Глава 9
27 января 2014 г., 00:02
— Вставай, — громко сказал Адамс и сдернул одеяло с обращенного.
— Эй?! — возмущенно зашипел Винс и попытался натянуть одеяло обратно на себя, уж очень не хотелось вылезать из теплой мягкой постели.
Так хорошо ему не спалось уже очень давно, он даже забыл, когда такое случалось в последний раз, если вообще было. Не до конца проснувшись, парень очень вяло реагировал, в другой ситуации Рэй сразу получил бы в нос за такую наглость. А потом Робертс вспомнил, что случилось вечером, и поморщился, отпуская ткань. Теперь он должен слушаться Рэя, по крайней мере, в замке Ротшильд вести себя как подобает.
— Ты думаешь, мне не хочется нырнуть под одеяло и ничего не делать? — спросил охотник. — Скоро тренировка, мы не должны ее пропускать.
— Ладно-ладно, встаю, — прокряхтел Винс и выполз из постели в сторону ванной.
Когда посвежевший и относительно бодрый Винсент снова появился в комнате, Адамс куда-то ушел. Но теперь он знал где охотник и чувствовал себя увереннее и спокойнее. И чтобы не терять зря времени, пока его позовут, решил немного потренироваться самостоятельно. Не сказать будто он горел желанием будить в себе силу демона, но иного выхода не видел, чтобы поскорее покончить со всем и вернуться домой.
Простые попытки вызвать хоть что-нибудь не увенчались успехом, хотя от усердия Винс стал пунцовым и казалось, что глаза полезли на лоб. Решив устроить небольшой перерыв, Робертс спустился на террасу и закурил. Нет, он определенно что-то делал не так. В лесу все вышло само собой, неосознанно, охваченный гневом он просто сорвался тогда и не совсем понимал, что делал. Видимо нужно что-то серьезнее, чем просто желание воспользоваться силой, ведь два года она вообще не проявлялась.
Затушив сигарету, Робертс отправился обратно, глубоко погрузившись в размышления о предстоящей тренировке, и даже не успел среагировать, когда на него из-за угла налетела служанка. Металлический поднос со звоном грохнулся на пол, рядом шлепнулось несколько запечатанных пакетов, но девушку он все-таки успел поймать под руку и удержать от падения. Винс хотел извиниться и помочь, но заметил опухшее от слез и перепачканное кровью лицо служанки, а на белом фартуке отчетливые багровые пятна.
— Простите, я все уберу, — залепетала девушка и со всхлипами кинулась к подносу.
— Нет, стой! — Робертс схватил ее за плечи и посмотрел в глаза.
Август и Нерон очень любили своих обращенных, насколько умели это делать, и никогда не поднимали на них руку. Наказывали, иногда, но предпочитали немного иные методы воспитания для женщин, нежели обращались с ним самим.
— Что случилось? Кто это сделал? — вкрадчиво спросил Винс, надеясь, что не выглядит в этот момент страшнее обидчика.
— Хозяин приказал мне отнести обед, а он как начал кричать… — стала сбивчиво объяснять девушка. — А потом швырнул бутылкой. Я отпрыгнула, но осколком… прямо в лицо!
— Кто бросил в тебя бутылку? — продолжал спрашивать Робертс, уже догадываясь о ком речь.
Он вытянул из кармана носовой платок и протянул зареванной служанке. Та сначала принялась стирать слезы, потом заметила, что белоснежная ткань стала красной, и заревела с новой силой.
— Ой, простите, вы не должны были этого видеть. Простите, пожалуйста!
— Да ничего. Лучше скажи, кто тебя ранил?
— Господин Ван Холкам, — ответил девушка, не прекращая всхлипывать. — Он из своих покоев не выходит, никого видеть не хочет. Кричит все время на всех и требует оставить его одного. Не ест ничего. Хозяин будет меня ругать, я не выполнила приказ и испачкала форму…
— Да он же психопат, этот Ван Холкам, не бери в голову, — стал он успокаивать девушку, поглаживая ее по плечу. — Давай лучше я отнесу ему еду, ладно? А ты иди и приведи себя в порядок. Хорошо?
— Да, хорошо, — служанка наконец-то хоть немного улыбнулась. — Спасибо. Я платок верну, обязательно.
— Оставь себе, если хочешь.
Винсент поднял с пола поднос и пакеты, нигде не порвалось и не протекло, и хорошо, а то не хватало еще одного скандала Августа.
Комната Лукаса находилось в конце одного из ответвлений коридора в правом крыле замка, куда Винсент никогда не заходил. Ему не запрещали, но и желания заглядывать туда у него обычно не возникало, всегда старался держаться от ненормального Высшего подальше. Но вот сегодня как раз не тот случай. Если Лукасу запрещалось подходить к нему, то Винсу как раз никто не запрещал. Шел он не только чтобы высказаться по поводу грубого поведения, но и кое-что от себя лично добавить. Рэй потом будет крайне недоволен, а если точнее — в бешенстве, и пусть даже накажет, Робертс не боялся. Охотник был так сильно увлечен общением с Советом, что не составило труда скрыть от него свое перемещение по замку.
