Per aspera ad astra (Сквозь тернии к звездам).

– Наконец-то мы встретились, король Чон Чонгук, – произнёс Минхёк, улыбаясь. – Удивлён вашей смелостью. Или глупостью? – Не тебе судить, ублюдок, – Чонгук сделал шаг вперёд и уложил ладонь на эфес меча, спрятанного в ножны. – Сегодня последний день, когда ты улыбаешься. Запомни его. – Самоуверенный, – хмыкнул король, также сделав шаг вперёд. – Мне нравится. Таким же ты был, когда мои люди убивали твоих родителей и никчёмных братьев? Глаза Чонгука вспыхнули гневом. – Никчёмный здесь только ты. Безумец, который ни на что не способен без своих советников. Каково это – быть посмешищем всего континента? – Чонгук с удовольствием наблюдал за тем, как краснеет от злости Минхёк. – Ты, жалкая подстилка, ни за что не одержал бы ни одной победы без помощи этого безмозглого Джинсока, которому подставляешь задницу. — Кому ты тогда подставляешь свой старый зад, раз смог несколько раз победить? – усмехнулся Чонгук, не реагируя на чужой желчный тон. Минхёк силой воли успокоился, натянув холодную улыбку, и кинул: – Зря ты сюда пришёл, наследник Юга. Я думал, что ты не решишься на такую глупость. Ты буквально пришёл на мою территорию, насколько самоуверенным нужно быть? – Кто сказал, что я один? – склонил голову Чонгук. Минхёк внезапно махнул рукой, и Чонгук услышал шелест мечей, вынимаемых из ножен. Он огляделся, поняв, что его окружили воины, снявшие с себя маски. Получается, лишь половина гостей были настоящими, другие же были свитой короля, спрятавшись под масками. – Подло, очень подло, – покачал головой Чонгук. – Где же твоя армия? – А ты прислушайся, – любезно кинул омега, и король настороженно нахмурился. В зале тут же повисла мертвая тишина, потому что фраза Чона напрягла всех. И со стороны распахнутых дверей, ведущих на балконы, послышался лязг. Будто очень много людей шли по улице, гремя железом. – Привёл сюда армию? – вздёрнул бровь Минхёк и внимательно посмотрел на Намджуна, который одним кивком дал понять, что их собственные войска готовы и в замок врагов не пропустят. – Очень глупо с твоей стороны полагать, что я не подготовился. Хочешь, повторим события кровавого торжества? – Повторим. Только сегодня умрёт один из королей, и это будешь ты, – невольно рыкнул Чонгук и достал меч с громким лязгом. Тут же всё пришло в движение, свита Минхёка сорвалась с места, а Чонгук усмехнулся, покачав головой. От гостей отделилась ещё группа людей, срывая с себя маски. Среди них был Хосок, Бэкхён, Юнги и воины, которых Чонгук лично отобрал как самых способных и сильных. – Не один ты тут стратег, – громко произнёс Чонгук, не глядя на мрачного Минхёка. Простые гости начали кричать, спасаясь от начавшейся битвы. Чонгук пригнулся, когда над головой прошелестело лезвие меча, и тут же пихнул нападавшего ногой, резанув своим узким клинком по чужому горлу. Воин упал, хрипя, а Чон переступил через него и пошёл прямо к Минхёку. – А он упорный, – цыкнул Минхёк. – При первой нашей встрече был слабым мелким омегой. – Война всех меняет, милорд, – произнёс Намджун, наблюдая за боем. – Желаете, чтобы я вступил в бой? – Нет нужды, скоро это закончится, – лениво произнёс Минхёк, моргнув. – Что-то меня шатает, неужели так много выпил?.. – Вы просто устали, милорд, эти события вытянули из вас все соки, – Намджун подошёл ближе, придерживая короля за плечи, но тот дёрнулся. – Не надо меня держать, я вполне могу сам стоять. – Умри! – крикнул кто-то, прорываясь сквозь свиты Минхёка, и запрыгнул на лестницу. Намджун молниеносно дернулся и всадил клинок в сердце напавшего, закрывая короля собой. Воин упал, выронив меч, а Ким размял шею до хруста, засунул оружие обратно в ножны и скинул с себя фрак, под которым была кольчуга. – Вступить в бой всё-таки придётся, – мрачно кинул он, пока Минхёк сел обратно на трон, наблюдая за всем и борясь с неожиданной слабостью. – Милорд! – к Минхёку сбоку подлетел взмыленный слуга, тяжело дыша. – Кто-то... кто-то рассказал врагам о тайных ходах... они прорвались в замок! Минхёк тут же вскочил и бросил разъяренный взгляд на Чонгука, который в этот момент держал мёртвого воина за волосы, пока в его теле был меч. Они встретились глазами, и Чонгук ухмыльнулся, отбросив от себя тело и двинувшись к Минхёку. Намджун же следил за странной фигурой. Этот мужчина – а это точно был он – также сражался, но было непонятно за кого, учитывая всеобщую панику, да и узнать его было нельзя – на нём до сих пор была маска. – Значит, я изловил не всех крыс, – рычаще выдохнул Минхёк, вытянув свой меч из ножен. – Намджун, глаз не спускай с южного выродка! Я сам хочу убить его. – Понял вас, – кивнул Намджун, бдительно наблюдая за толпой, чтобы в случае чего защитить короля. В это время Джин осторожно пробирался к выходу, иногда поскальзываясь на крови. Он приседал всякий раз, когда рядом возникали дерущиеся, чтобы не попасть случайно под удары мечей. Все гости метались и кричали, пытаясь спастись, некоторых задевали воины, а шум стоял такой, что Джину заложило уши. Он нервно огляделся и осторожно пошёл вдоль стены, но вскрикнул, когда его схватили за плечо и резко дёрнули. – Куда собрался, омежка? Он с ужасом глянул на высокого бородатого мужчину, который скалился, глядя на него. – Зря ты пришёл сюда сегодня. Видимо, тебе суждено сдохнуть именно так, – мужчина занес над ним меч, ухмыляясь, и Джин зажмурился, готовясь к смерти. Но тут хватка на его плече ослабла, омега услышал хрип и стук, будто чьё-то тело упало на пол. Он распахнул глаза, ошарашенно глядя на мёртвого воина, который лежал у него в ногах. А после поднял глаза, глядя на стоящего перед ним мужчину в маске. Он был во всём белом, если не считать кровь, разбрызганную по ткани. Даже на белоснежной некогда маске остались рубиновые капли. – С-спасибо... – пробормотал Джин, а воин неожиданно резко дёрнул его на себя и обнял. Он распахнул в шоке глаза, не понимая, что происходит, и застыл, бледнея, когда услышал шёпот: – Пожалуйста, спрячься где-нибудь и не выходи, пока всё не закончится. Я найду тебя позже. А после его резко отпустили, и мужчина в маске исчез так же быстро, как и появился. А Джин почувствовал, как глаза наполняются слезами. Всё потому, что он узнал голос мужчины. Голос, который, как он думал, остался лишь в его воспоминаниях. Его брат жив!

