Глава 11
7 сентября 2014 г., 22:08
Ночь казалось безумной и, несмотря на грозу, — невероятно жаркой и душной. Адамс тенью везде следовал за Винсентом, пришел в спальню и без разрешения устроился в кресле в углу, откуда неотрывно наблюдал, как тот работал: проверял электронную почту и отправлял письма, читал документы и узнавал последние данные с биржи. Пристальное внимание нервировало, Винс решил сбежать в столовую, но и там Рэй его нашел. Пришлось переместиться в кабинет, потом в зал, а после снова на кухню. И хотя Адамс ничего не говорил, даже старался быть незаметным, все равно возникало странное ощущение томления. Пересыхало в горле и бросало в жар.
В присутствии Хозяина думать о работе получалось плохо, несколько раз приходилось перечитывать или проверять записи. Винс часто отвлекался и наблюдал за ним, размышляя на совершенно нерабочие темы, а иногда ловил себя на желании подойти и прикоснуться, заглянуть в глаза.
После очередной перебежки в зал, Винсент наконец решил, что больше так продолжаться не может.
— Послушай, ты не мог бы не ходить за мной?
— Хочу побыть рядом, — как ни в чем не бывало заявил Рэй и устроился на диване.
— Я не могу так работать! — возмутился Винс.
— Неужели тебе действительно так срочно и много нужно работать? — в голосе охотника чувствовалось сомнение.
— Я хочу как можно скорее все закончить. От этого же зависит как быстро я смогу приехать в Нью-Йорк.
Но даже сам Винсент был не уверен, что все именно так. Сейчас ему хотелось сбежать от навалившихся проблем, в первую очередь совершенно не думать о поступке Акиры и как подло обошелся с ними Маркус. А ведь он доверял Де Сенфарасу и считал его пусть не другом, но доброжелателем.
— Можешь отложить все эти дела до моего отъезда? — попросил Рэй и жестом пригласил Винсента присесть.
Ничего не оставалось, кроме как выполнить желание Хозяина. Отставив ноутбук, Винс устроился на диване и удивился, когда Рэй лег, положив голову ему на колени.
— У меня не так уж много времени, скоро улечу обратно и не буду тебя беспокоить, но пока, позволь хотя бы немного побыть с тобой.
— Ты странный, — заметил Робертс, но все же ему было очень приятно и хорошо.
Рэй взял его за руку и приложил ладонью к груди в том месте, где располагалось сердце.
— Сейчас никто нас не видит, и я могу позволить себе расслабиться. Но все изменится и совсем не останется времени для странностей.
— Тут ты прав, — согласился Винс.
Нетрудно представить как много им придется работать на первых порах, когда Гильдия наберет клыкастых новичков. Хотелось верить, что все будет замечательно, но не получалось. Им двоим приходилось несладко, и неизвестно что будет со стажерами вампирами, не привыкшими быть под пристальным вниманием окружающих охотников, настроенных негативно или очень подозрительно. Не говоря уже о постоянных попытках вывести из себя. Все это были ожидаемые трудности, о которых сейчас совершенно не хотелось думать.
Шум дождя за окном, наполняя дом мягким шипением, успокаивал и усыплял. Небольшая настольная лампа тускло освещала помещение, ее неровный свет иногда дрожал, как у свечи, заставляя тени на стенах шевелиться. Яркая вспышка молнии стерла все силуэты и на время исчезли даже краски. Потом дом затрясло от раскатистого грома. Казалось, ничто больше не имеет значения, только ощущение сердцебиения под ладонью, и такой невероятно приятный запах кожи Рэя. Винс мог бы сидеть так вечно, застыв в одном положении, пока не окаменеет, лишь бы этот приятный момент никогда не закачивался. Ушло все: переживания, грустные мысли, неразрешенная дилемма с Юкимурой, заставляющая голову раскалываться. Только они вдвоем.
Но пришел рассвет и дождь затих. Яркие лучи солнца стали пробиваться сквозь тучи, скользить по стенам и стеклу, заставляя капли воды переливаться, как драгоценные камни. Сколько времени прошло? Никто не заметил.
Адамс не шевелился, его дыхание было глубоким, а пульс медленным, и совсем не понять, спит он или нет. И все же вечно сидеть неподвижно Винсенту оказалось не по силам, уж слишком велик стал соблазн. Как бы он ни старался бороться с собой, все равно невероятные чувства всплывали из потаенных глубин, заставляя мысли возвращаться к самым обычным приземленным желаниям. В горле пересохло и стало слишком душно. Так хотелось поцеловать Рэя, ощутить вкус его губ и крови…
Одернув себя, Винс сделал глубокий вдох, но легче не стало. Пока все не зашло слишком далеко, он аккуратно выскользнул, осторожно переместив голову охотника на подушку, чего последний даже не почувствовал.