Винс остановился у ободранной потрескавшейся двери и тихо постучал, опасаясь, как бы та не рассыпалась. Не дождавшись ответа, осторожно взялся за погнутую ручку и надавил, мысленно взмолившись, чтобы та не осталась у него потом в ладони. Петли невыносимо жалобно заскрипели, но дверь открылась и даже не вывалилась. В нос ударил смрад из смеси паров алкоголя, чего-то протухшего, сырости, едкого табачного дыма, и этот «букет» Винс прочувствовал даже с притупленным обонянием. Комната походила на притон бомжа: царил полнейший беспорядок, не смахивающий даже на творческий. Под подошвами ботинок скрипело битое стекло, а по углам валялись разорванные грязные вещи. На стуле болталась кожаная куртка с дырками, явно проделанными ножом. На столе горой лежали пустые картонные коробки, мятые листы бумаги, провода, будто перегрызенные, даже толстая цепь свисала с края. Единственное узкое окно закрывали заляпанные чем-то плотные шторы, не пропуская дневной свет. Обои если и были когда-то, то их давно и с особым фанатизмом оборвали, остались только мелкие клочки под пожелтевшим потолком. Бутылки из-под вина стройными рядами стояли возле самой кровати, на которой и лежал Лукас, отвернувшись к стене.
— Я же сказал, что жрать не… — зарычал Высший, разворачиваясь к двери и хватая пустую бутылку, но речь оборвалась, когда он увидел, кто пожаловал. — Какого драного лешего ты приперся? — перешел он на опасное шипение.
— Поговорить, — спокойно ответил Робертс, — точнее, предупредить. А заодно напомнить, что швырять бутылки в женщин непростительное свинство.
— Маркус тебя подослал? — Высший недоверчиво сощурился, разглядывая гостя сквозь взлохмаченные черные пряди.
— Нет, я сам пришел.
— Так и знал, что ты любишь опасность. Приперся прямо в лапы. Может, тогда уж разденешься и ляжешь на кровать тоже сам? — вампир хмыкнул и похлопал ладонью рядом с собой по грязно-серой простыне.
— Вы ошибаетесь, — с невозмутимым спокойствием произнес Робертс и подошел к столу, намереваясь поставить на него поднос. Но места там оказалось совсем мало, пришлось чуть сдвинуть гору коробок, чтобы хватило для пакетов, сложенных друг на друга.
Взгляд зацепился за рисунок в альбоме, лежащем как раз рядом. Винсент сразу узнал себя, изображен он был спящим, и сходство выглядело настолько поразительным, будто профессиональный художник писал с него портрет.
— Что это? — изумленно выдохнул парень.
— Хочешь посмотреть? Там много, — Лукас небрежно махнул рукой в сторону стола, продолжая вальяжно валяться на кровати.
Робертс аккуратно взял альбом и стал перелистывать страницы и на каждой видел себя в разных ракурсах, всегда спящим. Все страницы в альбоме оказались разрисованы, не считая каких-то торчащих обрывков. На самых первых рисунках у него еще были отросшие до плеч волосы, с такой прической он ходил год назад, но в один прекрасный день разозлился и состриг их. Не хотелось каждый раз вспоминать об Адамсе, собирая в хвост длинные пряди.
Обращенный взял один из смятых листков и развернул его. Руки невольно задрожали, но чтобы не показывать растерянности, он заставил себя сохранять хладнокровное спокойствие. На листке оказался очередной набросок, незаконченный, почему-то забракованный художником, но на взгляд самого Винсента все портреты выглядели идеальными.
— Нравится? — спросил Высший, сев на край кровати и поставив босые ноги на пол. — Могу подарить несколько.
— Не знаю, — прошептал Робертс и отвернулся от стола, чувствуя, как внутри все холодеет от ужаса. Он впервые столкнулся с чем-то подобным и не представлял, что это все значило, но точно ничего хорошего.
— Так что ты хотел мне сказать? — Лукас улыбнулся, разглядывая побелевшее лицо Робертса.
Винс сделал глубокий вдох и собрался, чтобы не выглядеть трусливо, когда говорил очень важную вещь:
— Если попытаетесь снова причинить Адамсу боль, я убью вас, — голос его звучал твердо, что радовало. — Знаю, что рано или поздно вы выйдете отсюда, и в покое его не оставите. Поэтому предупреждаю заранее.
Хриплый жутковатый смех отразился от стен комнаты, когда Лукас откинулся на постель, хватаясь за живот. Долго он заходился хохотом, пока не поперхнулся, и только после этого смог успокоиться, хорошо прокашлявшись.
— Да ты шутник, — протянул Высший, улыбаясь.
Робертс нахмурился, не понимая, что именно в его словах было таким забавным.
Ван Холкам внезапно тоже стал абсолютно спокойным и уверенным, будто и не смеялся до хрипоты несколько секунд назад.
— Твое предупреждение для меня звучит как вызов, теперь еще больше хочется испортить ему жизнь.
Медленно поднявшись с кровати, Лукас подошел к обращенному, заглядывая в глаза с такой уверенностью, что не оставалось ни малейшего сомнения в его намереньях.
— Я не позволю, никогда, — процедил сквозь зубы Робертс, из последних сил стараясь сохранить хладнокровное спокойствие. — На изнанку вывернусь, но Хозяина буду защищать от вас любыми способами.
— Хозяина, говоришь… — Лука замер на несколько секунд, а потом резко схватил Робертса за горло и прижал к стене. Поднос выпал из рук с особенно громким звоном грохнулся на каменный пол.
