Таяние

      Соля проводил гостей вниз по лестнице. Здание гильдии буквально кипело жизнью: недавние бунтовщики, вдохновившись словами и действиями нового наследника, решительно торопились пополнить ряды тех, кого не так давно публично унижали… Желающих оказалось настолько много, что местные не справлялись.       Но второй принц вёл супругов отнюдь не взглянуть на сумасшествие. Их цель находилась внизу, под зданием, где всё ещё терпела муки слияния Фи, лекарь из легенд, приносящий чуму. — Подождёте снаружи? — Соля мягко положил ладонь на грудь Эсии.       Маг тьмы слегка удивлённо взглянул на наглеца: редко когда разумное живое существо позволяло себе даже приблизиться к нему, не говоря уже о прикосновениях… Будь это чужой, он был бы уже мёртв, но рядом, как назло, стоял Инсильф.       И до того, как супруг разрешил свои мысленные терзания, четвёртый принц ничуть не осторожно взял брата за запястье, отводя руку прочь. — Брат, Вам стоит больше беспокоиться о сохранности своей жизни, — холодно выдохнул Инсильф, не отводя пристального взгляда мерцающих глаз от Соли. — И лучше бы Вам подождать снаружи, пока мы завершим лечение. Я благодарен за Ваше гостеприимство.       Ин более не задерживался в коридоре, решительно толкнув дверь в «комнату» Фи. Маг тьмы, безмолвно хмыкнув, последовал за своим подопечным, который, как оказалось, перестал быть беззащитным птенцом даже в отношении собственных братьев.       Мрачное подземелье не утратило ни своей сырости, ни тьмы, только девушка, лежащая на возвышении, немного осунулась, словно бы некто пил из неё кровь.       Не для всех сожительство с неживыми предметами становилось смертельным или же опасным, как для Фи, — многие люди спокойно сосуществовали с самыми разными вещицами, какие только могли к ним прикрепиться. — Вы в порядке? — Инсильф медленно приблизился к девушке и взял её за руку. — Это я, Инсильф. Пришёл, как и обещал.       Лекарь приоткрыла глаза, мутным взглядом осматривая помещение. Она словно не совсем осознавала себя, но руку не вырывала — лежала мирно и покорно, смирившись с любым вариантом своей участи. — Это не только неверно установленный щит, — маг тьмы поморщился. — Она подхватила что-то за барьером. Подозреваю, паразита…       Четвёртый принц невольно сглотнул: у него справочники по потусторонним тварям отсутствовали, но одно даже название говорило само за себя. К подобному на близкое расстояние приближаться отнюдь не следовало. — Вы можете ей помочь, господин Эсия? — Ин не отпускал ладонь девушки: так казалось, что она не проваливается в сон, а наблюдает за происходящим. — Схемы перепутались, — маг взглянул на леди магическим зрением. — Здесь чертовски много плетений, и они почему-то оседают именно поверх линии жизни… Больше похоже на осознанное проклятие, нежели на случайность.       Любой маг знал с первого занятия, что нельзя накладывать одну схему на другую — итог может выйти таким, что полдома разнесёт по непонятной причине. И таким же гиблым делом считалось распутывание уже созданных клубков: их утилизировали через взрывы где-нибудь на пустынной местности или попросту запихивали внутрь какого-нибудь оружия, называя подобное магической бомбой.       Ин осторожно коснулся нитей заклинания.       От прикосновения они зашевелились, словно черви, но не попытались продвинуться дальше или полностью окутать Фи, лишив последних жизненных сил. Странное заклинание было отвратительно мерзким на ощупь, но парень всё равно попытался снять верхний уровень червей, использовав привычную магию льда; полусущества замёрзли, покрывшись ледяной корочкой, и тогда Инсильф точным ударом разбил их на мелкие осколочки.       Однако под первым уровнем обнаружился, второй, третий и четвёртый — всю сложную систему жизнеобеспечения девушки плотно окутывали странные заклинания. — Это бесполезно, — Эсия обошёл вокруг постель Фи. — Здесь неоткуда подступиться. — Не говорите так, — Ин крепко сжал обе руки лекаря своими. — Это правда, — маг спокойно взглянул на подопечного. — Я рекомендую тебе отступить. В этой битве проигрыш — исключительно вопрос времени.       