буквальном смысле следовал всем канонам. Его магические линии ложились в идеальном направлении и ничуть не искривлялись, а между ними располагались одинаковые, буквально зеркальные углы… Не стоило забывать о стопроцентном попадании в суть заклинания: магия всегда выполняла именно те задачи, которые были ей приписаны по учебнику.       Ин как будто проникал в саму ткань мира, при этом ничуть не нарушая существующие процессы. — Мне бы очень пригодилась Ваша помощь, — вздохнула Салис, оборачиваясь к магу. — Я принесла хранилища, но как соединять их… — Магия тьмы, — Эсия подошёл ближе, невольно оказавшись отделённым от стола фигурой девушки. Не обращая на это внимания, он указал на края хранилища в форме шара. — Энергия должна свободно перетекать по контуру, поэтому оплавь немного края, чтобы эти шары точно вошли в саму суть артефакта. Ещё… Хорошо было бы объединить их линии, но этим я займусь сам.       Представительница Лито в буквальном смысле затаила дыхание, пока маг тьмы показывал ей, где именно следует осторожно прикрепить хранилища.       Весь этот процесс и его результат…       Эсия чувствовал, что он как никогда приблизился к разгадке идеи странного заболевания, которое охватило королевство. Если кто-нибудь желал превратить местных жителей в своеобразные батарейки с необычным набором функций, то всё происходящее представало в как никогда логичном свете.       Да, идея сложная, но, возможно, выигрыш стоил всех рисков? — Теперь понятно? — маг отступил, наблюдая за третьим принцем: тот уже поднялся с пола и теперь перебрасывался короткими фразами со своей любимой служанкой. — Да, — Салис сверкнула стёклами очков. — До ночи я закончу. А завтра Вы сможете наполнить артефакт энергией и магическими схемами, и тогда…       Он и сам понимал, что произойдёт потом.       Спасение Инсильфа и продолжение охоты на то странное существо, которое помогало в создании подопытных (поскольку одними человеческими силами явно не обошлось), чтобы в итоге убить того самого монстра и добраться до столь желанного кукловода.       Маг тьмы оставил девушку в покое: Салис и без него отлично знала своё дело, и своим присутствием он бы, скорее, расхолаживал обстановку, нежели содействовал творению заклинаний. — Уходишь? — Дамерио отвлёкся от ласкающей его слух и тело одновременно девушки. — Мне здесь делать нечего, да и тебе тоже. — Может, займёмся чем-нибудь? — третий принц улыбнулся, словно довольный хищник, а его нога словно бы сама собой преградила Эсии путь к отступлению.       Тот развернулся и продемонстрировал временному союзнику искреннее удивление: в среднем, друзья никогда не звали его «увидеться», поскольку считали мага чересчур загруженным делами королевства (или же просто сочли себя недостойными встречи), а сам статус «друга» присваивался тем, кто меньше остальных боялся здороваться со хмурым товарищем по команде.       И потому…       Из развлечений Эсия знал исключительно регулярные попойки после сражений, которые очень быстро ему наскучили, королевские приёмы с занудными речами и беспорядочный секс с мальчиками, напоминающими Лео. — Ты же не думал, что жизнь аристократа состоит из работы, дорогой мой? — Дамерио сладко улыбнулся. — Пригласим девочек, расслабимся… — У меня есть супруг, — мягко напомнил маг тьмы, вскинув брови. — И ты считаешь, что настоящий аристократ всегда придерживается правил и спит только с одной леди? — третий принц фыркнул. — Я всегда представлял, что ты держишь под замком подвал с сотней-другой роскошных девиц, поскольку… Времени-то у тебя полно!       Они смотрели друг на друга, не совсем понимая, почему человек напротив несёт подобный бред, и как можно с этим справиться без ущерба для себя самого… — Мне не нравятся девушки, — Эсия спокойно улыбнулся. — И я никогда не стану изменять Инсильфу. — Чёрт возьми… — Дамерио замер с таким откровенным удивлением на лице, которого не испытывала даже представительница Лито, когда маг за секунды разрешил задачу нескольких дней.       Эсия снова кивнул, подтверждая всё сказанное.       Он вспомнил, что никогда не обсуждал с окружающими свои предпочтения, и отчего-то у толпы сложилось нерушимое мнение, что, побеждая врагов, «подозрительный тип» приходит в деревни и требует выкупа в виде прекрасных девственниц. Эта часть слухов забавляла его больше всего — после сражения маг тьмы предпочитал телепортироваться прямо в своё временное убежище и отсыпаться, игнорируя окружающих, но никак не искать партнёра на одну ночь. — Инсильф точно думает, что ты заглядываешься на девушек, — задумчиво произнёс Дамерио. — Он же всегда сравнивал себя с девушками, с которыми в итоге уходили аристократы, явившиеся по его руку и сердце.       