Таяние

— Они уходят, — голос матери звучал глухо. — Уходят и оставляют нас без единой надежды на выживание… Хорошо родственничкам — перебрались себе к самой столице и думать забыли о нас. Да кто же нас примет таких в центре королевства!       Она сокрушалась в пустоту.       Откровенно говоря, женщина, мечущаяся по комнате, собирала вещи для того, чтобы уехать, но это не мешало ей плакать, кричать и поминать крепким словцом короля с его внезапными решениями подарить чудищам эти земли.       Не выдержав её компании, Ирс быстро уложил вещи, перевоплотился, приняв девичий облик, — его он использовал для того, чтобы проделывать фокусы, которые считал неприличными или неправильными. В конце концов, незнакомой девушке почти всё спускали с рук. Легко было бы жить вот так всегда: менять облик, только запахнет жареным, перемещаться по королевству, жить в своё удовольствие. Но на деле не так и просто каждый раз прощаться, забывать знакомых и заново отправляться в путь; был бы с ним рядом кто-то ещё, подобный ему, сбежать оказалось бы легко.       Но Олтис не умел перевоплощаться.       Более того, учитель при первом же намёке на побег закрывался в себе и всё отрицал: его принципы не позволяли взять и сбежать, оставив позади свои привычки, дом и быт. Он звал Ирса быть с ним — в любом из обликов, — но для самого парня остаться на одном месте было сравнимо почти со смертью.       И теперь, притворяясь другим человеком, Ирс проскользнул в стан королевских отрядов, собирающихся покинуть провинциальную деревушку.       Его взгляд тут же зацепила массивная фигура, полностью облачённая в чёрное. Длинные тёмные волосы, испачканный кровью монстров двуручный меч — этого человека знало почти всё королевство, и каждый нервно выдыхал, когда Эсия Рульсио удалялся. Ни один человек в здравом уме не стал бы с ним связываться… — Простите, — Гил умело изобразила смущение, едва коснувшись плеча мага. Обычно женский облик помогал расположить собеседника к себе, но Эсия потратил всего мгновение на изучение светловолосой.       Мимо пронёсся конный отряд: воины постепенно отбывали, увозя с собой палатки, провизию и раненых, — они действительно отступали. И кто знает, кому от этого было больнее… — Чего тебе? — Один мой друг… учитель. Он не хочет уходить вместе со всеми, хотя сил для сражения у него совсем мало. Не могли бы Вы убедить его пойти?       Маг тьмы тоскливо зевнул. Его постоянно пытались заставить выполнять работу, которая абсолютно не вписывалась в основной вид его деятельности (а именно — крошить монстров, ни о чём не думая), но чтобы девушка-подросток… Нет, обычно дети нутром чуяли исходящую от него опасность и держали дистанцию.       И его беспокоил вопрос, не было у девушки чувства самосохранения или же положение её было настолько отчаянным, что она выбрала самую неподходящую для этой роли кандидатуру? — Я не пойду, — просто ответил Эсия. — Вы не понимаете, — Гил смотрела на него серьёзно и собранно, стараясь не выходить из себя. — Если он останется, то умрёт. А я не хочу, чтобы он умер. — Хочешь силой вынудить человека следовать твоего воле? — маг едва улыбнулся, разглядывая, как ему казалось, интереснейшего представителя человеческой расы. Хотя бы потому, что незнакомая леди в обносках явно не боялась его.       Да что уж там — она пыталась заставить его подчиниться, а в этом случае необходимо как минимум быть самоубийцей. — Если потребуется, — девушка сжала руки в кулак. — Я прошу Вас… Пожалуйста, помогите! — Не стану, — Эсия покачал головой.       Это стало последней каплей.       От спокойной Гил не осталось и следа: подобно фурии она ринулась на врага, желая растерзать посмевшего отказать ей… Теперь она уже не была слабачкой, которую можно смело пинать во дворе школы: учитель показал ей, как защитить себя и других, как держать в руках меч и как говорить с наглецами, чтобы те мгновенно утратили свой запал.       