Выбежав на веранду, Винс достал сигареты и закурил: вот что ему действительно помогало прийти в себя от пьянящего запаха. Еще немного, и возбуждение уже невозможно было бы сдержать.
— Черт бы тебя побрал! — прошипел он сквозь зубы и сел на скамейку, вдыхая прохладный утренний воздух.
Слишком долго воздерживался, наивно считая, что сможет усилием воли крепко держать в узде неудовлетворенные сексуальные желания. И теперь любая близость с Адамсом заставляла терять голову, будто он снова стал подростком с вечно бурлящими гормонами. И куда делись холодность и отрешенность, переполнявшие его совсем недавно?
В дом Винс вернулся через час, когда мысли более или менее упорядочились, а голова остыла. Рэй ждал, сидя на том же месте, и молча проводил его взглядом, будто все прекрасно понимал.
Потом они завтракали и медленно собирались. Охотник долго возился с формой, он должен был выглядеть как с иголочки, чтобы произвести правильное впечатление на генерала. Перед выходом из дома, Винсент сделал звонок и предупредил Мари об их визите: она очень обрадовалась и пообещала, что Адамсу скучно не будет.
Дорога обратно в Лондон показалась даже быстрее, возможно потому что немного прояснилось, и вроде бы все шло хорошо, но чем ближе они подъезжали к городской черте, тем больше Винсент нервничал.
— Кстати, расскажи мне о Мари, — вдруг попросил Адамс. — Будет неудобно, если я поведу себя с ней неправильно.
— Мари была обращенной Валентайна, как и я, — стал рассказывать Винс. — Но в отличие от других обращенных, с которыми я не ладил, она единственная относилась ко мне хорошо. Порой, даже слишком. Если бы не она, если бы не ее тепло и доброта, не знаю, смог бы я сохранить в себе хотя бы каплю человечности? Я многим ей обязан.
— Я понял, она очень важна для тебя. Постараюсь ее не обидеть.
— Сейчас Мари занимает пост моего зама и я планирую оставить компанию ей. О других кандидатурах я даже не думал.
— Надеюсь, не случится какой-нибудь очередной кризис.
— Нет, исключено. Мари действительно достойна занять эту должность. Я не понимаю, почему Валентайн изначально не оставил компанию именно ей, удалось бы избежать многих проблем.
— Полагаю, у него тогда была совсем другая цель.
— Из-за этой цели чуть не погибли многие. Правду говорили — он обезумел. Против меня было настроено большинство акционеров, они стали продавать акции на рынке по бросовым ценам, из-за чего и начался кризис. А теперь в руках Маркуса целых пятнадцать процентов.
— А это много? — удивленно спросил Адамс.
— Да, достаточно, чтобы его слово имело большой вес.
Винсент замолчал, напряженно сжимая руль. Довериться Маркусу в кризисной ситуации казалось тогда единственно правильным выбором. Но теперь закрались сомнения. Влияние Маркуса в компании только росло и, возможно, он целился не просто помогать.
К счастью, идти в отделение не пришлось, припарковавшись недалеко от главного здания, Винс остался ждать в машине и даже начать скучать не успел, когда Адамс появился из главных ворот и направился обратно. По хмурому виду сразу стало понятно, что переговоры провалились. Забравшись на соседнее сидение, Рэй еле слышно скрипнул зубами от раздражения и, поймав вопросительный взгляд, стал рассказывать:
— Как я и думал, эти непрошибаемые идиоты не поддадутся ни на какие уговоры. Генерал орал так, будто я нанес ему своим визитом личное оскорбление.
— В прошлый раз он ведь обещал нас пристрелить, если покажемся ему на глаза, — Винсент хмыкнул, разглядывая Рэя. Видимые повреждения отсутствовали, пострадала разве что гордость.
— Я — член Гильдии, он не мог в меня выстрелить без причин. Все-таки Питерс человек чести, хоть и упрямый осел.
— Когда-то ты тоже был таким, — вспомнил Винс.
— С тех пор многое изменилось.
Рэй вспомнил чего ему стоили подобные изменения, но он смог и не жалел об этом. Однако, общая неприязнь к вампирам все еще осталась, каждый из них воспринимался потенциальным врагом, ведь старая ненависть укоренилась в подсознании навсегда.
После неудачного визита в лондонское отделение, дальше путь лежал в офис компании, где их уже ждали.
Мари встретила мужчин в холле с невероятно теплой улыбкой:
— Рада познакомиться с вами, господин Адамс. Меня зовут Мари Данэм, но можно просто Мари.
