Per aspera ad astra (Сквозь тернии к звездам).

– Я ничего не понимаю, Тэ, – хмуро кинула Чонха, глядя на брата. – Почему вы не переспали? Вы же женаты теперь. Он твой, ты его. Отец же скоро о наследниках заговорит. – Знаю, – спокойно произнес Тэхён. – Тогда... Почему? Что не так? Вряд ли у него там что-то отличается от твоего. Ты боишься его или что? – Чонха, не лезь в душу, ладно? – кинул Тэхён, подняв глаза. – Я не хочу об этом говорить. У меня свои причины для этого. – Единственная твоя причина, братец, в том, что ты хочешь умереть одиноким. Я понимаю, что уединение для тебя - это все, но теперь у тебя есть муж. Рано или поздно вам придётся делить постель. Тем более, Чонгук очень хороший мальчик. Ещё юный, да, но очень хороший. – Поверь, это я знаю и без тебя, – кинул Тэхён, а после встал. – На этом закроем тему. Сестра смотрела на него с минуту, а после махнула рукой и вышла из покоев. Тэхён же сел обратно и потёр виски кончиками пальцев.

*

Чонгук открыл глаза, когда услышал что-то неясное. В голове шумело, поэтому звуки до него доходили с опозданием, ещё и приглушённо. Он кое-как опёрся дрожащими ладонями на постель, пытаясь сесть. Чьи-то прохладные ладони тут же уложили его обратно. Чонгук открыл мутные влажные глаза и моргнул. К нему кто-то пришел? Это... Тэхён? Он пришел ему помочь? Или в очередной раз сказать, какой Чонгук проблемный? – Милорд, вы как? – спросил ласково знакомый нежный голос. Чонгук шмыгнул носом и прохрипел: – Чимин? – Да, угадали, – мягко кинул омега. – Меня отправил к вам ваш муж, чтобы помочь. – Как ты мне поможешь? – шепнул Чонгук, болезненно морщась. – А сейчас и проверим. Чимин помог ему сесть, подняв подушку, чтобы Чонгук смог на нее опереться, а после взял с подноса, стоящего на тумбе, чашку, от которой валил пар. – Выпейте это, милорд, и вам станет легче. Чимин сел на постель, помогая Чонгуку выпить отвар. Чонгук не знал, из чего он был, но он не был противным. Ничего схожего с противными настоями, что пил на Юге Чонгук во время болезней, когда был маленьким. Чимин поставил чашку обратно на поднос и поднялся, подходя к Хэчану, который вертелся рядом, кусая губы в беспокойстве. – Забери поднос и не заходи в комнату. Примерно через часа два принеси этот же отвар, – отдал приказ Чимин, и мальчишка растерянно уставился на омегу. – Но... Я не могу бросить милорда... – Хэчан-и, с ним буду я, не беспокойся. А теперь иди. Мальчик поколебался ещё пару секунд, а потом молча подхватил поднос и вышел, плотно прикрыв двери. Чимин повернулся обратно к Чонгуку, который смотрел на него покрасневшими глазами, сжимая в пальцах края одеяла. – Милорд, как вы? – Уже легче, – пробормотал Чонгук слабо. – Но... В животе крутит странно. И... Чувствую себя как-то... – Чонгук покраснел щеками, опуская глаза. – Понимаю вас, – улыбнулся Чимин, подходя к постели, а после сел на нее. – Меня тоже безумно крутит во время течек. Хочется много чего, правда? И мысли странные мелькают. Чонгук закивал, округлив глаза. Он рад, что Чимин понимал его с полуслова. Чонгук не знал, как описать свои чувства, но Чимину этого и не требовалось. – Знаете, мой господин приказал вам помочь всем, чем я смогу. И раз вам плохо, я хочу облегчить вашу боль, – неожиданно бархатным голосом шепнул Чимин, наклонившись к полулежащему Чонгуку. Чонгук вжался спиной в подушку, раскрыв глаза, не понимая, что Чимин собирался делать. Чимин залез на постель и упер ладони в подушку, нависая над Чонгуком. – Что ты делаешь, Чимин? – шепнул сипло Чонгук, почувствовав, как сердце сбилось с ритма. – Хочу помочь, – покорно произнес Чимин, улыбаясь. – И как же ты... Чимин накрыл губы Чонгука своими, мягко сминая. Чонгук распахнул