— Да, — прохрипел в ответ обращенный, обхватив запястье Высшего. — Я буду… до самого конца…
— Ах ты, щенок! — рассвирепел Ван Холкам. — Вздумал мне тут указывать и угрожать? Да ты совсем оборзел, я смотрю. Давно тебя не драли как следует, а? Ничего, сейчас я тебя проучу!
Толкнув Винса на кровать, Высший набросился на него, не давая подняться, и оскалился, демонстрируя длинные острые клыки. Его желание укусить читалось без труда, но вампир хотел большего, намного большего.
— Ты не будешь принадлежать ему, никогда, — произнес Высший, и провел пальцами по шее обращенного ровно в том месте, где под кожей проходила яремная вена.
— Да ну? — прошипел Винс и, собравшись с силами, отпихнул от себя Ван Холкама. Выхватив нож, он молниеносно переместился к Лукасу, и загнал клинок прямо в плечо, ровно в то же место, куда тот ранил Рэя.
С диким ревом Высший вцепился в руки Робертса, пытаясь вынуть нож из тела, но не получилось. С невероятной силой обращенный навалился на него, загоняя лезвие все глубже.
— Я предупредил! — прорычал Винс, неестественно низким голосом и замер, сам себя не узнав.
Лука поморщился и отпустил руки обращенного, а потом провел окровавленными пальцами по его щеке, зачарованно разглядывая.
— Хочу, очень хочу нарисовать тебя.
Дотянувшись до серебряного подноса, он поднял его на уровень глаз Робертса, чтобы тот смог увидеть свое отражение в отполированной до зеркального блеска поверхности. Винс опешил, а потом отпрянул, закрывая лицо руками. Никогда прежде он не видел себя таким… Страшным? Уродливым? С почерневшими от гнева глазами, бледно-серой кожей, расчерченной странным рисунком, словно потрескавшаяся краска на старой масляной картине, и ужасающий оскал.
— Посмотри на меня, — Ван Холкам потянулся к нему, но Винс с легкостью оттолкнул его, издав низкий угрожающий рык.
В следующее мгновение Робертса одернуло: желание Хозяина видеть его немедленно чувствовалось очень ясно. Рэй уже спешил к ним. Выскочив в коридор, Винсент спрятал нож, но руки были в крови. Он не успел добежать до лестницы, когда его перехватил Адамс и прижал к стене. Обращенный закрыл глаза, приготовившись к удару, но ничего не последовало.
— Я старался тебя защитить от него, а ты взял и сам полез, — холодно произнес Адамс, и каждое его слово прибивало к земле.
— Я всего лишь хотел поговорить и все, — прошептал Винс, стирая тыльной стороной запястья кровь с лица.
— Ты ранен? — внезапно забеспокоился Адамс.
— Это не моя, — усмехнулся Робертс и продемонстрировал ладони, — но лучше не притрагивайся ко мне и не смотри.
Винс опустил голову, стараясь скрыть страшное лицо за волосами.
— Идем, — охотник подхватил обращенного под локоть и повел за собой. — Маркус в ярости, и если я не накажу тебя, он сделает это сам.
— Я знал, что так и будет, так что… смиренно приму наказание от тебя.
— В мазохисты заделался? — съязвил Рэй.
— Годы воспитания Валентайна не прошли даром, — задумчиво протянул Робертс.
— Заткнись, — рыкнул охотник, втолкнул обращенного в свою комнату, кивая головой на его руки, — и избавься от этого!
— Да, Хозяин, — покорно произнес тот и юркнул в уборную.
Когда Винс посмотрел на свое отражение в зеркале, то ничего странного не обнаружил: глаза снова стали зелеными, а лицо приобрело естественную бледность, и никаких рисунков. Все исчезло без следа и, похоже, Рэй ничего не заметил.
— Что за хрень происходит? — шепнул обращенный себе под нос и стал смывать кровь.
Приведя себя в порядок, Робертс вернулся в комнату и встал рядом с мрачным охотником, присевшим на подоконник у огромного окна. Он ждал, что Хозяин скажет что-то еще, отчитает его, обзовет, как обычно, или просто наградит хорошей оплеухой.
— Не буду спрашивать, что произошло, твой порыв отомстить ублюдку я уловил, — заговорил Рэй, — но меня ты подставил, причем серьезно.
— Прошу прощения, — тихо прошептал Винс, понимая, что действительно сглупил. Теперь за идиотские поступки отвечать будет не только он, но и Хозяин.
— Я не собираюсь держать тебя на поводке, но хотя бы здесь, в этом замке, пожалуйста, веди себя осторожно.
— Обещаю.
— Хорошо, я тебе верю, — с облегчением выдохнул охотник. — Но нам влетит, скорее всего.
Винсент виновато опустил голову, совсем забыл, что может доставить неприятности Хозяину, да он вообще не думал о последствиях в тот момент, но ни капли не жалел, что засадил нож мерзавцу Ван Холкаму в плечо по самую рукоять. Может хоть так удалось убедить урода, что он вовсе не шутил? И если бы Лукас не показал ему собственное отражение, то мог бы еще добавить, но слишком испугался чудовища в зеркальной поверхности подноса.
— Я как раз собирался за тобой зайти, пора на тренировку, — добавил Рэй.
— Я уже готов.
— Тогда пошли.
Искать Де Санфараса не пришлось, он сам направлялся как раз к ним навстречу и выглядел задумчиво, впрочем, злым он не казался. Но Рэй все равно стал так, что закрывал собой Робертса, от чего тот получил еще один укол совести.