Четвёртый принц недовольно сцепил зубы.       Он не сдавался даже в борьбе с собственной болезнью, при виде которой большинство лекарей попросту опускали руки, но в случае Фи… Ему казалось, что победить всё ещё можно. Пусть даже путь будет до ужаса сложным, Ин не мог принять поражение, даже не попытавшись. — Ин, — Эсия положил ладонь поверх рук подопечного. — Я не соглашусь на подобное, — выдохнул принц, закрывая глаза.       Ни за что.       Пусть мир тысячу раз называет его безумцем — пока его сердце бьётся, Инсильф собирался сражаться.       Он сосредоточился, выпуская из себя значительное количество энергии льда: даже температура в помещении неторопливо двинулась к нулю. Маг тьмы наблюдал за происходящим молча.       И пока Ин накапливал энергию, схема вокруг Фи постепенно тускнела, словно бы признавая его безраздельное превосходство. А затем сила Инсильфа окутало чужое творение, буквально промораживая изнутри — червяки-схемы сами собой падали прочь, освобождая доступ к девушке.       Эсия тихо вздохнул.       В очередной раз доказывая возможность буквально любой магической теории, его любимый действительно справился со сложной задачей, приложив исключительно прорву энергии… Подобное точно назвали бы жульничеством. — Господин Эсия! — Ин развернулся, не слишком осторожно падая в объятия супруга (не столько из-за расхода сил, сколько из-за морального удовлетворения). — Получилось… — Остался ещё щит, — напомнил маг тьмы, нежно поглаживая подопечного по голове. — Ты справился на отлично. Я и представить не мог, что возможно разрешить задачу так просто, не прикладывая никаких умственных усилий.       Четвёртый принц улыбнулся: его решение выглядело безумно, но он контролировал свой холод лучше, чем некоторые люди — собственное тело. Быть может, болезнь и поглощала его, но то, как ей успешно противостоять, Инсильф прекрасно знал.       Оставалось закончить начатое, аккуратно высвободив девушку из цепких лап машинного заклинания.       В этот раз Эсия и Ин снова использовали все четыре руки, с невероятной осторожностью распутывая чужую схему — они провели процедуру от начала и до конца, завершив и работу какого-нибудь низкосортного мага по выравниваю и стёсыванию остатков чужих схем.       В конце концов, Фи была подругой…       А когда всё закончилось, они вместе покинули помещение, оставив больную едва ли не впервые за всё время её нахождения внизу сладко спать. Соля, который всё это время нервно измерял расстояние от угла до угла своими шагами, тут же обернулся к супругам, не скрывая ни интереса, ни усталости — сегодня его лицо было словно раскрытая книга, хотя обычно второй принц не позволял даже самым близким родичам узнать, что творится у него на душе. — Ну как она? — Соля смял край своей и без того не слишком выглаженной рубашки. Видимо, этим он и занимался последние полчаса, одновременно пытаясь понять, что именно маги могут сделать для больной. — Всё в порядке, — Эсия вручил основателю гильдии музыкальный инструмент Фи, который отделился от тела девушки, стоило завершить заклинание.       При виде вещицы второй принц тихо хмыкнул, прислоняясь к стене.       Никто не верил в успех. Все приходящие сюда жаждали либо наживы, либо денег, либо и второго, и первого — для них не столько значения имела жизнь Фи, сколько власть приглашающего в лице Соли.       Казалось, второй принц хотел спросить, что ему делать с инструментом, а затем он, уже не сомневаясь, разбил его о своё колено в тонких брюках. — Думаю, на нём больше никто не станет играть, — тихо проговорил Соля. — И… спасибо вам. Как и было заявлено, мы предлагаем сумму в золотых монетах, которую выдвинула Фи. И ещё… — Не нужно, брат, — Инсильф вздохнул. — Я хотел помочь только ради Фи, мне не нужны средства.       