Эсия кивнул: Ин и правда выглядел беспокойно, стоило делу дойти до взаимодействия с симпатичными леди, но, конечно, больше всего подопечный ревновал к Чиону. Странно оказалось наблюдать за этим чувством разочарования, злости и ревности в его обычно добрых глазах; маг предпочитал бы не видеть подобного. — Я скажу ему, когда проснётся, — тихо ответил Эсия. — Надеюсь, его это обрадует.       Кашлянув, чтобы привлечь внимание, Дамерио нагло обнял мага со спины, чуть повиснув на нём: — Но Инсильф подождёт ещё несколько часов, а нам с тобой необходимо отвлечься сию секунду. Чем ты обычно занимаешься?       Маг тьмы перебрал в уме ежедневные дела, обязательства перед королём, которые по взаимной договорённости были отменены на неопределённый срок, затем вернулся к Ину… Большую часть своего времени он посвящал либо лично любимому, либо поиску решения его проблем. Едва ли не всю свою долгую жизнь Эсия занимался исключительно поиском лекарства, и потому у него не было никаких занятий, кроме сражения, тренировок магии и бесконечных часов работы в местной библиотеке.       Его мир вращался по орбите вокруг любимого. Отчего-то последний всегда привносил в жизнь мага множество проблем и неурядиц, а потому ему никогда не было скучно — вместе с Ином они постоянно решали то личные, то мировые проблемы, и лишь изредка им удавалось выкроить несколько минут, чтобы в тишине взглянуть на ненастоящие звёзды над крышей замка. — Только работаю, — уклончиво ответил Эсия, упустив и то, что даже сейчас собирался подняться в спальню к Ину и провести там ближайшие часы. — Итак, перед нами маг, который отвратительно не умеет отдыхать! — Дамерио рассмеялся. — Хорошо. Я покажу тебе, что значит действительно… Наслаждаться жизнью. Но если тебе понравится, я тут абсолютно ни при чём, договорились?       Любой способ убить время годился лучше, нежели с тоской взирать на спящего (будто бы предварительно умершего) Ина.       Это Эсия знал и сам, потому и не стал отпираться, когда третий принц решительно выволок его наружу сквозь парадный вход. Как оказалось, замок расположился на живописной зелёной поляне. Трава была настолько насыщенного цвета, что даже долго смотреть на неё в лучах солнца оказывалось неприятно для глаз; рядом, буквально в двадцати метрах, текла широкая река с чистым дном, устланным большими камнями, а через неё местные перебросили аккуратный мостик.       С остальных сторон подступали невысокие строения: дома отделяли замок от вспаханных полей, на которых полным ходом шла работа.       Тёмный маг улыбнулся сам себе: подобным зрелищем его маленький принц точно залюбовался бы, поскольку происходящее выглядело гармонично, словно бы фигуры сошли с написанной маслом картины умелого художника… Несмотря на нежелание Дамерио вести дела, на его землях стоял будто бы сам собой установившийся порядок тихой и размеренной жизни. — Здесь скука смертная, но я покажу тебе лучшее заведение в городе, — уверенно заявил принц, указывая куда-то вглубь людских строений.       Инстинктивно Эсия поморщился: встреча с ещё большим количеством людей всегда грозила ему всеобщим недовольством. Он был популярен в обратную сторону, и потому не слишком торопился общаться с теми, кто считал его монстром, опасным для человечества.       Однако идти оказалось всего ничего — спустя десять минут третий принц уже усаживал нового друга за один из столов в полуподвальном помещении, где играли в кости. — Итак, Ваше Высочество, что сегодня поставите? — улыбнулся один из ушлых стариков, на голове которого красовалась серебряная корона, явно из запасов, когда-то принадлежавших Дамерио. — Деньги, — тот фыркнул и бросил на стол мешок.       Один из мальчишек-официантов тоскливо «взвесил» кошель глазами: — Маловато для интересной партии…       Эсия внезапно ощутил себя «среди своих». Подобные места явно выбирали отверженные и не принятые обществом люди, которым и податься больше некуда было, не считая собственного полуразвалившегося дома.       И он тоже… Тоже не имел ни одного места, куда по-настоящему хотел бы вернуться. — Я хочу вон ту корону, — маг опёр голову о кулак. — И твоё нижнее бельё, парень.       Эсия указал на одного из сидящих за столом, которые явно относились не к категории игроков, а ценного приза (каждый час с ними, вне зависимости от пола, оплачивался звонкой монетой).       Дед хмыкнул, крякнул и кивнул: — Принято, а ты-то что поставишь? Мои безделушки стоят немало, не хочу зазря садиться за стол.       