глаза, дернувшись, но Чимин не дал отстраниться, удержав голову принца ладонью, надавливая на затылок, а после проник языком в рот, лаская. Чонгук всхлипнул, перестав дёргаться. Он был слаб, очень слаб, руки дрожали, как и все тело. И... Было приятно. Это было неправильно, греховно, но Чонгук не мог побороть себя. А после и вовсе прикрыл глаза, сдавшись и неумело отвечая на поцелуй. Чимин не напирал, не был жестоким. Он лишь иногда мягко прикусывал и оттягивал нижнюю пухлую губу Чонгука, но после отпускал ее и зализывал юрким языком, снова вовлекая мягкие губы в поцелуй. Чонгук не знал, сколько это длилось. Он жмурился и громко дышал, сжимал дрожащими пальцами простыни, отвечал на бесконечные мокрые поцелуи. В голове понемногу прояснялось, словно течка тихо отступала, а запах выделялся сильнее. Чимин отстранился, облизав припухшие полные губы, и мягко улыбнулся, погладив кончиками пальцев щеку тяжело дышащего Чонгука. – Вам легче, милорд? Чонгук честно кивнул, невольно облизав губы, и Чимин улыбнулся ещё шире, а после сел на постели и стянул через голову рубашку. Чонгук охнул, распахнув глаза, и произнес дрожащим голосом: – Что ты делаешь, Чимин?! – Раздеваюсь, милорд, – невозмутимо кинул Чимин. Чонгук скользнул глазами по чужому оголившемуся телу. У Чимина были узкие плечи, розовые соски и плоский живот с намечающимся рельефом. Узкая талия, светлая кожа, ни одного волоска - он был действительно очень красив. Чонгук понимал, почему именно его Тэхён взял себе в слуги. Чимин улыбнулся, заметив, что за ним наблюдали, и снова склонился над Чонгуком, расстегивая его рубашку. – Что ты... – Не сопротивляйтесь, милорд. Надо, чтобы течка отступила. Просто так она не отступит, вам будет очень больно. Я хочу вам помочь. – Это неправильно... Мы же оба омеги... – Тем лучше. Никаких внеплановых детей, – жизнерадостно кинул Чимин, расстегнув рубашку и распахнув ее. И тут же облизнулся. Тело у Чонгука было довольно сильное, несмотря на омежий статус. Крепкая грудь с темными сосками, намечающийся пресс, ходящий ходуном из-за тяжёлого дыхания омеги, узкая талия, дорожка волос, тянущаяся к кромке штанов. Чимин наклонился и поцеловал солнечное сплетение, скользнул по нему языком, после поднялся к соскам, прикусив один и тут же втягивая в рот. Чонгук вскрикнул, выгнувшись. По телу будто лава прокатилась. Он никогда такого не испытывал. Чимин спускался поцелуями вниз, обвел языком пупок, прикусил каждую тазовую косточку, а после потянулся к завязкам, сдерживающим штаны. – Чимин... Не надо, пожалуйста... Чимин не послушал, стягивая штаны. Они ненужной тряпкой полетели на пол, а Чимин закусил губу, глядя вниз. А после поднял глаза и шепнул: – Не ожидал, милорд, что вас так бог одарит. – Чимин, что ты... Чимин лизнул нижнюю губу, а после молча взял крупную головку в рот. Он не врал, природа Чонгука действительно одарила. Чимин сомневался уже, что Чонгук был омегой. Красивое тело, достаточно большой член - что дальше? Узел сможет воспроизвести? Чонгук охнул, тут же зажав рот ладонью. Из глаз невольно струились слезы от головной боли, от странного зуда, от того, как приятно ему было, от того, как скручивало низ живота. Он не знал, что ему делать в этой ситуации. Двигать бедрами? Лежать смирно? Попросить все прекратить или молча наслаждаться? Чимин отстранился, облизывая губы, и осторожно задрал ноги Чонгука, положив на свои плечи. Омега уже тек, и это только облегчило задачу Чимину. Он лизнул розовое отверстие, заставляя Чонгука дернуться и вскрикнуть: – Ч-чимин, не надо! Там нельзя! Зачем ты... Ох... Чимин продолжил вылизывать отверстие принца, поняв, что сам уже нехило возбудился. А Чонгук метался по постели, хныча, вскрикивая