— Прошу прощения за необдуманное поведение моего обращенного, — начал Адамс, но Маркус прервал его, подняв руку.
— Мне бы хотелось поговорить с Винсентом, желательно наедине, — спокойно и сдержанно сказал Марк и смерил оценивающим взглядом охотника.
— Если его нужно наказать, я… — и снова не удалось договорить, Высший уже знал все, что хотел сказать или спросить Рэй.
— Не беспокойся, мы всего лишь побеседуем.
— В таком случае я подожду на улице.
— Будь добр, сообщи остальным, что мы немного задержимся.
— Да, сэр, — отчеканил Адамс и направился дальше по коридору к выходу. Если бы он еще вытянулся по стойке смирно и отдал честь, никто бы не удивился.
— Ну что, идем? — Маркус развернулся к застывшему в ожидании Робертсу, и тот согласно кивнул.
Посещать кабинет главы Совета удавалось нечасто, поэтому Винс с любопытством изучал его необычную скромность и каждый раз удивлялся. Де Санфарас на этот раз предложил ему присесть на кушетке у окна и как только обращенный расположился на ней, сам хозяин опустился в кресло рядом и доверительным тоном произнес:
— Я не буду никого наказывать, даже в какой-то степени должен тебя поблагодарить.
Робертс растерянно уставился на Высшего, совершенно ничего не понимая.
— Все дело в Лукасе. Он был расстроен, но после разговора с тобой ему стало немного лучше, — Маркус загадочно посмотрел в сторону, как раз туда, где находилась комната Ван Холкама, будто мог его увидеть, но на самом деле только «слышал».
Возможно, такие новости кого-нибудь бы и обрадовали, но не Винсента. И если бы Лукас сам себя заморил голодом и уснул навечно, все вздохнули бы с облегчением.
Постепенно ощущение присутствия других вампиров исчезло, так же как и незримая тонкая связь с Хозяином, заставив Робертса занервничать, но Марк поспешил его успокоить:
— Не волнуйся, все хорошо. Я поставил вокруг комнаты щит, чтобы нам никто не помешал.
Но легче все равно не становилось, и Винс заметно напрягся, ожидая, что разговор будет не из приятных, а иначе, зачем так отгораживаться?
— К сожалению, я не умею извлекать из памяти других нужные мне воспоминания по желанию, как когда-то это делала Юкимура Ая, но могу увидеть их, если ты мне поможешь, — Маркус придвинулся чуть ближе. — Дело в том, что я хочу помочь тебе скорее научиться пользоваться твоей силой. У нас ведь так мало времени.
— Да, я тоже хочу, но не получается, оно само как-то…
— Вот поэтому я прошу тебя вспомнить в подробностях те события, когда сила проявлялась, и мы сможем разобраться, что нужно делать. Ты согласен мне помогать?
— Да, но…
— Не беспокойся, куда не нужно, мы не полезем. Закрой глаза и вернись мысленно в лес, в тот момент, когда вы сражались с Лукасом.
Винс согласно кивнул, зажмурился и сосредоточился, извлекая из недр памяти тот отвратительный случай. Он помнил все, даже как пахла трава и древесина сломанной ели, когда Ван Холкам в очередной раз швырнул его в чащу. Как бежал в отчаянных попытках спастись, но заблудился и не мог найти дорогу к замку.
— Вспомни, когда пришел Рэй, что случилось? — направлял его мысли Маркус.
И Винсент увидел сильного и полного решимости охотника, без колебаний рванувшегося в бой с превосходящим его по мощи противником. Казалось, что Рэй непобедим, его удары всегда достигали цели, но Лукас лишь играл и выжидал удобного момента, давая противнику выдохнуться. Был ли шанс у Адамса? Неизвестно. И приступ отчаяния сдавил горло, когда Ван Холкам наконец атаковал, свалив охотника на землю. Из-за высокой травы Винс успел разглядеть, как в воздухе блеснуло лезвие, и в следующее мгновение Лукас нанес удар измазанным кровью ножом.
— Нет! — воскликнул Робертс и дернулся. Всего на мгновение перед ним проскользнул альбом с рисунками, что пугал его и в тоже время завораживал, но видение тут же быстро исчезло в паническом приступе.
Он сам не заметил, как оказался лежащим на кушетке, а Маркус наклонился над ним и держал за плечи, не давая вскочить.
— Что ты чувствуешь? — шептал Высший. — Что происходит? Не сбегай оттуда.
— Я… я хочу спасти его… — шепнул парень и снова погрузился в воспоминания, куда его все глубже утягивал Де Санфарас тихим шепотом:
— Что ты видишь? Что было потом?
Обращенный вернулся в тот момент, он ощущал себя ничтожным слабаком и отчаянно хотел помочь Адамсу, чего бы это ни стоило. Сделать что угодно, хоть что-нибудь! И он рванул вперед на остатках сил, готовый подставиться под следующий удар, который мог оказаться для Рэя смертельным.
А потом все смешалось в кроваво-красном мареве, и стал расползаться жар от самого сердца по венам, все шире, до кончиков пальцев. Винсент захрипел, и тело выгнуло судорогой, а потом он распахнул глаза, темные, как ночное небо, а бледную кожу расчертил серый едва проступающий рисунок.