Он галантно взял ее руку и поцеловал запястье, от чего женщина неожиданно залилась румянцем. Винс тоже немного смутился, с трудом веря, что Адамс может быть настолько обходительным. Как-то это не очень вязалось с его обычным образом сурового и хмурого охотника.
— Мне тоже очень приятно, слышал о вас много хорошего.
— О, надеюсь, Винсент не слишком расхвалил меня. Пойдемте, я покажу вам наше здание, — она жестом пригласила гостей пройти за ней.
Знакомство началось с многочасовой экскурсии по офису, Мари увлеченно рассказывала про различные отделы и показывала, по ходу объясняя, чем именно занимается компания, с кем сотрудничает, и немного ввела в курс дела планов на будущее. Рэй спрашивал детали, скорее, из вежливости, нежели ему на самом деле было интересно все узнать. Винс скучал, но молчал, ведь Данэм просто обожала свою работу и с такой гордостью и воодушевлением отвечала на вопросы, что просто грех ее прерывать. К тому же благодаря ее стараниям, хотя и сам Робертс немало потрудился, компания окончательно избавилась от всех подозрительных и темных дел, хоть и лишилась довольно большой доли прибыли.
Адамс с похвальной стойкостью выдержал это необычное испытание на прочность, чем заслужил восторг Данэм. Позже они отправились в один из свободных залов, и разговор медленно перетек на личные темы за бокалом вина.
— Я слышала, вы работаете в Гильдии охотников. Это такая невероятно сложная и опасная работа, — сказала Мари и немного нахмурилась.
— Я всю жизнь был охотником, — ответил Рэй, — не скажу, что мне все удавалось легко, но да, вы правы, опасностей хватает.
Данэм погладила Винсента по плечу и печально вздохнула.
— Мне бы так не хотелось тебя отпускать, но раз уж ты сделал окончательный выбор, то ничего с этим уже не поделать.
— Не волнуйся за меня, — попытался он воодушевить ее. — Я буду осторожен.
— Господин Адамс, можно узнать подробнее о вашей работе? Охотник-вампир — это так удивительно.
— Нет ничего необычного, у меня все те же обязанности, что и у людей, разве что больше ограничений, — пояснил Рэй. — В будущем планируется набрать еще вампиров добровольцев и мне очень понадобится помощь Винсента.
— Скорее им понадобится помощь, — шепнул Винс Мари и улыбнулся.
— Честно признаться, я не очень хорошо думала о вас раньше, — призналась Мари. — Наша первая встреча была очень пугающей, и Эдвард позже убеждал меня, что вы насильно похитили Винсента и держите его в Гильдии.
— Я же говорил, что это все неправда, — возразил Винс.
— С Эдвардом у нас были разногласия, и я надеюсь, вы не ненавидите меня за его смерть, — Рэй отпил глоток вина и выглядел совершенно спокойным.
— Нет, я не испытываю к вам ненависти, но могу сказать только за себя. Я, конечно, немного расстроилась, но где-то в глубине души знала, что рано или поздно так может случиться.
Винс поймал на себе пристальный взгляд охотника и прочел его немой вопрос. Знает ли Мари правду, кто на самом деле убил Валентайна? Он отрицательно помотал головой.
— Думаю, нам лучше сменить тему, — предложил Винс и отошел к окну. В последнее время он слишком часто вспоминал о Валентайне, от чего появлялось мерзкое ощущение, что его призрак бродит где-то рядом.
— Хотите ли что-нибудь еще, господин Адамс? — вежливо поинтересовалась Мари, заметив опустевший бокал охотника.
— Нет, спасибо. И не нужно быть со мной настолько обходительной, а то я начинаю чувствовать себя неловко. Можете обращаться ко мне по имени.
Данэм смущенно улыбнулась, она даже и не предполагала, что можно вести себя с Высшим вампиром на равных. Рэй был обычным и совершенно лишенным высокомерия, чем разительно отличался от других Высших. Возможно, сказывалась его молодость. И, несмотря на немного устрашающий хмурый вид, он оказался довольно вежливым и обходительным.
Звонок мобильного прервал беседу, Робертсу пришлось отвлечься и ответить. Секретарь сообщила, что к нему пришла женщина, но не стала уточнять, кто именно, просила только поскорее прийти — дело срочное.
— Ко мне посетитель. Надеюсь, вы будете не против, если я ненадолго оставлю вас? — спросил Винс.
— Да, конечно… — ответила Мари, а Рэй дал согласие молчаливым кивком.
Оказавшись возле кабинета, Винс замер. Еще в лифте он почувствовал знакомый аромат духов, и настроение резко упало ниже уровня моря. Эта женщина напоминала проклятье: всегда появлялась внезапно и изрядно портила жизнь.
— Что привело тебя, мама?