Маг тьмы удовлетворённо кивнул, наслаждаясь тем, что подопечный наконец признал их общее богатство и отсутствие необходимости отнимать деньги у тех, кому они действительно необходимы. — Но в таком случае… — второй принц серьёзно взглянул на Ина. — Что вы хотите получить? — Пусть не предают этот случай огласке, — вмешался Эсия. — Ни к чему нам крестовые походы к моему замку с целью вымолить лечение. Мы объявим обо всём, когда получим необходимую информацию. — Когда сможем спасти всех, — объяснил Инсильф, улыбаясь Соле.       Подобное звучало едва ли не безумно.       Королевство уже охватила эпидемия, и чтобы два человека были способны остановить её распространение?.. Даже если эти двое — лучшие среди лучших.       Соля взъерошил свои волосы ладонью, махнул рукой и кивнул: — В таком случае… Хотите чего-нибудь ещё? — Фоул здесь? — четвёртый принц приблизился к брату и положил руку ему на плечо.       При звуке имени первого принца Соля нервно вздрогнул, но смог кое-как натянуть на лицо подобие улыбки.       Ин не представлял, как именно разрешился конфликт, который точно должен был разгореться, когда за своим муженьком явилась ревнивая жена. Он бы не стал спрашивать подобное ещё несколько месяцев назад, только сейчас его пожирал интерес. И какая-то странная тревога, червячком осевшая на дне души.       Что-то было не так с поведением Соли, его помятым внешним видом и попытками вести себя «нормально». — Его забрала жена, — второй принц кивнул наверх, — и нам с вами тоже пора, иначе все начнут беспокоиться.       В молчании они двинулись вверх по крутой лестнице. Соля шёл впереди, изредка останавливаясь, чтобы взглянуть на оружие, расположенное по обе стороны от ступеней, Ин и Эсия шагали рядом, едва касаясь друг друга пальцами.       Приёмная гильдии была полна народу, а стоило троице подняться на этаж, как почитатели тут же ринулись к голубовласому принцу.       Как ни странно, они выкрикивали его имя, просили помочь, оставить свой магический отпечаток, выйти за кого-то из них замуж. Последнее, правда, быстро пресёк маг тьмы: он едва коснулся Соли, и все трое разом переместились в комнату с балконом, выходящим на площадь. — Чёрт, — второй принц нервно отскочил назад, пытаясь понять, что только что произошло. — Это тоже магия?.. — Особый фокус, — Эсия хмыкнул. — Не хочешь рассказать, что случилось с Фоулом после нашего ухода? Мой маленький принц слегка беспокоится о нём и ваших отношениях.       Рука мага легла на голову Ина, чуть поглаживая.       Четвёртый принц неловко опустил взгляд: его намерения супруг понимал даже лучше, чем он сам, и тем более странно оказалось испытывать заботу Эсии на себе… Словно до того маг тьмы не окутал его любовью, нежностью и всем теплом, которое только у него было. — Простите, — Соля присел на край дивана, поскольку стоять спокойно уже не мог, и закрыл лицо руками. — Что случилось? — Инсильф осторожно положил обе руки на содрогающиеся плечи парня. — Соля, я хочу вам помочь. Пожалуйста, расскажи мне…       Произошедшее нельзя было описать в двух словах, и пока маг тьмы, словно домработница, заваривал всем чай и кофе, второй принц, всё ещё всхлипывая, пересказал появление жены Фоула вместе со свитой, а затем — о том, как она забрала бывшего наследника в свой замок, чтобы «вылечить от недуга». — Она говорила, что мы будем вместе заботиться о нём. Обещала, что брат сам выберет, с кем ему оставаться, но вскоре запретила мне приходить и даже показываться ей на глаза. Не представляю, в каком состоянии Фоул и что она с ним делает…       Эсия поставил на пол у ног Соли кофе, затем вручил Инсильфу горячий чай: — Он чувствует себя определённо лучше, чем ты. Если уж решил доверить свою любовь кому-то, прими это как факт и дождись, пока Алисия не объявит о завершении лечения.       