— Расслабься, все хорошо, — шепнул Марк, силой удерживая обращенного, бьющегося в судорогах. — Все уже позади, все закончилось.
— Я только хотел помочь, — прохрипел парень и обмяк, закрывая глаза. Сознание он не потерял, он пребывал в затуманенном шоковом состоянии.
Маркус присел рядом на кушетку и бережно погладил Робертса по плечу, пытаясь хоть немного подбодрить, облегчить боль от вновь пережитых эмоций. Он знал, что усиливая воспоминания, может спровоцировать приступ, но риск стоил того, ведь в конечном итоге удалось разгадать, что именно заставило силу пробудиться. И Высший не ошибся. Винсент ставил выше собственной жизни защиту Хозяина, на тот момент бывшего, но все равно самого важного для него вампира. Ради него отбросил страхи, разрушив защитный барьер, которым все это время старательно отгораживал даже воспоминания о демоне. Но сломав этот «тайник», Винс пока не мог контролировать силу в полной мере, и она била из него фонтаном в любой опасной ситуации. Что и случилось недавно, при встрече с Лукасом.
— Ты слышишь меня? — тихо спросил Марк и снова коснулся пальцами горячего плеча Робертса.
— Да… — слабо прошептал парень.
— Запомни все, что я тебе скажу.
Де Санфарас редко прибегал к столь грубому способу убеждения, но иного выхода не видел, как заставить Винсента ему поверить самым банальным образом, сыграв на слабостях.
— Сейчас сила переполняет тебя, и ты в любой момент можешь сорваться, но тебе нужно быть крайне осторожным, потому что чем чаще будешь прибегать к ее помощи, тем сложнее будет снова вернуться в нормальное состояние. Ты не должен использовать ее без крайней необходимости, понимаешь?
— Да.
— Тогда закрой ее, закрой источник внутри себя.
Несколько минут Винс пытался понять, что значат слова Высшего, представить себе эту силу или каким-то образом почувствовать откуда она исходит, но жар становился только сильнее. Когда-то Рэй помог ему, научил контролировать свою ауру правильно, но этот способ больше не действовал.
— Не получается, — выдохнул он и снова закрыл глаза, все такие же темные.
— Позволишь? — спросил Маркус и коснулся руки Робертса. — Я помогу. Доверься мне.
И Винсент согласно кивнул, ведь в такой момент ему больше не от кого было ждать помощи, а Маркус — мудрый вампир с огромным опытом, разбирающийся почти во всем и умеющий многое.
— Представь шкатулку, — вкрадчиво произнес Высший и провел пальцами по запястью обращенного, давая своей силе растечься по его телу, словно обволакивая в большой кокон, — или скорее сундук с большим железным замком и очень хрупкий ключ к нему. Твоя сила внутри него, запри ее, — и чем монотоннее звучал его голос, тем больше усиливалось воздействие. — Тебе всего лишь нужно повернуть ключ, но будь осторожен, не сломай.
Винсент действительно представил себе как повернул ключ в замке, даже отчетливо услышал щелчок, хоть он и был воображаемым. И через несколько секунд стало легче, словно в комнате посвежело.
— И запомни, ключ легко сломать. Если будешь поворачивать с напором: либо не сможешь открыть, либо уже не закроешь.
Маркус хлопнул в ладоши и Робертс дернулся, открывая глаза, он будто только что спал и видел очень реалистичный сон и в тоже время совсем не сон. Он не мог понять, происходило ли все наяву, потому что казалось чем-то нереальным.
— Похоже, тебя очень взволновали рисунки Лукаса, — сказал Де Санфарас и загадочно улыбнулся.
— Что? — протянул Винс, не понимая с чего вдруг Маркус заговорил об этом.
— Ты же видел в его комнате рисунки? Интересно узнать больше?
Робертс пару раз растерянно моргнул, его сбили с мысли, и этот странный «сон» совершенно вылетел из памяти, так и не успев обрести хоть какую-то форму.
— Я не уверен, — протянул парень. — Меня это пугает.
Марк неожиданно рассмеялся, уловив ход мыслей Робертса. Ван Холкам действительно напоминал одержимого маньяка со своими причудами, но таким он был всегда.
— Идем, у нас есть еще немного времени, я покажу тебе кое-что интересное.
Шли они по коридору медленно, словно прогуливались, и все это время Де Санфарас увлеченно рассказывал о прошлом, как в средние века вампиры развлекались. Иногда на балах и приемах знати они соревновались, кто больше совратит женщин за одну ночь. Разгоряченные после бурного секса и опьяненные вином дамы с охотой позволяли себя укусить в каких-нибудь неприметных местах, и совершенно не надо было никого убивать ради нескольких глотков свежей крови. Оказалось, что в Европе в те времена было достаточно борделей и клубов, где шлюхи прикармливали вампиров за деньги без угрызений совести и боязни перед церковью за свою прогнившую душу. Это была их работа, и получали они прилично по тем меркам, а некоторые становились постоянными любовницами. Жили чаще всего они недолго, но довольно роскошно для падших женщин, а в случае особой удачи могли стать обращенными. Одна из таких куртизанок даже смогла позже пробиться в фаворитки короля Франции, но ее имя в истории умалчивается, как и имя Высшего, что легко манипулировал правителем в те времена благодаря той женщине.
Много из рассказанного Робертс не знал наверняка, но давно догадывался. В книгах по истории для простых смертных никогда подобной информации не написали бы, чтобы не дискредитировать власть в глазах человечества, ведь даже сейчас многие страны зависели от Высших вампиров как в политическом, так и в экономическом плане.