Триша сидела за его скромным рабочим столом и постукивала длинными ногтями по небольшой картонной папке. Она приподняла одну бровь, смерив сына пронизывающим взглядом, и растянуто произнесла:
— И как это понимать?
— О чем ты?
— Ты и так прекрасно все знаешь, — зло зашипела она. — До меня дошли неприятные новости, что ты собрался покинуть компанию!
— Кто тебе об этом сказал? — Винсент напрягся.
— Не важно. Своей реакцией ты и так все подтвердил, — она поднялась с кресла и откинула шикарные длинные волосы без единой седины назад.
Выглядела она, как обычно, сногсшибательно: черный деловой костюм отлично подчеркивал стройную фигуру. Не каждая женщина могла сохранить себя в такой форме после пятидесяти.
— И какое тебе до этого дело?
— Не смей грубить мне! — взвилась Триша. — Как ты можешь снова так поступать со своей семьей? Совершенно безответственно и безрассудно! Твой отец всегда хотел, чтобы ты управлял бизнесом, а ты снова подводишь нас?
— Я даже не знал своего настоящего отца, — возразил Винсент. — Не вижу причин для истерики. Все, что ты хотела, я тебе уже отдал. Диана управляет фирмой Чарли, денег у семьи более чем достаточно.
— Поверить не могу, что ты так легко отказываешься от всего. В твоих руках сейчас почти половина города, а ты… ты просто отдашь кому-то это все? И кому же? Какой-то жалкой секретарше? Шлюшке Валентайна?!
— Замолчи! — не выдержал Винс. Мать могла говорить что угодно про него, но Мари оскорблять не имела никакого права. — Ты сама не лучше!
Триша по-настоящему взбесилась и, размахнувшись, врезала сыну звонкую пощечину. Винс даже не попытался увернуться, хотя мог бы, он просто вовремя немного отклонил голову, чтобы мать в ярости не сломала себе запястье. Удар оказался достаточно сильным, щека горела и раскраснелась.
— Ты, ублюдок! Как смеешь говорить такое матери! Я ради тебя страдала! — не сдерживая эмоций, Триша кричала очень громко. — Столько лет терпела, надеясь, что когда-нибудь буду гордиться тобой. А ты вновь разочаровываешь. Надо было с самого начала отдать тебя Эдварду.
Винсент молчал, плотно сжав губы. Мать не сказала ничего нового, но все равно каждое ее слово глубоко ранило. К горлу подступил липкий ком обиды, но Винсент сдержался. На изнанку вывернется, но не доставит ей удовольствия видеть его боль.
Дверь внезапно открылась, и на пороге появился Рэй. Ссора с матерью настолько вывела Винсента из равновесия, что он совершенно потерял бдительность и не заметил приближения Хозяина.
— Извините, я вам не помешал? А то вы так кричали, что я забеспокоился, — холодно произнес охотник, и Винс мысленно ему поаплодировал: по лицу Рэя вообще невозможно было понять, что он все прекрасно слышал.
— Ах, у нас все в порядке, не стоило беспокоиться, — Триша очень быстро взяла себя в руки и улыбнулась, как ни в чем не бывало.
Однако щека Винса горела багрянцем, и при всем его старании выглядеть достойно, Рэй с легкостью прочитал настоящие эмоции. В этот раз, растерявшись, Винсент совсем забыл закрыться, и его почти отчаянное мимолетное желание исчезнуть не ускользнуло от Адамса.
— И все-таки, мне кажется, мэм, что вы довольно грубы с моим обращенным.
Триша чуть не задохнулась не то от удивления, не то от возмущения, и даже не сразу нашла что ответить. А Винсент расслабился и улыбнулся не столько потому, что Рэй пытался за него заступиться, а скорее уловив интонацию, с которой Высший произнес «моим обращенным». Было в его голосе столько теплоты и гордости, словно он говорил о ком-то по-настоящему дорогом, что для Винса ссора с матерью мгновенно стала незначительной.
— Извините, но он мой сын, и его безответственность позорит семью… — она все-таки взяла себя в руки.
— Он делает то, что я хочу от него, — отрезал Адамс с каменным лицом.
Что происходило дальше, Винсента уже не волновало, он просто смотрел на Рэя с восхищением и точно знал, что именно ради него готов на все. Теперь он действительно испытывал те самые чувства, что должен питать настоящий обращенный к своему Хозяину. Эта преданная любовь, делающая его почти безумным и смешным в глазах простых людей.
Триша еще что-то говорила, явно стараясь держаться, но потом быстро выскочила из кабинета, с гордо поднятой головой. Она проиграла, однако не хотела признавать себя побежденной. И обязательно еще вернется: если не получилось вразумить глупого сына, наверняка попытается убедить его передать компанию ей.