Наигранно-задумчиво маг тьмы почесал голову, словно бы мысленно подсчитывая свои золотые монеты, а затем с откровенным наслаждением бросил на стол собственный мешок с деньгами, в три раза больше того, который достал Дамерио.       Его будущий противник едва ли не рассмеялся снова, но затем подумал и не стал этого делать: чересчур уж серьёзно смотрелось даже дружелюбное выражение лица Эсии. — Каковы правила? — маг положил пальцы, предварительно стянув перчатку, на кости. — Не знать, как играть, и лезть к нашему… — едва ли не задохнулся то ли от ярости, то ли от смеха случайный наблюдатель, но на него быстро шикнули.       Ответил Дамерио, чтобы не накалять и без того заряженную на пьяную драку обстановку: — Это классические кости. — Я знаю около пятнадцати видов «классики», мне нужна конкретика, — Эсия улыбнулся своему оппоненту в короне. — Объяснить же не так трудно?       Дед едва кивнул. С каждым мгновением он становился всё серьёзнее: его поза уже не выражала расслабленность, а, наоборот, демонстрировала настороженность и даже явные опасения в сторону нового участника игры… Однако человеком он был неплохим, поскольку уточнил, что бросать необходимо два кубика по три раза. Предварительно оговаривалось, играют на наибольшую сумму или наименьшую, а также использование магических приёмов и жульничество. — Хочешь сыграть честно разок? Ты же новичок здесь, маг. — Не стоит, — Эсия взял кости в руку, едва встряхнув. — Сыграем так: если кто поймает другого на жульничестве, он победил.       Старик в короне с удивлением присвистнул, стянул с головы обруч и поставил на стол: — Неужели ты думаешь победить на моём поле? Бросай кости в корону, и пусть тебе повезёт. — А что насчёт цифр? — маг тьмы даже не двинулся, несмотря на очевидный приказ со стороны.       Большую часть жизни, когда личность его только проходила процесс становления, им постоянно пытались командовать, и тело выработало условный рефлекс неподчинения вне зависимости от сути слов и личности говорящего. — Чем больше — тем лучше, — демонстративно улыбнулся соперник.       Дамерио нервно коснулся рукава Эсии и шепнул: — Осторожнее с ним, он точно жульничает, но никто не знает, как именно… — Центр тяжести у костей немного смещён, — тихо ответил маг тьмы.       Он понял это в то самое мгновение, как взял в руки два истёртых кубика. Подобную мелочь не заметил бы даже профессионал, поскольку мало кому приходит в голову бросать кубики в собственных ладонях, проверяя, насколько точно они прокручиваются в воздухе — сам Эсия, откровенно говоря, знал о сотне способов жульничества.       Игра в кости время от времени развлекала его, когда холодными ночами некуда было идти, и потому маг размышлял над тем, как всегда побеждать чересчур наглых соперников… — Ты можешь заставить его проиграть! — Дамерио вцепился в локоть Эсии. — Пожалуйста, эта корона стоит целое состояние… меня отец точно убьёт, если узнает, что произошло. — Как тебе мысль, что я желаю тебе смерти? — маг тьмы не понижал голос, и все в помещении стали с подозрением посматривать на него.       Третий принц тут же беспомощно взвыл: — Ты же сказал, что мы друзья! — Но ты всё ещё пытаешься увести у меня мужа, — наконец вытянув руку, Эсия с филигранной точностью бросил кости.       Они обе прокрутились в воздухе, а затем упали в центр короны, даже не звякнув о края. Две шестёрки… Старик при виде цифр нервно хихикнул, кто-то бросил «новичкам везёт» — всё заведение заходило ходуном, пытаясь предсказать итог весьма необычного поединка. — Бросай снова, — спокойно предложил противник.       Маг тьмы послушно достал кости, встряхнул и бросил — и снова кубики суммарно показали двенадцать очков. Не желая никого задерживать, Эсия снова взял кубики… — Ты точно жульничаешь, — уверенно произнёс старик, прищурившись. — Это магия? — Я не использовал заклинаний, — маг уверенно стряхнул кубики с ладони, снова получив всё тот же идеальный результат. — Думаю, все это подтвердят.       В заведении и правда находилось несколько особо чувствительных к магии ребят, и они дружно подтвердили, что никакой магии в бросках гостя не было, только едва заметные движения рук.       Сплюнув, старик решительно взял кости.       Видимо, первым делом он проверил, всё ли с ними в порядке, и только затем бросил… На одном из кубиков выпала шестёрка, но на другом — три. Партия была заведомо проиграна, поскольку теперь даже сравниться с бросками Эсии не осталось ни шанса: всё-таки руки у оппонента были постарше. — Сделал меня «всухую», — вздохнул старик, жалуясь окружающим. — Забирай корону и парня целиком, только расскажи старику, как тебе удалось это провернуть?