Наконец-то Маркус подвел итог, к чему он все это рассказывал:
— Лукас был одним из тех, кто обожал подобные развлечения. В те времена водил он дружбу с Дезмондом, тем еще любителем покутить, так что чаще всего их можно было встретить вместе. Они постоянно спорили, кто за ночь больше всего женщин утащит в постель. Бывало даже что могли переспать со всей семьей, совратить не только дочерей и мать, но иногда и… кхм, — тут Маркус прокашлялся, будто ему было совсем неловко о подобном говорить. — Некоторые благородные сэры тоже не брезговали поразвлечься с молодыми и сильными мужчинами. Но если бы кто-то узнал, это был бы настоящий скандал и позор, так что чаще всего вампиры пользовались такими уловками для давления и шантажа. Но об этом не будем.
Винс не ожидал, что придется спуститься в подвал, и сразу вспомнил об увиденном в лаборатории Нерона: следы на теле Рэя, похожие на огромные гематомы. Пришлось тряхнуть головой, чтобы поскорее выкинуть эти ужасные образы.
Сразу за проходом к винному погребу оказалось еще одно помещение и, судя по паутине на углах двери, посещали его редко. Внутри все покрывала вековая пыль, даже воздух был спертым, и пахло чем-то неприятным, едким.
— Но иногда Лукас уставал от подобной жизни или если загорался какой-то идеей, находил свое вдохновение, он начинал творить, — с этими словами Маркус выдвинул большое полотно из высокого шкафа. Рама свободно и легко выехала на специальных колесиках.
Винс замер, разглядывая в полумраке портрет красивой белокурой девушки с нежной улыбкой. Цветы, вплетенные в ее золотистые кудри, смотрелись будто живые, даже захотелось прикоснуться к ним. Тонкую талию стягивал корсет голубого платья, расшитого кружевом, делая его почти воздушным. Она выглядела словно ангел, а ее взгляд был завораживающим и полным сострадания.
— Это последняя картина, которую он написал. Его покойная жена Элизабет. После ее смерти он больше не рисовал, не притрагивался к фортепиано…
— У него была жена? — удивленно перебил Робертс.
Теперь он поразился девушке на картине еще больше. Трудно было себе представить их вместе, по мнению Винсента, рядом с Лукасом могла бы выжить только роковая женщина с таким же изворотливым нравом.
— Да, — Маркус согласно кивнул и аккуратно задвинул картину обратно. — Ее убил Королевский Орден, после чего Лукас сорвался и уничтожил очень много людей и вампиров, пытаясь добраться до виновников. Нам пришлось принудительно погрузить его в сон, чтобы он не натворил еще больше бед. Очень красивая и грустная история, надо заметить.
Высший вздохнул и поморщился, ему самому было неприятно вспомнить о тех временах. А потом он взбодрился и выдвинул еще одну картину, чтобы окончательно отвлечься от печальных мыслей.
— Раньше он очень много рисовал, даже прославился, но все его картины мы изъяли или выкупили. К сожалению, большую часть он сам испортил в приступах ярости, поэтому теперь они хранятся здесь.
С полотна на Винса смотрел мужчина средних лет с бакенбардами и копной длинных вьющихся волос, одет он был в довольно дорогой наряд с золотой вышивкой, руки украшали перстни, а шляпу — пышное перо. Опирался он на трость с металлическим набалдашником, похожим на рукоять меча, трость на самом деле могла быть замаскированный рапирой.
— А это Дезмонд Соул Каннингем, правда, после свадьбы Лукаса его никто больше не видел, — Де Санфарас хмыкнул, его явно мало заботила судьба этого вампира, поэтому он спрятал портрет и выдвинул еще одну картину.
Нечто сюрреалистичное, словно кровь, размазанная руками по холсту, закрученная в странном водовороте спиралью, и что-то проглядывало изнутри, маня нырнуть в самую глубь, прямо в центр. Робертс тяжело сглотнул и отвернулся, картина уж очень напомнила преследовавшие его кошмары.
— Что же, остальное покажу в другой раз, если захочешь. Лучше поспешить, нас уже заждались.
Высший кивнул на дверь и Винс пулей выскочил наружу, чувствуя, как тошнота подступает к горлу. Захотелось уйти как можно дальше, забыть об увиденном. Но кровавый рисунок все еще стоял перед глазами. И парень побежал по коридору, потом по лестнице вверх, к спасительному свету, даже не оборачиваясь. Остановился Робертс только когда выскочил на крыльцо замка и увидел вдалеке знакомые лица.
— Наконец-то, — фыркнул Нерон, когда Винсент подошел ближе, — а то я уже заскучал с этим истуканом, — лорд кивнул на мрачного и явно раздраженного Адамса.
— Что-то случилось? — спросил Робертс, приблизившись к Хозяину.
— Да так, ерунда, — процедил сквозь зубы охотник и недобро покосился на Нерона.
На крыльце появился Маркус и обстановка стала чуть более дружелюбной, хотя все еще чувствовалось явное напряжение, проскальзывающее между двумя Высшими. Только Тэйхард Гилен делал вид, что его все это явно не касается. А вот Августа нигде не было видно.
— Стоило вас оставить ненадолго и вы опять успели поссориться, — прояснил ситуацию Де Санфарас, когда подошел ближе.