— Мне очень жаль, — Мари расстроилась из-за инцидента и загрустила. — Я понятия не имела, что Стоун придет сегодня. Она не предупреждала и не записывалась.
— Не волнуйся, ты все равно не смогла бы ее остановить, — успокоил Винс.
— В следующий раз я буду осмотрительнее и обязательно сообщу охране не пропускать ее без разрешения.
— Попробуй, — Винс вздохнул.
Если уж Триша захочет попасть в здание, она найдет как. Но стало очень интересно, откуда же Стоун узнала так быстро о передаче компании и кому именно. Ведь Винс только вчера сообщил об этом довольно ограниченному кругу лиц. В секрете подобная новость все равно долго не смогла бы храниться, но все равно Триша узнала обо всем уж слишком быстро.
— Думаю, нам пора. Тут все дела на сегодня закончены, — полувопросительно произнес Рэй и провел по щеке Винса прохладными пальцами.
— Вы правы, езжайте, — ответила Мари, — а я пока займусь разъяснительными работами с секретарем. Она еще новенькая у нас.
— Сильно на нее не злись, она не виновата, — Винс улыбнулся и потер щеку рукой.
Распрощавшись, ребята направились к лифту и, оказавшись внутри, Адамс спросил очень волнующий его вопрос:
— Что она имела в виду, когда сказала, что нужно было отдать тебя еще в детстве?
— Мать не хотела меня и пыталась скрыть правду о моем настоящем отце. Предполагалось, что после родов она бы избавилась от ребенка, и в этом ей должен был помочь Валентайн. Но почему-то потом вдруг решила меня оставить, а теперь винит во всех бедах.
— А почему она хотела избавиться?
— Ты же знаешь, что мой настоящий отец Гилмор. Для семьи Стоун это был бы настоящий позор, если бы все узнали, что она, будучи замужем, залетела от какого-то там охотника.
— Я не понимаю ее, вообще не понимаю, — Рэй тяжело вздохнул.
— Страшнее всего, что с тех пор Валентайн считал, будто я принадлежу ему, — Винс болезненно поморщился, — и когда мать выставила меня из дома, он решил выполнить их давний уговор и забрал меня себе.
Адамс вдруг сжал кулаки до хруста.
— Давай забудем обо всем, что сегодня произошло, хорошо? — попросил Винс.
— Ты действительно этого хочешь? — процедив сквозь зубы, спросил Рэй.
— Да, сделай вид, что ничего не было. Пожалуйста.
— Как пожелаешь.
***
В загородный дом они вернулись ближе к вечеру, небо снова заволокло тучами, но дождь не торопился начаться. Сняв и аккуратно сложив форму, Рэй отправился наверх, в комнату, где расположился Винс. Тот чем-то увлеченно занимался, сидя за столом с сосредоточенным видом. В пальцах он держал тонкую серебряную цепочку, а на поверхности стола лежало кольцо. — Пытаешься починить? — догадался охотник. — Может помочь? — Нет, я отлично справлюсь сам. Уже рвал как-то случайно. — Ну, хорошо. Я могу воспользоваться твоим компьютером? — Адамс кивнул на ноут, стоящий рядом. — Мне отчитаться перед Россом нужно. — Да, конечно, — Винс закрыл его и передал Рэю. — Сеть лучше всего ловит в той стороне, — он указал в южном направлении, как раз там находилось что-то вроде кабинета. — Спасибо. Отправившись туда и, устроившись в кресле за столом, Рэй нашел программу для звонков. Не хотелось сообщать плохие новости, однако он ведь предупреждал Росса, что ничего хорошего из идеи сотрудничества не выйдет. Англичане слишком консервативны и упрямы, очень помешаны на своих принципах и традициях, и заставить их измениться практически невозможно. — Здравствуй, Рэй, — на экране появилась лицо главы Гильдии, он улыбался, хоть и выглядел немного уставшим. — Извините, сэр. Надеюсь, я не слишком рано звоню? — вежливо обратился Адамс. — Нет, я как раз только пришел и читаю корреспонденцию. Неожиданно привалило работы, — Росс тяжело вздохнул и почесал лоб. — Вам бы тоже отпуск не помешал, сэр. — Тебе ли не знать, что у меня его не бывает никогда, — Даниэль хмыкнул и более расслабленно добавил: — Можешь не так официально говорить, нас все равно никто не слышит. — Да, сэр. Адамс откинулся на спинку кресла, скрестив руки на груди, будто ему только что дали команду «вольно». — Так что там насчет моего поручения, ты переговорил с генералом? — Да. Они не согласились сотрудничать с новым отделом, — Рэй скривил губы. Он уж точно ожидал, что именно такой ответ и получит. — Вот упрямцы. Хотя, англичане всегда такие, с ними очень сложно договориться, — Росс будто мысли Адамса прочитал. — Как ты и просил, я