Она просто не могла смириться с тем, что Олтис — человек, которым девушка дорожила больше всего (и не только из-за того, что он учил её), — в порыве безумия хотел «пасть смертью храбрых». — Но Вы же воин на службе у короля, разве Вы не должны защищать простых людей?! Разве жизнь — не первое, что вас всех обязали беречь?! Или, может, всё дело в том, что у меня нет рода или средств, чтобы заплатить?       Маг тьмы легко и непринужденно взял Гил за шиворот и приподнял над землёй. Он применил заклинание быстрее, чем она успела даже дёрнуться в его сторону, и теперь была вынуждена висеть и молчать, словно сломанная кукла. — Я же сказал, что никуда не пойду, — Эсия был спокоен. Подчиняясь исключительно королю, он избегал попыток втянуть его в авантюры — достаточно было и Лео, который вечно оставался в его памяти.       А всё потому, что маг тьмы в тот раз вмешался. — Эта смерть будет на Вашей совести! — выкрикнула Гил, и Эсия, фыркнув, опустил её обратно в пыль, освобождая от невидимых пут. Для него не так важно было, одна смерть или десять.       В конце концов…       Все эти люди когда-то умрут, а он останется и будет в одиночку сторожить пустые земли, пока мир сам собой не разрушится под силой неумолимого течения времени.       А вот Гил беспокоил вполне конкретный и пока что живой человек… Но более нападать на Эсию она не решилась — интуиция подсказывала, что даже спиной этот человек может превратить её в пыль, если пожелает. Именно поэтому девушка к нему и обратилась… Остальные были чересчур слабы, чтобы заставить Олтиса отказаться от своей безумной идеи стоять до конца.       Гил шла по направлению к дому учителя, ощущая, как растёт внутри непонимание и раздражение.       Он ведь бывал на поле боя, едва ли не умер, на всю жизнь превратившись в калеку, однако при первой же возможности рвался назад, на передовую, хотя его магия исцеления вряд ли смогла бы спасти даже одну-единственную жизнь.       Вновь сменив облик, поскольку с Олтисом он встречался чаще как Ирс, парень бегом ринулся к знакомому до боли дому. — Учитель!       Барьер подняли.       Вернее, правильно было бы сказать «сняли», но для мчащегося вперёд парня казалось, что полупрозрачная стена не исчезла, а попросту поехала наверх, куда-то в небо… И в то же мгновение громадный монстр ростом с трёх Ирсов проломил крышу дома учителя.       Парень нервно замедлил шаг. Опасность приближалась к нему быстрее, чем он хотел бы, меч остался в доме родителей, упакованный в тонкий брезент… Ирс тогда думал, оружие ни к чему. Они ведь за барьером, что может случится? В конце концов, учитель всегда справлялся с мелочными драками, вот его ученик и привык к сомнительного качества миру и покою.       А теперь требовалось со всех ног бежать прочь, поскольку помочь Олтису без оружия он никак не мог…       Протрубили отступление.       Все войска короля, повинуясь приказу из уст правителя, разворачивались и двигались в обратную сторону, игнорируя монстров, которые уже кинулись крушить ближайшие дома. — Учитель… — истерика овладевала парнем скорее, чем просыпался здравый смысл. — Учитель!       Надрывая лёгкие, Ирс хотел верить, что в то мгновение любимый был не в доме. Пусть бы он отправился записаться в ряды добровольцев или сам искал его — только бы не там, не в злополучной комнатке, которую во всю крушил раздражённый монстр.       Никого не было. Никто не торопился помочь парню, поднять его с земли и увести прочь… Люди ушли, оставляя свои дома, а те, кто собирался сражаться, находились на новом посту, далеко отсюда.       Ирсу повезло, что ни один из монстров не желал его крови — их больше прельщали строения, которые ломались от прикосновений, подобно игрушечным постройкам, которые малыши возводят, играя в песочнице. И спустя ещё несколько минут ему пришлось подняться. Вовремя — он как раз увидел, как голова любимого вслед за телом исчезает в брюхе подоспевшего монстра.       