Второй принц нерешительно взглянул на ароматную жидкость, но брать в руки чашку не стал — его взгляд сконцентрировался на спокойном выражение лица Эсии. — А если Фоул не вспомнит обо мне после? — Я не могу это гарантировать, — Ин тоскливо прижал к себе руку мага тьмы, — он ведь… — То, что случилось между вами, стало для Фоула последней отправной точкой в его нежелании существовать в этом мире, — Эсия нежно улыбнулся своему подопечному. — Он сломлен. События навалились на него, словно большой снежный ком, и в итоге Фоул утратил всякое желание к борьбе. Да она ему и не требовалась, ведь ты принял его желание быть никем. Буквально одобрил это состояние, в котором твой любимый исключительно ублажает тебя своими прикосновениями.       Будь на месте второго принца Дамерио, он бы точно нашёлся, что ответить. Едко, язвительно и не совсем правду, но что угодно, только не признавать собственную вину, не соглашаться с тем, что собственными действиями выстлал Фоулу путь к саморазрушению.       Но Соля молчал.       Видимо, перебирая внутри себя варианты ответов, в конце концов он просто сдался и отхлебнул немного чересчур горячего кофе. Напиток обжёг горло, но это ничуть не помогло принцу успокоиться… Боль словно только разбередила рану. — Помогите мне, — Соля протянул руку, слепо пытаясь отыскать ладонь Инсильфа.       Четвёртый принц осторожно коснулся чужих пальцев.       Его руки тоже источали тепло, пока холод, усилиями супруга, был оттеснён прочь, и, казалось, второму принцу это пришлось по душе. Что вообще следовало делать с утратившими смысл своего существования людьми?.. Ин взглянул на мага тьмы. — Почему Вы не сдались, господин Эсия? Для Вас ведь всё было кончено много лет назад, и всё-таки Вы продолжали пытаться. — А с чего бы я должен был? — супруг слегка улыбнулся. — Лео был смыслом моего существования, но не единственной его причиной. Я люблю магию, как и ты, и мне было чертовски интересно взглянуть на то, как устроен мир изнутри, поэтому я и отправился в долгое-долгое путешествие. Я бывал и за барьером, и в королевстве, но в лицах всегда искал слегка нахмуренное выражение лица не по годам серьёзного Лео.       Инсильф удивлённо смотрел на него.       Стоило задуматься, и жизнь начинала мерцать новыми красками, поскольку любовь, хоть и играла значительную роль в жизни каждого человека, всё же не была единственной причиной, по которой люди до сих пор существовали.       Интерес, увлечённость, желание познавать новое — сотни вещей могли бы заменить желание присвоить человека, который тебя не любит, но Соля предпочитал утопать в своём мрачном чувстве, не собираясь двигаться дальше.       Как и Фоул…       В этом они были до боли похожи, и именно поэтому их не следовало доверять друг другу — даже Ин вполне понимал, что эти чувства будут, скорее, зависимостью друг от друга, нежели чем-то высоким и прекрасным. — Соля, — Инсильф неловко отнял пальцы, глядя на потерянного брата. — Нет, — маг тьмы взглянул на подопечного едва ли не угрожающе. — Нет, мы не возьмём его с собой. — Но господин Эсия… — четвёртый принц взял супруга за руку, заглядывая в мерцающие холодным фиолетовым цветом глаза. — Ему необходима компания! Соля не справится в одиночку.       Эсия тоскливо взглянул в сторону растрёпанного второго принца. Его закатанная до локтя белая рубашка демонстрировала синяки на запястьях — очевидно, чьей работы, а ещё — худые руки, которые, казалось, не смогли бы даже удержать меч. — Я не переживу его присутствия, — маг тьмы скрестил руки на груди.       Тяжёлый вздох сам собой вырвался из груди Ина.       Конечно, просить о подобном у собственника было попросту глупо, он изначально догадывался о том, какой ответ получит, однако надежда всё ещё теплилась в груди Инсильфа. В конце концов, совершал ведь Эсия ради него подвиги? — Простите, — Соля встал, осторожно стирая следы от слёз. — Я знаю, что у вас есть дела поважнее, чем это.       