и выстанывая что-то невнятное. Ему было больно, приятно, снова больно, ещё что-то непонятное. Мысли путались, бедра дрожали, сердце колотилось, а лицо горело от смущения и подскочившей температуры. Чимин проник языком внутрь, толкаясь раз за разом, заставляя Чонгука стонать и тут же прикрывать себе рот ладонью, чтобы никто не услышал его. А после Пак отстранился, облизывая губы, и стянул с себя штаны, так же кидая их на пол. Чонгук откинулся на подушку, пытаясь прийти в себя. Его грудь резко вздымалась, сердце колотилось, а ещё хотелось это закончить, к чему-то прийти, ведь низ живота скручивало спазмом. Ему хотелось чего-то... Чего-то, чего он не понимал. Чимин неожиданно перекинул ногу через тело Гука, садясь сверху. Чонгук распахнул глаза, удивлённо глядя на Чимина, а после опустил глаза, поняв, что Пак уже обнажён и явно возбуждён. Его член был аккуратным и далеко не таким большим, как у Чонгука. Чонгук снова поднял глаза на Чимина, а тот снова улыбнулся и шепнул: – Наслаждайтесь, милорд. А после слегка привстал и направил возбужденную плоть Чонгука в себя. Они слаженно простонали, Чонгук нашел в себе силы, чтобы уложить ладони на ягодицы Чимина, который медленно принял в себя чужой член полностью. Чимин остановился, тяжело дыша. Его щеки невольно заалели от возбуждения и от жары, что царила в спальне из-за происходящего между ними и камина, который потрескивал дровами, глаза потемнели, а алые губы приоткрылись. Чимин приподнялся и снова сел, привыкая к чужим размерам. Чонгук напрягся, а Чимин откинулся назад, медленно двигаясь на чужим члене. – Согните ноги в коленях, милорд. И разведите их... Ну же, – Чимин сорвался на высокий стон, прикусив губу. Чонгук молча повиновался, сделав все, как Пак говорил. Чимин опёрся спиной на чужие ноги, а после скользнул пальцами к чужому проходу и умудрился вставить внутрь три пальца. Они были короткими, но Чонгук все равно простонал, невольно толкнувшись в Чимина глубже. Чимин громко простонал и ускорился, двигая бедрами и пальцами одновременно. Чонгук неожиданно сел, из-за чего из него выскользнули пальцы, и сам принялся двигаться. В голове было поразительно пусто, он притянул Чимина ближе, горячо дыша куда-то в шею. Чимин сжал пальцами плечи принца и нашел чужие губы, целуя. Их не хватило на долго. Совсем скоро Чонгук простонал и излился в Чимина, тут же рухнув на кровать. Чимин кончил следом за ним, оседая рядом. Оба тяжело дышали и молчали. Спустя пару минут Чимин поднялся и обтер себя простыней, которую все равно пришлось бы сменить, а после оделся, собрав вещи по комнате. Чонгук наблюдал за ним, закопавшись под одеяло. Ему стало легче, намного легче, хоть течка и не прошла до конца, ведь он был не с альфой. Щеки горели от стыда, стоило увидеть, мокрые простыни, всклокоченного Чимина. Он не знал, что так можно было... Но ему определено понравилось. Раньше он плевался на это, не понимая ничего. Сейчас он ясно для себя понял: он бы повторил. Чимин подошёл к Чонгуку, мягко улыбнувшись. – Совсем скоро придёт Хэчан, милорд. Советую вам немного отдохнуть. Я распоряжусь набрать вам ванну и принести чего-нибудь из еды. Теперь вам будет легче, через парочку дней даже сможете отправиться на прогулку. – Чимин, я... – Ни о чем не волнуйтесь, – нежно кинул Чимин. Он подошёл ближе и поцеловал влажный лоб Чонгука, накрыв его одеялом поплотнее. – Я вам помог, вы приняли помощь. Будет нашим маленьким секретиком, да? – Чимин подмигнул, улыбаясь, и Чонгук кивнул. – Замечательно. Тогда советую вам немного поспать. Вы долго мучились. Где-то через часика полтора Хэчан вас разбудит. Чимин ушел, а Чонгук прикрыл глаза и действительно уснул через пару минут.