Бессмыслица.       Инсильфа захлестнуло чужими чувствами. Боль, страх, отчаяние… Ирс из прошлого уже не контролировал себя, и его истерика на какие-то мгновения передалась наблюдателю, а затем «представление» закончилось, выбрасывая случайного наблюдателя во внешний мир. Чужое пространство схлопнулось, Ин снова оказался в собственном теле…       За окном было темно. И Эсия, несмотря на то, что обещал приглядывать за ним, куда-то пропал — парень сел на кровати, нервно подрагивая. Его пальцы никак не могли перестать отдавать дрожью. Да, теперь он отлично понимал, по какой причине Ирс настолько ненавидел прошлого, нынешнего и будущих правителей. — Ты плачешь? — маг тьмы бесшумно скользнул в дом и прикрыл за собой дверь.       Инсильф коснулся щеки… И правда, солёные капли. Он ненавидел себя за то, что ничем не мог помочь ни умершему ни за что Олтису, так и не сумевшему сразиться за свой дом, ни Ирсу, отвергнутому всему как раз в то мгновение, когда это могло бы спасти жизнь его учителю.       Будь тогда Ин вместе со своим супругом… И ведь это было не так трудно: поверить на слово ребёнку, последовать за ним, чтобы убедиться, что всё в порядке! Они бы успели. И тогда учитель был бы жив. И не было бы болезни, не назревала бы война, не пытался бы Ирс отомстить всем наследникам престола. — Он показал мне своё прошлое, — король подтянул к себе колени и тихо всхлипнул. — Ты или я тогда могли бы спасти его от всего этого кошмара… — Позволишь взглянуть? — Эсия присел рядом, не снимая плащ, и осторожно обнял подопечного. — Смотри, — кивнул парень, сжимая ладонь супруга в своей. — Это… Мне было так больно и так жаль его, что хотелось прорваться сквозь время и помочь. Жаль только, что я такого точно не сумею.       Взгляд мага тьмы говорил «и хорошо, иначе натворил бы ты дел», но вслух он ничего не сказал, погружаясь в память подопечного, чтобы лично взглянуть на всё произошедшее.       Позволив супругу скользить вдоль недавно просмотренных им самим сцен — для этого Эсия держал его за руку, — Ин встал с кровати и на негнущихся ногах приблизился к столику. Здесь в полном беспорядке валялись книги, карты, поверх которых Эсия делал аккуратные наброски имён, времени и мест, но исследование сейчас не слишком беспокоило Инсильфа. Он осторожно добрался до посуды, усилием воли запустил магический механизм подачи воды…       Спустя мгновение он опрокинул в себя полный стакан.       Вода не слишком помогала. Жидкость внутри могла ненадолго притупить боль, но не избавляла от неё; колени всё ещё дрожали, и только сила воли позволяла ему всё ещё стоять на ногах.       Ирс был жертвой. Да, Инсильф лучше других понимал, насколько судьбоносным стал отказ мага тьмы помочь несчастному, но… кто знает, скольким тот отказал до этого. Все и без того знали, как Эсия относится к человеческой жизни и сомнительным ценностям, присущим людям. Скорее всего, Ирс понимал, на что идёт. Бессмысленно умолять гору превратиться в равнину, потому нынешний враг обвинял в произошедшем того, кто отдал приказ. Человека, который теми словами об отступлении предотвратил разрушение барьера. — Отец был прав, — выдохнул Ин, пытаясь убедить то ли некого невидимого наблюдателя, то ли самого себя. — Он спас людей… — В таком случае я во всём виноват? — Эсия выпустил пальцы подопечного, позволив тому свободно перемещаться по комнате. — Я и забыл его… Её. Хотя просьба была не из простых, да и внешность у Гил запоминающаяся.       