Смерть улыбается не всем

«Никакой это не конец света. Конец только нам. Земля останется такой, какой была, только нас на ней не будет. Смею сказать, она прекрасно обойдется без нас.» (Невил Шют, из книги «На последнем берегу»)

***

      День выдался на удивление тёплым. Несмотря на то, что наступила осень, температура сегодня вполне приятная. Я лежу в траве на берегу реки и поглядываю на ту сторону через прицел своей винтовки. Сейчас я себя ощущаю элитным бойцом спецподразделения, который притаился в кустах в ожидании противника. Вот только я не солдат, а противники — уже не люди. Я продолжаю осматриваться сквозь прицел. Много! Их слишком много! Надеюсь, стадо не решит вдруг свернуть со своего пути и направиться в сторону хижины. Не хотелось бы в один прекрасный момент отбиваться от них или вообще поспешно покидать своё убежище. Лежать на земле не очень удобно, особенно учитывая тот факт, что рана на левом боку всё ещё болит. Ждать стоя или сидя я не могу — не хочу, чтобы меня заметили. Нилин должна была уже прийти, но до сих пор не явилась. Волнение не даёт мне покоя — вдруг с ней что-то случилось? Я гоню дурные мысли прочь. «Она придёт. Она просто задерживается», — думаю про себя. До сих пор жалею, что мы не захватили тогда с военной базы пару раций — сейчас бы они пригодились.       Вообще чудо, что мы хоть что-то смогли оттуда вынести. Придя на базу, мы совсем не ожидали встретить там заражённых. Очевидно, остаться там мы никак не могли, поэтому было принято решение найти немного припасов и двинуться дальше. Оставив Джулию вместе с Сэмом на КПП, мы втроём как ниндзя прокрались в главное здание, нашли там немного медикаментов, оружия и еды. Но ничего не может идти гладко, и на обратном пути к КПП мы лицом к лицу столкнулись с парой заражённых. Один из них сильно толкнул меня, и я полетела (если так можно выразиться) в сторону какой-то ограды. Из ограды торчал кусок арматуры, на который я и напоролась. Арматура как нож в масло вошла аккурат мне в левый бок. Резкая боль пронзила всё моё тело, и я непроизвольно вскрикнула. Плюсом к этому всем своим весом навалился один из заражённых. Я пыталась ему сопротивляться, но с каждой секундой силы покидали меня, и я уже мысленно распрощалась с жизнью. В последний момент к нам подбежал Генри и оттащил его от меня. В это время Нилин, уже расправившись с другим, набросилась на «моего» и резким движением руки вонзила нож ему в голову. Генри помог освободиться от арматуры и взял меня под руку. К нам присоединилась Нилин, и вот они оба уже почти что волокли меня на себе в сторону КПП. Дальше всё как в тумане: боль, много крови, Джулия плачет, Нилин что-то возится вокруг меня. В конце концов я потеряла сознание.       Пришла в себя я спустя несколько часов. На моём животе уже красовалась повязка, которую мне наложила Нилин. Я аккуратно встала и оперлась о стол. Бок сильно болел, но в целом я уверенно стояла на ногах. На мольбы Нилин подождать и дать себе немного времени на отдых я ответила резким отказом. Нет смысла останавливаться на одном месте — нужно двигаться дальше. Все наши планы были порушены в один миг. Почти целый день мы шли, толком не зная куда. Мне было тяжело, но я не подавала виду. Добравшись до какого-то леса, мы двинулись дальше вглубь. На одной из полян обнаружилась хижина лесника. Она оказалась пустой. Никто не возражал, когда было предложено обосноваться здесь на какое-то время. С того момента, как мы впервые пришли в хижину, прошла уже целая неделя. Моя рана понемногу заживает, и я сегодня впервые выбралась из дома на полноценную прогулку. Нилин нужно было проверить силки на наличие дичи, и я вызвалась пойти вместе с ней. Она сказала мне проверить несколько рядом с рекой и ждать её там. К нашему счастью, в один из силков попался заяц. Привязав его веревкой к поясу, я решила присесть отдохнуть, но внезапно увидела заражённых, выходящих из леса по ту сторону реки. Собственно, так я и оказалась лежащей в траве и наблюдающей за стадом.       Время тянется неумолимо медленно. Понемногу я уже начинаю думать, что Нилин не придёт, и нужно будет идти её искать. Неожиданно я слышу хруст веток позади себя. Повернув голову в сторону шума, я вижу Нилин, она медленно крадётся в мою сторону. Меня сразу же отпускает тревога, и на лице появляется улыбка.       — Привет, — шепотом произносит Нилин и ложится рядом со мной.       — Привет. Как тебе зрелище?       — Ужасно любопытное, — букву «ж» она произносит с явным подражанием жужжанию пчёл.       — Как думаешь, куда они направляются?       — Ну логично, что на юг, — Нилин издаёт короткий смешок. — Прям как перелётные птицы.       — Хах, остроумно, — я стараюсь сдерживаться, чтобы не рассмеяться во весь голос.       — Меня больше интересует, откуда их столько. У них явно не тусовка в лесу была.       — Я думала об этом, но не могу вспомнить, что у нас тут есть неподалёку.       — Надо будет как-нибудь прогуляться в ту сторону и посмотреть.       — Аминь.       — Много нашла добычи? — Нилин поворачивает голову и смотрит на меня.       — Всего один заяц, да и тот не сильно крупный, — говорю я и нервно вздыхаю.       — Чёрт! Хреновая ситуация. Я вообще никого не нашла.       — А чего мы ожидали? Зверьё начинает готовиться к зиме и всё больше прятаться.       — Тем больше поводов проверить, что у нас в округе — может что-нибудь найдём.       — Мечтать не вредно, — я, не отрывая взгляда от орды, легонько бью её кулаком по плечу. Нилин дёргается и отвечает мне тем же.       — Я понимаю, что тебе нравится наблюдать за «интересными» движениями заражённых, но нам пора возвращаться.       — Да иди ты! Сама не лучше! — я снова бью её по плечу. — Где ты шлялась?       — Бродила по округе в надежде хоть кого-то поймать. Ладно, пойдём, может ребятам повезло больше.       Нилин садится на корточки и уходит вглубь леса. Я следую за ней. Пройдя так несколько метров и убедившись, что нас не увидят заражённые, мы встаём и идём уже в нормальном ритме. Я краем глаза смотрю на Нилин — она выглядит уставшей, грустной и немного злой. Понятное дело, когда из улова всего один заяц. Припасы у нас на исходе, и мы надеялись найти побольше дичи. Вообще я с каждым днём всё больше удивляюсь тому, что умеет Нилин. Она бывший студент-медик, умеет драться и хорошо охотится. Это как коробка с сюрпризом — никогда не знаешь, что у неё внутри. Нилин замечает, что я на неё поглядываю.       — Я в порядке, не смотри на меня так, — произносит она.       — Что-то по тебе не видно.       — Я просто расстроена.       Мы выходим к поляне, на которой расположена наша хижина. Зайдя в дом, я вижу, как за столом сидит Джулия и листает какой-то детский журнал.       — Привет! — сестра вскакивает со своего места и подбегает к нам.       — Привет, Лисёнок! — я подхожу к ней ближе и обнимаю. — Соскучилась?       — Чуть-чуть. Много поймали?       — Нет, — с болью в голосе произносит Нилин и показывает на болтающегося на моём поясе зайца. — Это всё, что мы поймали.       — Ох, — Джулия опускает взгляд.       — Эй! — я смотрю прямо на сестру. — Не волнуйся, завтра мы пойдём снова и что-нибудь поймаем.       — А ребята ещё не вернулись?       — Нет.       — Будем надеяться, что они придут не с пустыми руками.       Я сижу на диване напротив камина и смотрю, как Нилин помешивает в котле зайца. Вокруг уже стоит приятный аромат варёного мяса, и с каждой минутой мой желудок сворачивается в комок всё сильнее и сильнее. Нилин отходит от камина и садится рядом со мной.       — Скоро будет готово.       — Поскорее бы уже, а то от голода я готова прямо сейчас разорвать зубами этого зайца.       Я пододвигаюсь поближе к Нилин и кладу свою голову ей на плечо. Она обхватывает меня своей рукой и сильнее прижимает к себе. От неё пахнет дымом и немного потом, но меня это совсем не смущает. Так приятно просто сидеть рядом с ней напротив камина и ни о чём не думать. На улице уже начинает темнеть, а ребята до сих пор не вернулись. Внутри меня поселяется тревога.       — Нилин, Генри с Сэмом уже должны были вернуться. Может с ними что-то случилось?       — Не знаю, но ты права, что-то тут не так.       — Ну и что будем делать?       — Прямо сейчас мы уже вряд ли что-либо сделаем. Идти искать их ночью не самая удачная идея.       — Но что-то же надо делать?       — Пока что будем ждать. Утром встанем пораньше и, если они к тому моменту не вернутся, отправимся на поиски.       — Хорошо.       Нилин встаёт и подходит к камину.       — Зови Джулию, еда готова.       Я встаю и направляюсь на улицу. Джулия сидит на крыльце всё с тем же журналом.       — Эй, пойдём, пора ужинать.       Войдя обратно в дом, я вижу, как Нилин возится с консервными банками с гречкой. На столе уже стоит большая тарелка, а в ней тот самый заяц. От него тоненькими струйками вверх тянется пар. Запах мяса уже не просто приятный, он невыносимый. Мы с сестрой быстро садимся за стол. Нилин ставит перед нами банки и сама садится напротив. Спустя некоторое время от зайца остаются одни кости, и мы втроём сидим довольные. Только сейчас до меня доходит мысль, что нужно было оставить немного мяса ребятам, на тот случай, если они скоро вернутся. С другой стороны, завтра утром нам опять придётся давиться консервированной гречкой, и остатки мяса точно бы пригодились. Но теперь уже поздно.       После сегодняшней прогулки мышцы ноют настолько сильно, будто я пробежала большой марафон. Я укладываю сестру спать на диване, а сама направляюсь на расстеленный на полу матрас и ложусь рядом с Нилин. Она поворачивается на бок лицом ко мне.       — Ну и какие у нас на завтра планы? — спрашиваю я, повернув в её сторону голову.       — Просто грандиозные. Сперва найдём ребят, а потом направимся по ту сторону реки. Я прям чувствую, что там что-то есть.       — Я тоже так думаю. Слушай, а что, если ребят не получится найти?       — Получится, — она ложится обратно на спину и скрещивает руки у себя на груди. — Я уверена в этом!       — Надеюсь, ты права.       Утро для меня выдается очень тяжелым. Я с трудом встаю на ноги, мышцы неистово болят и кажется, что они вот-вот рассыпятся на миллион осколков. Но как бы ужасно я себя ни чувствовала, я понимаю, что времени на отдых нет. Нилин уже собралась и ждёт меня на улице. Я быстро перекусываю парой бутербродов с паштетом и запиваю их кофе. Взяв свой рюкзак и приказав сестре запереть за нами дверь, я выхожу наружу.       — Ну что, пошли?       — Пошли.       