привел им самые важные аргументы, одним из которых являлся мой личный визит, но все впустую. — Не сомневаюсь, что ты старался. А что насчет Робертса? — Все хорошо, — невольно уголки губ Рэя поползли вверх, но охотник быстро опомнился и снова придал лицу задумчиво мрачный вид. — Он сейчас как раз занимается сбором информации и оформлением бумаг для передачи компании, а нужно будет еще решать вопросы с недвижимостью. — Я и не ожидал, что все пройдет быстро, — Даниэль посерьезнел и добавил: — Мне неприятно прерывать твой отпуск, но поступил запрос из Джексонвиля. Им очень нужна твоя помощь в расследовании серии убийств. — Стоп… — возмутился Адамс и хлопнул ладонью по столу. — Мне что? Придется вернуться раньше?! — Увы, но я вынужден отозвать тебя назад. — Это должно быть действительно серьезное дело! — Несколько недель назад выловили труп, — начал объяснять Росс. — Думали обычное убийство, но отчет патологоанатома показал, что жертва находилась в процессе обращения, когда ей прострелили голову. Удалось установить личность убитого, он оказался членом Королевского Ордена. Многие посчитали, что дело можно закрыть, поскольку они тоже практикуют смертную казнь, кому не повезло обратиться. Однако с тех пор в течении двух недель выловили из реки уже шесть таких трупов. У всех начальная стадия обращения и дырка в голове. — А что на этот счет говорят сами члены Ордена? — Рэй остыл, странное дело становилось все интереснее. — Ничего. У них нет действующих организаций в Джексонвилле, однако они совсем недавно обращались в полицию с заявлением о пропаже своих людей. Имена совпадают. — Здорово же они кому-то насолили. Должно быть какой-то Высший решил поразвлечься с этими ублюдками. Пусть сами и разбираются с ним. — Мы тоже склоняемся к версии мести вампира. Но орденцы даже не знают, кто может совершать такие зверские расправы. Дело передано полностью под нашу юрисдикцию, — Росс устало потер виски, будто этот непонятный случай вызывал у него острый приступ головной боли. — Что-нибудь уже удалось выяснить? Какие-нибудь детали расследования? — Рэю не терпелось вытянуть из босса как можно больше полезной информации. — Увы, известно пока очень мало. Даже с оружием убийства вышел промах, оно нигде не зарегистрировано. А устанавливать личность вампира по отпечаткам зубов мы еще не научились, — Росс стал листать папку и нахмурился. — Хотя… Странно, но как раз никаких следов укусов тоже не обнаружили, только поверхностные повреждения: ссадины на запястьях как от наручников. Адамс задумался, потирая подбородок и хмурясь. Что-то в этом деле ему определенно не нравилось, но пока не удавалось ухватить идею за хвост. — Что это дело рук Высшего, или он причастен, не возникает сомнений, — подвел он, наконец, итог размышлений. — Его целью является довольно изощренный и мерзкий способ убийства: в начальный момент обращения человек очень уязвим и испытывает невыносимые муки. Остается вопрос: зачем он заставляет их так страдать, чтобы потом просто пристрелить? — Вот поэтому ты так необходим нам в этом деле. К тому же Орден довольно охотно идет на сотрудничество, похоже, они решили все спихнуть на нас. — Кто бы сомневался. Они только и умеют, как народ вербовать и плести заговоры, а как до дела доходит, так хвосты поджимают, — Адамс раздраженно скривился. — А местные вампиры что говорят? — Молчат. Они либо что-то скрывают, либо в самом деле ничего не знают. По крайней мере, некоторые утверждают, что подозрительного Высшего не встречали. Но ты сам понимаешь, общаться с нами они не хотят. Возможно, ты сможешь повлиять, вытянуть из них правду. — Сомневаюсь. И если эти жестокие убийства действительно дело рук Высшего, нам потребуется разрешение Совета на его устранение. — Как раз об этом. Ты не мог бы обсудить этот вопрос с ними самостоятельно? — Росс беззаботно заулыбался, явно решив скинуть с себя хотя бы эту часть работы. — Ну уж нет, — рыкнул охотник. — К тому же у Совета сейчас и так проблем навалом. — Что-то случилось в Румынии? — Не беспокойся, мы тут ни при чем. Кого-то из древних прирезали во сне. — Оу, нам не сообщили, — глава нахмурился. — Похоже на личные разборки и людей не касается. — Да уж, им сейчас не до нас. Но, в любом случае, убивая Высшего, если это его рук дело, без их одобрения мы сильно рискуем. — Если убийца и правда