*

Во дворе замка стоял тяжёлый запах крови. Бойня была такая, что на земле валялись чьи-то окровавленные конечности; да что там, даже кишки устилали траву. Битва длилась по ощущениям вечность, но на деле не прошло и двух часов. Джинсок молниеносно отделил голову от тела какого-то мужика и схватил её, глядя в не успевшие закрыться глаза. – Хотел бы я забрать тебя, как трофей, но нет времени, – философски протянул Джинсок и откинул от себя голову. С его тяжёлого двуручника на землю капала кровь, окрашивая траву в алый. Он огляделся, наблюдая за битвой, и тяжело вздохнул. – Я определённо уйду в отрыв после этой войны. Скажем, на недельку-другую отправлюсь на Восток к Сану, он обещал мне показать новые позы. Скучаю по его гибкости, а уж какая выносливость... В это время на него бросился воин, и Джинсок цыкнул, перерезав чужую глотку одним махом. – Ну нет, недельки тут мало, махну на месяц. Ну а что? Советники и без меня разберутся, я заслуживаю отдыха в конце концов! Ой-ой, напугал! – чуть не взвизгнул Джинсок, когда перед ним рухнуло тело, разрубленное пополам. – Что ж ты так бросаешься, холера, чуть не помер от страха! Людей с вражеской стороны, казалось, приходило всё больше и больше, но Джинсок видел, что они одерживают верх. И даже если здесь их перебьют, большая часть войска уже прорвалась в замок. Центр всё равно обречён. – Ладно, лишь бы этот мелкий ребёнок был целым, я же с ним поспорил на десять ящиков крепкого эля! Если здесь всё получится, я себе весь погреб забью выпивкой, ух... – Мой король, мы почти добили войско Центра! – крикнул какой-то воин, подбежав к альфе, и Джинсок повернулся к нему. – Очень рад, продолжайте, надо закончить здесь, – кивнул альфа и, когда воин исчез, продолжил: – Эль всё-таки мой... Вскоре стало не до разговоров, ведь на него напало сразу несколько человек, и он сосредоточился на бое, отбросив лишние мысли и заметив, как к вражескому войску пришло подкрепление.