Маг тьмы задумчиво отметил, что в вопросах этикета Ин намного превосходит каждого из братьев, даже любимчика короля, Фоула, а затем притянул к себе хрупкого подопечного, вдыхая аромат его волос.       Он знал, что должен согласиться.       На время принять присутствие Соли в их замке, смириться и продолжать прерванное из-за болезни расследование, но… Даже несмотря на многолетний опыт прожитых дней, Эсия отвратительно не любил делиться. — Если ты хоть раз пресечёшь границу моего личного пространства, — он мрачно взглянул на Солю, — я не стану обращать внимания на то, что ты — сын короля, его любимый убийца и все прочие мелочи. Поверь, я мог бы за мгновение прикончить тебя с помощью магии, но чисто из принципа сделаю это с помощью меча и носка моего левого ботинка. Это понятно?       Инсильф вздрогнул, удивлённо глядя на своего супруга. — Я постараюсь, — тихо ответил второй принц, окончательно признавая поражение и превращаясь в кроткую овечку. — Отлично, — сухо бросил маг тьмы, — а теперь давай руку — мы отправляемся.       Оба принца взглянули на него с одинаковым недоумением: они считали, что получат хотя бы время на переодевание и сборы, в конце концов. — Господин Эсия, — шёпотом начал Ин, — Соле нужно собрать некоторые вещи, он ведь долго не вернётся обратно.       Маг тьмы нахмурился: — Хорошо, тогда пусть собирается, а мы вернёмся за ним после встречи с Чионом.       Договорённость была достигнута, второй принц послушно двинулся собирать вещи, а супруги Рульсио переместились в родной край Лео, на границу королевства, где ныне обитал Чион.       Голубое небо, словно в этой части мира никогда не шёл дождь, смотрело на серьёзные лица будто бы укоризненно, но Инсильф заставил себя отвернуться: сейчас было не до упрёков. Их с Эсией метод борьбы с болезнью был чересчур энергоёмким, а ещё абсолютно не подходил для среднестатистического мага, если тот каким-то образом не умел расплетать сложные многоуровневые узоры, рассчитанные и выверенные машиной.       Тропа повела их к домику через поле. Первым шёл четвёртый принц, разглядывая всё вокруг, словно никогда раньше не бывал здесь; за ним, не отставая дальше, чем на метр, — Эсия. — Вы не злитесь из-за Соли? — Ин не останавливался, но в его голосе и движениях всё равно против воли проступало беспокойство. — Мне не хотелось соглашаться, — маг тьмы пожал плечами. — Он абсолютно точно испортит наше спокойное существование, поскольку эти принцы, они… — Я ведь тоже принц, — улыбнулся, повернув на мгновение голову, парень.       Эсия хмыкнул: — Тебя я люблю. То, что позволено тебе, для них — табу, ты ведь понимаешь?       Ин едва кивнул: он и сам вряд ли согласился бы на подобное. Кому понравится, если любимый станет разрешать всякому новому встречному то же, что и самому близкому человеку?       Невольно замедлив шаг, четвёртый принц взял супруга под руку и теперь послушно шёл рядом, почти не вертясь. — Простите, что Вам пришлось на это согласиться. — Справимся как-нибудь, — тихо выпустил из себя раздражение Эсия. Он отнюдь не собирался превращать и без того не слишком простое существование Соли в пытку, только защищал собственные границы. И то, что по праву принадлежало ему.       Дом появился на горизонте раньше, чем хотелось бы, а Чион, как ни странно, сидел прямо перед невысоким строением, занимаясь совсем не магией: его пальцы неаккуратно и постоянно соскальзывая пытались совладать с массивными прутьями, чтобы создать самую обыкновенную корзину.       