какой-то Высший, то всю ответственность я беру на себя. Прикончив ублюдка, мы легко сможем доказать его причастность к этим зверским преступлениям. Нужно будет только сделать анализ крови. — Не все так просто, — Росс помрачнел. — Буду ждать твоего возвращения, о времени и месте вылета сообщу заранее, будь на связи. — Я пока не могу восстановить свой номер, только по возвращению в Америку. — Тогда я передам через Винсента. Надеюсь, он теперь не будет игнорировать мои сообщения. — О? — удивился Адамс. — А ты раньше пытался с ним связаться и мне ничего сказал? — Ну… — Росс скосил взгляд, — все равно ничего не вышло. — Понятно… — прошипел Рэй. Завершив разговор с шефом, он собирался отправиться в спальню, чтобы сообщить неприятную новость, но когда вышел из кабинета, заметил Винсента, стоящего у стены рядом с дверью. Он все слышал и выглядел отстраненно и потерянно. Подойдя ближе, Рэй обнял его, прижимая к себе. Без лишних слов они друг друга понимали — долг охотника превыше личных обстоятельств. — Может быть, получится потом еще вырваться хотя бы на выходные, — наконец-то заговорил Рэй. В ответ Винс только кивнул. Невероятно паршивый денек выдался.***
До самой ночи они практически не расставались, стараясь находиться всегда на виду друг у друга. Винс расположился на диване в зале, развалившись среди подушек с ноутбуком в руках, он больше делал вид, что занят, чем на самом деле работал. И тайком наблюдал за Адамсом: как тот ходил по дому и разглядывал трофеи, потом развел огонь в камине и, устроившись на полу на огромной шкуре, просто долго сидел, совершенно не двигаясь. Вскоре ему, видимо, надоело бездельничать, и он залез на диван, отобрав у Винсента ноутбук. — Эй, ты чего, — возмутил тот, но Рэй буквально вдавил его в мягкие подушки. — Мне так хочется укусить, аж челюсти сводит, — выдохнул охотник, уткнувшись лицом в шею обращенного. — Я так долго сдерживался, что сил уже не осталось. — Хорошо, кусай, раз так хочется, — согласился Винс. — Почему сразу не сказал? Он и сам прекрасно представлял как трудно противиться своей природе, особенно когда ты еще совсем молодой вампир. — Потому что тебе неприятно, — шепот стал приглушенным и сбивчивым, будто стало очень тяжело дышать. Убрав черные длинные пряди с шеи, Рэй наконец-то смог вонзить зубы в мягкую кожу возле плеча, стараясь не прокусить артерию. Ему ведь не нужно утолять жажду, только инстинкты хищника. Винсент вздрогнул и выгнулся от боли, хватаясь пальцами за рубашку Адамса. Тот кусал его по-настоящему, очень глубоко и жадно, будто совсем оголодавший зверь. Кровь потекла по бледной коже, стала промокать рубашка, а потом алые капли появились и на подушках. Рэй прокусил его кожу снова, а потом еще и еще, от боли поплыло перед глазами, но, стиснув зубы, Винс не издал ни звука. Жар стал расползаться по телу, когда руки охотника заскользили по коже под рубашкой. Винс с удивлением отметил, что стал возбуждаться, или ему это передалось от Адамса, который уже нешуточно завелся и сжимал его будто настоящую жертву: не выскользнуть из хватки без боя. Потом Рэй его перевернул на живот и, прижимаясь сзади, оттянул воротник. Винс почувствовал его дыхание на коже чуть ниже шеи, а потом последовал укус, от чего парень не сдержался и вскрикнул. Слишком необычно, больно и в тоже время так хорошо, что от возбуждения начинало становиться ужасно жарко и тесно в штанах. Запаниковав, что все может очень далеко зайти, Винс оттолкнул от себя Рэя и выбежал из дома на улицу, едва успев сунуть ноги в ботинки. Адамс не пошел за ним, только зарычал так пронзительно, словно раненый зверь. Чертов дождь опять лил, как из ведра, застилал глаза и сразу же промочил тонкую рубашку. Винс убежал в лес, но совсем недалеко и, прижавшись к влажному стволу дерева, отчаянно взвыл. Какой же он идиот. Знал же, что рано или поздно они захотят друг дуга, и ведь нет же ничего постыдного в том, чтобы удовлетворить свои желания с Хозяином. Но опять испугался и трусливо сбежал. Стало ужасно стыдно, страх не желал никуда уходить, словно Эдвард все еще стоял за спиной и ухмылялся, повторяя: «Ты принадлежишь мне». Как же глупо они теряли время. Винс знал, что Адамс вынужден улететь раньше, и увидятся они в следующий раз нескоро. Сможет ли он снова выдержать разлуку? Сможет ли потом простить себя, что