Инсильф поставил стакан на стол и нервно обнял себя руками: — Нет. — Ты не выглядишь так, как будто… Прощаешь меня, — маг тьмы скривился, отворачиваясь. — Ин, ты ведь знал, что я именно так отношусь к людям. Для меня не существовало тех рамок, которыми нынче ограничены человеческие существа; я не думал ни о ком, кроме себя самого. Много-много лет. — Я не злюсь, — король вернулся к дивану и сел рядом с супругом, устроив голову у него на плече, — Ирс пропускал через меня свои эмоции, так что я чувствовал то же, что и он. Мне нужно немного успокоиться. Он ведь был в истерике: кричал и плакал; молил, чтобы его спасли. Так это я — чудовище, а не этот парень?       Эсия фыркнул, притягивая подопечного ближе и настойчиво поглаживая его по плечам. Как бы он ни хотел защитить своего маленького и слабого, порой, короля, от внутренней боли никто был не в силах спасти его. — Ты не чудовище, Ин. Ты единственный здравомыслящий человек среди всего этого кошмара, и я никому не позволю сказать, что это не так. — Спасибо, — прошептал парень, уткнувшись носом в грудь супруга и не желая даже думать о том, что снаружи существует некий мир, с которым ему ещё не раз придётся контактировать…       Маг тьмы, до того равномерно поглаживающий Инсильфа по спине, внезапно замер. Его рука прекратила движение, и казалось, что весь мир замер, остановился, перестал существовать — Ин даже перестал дышать, дожидаясь, пока Эсия что-нибудь скажет или сделает. — Новости не лучшие, — размеренно сообщил супруг. — Их войско наступает. Много людей, неплохо вооружены, разве что с магами у них беда… С севера. — Они идут в столицу? — король медленно сел, выпрямляясь и стараясь мгновенно привести себя в порядок.       Он уже знал, что более «отлежаться» не выйдет: необходимо было вести собственных воинов в бой, если он не хотел, чтобы его королевство осталось в руках у убийцы.       Раньше Ирс был хорошим человеком — в этом Инсильф не сомневался ни секунды. Однако стоило ему поднять меч и убить короля, которого он считал виновником всех своих бед, — и для Ина он тут же перестал быть достойным сострадания. Каким бы ни было прошлое, оно не даёт человеку права пренебрегать другими людьми, убивать тех, кого вздумается; творить разбой.       В некотором смысле это касалось и Эсии, но думать об этом сейчас парню совсем не хотелось. С супругом они смогут разобраться потом, когда всё закончится, и более не будет ни врагов, ни опасности захвата престола. — Ты собираешься сражаться, — маг тьмы не спрашивал, наблюдая, как уже привычными движениями подопечный облачается в «более приличный наряд». — Передай Ассоциации запрос на поддержку, — Инсильф решительно стянул волосы на затылке, — и гильдии Соли. Пусть брат уведомит остальных, а мы с тобой…       Эсия удовлетворённо улыбнулся. — Я что-то делаю не так? — Ин как раз прикрепил ножны на боку. — Я рад, что ты не собираешься в одиночку выходить против целого войска. Пусть наших сил будет маловато, если не призывать никого из жителей королевства, это всё равно лучше, нежели твои попытки умереть в неравном бою, — маг тьмы встал и сменил наряд всего за одно мгновение; для этого хватила щелчка пальцев.       Король, уже завершавший приготовления, надел парадную белую мантию, тянущуюся за ним на полметра, и улыбнулся супругу: — Я никогда не выхожу на бой один. Ты всегда стоишь рядом со мной. — Лучше бы ты совсем перестал сражаться, — пробормотал Эсия, разглядывая выбранный подопечным костюм.       В этот раз и верх, и низ его костюма были чёрного цвета со вставками глубокого синего. Без лишних элементов декора и карманов — строгий костюм, не стесняющий движения; Инсильф собирался сражаться. Он поднимется на стены дворца, чтобы приказать подданным выступать, а после отправится на передовую и лично разберётся с Ирсом.       Очевидно.       Предсказуемо.       Но ведь их враг был не так уж и глуп, так отчего способному менять внешность парню не пробраться во дворец под видом кого-нибудь из знакомых, пока снаружи толпа будет отвлекать стражников? — Готов? — Ин протянул руку.       