Увлечённый процессом парень в очках не сразу обратил внимание на две приближающиеся фигуры, а когда разглядел «гостей» — нервно вскочил, собираясь бежать вместе с незаконченной корзиной. — Это всё Вы виноваты, что нас люди боятся, — заметил Ин, хихикнув. Конечно, в прошлый раз при расставании Эсия пожелал местной парочке никогда не приближаться к нему (в противном случае тех настигла бы мгновенная смертная кара), и не удивительно было, что Чион попытался поскорее исчезнуть. — Ты тоже этого хотел, не забывай, — маг тьмы фыркнул и поманил замершего на месте парня. — Неужели вы пришли по мою душу? — убито спросил Чион. — Ни я, ни Пенталь не пытались с вами связаться, разве это справедливое решение?       Четвёртый принц осторожно улыбнулся. Не то чтобы он ожидал иного приёма, и всё же…       Ему было немного обидно от мысли, что даже когда-то влюблённый в Эсию парень при появлении первого думал исключительно в сторону убийства. Как будто у мага тьмы не было никаких иных потребностей… Однако подобные рассуждения быстро отошли на второй план: Чион явно собирался припустить во всю, чтобы сбежать через барьер и больше никогда не попадаться взбалмошной парочке на глаза. — Мы хотели с тобой посоветоваться насчёт болезни, которая охватила королевство, — Ин протянул руку. — Никаких убийств.       Чион нервно вздрогнул. Видимо, одно воспоминание о недуге вызывало у него чересчур явное отвращение… — И вы считаете, что мы с Пенталем к этому причастны? — парень нервно сжал свою корзину. — Нет, — Инсильф позволил себе подойти ближе. Он развернул перед глазами Чиона магическую копию знакомой схемы, на которой отражался «щит». — Я считаю, что ты можешь помочь нам разобраться с этим заклинанием. Оно весьма необычное.       Несколько мгновений юный маг не понимал, чего от него хотят, но затем, отбросив страх и осмотрев схему, он мгновенно понял, в чём дело.       Повторяющиеся элементы, закономерность, расчёты… — Мне нужна бумага. Пергамент. Что найдёте, — выдохнул Чион, выпустив корзину — та упала на траву и немного расплелась там, где «мастер» не успел закрепить прутья.       И пока Эсия доставал из магического хранилища необходимое, Ин рассматривал плетение корзины. — Это чем-то похоже на магию, — заметил он уже под шум чёркающего на бумаге карандаша. — Только выглядит менее аккуратно.       Супруг приблизился, тоже изучая корзину: — Только потому, что мальчишка неопытен. Если бы делом занимался профессионал, ты бы точно сказал, что это — отражение магического плетения.       Ин неловко улыбнулся.       Некоторые обыденные вещи и правда порой до того напоминали магию, что легко было перепутать усердный человеческий труд и лёгкое дуновение ветерка, создающее хрупкие плетения элементальных схем. В некотором смысле… Всё это было связано. — Это и правда сделал механизм! — выдохнул Чион, резко разрывая тишину на осколки. — Вы представляете, насколько серьёзные необходимо провести расчёты, чтобы можно было спокойно творить подобную магию?!       Супруги только почти синхронно покачали головой. Инсильф специализировался в плетении схем, Эсия предпочитал исключительно практическое и боевое применения магии — никто из них слишком не интересовался прогрессом и попытками людей воссоздать работу магов с помощью машин.       Чион прижал к груди рисунок схемы, словно тот был наибольшим его сокровищем. — Ладно, я всё покажу, — он торопливо ринулся в дом, распахнув дверь.       На одной из кроватей лежал Пенталь, дрожа, словно бы от холода. Его тело было прикрыто простыней, но и она не скрывала соединение мага и кровати — видимо, новая болезнь ударила исподтишка, причинив обоим обитателям домика множество проблем.       Эсия мягко повернул Ина, не позволяя смотреть. — Простите, — всхлипнул четвёртый принц, уткнувшись носом в чужую грудь. — Мне так страшно… — Я с тобой, — маг тьмы с тоской взглянул на Пенталя (его искренне хотелось оставить в таком положении), — всё хорошо… Никто не причинит тебе вреда, мой милый принц. А тех, кто попытается, я повешу на заднем дворе, чтобы все знали, почему не стоит к тебе приближаться. Не бойся. Я тебя защищу.       Ин кивнул, обнимая супруга.       Ему по-настоящему хотелось верить, что всё действительно так и будет.