упустил возможность? Слишком долго ждал, чтобы вот так просто все испортить. Ведь сам же хотел, страшно вожделел Рэя. Адамсу пришлось несладко, он так завелся, что не то, что бежать не мог, до ванной комнаты еле дополз, и сразу же забрался под ледяной душ прямо в одежде, чтобы хоть как-то прийти в себя. Винсент находился где-то неподалеку, и пока Рэй его чувствовал, не сильно волновался. Он вернется, обязательно вернется. Сняв мокрые вещи и развесив их, Адамс накинул на себя только полотенце и вернулся в зал к камину, подбросил в него дров. Трогать Робертса пока не стоило, пусть успокоится, придется в себя. Тогда они смогут нормально поговорить, ведь если все так и продолжится, им придется что-то делать. Рэй мог бы даже задушить в себе любые намеки на влечение, если в этом будет необходимость. Тяжело придется, ведь он все-таки не железный, хоть многие так и думают. Забравшись на диван, Рэй уткнулся лицом в подушку, она сильно пахла кровью, но почему-то стало очень хорошо и спокойно. Ведь Винс не боится его самого, панические приступы вызывают глубоко засевшие внутри жестокие воспоминания. Он даже не заметил, сколько времени прошло, когда Робертс вернулся в дом. Продолжал лежать с закрытыми глазами, слушая тихие шаги, и как вода капала с мокрой одежды на деревянный пол. Винс подошел к дивану и странно глубоко дышал, а потом на кожу упало несколько капель холодной дождевой воды. Рэй открыл глаза и увидел над собой Винсента, лицо залепили черные мокрые волосы, а взгляд стал странно безумным и очень голодным. Тело трясло мелкой дрожью не от холода, а напряжения. — Прошу тебя, — шепнул он, наклонившись над Рэем. — Я больше так не могу, помоги мне… — Ты уверен? — переспросил Адамс, надеясь, что правильно понял его. В ответ Винс только кивнул. — Ты ведь понимаешь, что я не остановлюсь, даже если ты будешь кричать и отбиваться? И снова согласный кивок. Схватив Винсента, Рэй повалил его на диван и навис сверху. Кожа пахла лесом и дождем, особенно сильно сосновой смолой, но почему-то эти запахи наоборот делали его еще более привлекательным. Робертс дернулся, попытавшись остановить руки Адамса, но безуспешно, тот стал быстро расстегивать его рубашку, оголяя плечи и грудь. А потом жадно и жарко целовал кожу, немного прохладную и влажную, вплел пальцы в темные волосы, заставляя откинуть голову назад и выгнуть шею. Рэй ненавидел дождь, но только не сегодня. Винс попытался перехватить инициативу, хоть его и трясло, но невероятное упорство в борьбе с собой, только еще больше заставляло кровь кипеть. Он так отчаянно цеплялся за Хозяина и целовал его, будто делал это в последний раз в своей жизни. Рэй двинул бедрами и вжался в него сильнее, давая понять, что сегодня ведет. Вскоре с удивлением обнаружил, что Винс покорно подчинился и больше не дергался, позволив освободить себя от одежды. Прикусив собственную губу, Рэй услышал, как Винс жалобно застонал под ним, зажмурившись. Запах крови сводил с ума и возбуждал сильнее, окончательно срывая крышу. Робертс потянулся к Хозяину и впился острыми клыками в кожу на предплечье. Боль лишь сильнее разжигала чувства, доводя их до безумного вожделения. Густая кровь медленно стала растекаться по подбородку и шее, когда Винс отклонился назад, делая глубокий вдох. Ее манящий вид на губах доводил до экстаза. Багровые размазанные пальцами полосы появились на груди и спине, странным рисунком покрывая их тела. Винс прикусывал кожу Рэя, когда становилось нестерпимо больно от его грубых и не умелых движений, и они вдвоем задыхались от смешанных чувств. А потом мир окончательно поплыл, теряя четкие очертания, когда невероятно острые ощущения достигли пика. Рэй крепко сжал Винса в объятиях, расслышав только его сдавленный стон сквозь стиснутые зубы. Понадобилось достаточно много времени, чтобы прийти в себя. В теле чувствовалась приятная слабость, и очень хотелось промочить пересохшее горло. Кожа стала неприятно липкой от подсыхающей крови, но обоим было плевать на это. Винсент лежал на боку, с закрытыми глазами, немного свернувшись. Притянув к себе, Адамс обнял его и, зарывшись лицом во все еще влажные от дождя волосы, облегченно выдохнул. Винс не паниковал и не испытывал отвращения или сожаления, он только сильно вымотался и даже его мысли ворочались медленно и тягуче. Значит, все будет хорошо.