— Я всего лишь сказал Адамсу, что у него дурной вкус, — язвительно прошипел лорд. — Мало того, что выбирает совершенно бездарных обращенных, так еще и затасканных, как портовых шлюх.
— Как ты смеешь?! — рыкнул охотник и рванулся к лорду, но на его пути появилось сразу две преграды: Винсент, вцепившийся мертвой хваткой, и Маркус, с укоризненным взглядом.
— Не надо, пожалуйста, — шепнул Робертс, сильнее сжимая руки вокруг талии Хозяина.
— Воу, ты чего? — нервно хохотнул Нерон и даже успел со стула подскочить от неожиданности.
— Не стоило при Винсенте такое говорить, — заметил Марк, повернулся к другу и тихо добавил: — Порой ты просто невыносим. Они наши гости, прояви хотя бы каплю уважения.
— Ладно, я спокоен, — шепнул Рэй, приобняв обращенного за плечи, но взглядом был готов убить Нерона.
— Пора остынуть, — хмыкнул Де Санфарас и присел в соломенное кресло. — У нас мало времени, давайте приступим к тренировке.
— Да пошли вы! — прошипел лорд и, бросив презрительный взгляд на Адамса, направился к замку, бормоча себе под нос: — Сам возись с этим детским садом.
— Ничего, позлится и успокоится, — заверил всех Марк. — Порой он бывает вспыльчив, но легко отходит. Приступим?
— Да, приступим, — ответил Адамс, стал разминать пальцы и сжимать кулаки, явно готовясь к драке.
Винс мысленно распрощался с парочкой зубов, уж очень явно чувствовалось, что ему сполна отплатят за недавний хук справа.
— Но я же не говорил, что тебе придется его бить, — Марк звонко рассмеялся, глядя на озадаченное лицо охотника.
— В чем же заключается смысл этой тренировки? — спросил Робертс.
— О, все просто. Танцуйте! — и после эти слов улыбка Де Санфараса стала коварной.
— Какого черта?! — возмутился охотник. — Вы тут совсем спятили?
— Это еще зачем? — удивленно протянул Робертс.
— Да шучу я, шучу, — Маркус продолжал откровенно веселиться. — Вообще-то я хотел проверить насколько хорошо вы можете друг друга чувствовать, но я уже убедился, что мысли ваши примерно одинаковые, а значит, подсознательно вы все же подстраиваетесь друг под друга. Я подумал, танец самый простой способ продемонстрировать тот фокус, который вы проделали с Валентайном.
Вспомнив о том вечере поединка, Винсент смутился, ведь они целовались на глазах у всех, но тогда о стыде он не думал, больше волновала предстоящая схватка.
— Но если хотите, можете подраться, — вампир небрежно махнул рукой в сторону газона, — правда с таким обостренным ощущением это будет ничья. Хотя…
— Я думал, вы будете проверять мою способность контролировать силу, — недоумевал Робертс.
— В этом больше нет необходимости. Все что мне было нужно, я уже и так смог узнать в ходе нашего небольшого разговора в моем кабинете. Помнишь? — Марк подмигнул обращенному.
— А-а… — протянул Винс, смутно вспоминая, но их беседа все еще казалась ему каким-то странным сном.
Внезапно улыбка исчезла с лица Марка, взгляд его устремился в сторону замка, стал серьезным и сосредоточенным.
— Прошу прощения, — вежливо извинился Высший, — случилось что-то серьезное. Тренировку придется отложить.
Винсент напрягся, ожидая очередной выходки Ван Холкама после сегодняшней их встречи.
Вампиры поспешили вернуться в замок и в холле первого этажа их уже ожидали Нерон и Август, необычно бледный Пьер стоял неподалеку, а несколько девушек лорда затравленно оглядывались.
— Как это произошло? — первое, что спросил Де Санфарас, когда зашел.
Адамс предпочел остаться в стороне и Винс разделял его желание, оба прислонились к стене в тени, не привлекая внимание публики. Им так же было очень интересно, что случилось и от чего все так… напуганы?
— Четкого ответа получить не удалось, похоже, они в истерике и ничего не могут понять, — стал пояснять Нерон, раздраженно сжимая трубку телефона в руке. — Ромула обезглавили в его же усыпальнице, разгромив там все.
— Вандалы? — спросил Марк, но тут же сам себе ответил: — Нет, не могли, зачем тогда голову старой мумии отрубать?
— Убийство, — озвучил Август очевидный ответ. — Ромул был одним из древних, и его усыпальница хорошо охранялась. Как такое могло произойти без свидетелей?
— Охранники тоже убиты, насколько я понял, — добавил Нерон. — Эта чертова итальянка, чтоб ее, причитала и рыдала в трубку, так что я не совсем разобрал ее слова.
— Нам стоит отправиться в Италию немедленно и все осмотреть, опросить клан. Кто там у них сейчас действующий глава? — Маркус выглядел крайне сосредоточенным и собранным, его распоряжения, отданные четким отрывистым тоном, невозможно было не выполнить. — Я лично прослежу за расследованием этого случая. Соберите своих лучших осведомителей, нам пригодится любая зацепка.
— Кто-то должен остаться, — заметил Август, — и я предпочел бы не покидать замка.