Эсия взял чужую ладонь и, прокрутив подопечного, притянул его к себе. Тёплый Инсильф был куда лучше, нежели все, с кем магу приходилось иметь дело раньше. Даже Лео, возможно, нельзя было поставить на одну ступень с ним… Однако признаваться в этом вслух не хотелось.       Прижавшись к груди супруга, Ин невольно прислушивался к размеренному течению его мыслей. Приятные прикосновения пальцев, скользящие от шеи вниз, очерчивающие ключицы, затем — позвоночник, а после… Парень шумно выпустил воздух. — Нам ведь уже пора? — король осторожно оторвался от любимого, чтобы взглянуть вверх и заглянуть в его глаза. — Пора, — маг тьмы поднёс к губам ладонь Ина и поцеловал тыльную её сторону. — Как думаешь… Ирс не собирается подложить нам свинью, заранее оказавшись среди наших союзников? Если подумать, он мог перевоплотиться в кого угодно, а затем посеять панику.       Инсильф покачал головой: — Не думаю, что всё так просто. Если бы он мог, скажем, стать тобой или мной, ему было бы проще некуда вести свою кампанию по захвату власти в стране. Думаю, те два образа, которые он использовал, — основной его потенциал. Я бы предположил, что он может обращаться в Каррина, и мы как раз удачно заперли настоящего…       Эсия кивком подтвердил всё сказанное. Если бы их враг пожелал добыть что-нибудь из их документов или прочего, он мог сделать это в образе Гил — у девушки для такого было достаточно полномочий (они лично ей их предоставили). Да и что необходимого может быть во дворце?       С разрушением домашнего уюта супругов Рульсио, чтобы пошатнуть их принципы, он уже справился на «отлично», превратив замок Эсии в руины. — Я использую заклинание, — предупредил король, и маг тьмы едва кивнул, на мгновение закрывая глаза.       Магия Инсильфа, хрупкая и звонкая, словно первый снег, в мгновение перенесла их обратно во дворец, только уже не в одну из множества комнат для собраний или сна — они с супругом стояли на одном из зубцов замковой стены, под которой собирались защитники столицы.       Места на двоих едва хватало: зубцы отнюдь не были предназначены для того, чтобы на них стоять, тем более вдвоём, но магия компенсировала необходимый баланс, чтобы не рухнуть в пустоту. Падать отсюда было далековато — по одну сторону стены, до перехода между башнями, было около двух метров, но вот по другую… далеко внизу шумел ров, наполненный водой. Из-за низкой температуры вода замёрзла, а потому упасть на лёд было уж точно сплошное удовольствие. Холодный ветер трепал волосы супругов. — Ты так одержим своей идеей с полётами? — Эсия осторожно наклонился, устраивая голову на плече у подопечного. — Мне нравится мысль, что я способен летать, — Инсильф нервно улыбнулся.       Прыгать отсюда по своей воле он бы ни за что не решился: в прошлый раз, проделывая фокус с падением, парень был уверен, что не разобьётся, ведь они пребывали в своеобразном сне, где паук изменил законы мира в угоду своим интересам.       Пусть Ин и не сомневался в разработанном заклинании, ему всё равно не хотелось даже несколько мгновений беспомощно падать вниз, когда тело предавало его, а дыхание сбивалось с ритма. — На подобное безрассудство только ты и способен, мой король, — маг тьмы зевнул, — замораживать саму идею времени… — Ты ведь не меньше меня обожаешь подобные заклинания, — заметил Инсильф, — уверен, тебе нравились необычные решения со стороны Лео, а я просто… Ну, мне нравятся практичные решения самых сложных задач. Чтобы в два витка решить проблему, которая мучила человека или даже всё человечество несколько месяцев… — Мне нравится, что ты способен на подобное, — Эсия погладил подопечного по голове.       Их прервали крики.       