*

– Он хочет сбежать! – крикнул Юнги, заметив движение в конце зала, где Минхёк двигался к боковому выходу. Чонгук развернулся и оттолкнул от себя мёртвое тело, сорвавшись на бег. – Минхёк, жалкий трус, не смей сбегать! – рявкнул Чонгук, перепрыгнув через чей-то труп, и понёсся дальше. Минхёк услышал его и, обернувшись, мрачно цыкнул. – Вот же неугомонный. Намджун, разберись с ним, – бросил король, прижавшись к стене, и Ким молча кивнул, закрыв монарха собой. Чонгук оказался рядом через секунду, и их мечи с громким лязгом столкнулись. Намджун уверенно держал меч, а удары его были слишком сильными. На его стороне был опыт и возраст, но Чонгук брал чистым упрямством, не собираясь признавать свою слабость. Но тут он услышал знакомый голос, который что-то кричал, и отвлекся, оборачиваясь. О боже, нет... Только внезапно возникшая рядом белая фигура спасла его от меча, который чуть не снёс ему голову. Человек дёрнул Чонгука на себя, а второй рукой отбил удар своим мечом. – Т-там... – дрожащим голосом промямлил Чонгук, чувствуя, как затряслись его колени. – Иди, – коротко бросил низкий голос, и Чонгук рванул вперёд, уже не обращая внимания на Минхёка. – Кто ты? – хмуро спросил Намджун, опуская меч. Его ведь давно насторожила эта фигура, с ней что-то было не так, и... И двое застыли в шоке, когда рука в белой перчатке, окрашенной в розовато-красный из-за крови, потянулась к маске и медленно её стянула. – Не может быть... – в ужасе кинул Минхёк, глядя на безэмоциональное лицо. – Ты же сдох, тебя убили, ты не мог выжить! – Как видишь, я здесь, – склонил голову к плечу Тэхён, а после поднял меч и набросился на Намджуна. – С Чонгуком ты был очень смел, попробуешь быть таким же с противником своего уровня? – мрачно спросил он, и Намджун нахмурился, сжав покрепче меч. Чонгук же бежал через весь зал, вертя головой. Он слышал крик Хосока, это точно был он! Он охнул, когда заметил в углу Бэкхёна, который был весь в крови и пытался отбиться от врага, держа в руках... Хосока?! Чонгук ускорился и буквально подлетел к ним, проткнув чужое сердце. Воин захрипел и свалился на пол, и Чон отпихнул его, падая рядом с осевшим Бэкхёном, который всё ещё прижимал к себе тяжело дышащего Хосока. – Х-хосок, что случилось, скажи мне, – дрожа и заикаясь, произнёс Чонгук, зажимая чужую рану на животе, который, видимо, не спасла кольчуга. – Хосок! – Чёрт, больно, – прохрипел Хосок, морщась и облизывая окровавленные губы. – Хосок... – всхлипнул Чонгук, поднимая голову, и заметил, что Бэкхён также беззвучно плачет, сжимая в руках широкие плечи альфы. Они встретились глазами, и Бэкхён всхлипнул, тут же жмурясь и опуская голову. – Развели тут сопли... – ворчливо прохрипел альфа, говоря всё более невнятно. – Возьмите себя в руки, мы ещё не победили... – Тебя надо унести отсюда, лекари... – пробормотал Чонгук, взяв брата за руки, и тот дёрнул головой, усиленно моргая. – Какие, к чёрту, лекари, я уже не жилец... – Не говори так! – крикнул Чонгук, уже рыдая от ужаса и горя, что его сковали. – Чон Хосок, ты не посмеешь умереть сегодня, только не ты! Я и так потерял семью, у меня остались только ты и Чану, так что не смей... не смей... – Послушай меня, – тихо обронил Хосок, и Чонгук замолчал, всхлипывая. – Мы все знали, куда шли... это война, Гук, каждый готов был умереть, и я не исключение. Я просто... – Он закашлялся, морщась, и продолжил: – Плевать на меня, не такой уж и важный павлин... ты главное, будь в порядке, ладно? Тэхёна не... не обижай... и... – Не говори, тебе же больно, – шепнул Бэкхён, уложив его на свою грудь. Чонгук видел, как тряслись его руки и как побледнело лицо. Он сглотнул, а Хосок фыркнул слабо: – Какая уже разница... Б-бэк-и... ты тоже себя береги... и не ругайся с Ч-чонгуком, он мой самый близкий человек... Его голос совсем ослаб, и истерика Чонгука, кажется, перешла на новый уровень. Хосок неожиданно схватился слабой рукой за его плечо, и омега склонился к нему, чтобы услышать тихий шепот: – Сбереги моего сына, брат... и не смей плакать из-за меня! Забудь и живи счас... Хосок не успел договорить – бедное ослабшее сердце остановилось раньше. Чонгук же вскинул глаза, глядя на Бэкхёна, который молча плакал, прижавшись лбом ко лбу мёртвого Хосока, и трясущими руками вытер влагу с лица. – Ты беременный, – обронил Чонгук не своим голосом, и Бэкхён глянул на него с такой болью, что Чон не сдержался, крепко обнимая омегу. – Всё хорошо, мы... мы справимся. Я стану самым лучшим дядей, я клянусь... – Чонгук, что случилось? Почему вы тут сидите, нельзя подставлять спины вра... – Юнги осёкся, заметив бледного Хосока, лежащего с закрытыми глазами и заплаканных омег, с страхом и слабостью смотрящих на него, и сглотнул, пытаясь взять себя в руки. – Нельзя оставлять тут тело. Перенесите его подальше отсюда, а я прикрою вас, – сделав глубокий вдох, выпалил он. К достоинству омег, они пришли в себя довольно быстро и, кивнув друг другу, взяли Хосока за ноги и руки, таща на выход из зала. А Юнги шёл рядом, держа меч наготове, пытаясь не думать о смерти Хосока, который успел стать товарищем. Об этом можно подумать позже.