По лесу мы идём молча, и лишь шелест листьев под ногами да пение птиц нарушают тишину. Идти вроде бы недалеко, но каждый шаг даётся мне с неимоверным трудом, и каждая минута тянется как целая вечность. Мне не дают покоя мысли о ребятах. Почему они не вернулись? Может, что-то случилось? Может, они заблудились? Хоть мы и знакомы с ними немногим больше недели, всё равно переживаешь за них как за родных. Нилин замечает моё состояние.       — Как себя чувствуешь?       — Если честно, паршиво: всё тело болит. Может зря я вчера пошла с тобой?       — А чего ты ожидала после того, как целую неделю валялась в постели?       — Не знаю, просто я…       — Тсс, — перебивает меня Нилин и показывает пальцем перед нами.       Я смотрю вперёд и вижу двух заражённых, сидящих на коленях перед чьим-то телом. Мы подходим ближе. Нилин уже держит наготове свой нож. Она жестами показывает, что левого берёт на себя, а правый — мой. Я достаю из-за пояса нож и медленно, стараясь не шуметь, приближаюсь к заражённому. Я хватаю его за волосы и резким движением загоняю лезвие ножа в висок. «Мертвяк» издаёт предсмертный хрип и падает. Судя по лицу и волосам, раньше это была девушка.       — Вот срань! — резко произносит Нилин, и я даже немного дёргаюсь.       Её взгляд прикован к трупу, которым мирно лакомились заражённые, а в глазах виднеется неподдельный ужас. Я смотрю на труп и меня пробирает дрожь. Генри! На его щеке красуется след от укуса, а левая рука обглодана практически до костей. Я чувствую, как к моему горлу подбирается комок, и еле сдерживаюсь, чтобы не вырвало.       — Боже, это просто ужас какой-то, — произносит она. — Как это могло произойти? У них же было оружие.       — Может, они его потеряли?       Нилин начинает судорожно осматривать Генри, после чего встаёт и вертит головой в поисках чего-то.       — А где же Сэм? — произносит она.       — Я не знаю, — отвечаю я. У меня начинает кружиться голова, и я сажусь на землю, чтобы не упасть.       — Надо что-то сделать! Надо его найти! — на глазах Нилин начинают проступать слёзы.       — И где мы его будем искать? — с недоумением спрашиваю я.       — Где угодно!       Я смотрю на заражённого, которого убила Нилин. Он лежит на животе лицом вниз. Его одежда кажется мне знакомой.       — Нам не нужно его искать, — говорю я, указывая пальцем на него.       Ребят мы оставили прямо там как есть. Я понимаю, что это неправильно и нужно было их похоронить, но без лопаты сделать это не представлялось возможным. Весь путь обратно Нилин не произнесла ни слова. Она медленно плелась рядом с выражением печали на лице. Смерть Генри и Сэма стала для неё сильным ударом. Последнее время она вела себя как наша мама — ухаживала, наставляла на верный путь, ругала и тому подобное. Видимо, она настолько вжилась в эту роль, что приняла всё близко к сердцу. Никогда бы не подумала, что это так на ней отразится.       Возвращаемся в хижину мы примерно к полудню. Идти куда-то там за реку, искать непонятно что уже нет никакого желания. Джулия воспринимает новость куда спокойнее, но всё равно грусть одолевает и её тоже. Я завариваю нам чай, и мы молча сидим за столом.       — Можно, я пойду погуляю рядом с домом? — внезапно спрашивает Джулия.       Я настолько сильно погрузилась в себя, что голос сестры заставляет меня подпрыгнуть на стуле.       — Что? — переспрашиваю я.       — Можно мне погулять?       После сегодняшнего мне страшно отпускать её одну, хоть она и будет рядом с домом. Джулия глядит на меня жалобными «щенячьими» глазами и всем своим видом умоляет её отпустить. Я смотрю на Нилин — она всё так же сидит, склонив голову над чашкой чая, даже не замечая нашего с сестрой разговора.       — Ну, я не знаю…       — Пожааааалуйста, — протяжно произносит Джулия. — Я устала сидеть в доме. Не волнуйся, я буду осторожна.       — Ну ладно, — я выдыхаю. — Но, если что-то случится или кого-нибудь увидишь — сразу внутрь. Поняла?       — Я знаю. Спасибо, сестрёнка!       Джулия бежит к выходу и сильно хлопает дверью. Этот звук сразу приводит Нилин в чувство, и она отрывает свой взгляд от кружки.       — С возвращением, — ехидно произношу я.       — Что это было? — Нилин явно не понимает, что произошло.       — Ничего. Джулия хлопнула дверью.       — А! — лицо Нилин выглядит задумчивым. Интересно, о чём она думала всё это время?       — Ты как? — спрашиваю я и дотрагиваюсь до её руки.       — Нормально, наверно. Всё никак не отойду от шока, — она немного думает, прежде чем сказать. — Никогда бы не подумала, что будет так тяжело на душе. Вроде бы и знакомы недолго, но, когда я их там увидела, что-то щёлкнуло внутри. Не знаю, как это объяснить. Грусть навалилась на меня как огромный валун. Потом меня охватил страх, не представляешь насколько сильный. А вдруг это была бы ты или Джулия?       — Эй! — я позволяю себе перебить её. — Не волнуйся, я не позволю этому произойти. Никто из нас больше не умрёт.       Я понимаю, что мои слова неправда. Честно говоря, страх потери не отпускает и меня тоже. Я пододвигаюсь ближе к Нилин и обнимаю её. Она утыкается лицом мне в футболку и начинает плакать.       — Тише-тише. Я рядом.       Я провожу рукой по её волосам и чувствую, что они немного липкие и от них пахнет сыростью. Честно, не помню, когда последний раз видела, чтобы Нилин так рыдала. Она всегда такая сосредоточенная и суровая, а сейчас в один момент превратилась в хрупкое беззащитное создание. Нилин немного отстраняется, после чего нежно целует меня в щеку.       — Спасибо, — произносит она, — за то, что ты рядом.       Я лишь улыбаюсь, не зная, что ответить. Друг от друга нас отвлекает скрип входной двери — это Джулия.       — Там кто-то есть, — тихо произносит она.       Мы с Нилин вскакиваем со своих мест, хватаем оружие, садимся на корточки перед окном и осторожно выглядываем. Джулия в это время прячется за диван. Из леса медленно выходит человек и направляется в сторону хижины. Это мужчина. На плече у него висит охотничье ружьё, а в руке большая сумка. У меня перехватывает дыхание. Хижина маленькая и по сути состоит из одной комнаты — прятаться тут негде. Нужно что-то быстро решать.       — Что будем делать? — спрашиваю я у Нилин.       — Хороший вопрос, — она немного думает, прежде чем сказать. — Как минимум, можно спросить, кто он такой и что тут делает.       — Я как-то боюсь, выглядит он сурово.       — Нас двое, а он один, — Нилин немного улыбается и резко встаёт. — Ничего страшного не случится.       — Джулия, сиди тут! — я делаю глубокий вдох. — Погнали!       Мы выходим из хижины и направляем свои винтовки в сторону человека. Он, заметив нас, бросает сумку на землю, быстро снимает ружьё и целится в ответ. Повисает тишина и кажется, что время остановилось. Первой нарушить тишину решается Нилин.       — Здрасьте! А вы кто?       Мужчина, явно не ожидая такого вопроса, первые несколько секунд просто молчит и пристально смотрит на нас. На вид ему примерно лет пятьдесят-шестьдесят, но выглядит он довольно крепким и сильным. Его рыжие усы и борода настолько густые, что сразу и не поймёшь, то ли он улыбается, то ли нет.       — Я бы хотел задать вам тот же вопрос, — произносит мужчина своим грубым и немного сиплым голосом.       — Ну, как говорится, мы первые спросили.       Снова повисает неловкое молчание. У меня складывается ощущение, либо он очень вдумчиво подбирает слова, либо просто тормозит.       — Лесник я. И, насколько я вижу, вы без спроса вломились ко мне в дом. Да ещё и оружие на меня наставили. Это некрасиво!       Я краем глаза смотрю на Нилин — она явно в смятении и не знает, что ему ответить. Она опускает свою винтовку. Я поворачиваю голову и смотрю на неё. Нилин оборачивается на меня и взглядом показывает, чтобы я поступила так же. Я невольно подчиняюсь её немой просьбе. Мужчина опускает своё ружьё и закидывает его на плечо.       — Другое дело, — произносит он. — Ну, раз уж все мы успокоились, давайте зайдём в дом и спокойно поговорим.       Мы заходим внутрь. Джулия всё так же сидит за диваном. Заметив нас, она поднимает голову. В её глазах читается едва различимый страх.       — Здравствуйте, юная леди, — произносит мужчина.       — Здрасьте, — тихим дрожащим голосом отвечает Джулия.       — Ну что, давайте присядем за стол и наконец-то познакомимся, — говорит мужчина и направляется к столу.       Он садится и ставит сумку рядом с собой. Мы с Нилин садимся напротив.       — Ну что ж, — начинает мужчина. — Меня зовут Джекс.       — Я Эстер, — начинаю я. — А это моя подруга Нилин и сестра Джулия.       — Как же вы забрели сюда?       — Изначально мы направлялись в военный лагерь неподалёку. Однако, когда туда пришли, там уже вовсю орудовали заражённые. Ну, мы и двинулись дальше. В итоге, натолкнувшись на эту хижину, решили временно остановиться тут.       — Вы городские, как я понимаю?       — Да.       — Понятно, — произносит Джекс и немного призадумывается.       — А вы? Давно вас тут не было.       — Да, когда всё это началось, я был в департаменте лесничества. Вокруг просто царил хаос. Я многое повидал за свою жизнь, но такого ни разу. Честно признаюсь, я даже немного испугался. Люди начали бросаться друг на друга и пытаться сожрать. Это уже потом до меня дошло, что они вовсе не люди.       — Заражённые, — внезапно произносит Нилин.       — Да, заражённые. Вот только непонятно, чем они так заражены-то.       — Этого никто не знает, разве что какие-нибудь учёные.       — Ну на то они и учёные, чтобы всё знать. Короче, когда всё более-менее поутихло, я и решил вернуться в хижину. В лесу всё-таки поспокойней, как по мне.       — Не сказала бы. Мы вчера наткнулись на заражённых неподалёку. На целое стадо. А один из них вообще напал на наших друзей.       — Ох, — вздыхает Джекс. — Надеюсь, друзья в порядке.       — К сожалению, нет, — произносит Нилин и глубоко вздыхает.       — Очень жаль.       На минуту в помещении повисает тишина.       — Джекс, а вы не знаете, что находится по ту сторону реки? Ведь стадо откуда-то пришло.       Джекс поднимает глаза на Нилин.       — Так это, склад продовольственный.       — Ого! — восклицает Нилин. — Это значит, что там должно быть полно припасов.       — Возможно, — лицо Джекса явно выражает недоумение. — И что вы хотите этим сказать? Что нам стоит туда наведаться?       — А почему нет? — Нилин явно воодушевлена новостью о складе. — Не думаю, что в сложившейся обстановке кто-то будет сильно против. Да и к тому же, если оттуда шло стадо, значит людей там явно нет.       — Это ещё не факт, — возражаю я. — Они могут просто затаиться там. Это же золотая жила.       — Но и мы недолго протянем на одной только охоте. Зверей мало, большая часть уже давно покинула эти места. А питаться нам чем-то надо. Мы не можем просто сидеть и надеяться на то, что кто-то или что-то попадётся в силки. Сами посудите, после последней вылазки мы добыли одного зайца и всё. А впереди зима — оставшиеся вообще попрячутся по норам. Так и с голоду можно умереть. Не самая лучшая перспектива, не так ли?       — Ну, тут я пожалуй соглашусь, — говорит Джекс и начинает рыться в своей сумке.       — Завтра мы можем сходить туда и всё проверить, а пока что вот!       Джекс кладёт на стол три банки консервированной рыбы, упаковку печенья, банку солёных огурцов и бутылку минералки. Нилин встаёт из-за стола и уходит в другой конец хижины. Вернувшись, она приносит с собой остатки консервированной гречки. Из того, что у нас есть, мы готовим просто грандиозный ужин и наедаемся досыта. На утро мы оставляем немного гречки с рыбой и полпачки печенья. Теперь можно спокойно готовиться ко сну.       — Девушки, а что же вы никак не заботитесь о своей безопасности? — произносит Джекс.       — В смысле? — мы с Нилин стоим, уставившись на него.       — А вдруг сюда ночью кто-то забредёт? Что тогда будет? Раньше-то можно было не беспокоиться об этом, а сейчас опасно.       — И что вы предлагаете?       — Ну, как минимум, соорудить «сигнализацию». А как максимум, нужно чтобы кто-то оставался сторожить.       Мы с Нилин переглядываемся. Джекс замечает наше смятение.       — Ну, значит слушайте, — начинает он. — Берём жестяные банки, привязываем их к верёвке и размещаем по периметру вокруг хижины. Если кто-то их заденет, то банки загремят. Вот вам и импровизированная сигнализация. Люди, конечно, вряд ли попадутся на такое, а вот мертвецы однозначно. Невозможно уследить за всем сразу, а так можно будет понять, откуда к тебе идут.       — Поможешь ему? — обращаюсь я к Нилин. — Я пока уложу сестру спать.       — Хорошо.       Джекс и Нилин собирают все банки и выходят из хижины. Джулия ложится на диван, я укрываю её одеялом и сажусь рядом.       — Ну, что скажешь, Лисёнок — как тебе наш новый знакомый?       — По-моему, он хороший, — произносит Джулия.       — Я тоже так думаю.       — Он мог бы запросто прогнать нас, всё-таки это его дом.       — Я так не думаю. Неужели он бы осмелился прогнать такую милую мордашку, как ты?       На лице у Джулии появляется улыбка.       — Как думаешь, мы завтра найдём много еды?       — Надеюсь, что да, — я наклоняюсь ближе к Джулии и целую её в лоб. — Ладно, а теперь пора спать.       — Хорошо.       В дом заходит Нилин.       — Джекс вызвался первым сторожить хижину, потом я, а потом ты. Я разбужу тебя, когда придёт время.       — Ладно. Тогда нам нужно немного поспать.       — Ага.       Мы ложимся на матрас лицом друг к другу.       — Ну, как тебе Джекс? — спрашивает Нилин.       — Ну, с виду он нормальный крепкий мужчина.       — Да я не об этом.       — А о чём тогда?       — Мне кажется, из него выйдет отличный союзник.       — Пожалуй. Он лесник, знает эту местность наизусть, скорее всего, умеет охотиться, да и вообще.       — Я тоже так думаю. Он такой добрый, напомнил мне моего дедушку.       — Есть немного.       Нилин поворачивается на спину и скрещивает руки на животе.       — А знаешь, нам повезло — он бы мог просто выстрелить и не разбираться, кто мы и чего хотим.       — Мог, — я закрываю глаза и сон постепенно накатывает на меня.       — В нынешней обстановке хорошие люди будут попадаться всё реже.       — Это точно.       Сон ещё больше завладевает мной, и я наконец засыпаю.       — Эстер, вставай. — раздаётся тихий голос. Я открываю глаза и вижу Нилин, стоящую надо мной. — Твоя очередь.       — Ага, — я потягиваюсь и встаю. — Как обстановка?       — Пока в основном тихо, — она немного задумывается. — Я слышала отдалённые звуки стрельбы, но не более.       — Насколько отдалённые?       — Еле различимые. Не волнуйся, наверное, кто-то наткнулся на заражённых.       — Да я и не волнуюсь, — стараясь не выдать обеспокоенность, произношу я.       — Удачи! — Нилин наклоняется ко мне и целует в щёку. Я невольно приподнимаю брови.       — Что? — спрашивает она.       — Это… — я немного запинаюсь. — Было неожиданно.       Нилин подмигивает мне, после чего направляется к матрасу. Постояв пару секунд, я направляюсь к выходу.       Взяв свою винтовку, я выхожу. Снаружи меня встречает лёгкий прохладный ветерок, а по телу пробегает мелкая дрожь. Я сажусь на крыльцо и кладу винтовку себе на колени. Ночь действительно выглядит спокойной, и лишь сверчки нарушают тишину. Нужно наслаждаться моментом: мы не знаем, что нас ждёт впереди и сколько подобных ночей ещё осталось. В голову сразу начинают лезть разные мысли, и самая главная из них — Нилин. Меня переполняют противоречивые чувства. Что значил этот кокетливый «чмок»? Она соскучилась по нашим тёплым отношениям? Это просто попытка выглядеть весёлой и жизнерадостной в моих глазах? Видимо, я совсем отупела, раз не в состоянии понять, что у неё внутри. В глубине души я всё ещё надеюсь, что мы будем близки так же, как раньше. Мне не нужна Нилин-мамочка, мне нужна моя Нилин, которую я полюбила всем сердцем. Я сильно скучаю по нашим пикникам вдвоём, по прогулкам на набережной, по приятным вечерам за просмотром сериалов, да и что греха таить — по сексу.       День, когда «это» случилось впервые, я буду помнить ещё очень долго. Именно тогда я поняла: между мной и Нилин нечто большее, чем просто дружба.       