Собравшаяся внизу толпа воинов обнаружила двух правителей-беглецов на стене дворца и теперь скандировала, требуя речи, выступления… Инсильф улыбнулся. Он уже немного привык к тому, что время от времени ему необходимо было обращаться к окружающим (к толпам почитателей или же негодующих), да и врождённые способности позволяли легко справляться с этим.       Речи давались ему всё легче и легче, пока в конце концов это не стало такой же обыденностью, как совместные с Эсией приёмы пищи или сон.       И Ин, привычно усилив голос магией, начал. — Простите, что обращаюсь к вам с просьбой, — король сложил руки на груди, — внутри нашего королевства объявился враг. Человек, которого я так называю, виновен в убийстве моего отца, а также разрушении замка моего супруга с попутными жертвами. Он ведёт сюда армию, чтобы взять столицу приступом и установить свой порядок. Простите, что прошу вас защитить наш мир. Мне одному не справиться.       Они кричали.       Буквально извивались в экстазе, поднимая над головой мечи, копья, луки, посохи — всё, чем только можно было сражаться. Эти люди собирались защитить столицу ценой собственных жизней во имя того, чтобы их семьи жили в мире и согласии.       Инсильф понимал их, как никто другой: для него было лишь два пути. Или сражаться и защищать своё королевство — свой дом, или позорно бежать вместе со своим супругом, оставив на верную погибель как родных братьев и мать, так и весь свой народ, с такой надеждой поднимающий головы и руки при каждом его появлении. Никто не сомневался, что бой будет смертельным. Ни Ирс, ни Ин ни за что не отступились бы от своих идеалов, а потому им предстояло столкнуться один на один, навсегда выяснив, кто же из них больше достоин королевского трона. — Я подготовил план побега, если потребуется, — Эсия смотрел вниз, на ликующую толпу, но не разделял их чувств. Ему хотелось завернуть подопечного в плед и утащить подальше от любых боевых действий, поскольку (с его-то удачей) Инсильф обязательно вляпался бы в какую-нибудь передрягу. Ему для этого не требовалось даже усилия прикладывать. — Я никуда не пойду, — король повернул голову, заглядывая в спокойные фиолетовые глаза мага тьмы. — Не могу оставить всех этих людей. Ирс — не тот правитель, который им необходим, поэтому… Я буду сражаться за них. За моих братьев, за мать и за тебя; поскольку без всего этого моё будущее выглядит совсем уж безрадостно. — Вот как? — с улыбкой приподнял брови Эсия. — Именно так, — Ин чуть отступил, буквально балансируя на краю зубца, но сейчас безопасность стояла для него на втором месте, поскольку на первом было «выжить любой ценой» в надвигающейся подобно грозе битве. — Ты… Эсия, мы с тобой сможем сражаться вместе?       Тот едва кивнул: — На деле не приходилось, но я бы мог заняться контролем толпы впереди, а ты, естественно, сдерживаешь, используешь свои атаки по площади… В общем, ничего сложного.       Они замолчали, наблюдая за тем, как воины под стеной выстраиваются под командованием Фоула. Никто не вспоминал первому принцу несколько месяцев, когда он находился на «лечении» у Алисии, более того — разодетые в доспехи мужчины и женщины подчинялись ему по первому же отзвуку слов, словно бы не было в королевстве главнокомандующего лучше.       Соля и его гильдия расположились неподалёку. Второй принц едва ли не впервые за свою жизнь надел доспехи, поскольку принимать участие в битве ему запретили.       Из башен выглядывали, хихикая, девушки — особый отряд Алаты в лице лучших магов королевства готовился прикрывать с тыла. — Я пойду на передовую вместе с тобой, — Ин повернулся к супругу, ожидая, что тот прикажет оставаться на месте.       Маг тьмы пожал плечами. — Ничего не скажешь? — король нервно сжал губы. — Ты сильнее кого бы то ни было, Ин. Ты сможешь сражаться против кого угодно и как угодно… Я был бы не прочь стоять плечом к плечу с человеком, которому могу доверить свою спину.