*

– Все хорошо? – негромко спросил Тэхён. Он стоял на балконе, оперевшись локтями на парапет и глядя на заснеженные просторы. Чимин подошел ближе, став рядом. – Да, он уснул недавно. Ему будет легче, – коротко произнес Чимин. Тэхён кинул на него взгляд. Чимин явно успел принять ванну, ведь он был переодет в другую одежду, а ещё был свеж и бодр. И от него не пахло Чонгуком, что было бы логично, ведь он был с течным омегой. – Отлично, – сухо кинул Тэхён, переводя взгляд обратно на сад. – Знаете, милорд, могу лишь сказать, что вам достался очень чувственный и искренний муж. А ещё скромный и невинный, – хмыкнул Чимин, и Тэхён бросил: – И ты успел попасть под его чары? – Вы знаете, кто я, милорд. Я под чары не попадаю, – хитро улыбнулся Чимин. – Просто он искренний и добрый. Под его чары невозможно не попасть. И вы попадете, вот увидите. – Может, поэтому я и сторонюсь его?.. – риторически пробормотал себе под нос Тэхён. – Что, мой милорд? – Ничего. Иди отдыхай. Завтра с утра будь готов: поедем на охоту. Чимин кивнул и испарился. Ему действительно стоило отдохнуть. А Тэхён ещё на долгое время задержался на балконе, думая о разном.

*

На охоту решила отправиться и Чонха. Она снова была в своих удобных кожаных штанах, с облегчением сняв неудобное платье. Тэхён ехал во главе процессии. На его поясе висели ножны с мечом, в руке был зажат лук, а за спиной висел колчан со стрелами. Он был более хмур, чем обычно, что первыми заметили Чонха и Чимин. Они ехали по бокам от Тэхёна. Чимин здесь был больше как простая декорация. Он не был ни воином, ни охотником, но он везде сопровождал своего господина. Стояла тишина. Все говорили либо шепотом, либо просто молчали. Тэхён поднял руку и спрыгнул с коня. Остальные последовали его примеру, держа оружие наготове. Чимин поежился от холода, проникающего под теплую меховую шубу, и стал позади отряда, не желая мешать. Обычно он ждал, пока все поймают добычу, отходил подальше, в общем, делал все, чтобы он никому не помешал и чтобы его ненароком не задели. И в этот раз он стал возле своего коня, у кромки леса. К Тэхёну подошли мужчины, что с ним охотились, и они что-то обсуждали, видимо, то, куда двинуться дальше. Чимин поднял глаза, заметив, что его кобыла странно себя вела, будто... Нервничала? Это омегу насторожило. Чимин нахмурился и огляделся. Рядом стоящие лошади тоже пританцовывали на месте и мотали хвостами, а глаза их бегали туда-сюда, будто не зная, за что зацепиться. И тут Чимин уловил краем уха треск ветки совсем рядом. И тут же крикнул, дергаясь в сторону: – Осторожно! Чимин успел вовремя: топор угодил прямо в круп лошади. Та заржала встала на дыбы, отбросив мужчину обратно, а Чимин грохнулся на землю, тут же отползая подальше от лошадей, что начали ржать и вставать на дыбы, чтобы не получить копытом по лицу. Из леса выскочили около дюжины дикарей. Все тут же схватили оружия, столкнувшись с мужчинами. На поляне, где они остановились, образовалась неразбериха. Чимин хотел встать, вспомнив, что какого-то черта именно сегодня решил не брать с собой кинжал, но тут к нему бросился один из дикарей. Чимин охнул, когда тот резко вскинул копьё, но ему тут же прилетела стрела прямо в голову, пробивая затылок. Тело рухнуло прямо возле Чимина, по снегу тут же расплылась кровь, пачкая пальцы омеги. Чимин вскочил и забрал валяющееся копье дикаря. Он закусил губу и сломал его об ногу, сделав короче. Зачем бегать с длинной палкой, если можно сделать что-то похожее на кинжал? Не идеально, но в такой ситуации сойдёт. Чимин огляделся, заметив, что все нашли себе противника. Тэхён сошёлся на мечах с одним, который был не особо высокий, но казался крепким из-за слоев одежды, навешанной на нем. Он дрался хорошо, чуть ли не вровень с