Мы уехали вглубь леса, к реке, чтобы отдохнуть после тяжёлых экзаменов. Планировался обычный пикник, но в итоге мы решили остаться с ночёвкой и взяли палатку. Всё шло спокойно: мы купались, грелись на солнце, болтали. Вечером развели костёр, и только когда лес окутала темнота, забрались внутрь палатки.       Нилин рассказывала о каратэ. Я сидела напротив, стараясь слушать, но глаза мои невольно скользили по её лицу. В мягком полумраке оно казалось ещё нежнее, ещё женственнее. Я ловила себя на том, что любуюсь ею — глазами, мыслями, всем телом. Что бы она ни говорила, мне было важно только одно: чтобы этот момент не кончался.       Внутри всё горело от желания. Я боялась испортить всё, но желание оказалось сильнее страха. Я подалась вперёд и прижалась к её губам.       Она немного отстранилась и внимательно посмотрела на меня.       — Прости, я… не хотела… — прошептала я.       — Правда? А по-моему, ты очень даже хотела, — на её губах появилась лукавая улыбка.       — Я просто… — попыталась я оправдаться, но она мягко прервала:       — Ничего не говори.       Её пальцы скользнули к моему затылку, и она поцеловала меня — глубоко, с теплом. От её губ у меня закружилась голова. Я обняла её за талию, почувствовала, как она сжимает мою грудь под футболкой — медленно, уверенно. Я захихикала, не выдержав волны возбуждения.       — Я касаюсь всех нужных мест, мисс? — прошептала она мне в ухо, прижимаясь теснее и вновь целуя.       Её ладонь опустилась ниже, и моя юбка приподнялась. Она скользнула пальцами по ткани моих трусиков и чуть вдавилась — не глубоко, но достаточно, чтобы я задохнулась от удовольствия. Я тихо застонала.       Она вдруг остановилась и взглянула на меня, будто ожидая чего-то.       — Хочешь кое-что увидеть? — спросила Нилин.       Я только кивнула. Она сняла рубашку и джинсы, оставшись в одних трусиках и встала на колени. Свет от телефона едва освещал её тело — стройное, сильное и при этом удивительно хрупкое.       — Тебе нравится? — спросила она с лёгкой улыбкой.       — Очень… — прошептала я, чувствуя, как перехватывает дыхание.       Она снова опустилась рядом, раздвинула ноги, давая мне себя рассмотреть.       — Хочешь прикоснуться ко мне?       Я кивнула. Губы пересохли, сердце стучало в ушах. Она взяла мою руку и направила её вниз. Её кожа была горячей, пульсирующей. Я провела пальцами по её трусикам — осторожно, будто боялась задеть что-то слишком ценное. Она застонала и сильнее прижалась к моей ладони.       — Тебе это нравится? — прошептала она.       — Да… очень…       Я отняла руку только для того, чтобы снять с себя всё. Нилин тут же потянула меня к себе и опустила ладонь между моих ног. Я разомкнулась под её пальцами. Она ласкала меня медленно, точно зная, где именно хочется прикосновений. Я дышала прерывисто, опираясь на руки, чувствуя, как всё внутри нагревается, собирается в комок желания.       С каждой секундой напряжение росло. Я застонала громко, не сдерживаясь. Всё тело дрожало, и вот — будто волна накрыла меня. Оргазм прошёл сквозь каждую клеточку, оставляя за собой онемение, лёгкость и дрожь. Я обмякла, рухнув на спину. Сердце стучало, дыхание сбилось.       Нилин легла рядом и взяла меня за руку, поцеловала в губы.       — Ну ты как? — тихо рассмеялась она.       — Я… о боже… — слова давались с трудом.       — Отдохни. Это ещё не всё.       — Не всё?.. — удивилась я.       — Теперь твоя очередь.       Она подмигнула и потянула меня за руку, помогая сесть.       — Давай, моя маленькая лесбиянка. Пора учиться.       Она снова направила мою ладонь к себе. Я провела пальцами по её влажности, раздвинула половые губы и ввела внутрь два пальца. Она застонала и выгнулась, опираясь на руки. Я двигалась внутри неё — сначала неуверенно, затем быстрее, подстраиваясь под её стоны. Её спина выгнулась, а бёдра ритмично двигались мне навстречу.       — Да… вот так… не бойся, — шептала она, всё громче и громче, пока её не начало трясти.       Она резко повернулась, схватила меня за затылок и подвела к себе:       — Высунь язык.       Я подчинилась. Она прижала меня к себе. Я начала облизывать её — сначала осторожно, потом с уверенностью. Вкус был солоноватым, но совсем не противным. Скорее — возбуждающим. Её пальцы перебирали мои волосы, а бёдра дрожали.       Я продолжала, пока её тело не задрожало ещё сильнее. Она застонала протяжно и села, тяжело дыша.       — Ты монстр, — прошептала она с улыбкой. — Не ожидала от тебя такого.       — Я и сама не знала…       — Иди ко мне.       Я легла рядом, и она обняла меня. Её тепло слилось с моим, и я вдруг почувствовала себя абсолютно счастливой.       — Думаю, это только начало… — прошептала она.       — Да… — ответила я, пряча лицо у неё на груди.       Мы лежали, слушая, как ветер играет в ветках. Потом я уснула.       Я оборачиваюсь на скрип двери. На улицу, держа в руках пистолет, выходит Нилин и садится рядом. Пару секунд мы просто сидим и молчим.       — Не спится? — спрашиваю я.       — Не-а.       Приятные воспоминания всё ещё бурлят во мне. Нужно решиться поговорить с ней о наших отношениях и выяснить наконец, что творится у неё в душе.       — Нилин, — осторожно начинаю я. — Можно с тобой поговорить?       — О чём?       — О нас.       Нилин тяжело вздыхает.       — Вот умеешь ты испортить момент, — она смотрит на меня и улыбается.       — Я серьёзно.       — Ладно-ладно, давай поговорим! — она поднимает руки вверх, как бы показывая, что сдаётся.       Я немного думаю, прежде чем сказать, пытаясь подобрать правильные слова.       — Ответь мне пожалуйста, только честно — что между нами?       Нилин пристальным вопросительным взглядом смотрит на меня.       — Ты о чём?       — Ну мне кажется, что наши чувства друг к другу немного охладели.       — Не поняла! — немного громче произносит Нилин. — С чего ты это взяла?       Её тон немного пугает меня, и я стараюсь более тщательно подбирать слова.       — Когда мы последний раз оставались с тобой наедине? Не как сейчас, например, а в более интимной обстановке. Мы целовались с тобой последний раз в доме моей бабушки.       — Эстер, — Нилин берёт меня за руку и спокойным голосом говорит. — Пойми, сейчас у нас нет времени на всё это…       Я резко встаю.       — Что за бред ты несёшь? — внутри меня начинает закипать злость. — Время есть всегда! Оглянись, конец света вокруг! Кто знает, сколько мы ещё сможем протянуть? Я просто хочу отдохнуть, расслабиться в объятиях любящего человека, поговорить ни о чём.       — Эстер, я…       — А ты… — я перебиваю её. — Ты ведёшь себя как воспитательница в детском саду. Не надо за мной ухаживать как за маленькой девочкой. Мне тяжело находиться рядом и не иметь возможности даже просто обнять. С каждым днём я всё больше понимаю, что теряю тебя. Пропасть между нами растёт, неужели ты этого не видишь?       Я поворачиваюсь к Нилин спиной и смотрю в сторону ночного леса. Ветер нежно окутывает меня своими прохладными объятиями. Я получила свою эмоциональную разрядку, и злость понемногу отступает. Может, я была не права, может, я требую слишком многого, но мне наплевать. Я слышу, как Нилин встаёт и медленно движется в мою сторону. Она обнимает меня сзади за талию и тихо шепчет на ухо.       — Я не думала, что для тебя это важно.       — Очень важно, — так же тихо отвечаю я.       Я поворачиваюсь к Нилин и утыкаюсь лицом в её плечо. Нилин крепко обнимает меня и прижимает к себе.       — Прости, — дрожащим голосом произношу я.       Честно, именно этого я и добивалась. Именно этого мне и не хватало последнее время. И теперь, когда мы вот так просто стоим, обняв друг друга, я снова счастлива.       Утром мы собрались и направились в сторону склада. Было решено взять Джулию с собой — непонятно сколько времени мы там пробудем. Перебравшись через уже известную мне реку и пройдя ещё немного через лес, мы выходим на открытую местность. Остановившись на окраине леса, мы присаживаемся и наблюдаем. Здесь всего один склад, и на вид не очень-то и большой.       — Смотрите, — показывает Джекс. — Замок на месте, а это значит, что мы первые посетители.       — А что насчёт зараженных? — интересуюсь я.       — Пока не видно, но кто знает, что внутри? Держите ухо востро.       Джекс встаёт и направляется к складу. Мы следуем за ним.       — Так, я разберусь с замком, а вы будьте наготове, если вдруг придётся отбиваться.       Мы киваем. Лесник берёт в руки лом и лёгким движением руки срывает замок с ворот склада.       — Лисёнок, держись рядом и будь внимательна. — говорю я.       — Хорошо, — отвечает Джулия.       Мы аккуратно заходим внутрь. Внутри немного темно и стоит полная тишина.       — Эгегей! — вдруг кричит Джекс, после чего обращается к нам. — Будьте готовы.       Примерно секунд десять мы стоим в ожидании. Тишина.       — Эгегей! — повторяет свой призыв Джекс, но в ответ снова тишина. — Похоже, тут никого нет.       Я опускаю оружие, поправляю ремень и закидываю винтовку за спину.       — Надо осмотреться, — произносит Нилин. — Берём столько, сколько можем унести. Встретимся снаружи около входа.       Я поворачиваюсь к сестре.       — Лисёнок, бери не слишком много. Сильно свой рюкзак не заполняй, чтобы тебе не было тяжело. Иди.       — Ладно, — произносит Джулия и направляется вглубь склада.       Я иду в левую сторону и подхожу к стеллажам. Консервы. Много консервных банок. Здесь и тушёнка, и рыба, и какие-то овощи, и фасоль. Я быстро заполняю свой рюкзак. Закинув его на плечи, я понимаю, что он получился очень тяжелым. Однако моя жадность одерживает верх: лучше потерпеть, зато взять побольше. Я иду на выход, где уже стоит Нилин.       — Ну что? — спрашивает она.       — Это просто невероятно. Я столько набрала, что еле держусь на ногах.       — Ради такого можно и потерпеть.       — Согласна.       — Пригнись, — произносит Нилин и пальцем показывает в сторону леса.       Я присаживаюсь и пытаюсь приглядеться. Вдалеке показываются несколько фигур, направляющихся в нашу сторону.       — Внутрь, — шёпотом произносит Нилин, и мы аккуратно заходим на склад.       — Что делать? — спрашиваю я.       — Я пойду позову Джекса, а ты наблюдай в окно.       Я скидываю рюкзак рядом с собой и аккуратно выглядываю в окно. В нашу сторону явно идут четыре человека. Ко мне присоединяются Нилин и Джекс.       — И что тут у нас? — спрашивает меня лесник.       — Четверо, вооружены, — отвечаю я.       Я беру винтовку в обе руки и снимаю с предохранителя.       — Что будем делать? — спрашиваю я.       — Значит-с так, — произносит Джекс. — Я выйду поздороваться, а вы тихо наблюдайте.       — Но… — пытается возразить Нилин.       — Нет! — перебивает её Джекс. — Они не знают, сколько нас тут. Я просто поговорю с ними, а вы прикроете меня в случае чего.       — Ладно.       Джекс встаёт и выходит наружу. Мы аккуратно наблюдаем в окно. Тем временем Джулия подходит и садится рядом. Я жестом показываю ей, чтобы она молчала.       Группа людей уже приближается к складу. Увидев выходящего лесника, они останавливаются и направляют оружие в его сторону. Теперь у меня есть возможность получше разглядеть наших гостей: бородатый мужчина, чем-то похожий на Джекса, двое молодых парней азиатской внешности и молодая девушка, на вид моя ровесница.       — Здравствуйте, господа, — говорит Джекс. Он стоит на крыльце, держа в руках своё ружье, но по какой-то причине не целится в ответ.       — Ну здорова! — произносит бородатый мужчина и делает шаг вперед.       — Что привело вас сюда в такую глушь?       — А ты как думаешь? — с явной насмешкой произносит бородач. — Ищем, чем бы поживиться.       — Ну, так милости прошу — здесь на всех хватит.       — Э нет, ты меня неправильно понял — мы не собираемся с тобой делиться, мы заберём всё себе.       Джекс молча стоит, видимо, не зная, что ему ответить.       — Надо что-то делать, нельзя просто сидеть и смотреть, — шепотом говорит Нилин.       — А что? Что мы можем сделать?       — Как минимум, уравнять шансы. Нельзя им отдавать всё! Нам тоже нужна еда. Пошли!       Нилин встаёт и направляется к выходу.       — Ты идёшь? — обернувшись, спрашивает она.       — Секунду!       Я поворачиваюсь к сестре.       — Сиди тут и ни за что не выходи, поняла?       — А если вам нужна будет помощь?       — Нет! — отрезаю я. — Ни коем случае не выходи наружу, хорошо?       Джулия не отвечает.       — Хорошо? — переспрашиваю я.       Джулия кивает.       — Умничка, — говорю я и направляюсь к выходу.       — Так давай, отходи в сторону и не мешайся. И без резких движений, понял? — слышим мы снаружи.       — По моей команде резко выбегаем, — говорит Нилин. Я киваю в ответ. — Пошли!       Мы открываем ворота, выходим и подбегаем ближе к Джексу. Я и Нилин поднимаем винтовки и целимся в «гостей».       — Вы, ребята, не в тот район зашли! — дерзким командным голосом говорит Нилин. — Вас сюда не приглашали, так что разворачивайте и уёбывайте!       Бородатый мужчина пару секунд смотрит на неё, а потом разражается громким смехом. Его друзья присоединяются к нему и тоже смеются.       — Какая дерзкая сучка, — произносит он, после чего направляет свой пистолет в её сторону. — Давай-ка ты прямо сейчас закроешь свой поганый рот или я быстро нашпигую его свинцом.       — Только если я не сделаю это раньше.       — У нас численное преимущество, так что мы в более выгодном положении.       — Да ну? А откуда ты знаешь сколько нас тут? Или ты ясновидящий?       Бородач резко напрягается, и улыбка сразу пропадает с его лица. Я краем глаза смотрю на Нилин — она спокойна и настроена серьёзно. На мгновение я даже немного ей завидую, что она может сохранять хладнокровие в подобной ситуации. Джекс стоит неподвижно, сжимая ружьё обеими руками. По нему сразу видно, что он готов в любой момент дать отпор. И только я стою в состоянии максимального напряжения. Наверно, со стороны я выгляжу как испуганная девчонка, не знающая, что делать.       — Ребята, давайте спокойно разойдёмся, — произносит Джекс. — Там ещё много всего осталось, всем хватит.       — Ну уж нет! — говорит бородач. — Я сказал, что заберу всё, значит, заберу всё, и вы мне не помешаете.       Он напрягается и явно готовится выстрелить в Нилин. Напряжение достигает максимума, воздух, кажется, становится густым и тягучим.       — Только попробуй и почувствуешь, как пуля проходит сквозь голову! — резко вырывается из меня. Возглас настолько неожиданный, что теперь все смотрят в мою сторону. Я и сама от себя такого не ожидала, слова как-то сами вырвались.       — Это ты зря так! — произносит мужчина и переводит оружие на меня.       — Проваливайте, или я выстрелю!       — Не выстрелишь, у тебя духу не хватит, — отвечает мужчина, и его губы расползаются в улыбке. — И не слишком ли большое оружие ты выбрала для себя? Обращаться-то хоть с ним умеешь?       В чём-то он прав, я и правда ещё ни разу не стреляла в живого человека. Видимо, что-то в моей позе, голосе и поведении выдаёт это.       — Умею! И уж получше, чем старый хрен вроде тебя, — говорю я, хотя в глубине души понимаю, что это неправда.       — Как же мне это всё порядком надоело! — сквозь зубы и с явной злобой шипит мужчина.       И тут гремит выстрел. В последнюю долю секунды я пытаюсь отпрыгнуть в сторону, но уже слишком поздно — пуля попадает мне в правую сторону груди. Резкая боль пронзает всё тело. Я падаю на спину, отчего боль только усиливается. У меня сразу же закладывает уши, а перед глазами возникает пелена из «мушек». Далее всё как в тумане: крики, выстрелы, топот ног. Я не могу пошевелиться, не могу понять, что происходит вокруг. Единственное, что я более-менее различаю — кто-то склонился надо мной и что-то делает. Я пытаюсь сконцентрироваться, но ничего не получается. Чувства покидают меня, а рассудок теряется. Пелена перед глазами становится всё более белой, а звуки вокруг тише. Неужели, это конец? Я не хочу, я не готова уйти!       В итоге наступает тьма.

***