— Отлично, тогда мы с Нероном вылетаем, — Марк развернулся и глянул на Адамса и его обращенного. — Пьер, пожалуйста, закажи для них билеты на ближайший удобный рейс до Лондона. Желательно сегодня. Моим личным самолетом мы сами воспользуемся.
— Да, сэр, — мужчина сразу засуетился и направился к выходу.
— Мне жаль, но возникла экстренная ситуация, — обратился он к Рэю, — вам придется поехать в город и побыть там до вылета, в замке вам оставаться небезопасно.
— Понимаю, — согласился охотник. — Мы сейчас же соберем вещи и уедем.
— Я распоряжусь, чтобы Пьер сопровождал вас и помог найти место.
— Спасибо, мы и сами справимся, — поблагодарил его Адамс, а потом повернулся к Робертсу и шепнул: — Идем.
Винс собирался в спешке, просто побросал вещи в рюкзак, надел кобуру, пиджак и вышел в коридор, где все-таки проверил карманы и убедился, что ничего не забыл. Рэй задерживался, видимо, долго справлялся с формой, поэтому обращенный пошел к выходу и собирался дождаться Хозяина там.
Пьер вызвал такси, машина должна была забрать их от въезда к замку минут через пятнадцать. Напряжение жителей чувствовалось по неспокойному общему колебанию ауры. Известие об убийстве древнего вампира заставило всех переполошиться. Кому понадобилось обезглавливать спящего древнего? Имя «Ромул» Винс слышал где-то, но не мог припомнить. Может он спал так давно, что никто тоже не помнил о нем до сегодняшнего дня? Тогда становилось еще более непонятно зачем убивать того, кто и так бы практически мертв для всего мира? Впрочем, если дело касалось обычных вампирских разборок и войны за власть, в таких случаях некоторые не гнушаются любых методов для достижения цели. Вот только как-то слишком круто нанесли удар, ведь убийство древнего считалось страшнейшим преступлением. Насколько Робертс понял из старых записей, что ему удалось откопать в библиотеке Маркуса, их, стариков, и так осталось уже мало, буквально вымирающий вид.
Услышав шаги, Винс повернулся на звук, ожидая увидеть Рэя, но из-за угла показался вовсе не он. Растрепанный Ван Холкам выглядел угрожающе и направлялся прямо на Робертса.
— Стойте, сэр, вам нельзя… — выскочил перед ним Сорэль, но получил удар и отлетел к стенке.
— Свали! — рявкнул на него взбешенный Высший.
— Постой, что ты делаешь?! — возмутился Робертс и подскочил к упавшему обращенному, помогая ему подняться.
— Я сказал ему исчезнуть, с первого раза не доходит что ли?!
Схватив Робертса за руку, Лука резко заволок его в ближайшую гостиную, захлопнув следом дверь.
— Отпусти меня, немедленно! — протестовал парень, стараясь вырваться.
— Да не сцы ты, ничего я тебе не сделаю, — фыркнул Ван Холкам. — Поговорить хотел.
Он с силой толкнул Винсента на диван, чтобы тот сел и перестал брыкаться.
— О чем же? — зло рыкнул парень и выхватил нож, крепко сжимая его в руке так, что костяшки побелели.
— Попрощаться… — шепнул Лукас очень тихо и приблизился так, что практически нависал сверху. — Я тут подумал, что теперь нескоро с тобой снова встречусь. Скучать буду, немного, наверное.
Пока Винс пребывал в шоке от услышанного, Высший воспользовался моментом и перехватил его руку с ножом так, чтобы тот не смог ударить, а потом с силой впился в губы поцелуем, кусая до крови. Винсент взвыл и задергался, но Лукас все сильнее прижимал его к дивану, практически вдавливая. Он целовал жестко, жадно, слизывая и глотая кровь, пытаясь проникнуть глубже в рот, но Робертсу удалось укусить его за язык.
— Щенок, — довольно прошипел Лука, чувствуя приятную будоражащую боль и привкус собственной крови.
Винсент резко дернулся вперед, воспользовавшись моментом, и врезал головой наглому вампиру по переносице со всей силы, да так, что раздался хруст. Ван Холкам застонал, хватаясь за разбитый нос, и по рукам побежали багровые густые капли. Пока Высший матерился, пытаясь заткнуть фонтан крови, Винс схватил рюкзак и рванул в коридор, где сразу же столкнулся с Адамсом, и тот, к счастью, был не один.
— Винсент, что с тобой случилось? — взволнованно поинтересовался Гилен.
Робертс даже немного затормозил, не ожидал увидеть их с Рэем вместе. А потом спохватился и стал быстро стирать кровь с губ и подбородка.
— Ах ты, сука, — раздалось сдавленно рычание из комнаты. — Нос мне сломал, гаденыш мелкий!
Охотник мгновенно сориентировался в ситуации и выхватил нож, готовый встать на пути у взбешенного Ван Холкама.
— Бежим! — рыкнул Робертс, схватил Рэя за рукав и потащил за собой скорее к выходу. Не хватало еще перед отъездом драку затеять, проблем и так было слишком много.
— Позже мне все объяснишь, — потребовал Адамс, следуя за обращенным.
Некрасиво получалось уйти не попрощавшись, но Винс догадывался, что Маркус и так уже в курсе происходящего и не обидится. Он лишь ненадолго задержался на крыльце, мысленно поблагодарив Главу Совета за помощь, а потом они с Адамсом рванули к дороге, чтобы скорее покинуть территорию замка.