Тэхёном, и Чимина это напрягло. На снегу уже валялись раненые и мертвые. Омега поморщился, стоило увидеть чье-то распоротое брюхо с вывалившимися кишками. Он заметил мужчину из их охраны и бросился к нему, поняв, что он ещё жив. Мужчина открыл мутные глаза, стоило Чимину упасть на снег рядом с ним. – Пожалуйста, потерпите, скоро все закончится, – произнес омега, а после запнулся, глянув в чужие глаза. Мужчина умрет. Совсем скоро. Ему осталось буквально минута. Чимин закусил губу и прикрыл глаза на секунду. – Простите... Простите, что не могу ничего сделать, пожалуйста... – шепнул Чимин, зажимая чужую рану на груди. Пальцы окрасились в красный, но ему было глубоко плевать. Мужчина же внезапно распахнул глаза и оттолкнул Чимина в сторону. И вовремя, ведь в его тело вошёл топор, раздробив грудную клетку. Чимин вскрикнул, заметив дикаря, который вытащил топор, с которого стекала кровь. А после вскочил, сжав в пальцах недокинжал. Он закусил губу, вспоминая свои преимущества, которые ему назвал как-то Тэхён. Он маленький, юркий и гибкий. Детина перед ним в раза три больше него. А значит, он медлительнее. Чимин глубоко вздохнул и бросился прямо на мужчину, тот занёс топор, но Чимин проскочил мимо, не дав схватить себя за шкирку, и оказался позади мужчины, вонзив конец копья в спину. Тот захрипел и упал на одно колено, пытаясь развернуться, но Чимин ударил ещё несколько раз. Кровь брызнула ему на руки и лицо, но он наносил удар за ударом, пока мужчина не рухнул в снег. Чимин тяжело вздохнул, кое-как поднимаясь и оглядываясь. Дикарей почти добили. Тэхён по-прежнему дрался с невысоким дикарём, и Чимин сделал шаг вперёд. Но помощь не требовалось: в дикаря попала стрела, которую пустила Чонха. Ее волосы растрепались, губа была разбита, но она была жива, и это радовало. Дикарь дернулся, зашипев, и Тэхён успел схватить его за шиворот, занося меч, чтобы срубить чужую голову. Чужие темные глаза, в которых застыла боль из-за стрелы в плече, неожиданно нашли глаза Чимина. Чимин покачнулся, глядя в глаза мужчины. Перед глазами пронеслись мутные картинки, быстрые и кратковременные. Но он успел заметить чужую улыбку, ласку в черных глазах. Поэтому не думал особо, когда крикнул, срываясь с места: – Милорд, не надо! Тэхён невольно застыл, недоуменно глядя на подбежавшего Чимина. – Чимин? – Не убивайте его... – выдохнул Чимин, стараясь избегать взгляда дикаря, который смотрел на него так же удивлённо, как и Тэхён. – Он последний остался. Он нам понадобится... Вы сами говорили вашей сестре, что она должна была привезти хотя бы одного дикаря, чтобы допросить его. Чимин тараторил быстро, боясь, что Тэхён все равно исполнит приговор. Он сам не понимал, что на него нашло, но... Этот мужчина явно не должен был умереть сейчас. Тэхён ещё пару секунд колебался, а после все же опустил окровавленный меч. – Свяжите его, – бросил он, и слуги, что остались в живых, подбежали ближе, скручивая мужчину. Тот поморщился от боли в плече и кинул последний длинный взгляд на Чимина, позволяя себя увести. Тэхён же вытер меч о свою штанину, ведь одежда все равно была испачкана грязью и кровью. А после вогнал его в ножны и оглядел Чимина. – Ты ранен? – спросил он спокойно, но Чимин знал, что тот волновался. – Нет, милорд... – Кровь? – А... Она не моя... – шепнул Чимин, а после невольно покачнулся, только сейчас поняв, что они пережили. Тэхён моментально прижал его к себе, поддерживая, и произнес: – Я подверг тебя опасности, прости меня. Когда вернёмся в замок, я дам тебе отдохнуть. – Все хорошо... – устало шепнул Чимин, невольно уткнувшись лбом в плечо Тэхёна. – Я должен был вас защищать... – В следующий раз лучше стой и дай мне защитить тебя. Чимин слабо улыбнулся, продолжая стоять в чужих руках.

*

Чонгук, разумеется, узнал одним из первых о том, что произошло на охоте. Он моментально подскочил, тут же поморщившись. У него все ещё была течка, он был не в порядке, поэтому и спускаться сейчас вниз не было смысла. Ему обо всем рассказал Хэчан, прибежавший проведать господина. Чонгук расслабился, когда узнал, что никто не пострадал. Пару мужчин из сопровождения были ранены, один убит, Чонха повредила губу, но в остальном было хорошо. Узнал Чонгук и о том, что они взяли пленного дикаря. Ему действительно не терпелось уже покончить с этой течкой и встать с постели. Хэчан каждый день приносил ему тот волшебный отвар, и Чонгуку постепенно становилось легче. На четвертый день течки он смог подняться и спуститься на завтрак. Его запах больше не давил, не был таким насыщенным, но все ещё чувствовался ярче, чем раньше, что и подтвердилось, когда Минсок буквально впился в него взглядом и не сводил взгляда весь завтрак. Чонгука это напрягало. В столовой не было ни Чонхи, ни Тэхёна, но если Тэхён с ними никогда не завтракал, то Чонха старалась завтраки не пропускать, чтобы увидеться с Чонгуком. Поэтому Чонгук быстро закончил завтрак, поблагодарил всех за еду и поднялся, скрывшись из залы, чтобы не видеть больше липкого взгляда короля. Чонгук блуждал по коридорам, задумавшись. С одной стороны ему безумно хотелось узнать, что же произошло на охоте, увидеть дикаря своими глазами, узнать, что все действительно живы и здоровы своими глазами. Но он не мог просто вломиться в покои Тэхёна и потребовать объяснений, хоть они и супруги, но это было бы странно, так как они совсем не общались.... Чонгук постучал в дверь и тут же закусил губу. Он действительно пришел к Ким Тэхёну? Может, у него ещё в голове не прояснилось? Или там просто пусто? Двери распахнулись, демонстрируя слегка сонного Тэхёна. Если он и удивился стоявшему у двери Чонгуку, то решил не показывать какие-либо эмоции. – Что-то случилось? – напомнил о себе Тэхён, поняв, что сам Чонгук ничего не скажет. – А... Я просто... – растерялся Чонгук. А что он скажет? Тэхён окинул омегу взглядом и открыл двери, пропуская Чонгука внутрь. Чонгук молча юркнул в спальню и тут же застыл, заметив в постели Кима... Чимина. Тот спал, укутавшись в одеяло с головой, и лишь кончик носа торчал. Омега тихо сопел, и Чонгук сглотнул. – Извини, я кажется не вовремя... – шепнул еле слышно Чонгук. В горле стал странный комок. Он понимал, что Тэхён не станет хранить ему верность. Все же они не любили друг друга и никогда не полюбят. Они не спали вместе, почти не встречались и не разговаривали. А Тэхён молодой альфа, у которого были свои потребности. Все же Чонгук не ошибся, когда при первой встрече подумал, что Чимин и Тэхён спали вместе. – Ничего, я уже поднялся, – так же тихо кинул Тэхён, проходя мимо Чонгука. Не хотел будить возлюбленного? Чонгук смотрел в пол, не в силах поднять глаза. Уши горели, как и щеки, ему было стыдно. Зря он сюда пришел. Надо уходить, чем быстрее, тем лучше... – Ты хотел поговорить о чем-то? – спросил между тем Тэхён, на ходу одеваясь. До этого он был одет в легкие штаны и рубаху, в которых, видимо, спал. – Это... Не так уж и важно. Можно и потом как-нибудь... – Подожди меня минуту. Я приведу себя в порядок и поговорим где-нибудь в другом месте. Чонгук кивнул, а после решил, что подождать можно и за дверью, поэтому быстро выскочил из чужих покоев. А после прижался спиной к стене и прикрыл глаза. Он не ожидал такого, а сейчас, столкнувшись с этим лицом к лицу, понял, что явно не готов знать о любовниках Тэхёна. Вот вообще. Никаких. Его нервная система этого не выдержит.