*

Тэхён дрался столь уверенно, что совсем скоро заставил Намджуна и Минхёка забраться обратно на площадку с троном. Он видел, что Намджун устал, а потому сражался всё более яростно, пытаясь найти брешь в чужой защите. – Сдавайся, – бросил Тэхён, и Намджун ответил: – Ни за что. Лучше смерть. – Ты сам попросил, – хмыкнул Тэхён. – Намджун, – слабо кинул Минхёк сзади, и Намджун отвлекся на секунду, чем Тэхён тут же воспользовался. Лезвие полоснуло по плечу, оставляя рану, и Джун рыкнул, сжав челюсть от боли. – Сдавайтесь, – повторил Тэхён невозмутимо, опуская меч. Намджун отошёл от альфы, глядя на короля, который тяжело дышал. – Намджун, что происходит? – спросил он, и Ким нахмурился. – Милорд? Что с вами? – Я не знаю! Я... скорее всего... что-то было в вине! Вот чёрт! – ругнулся король, держась за трон. – Надо уходить. – Вы не уйдёте, – бесстрастно кинул Тэхён, сжав меч крепче. – Сдавайтесь прямо сейчас. – Сукин ты сын... – через силу рявкнул Минхёк, выпрямляясь и цепляясь за Намджуна, который поддерживал его, стоя сзади. – Ты никогда не победишь, жалкий ублюд... Он прервался, вскрикнув, а после подавился чем-то, что подозрительно напоминало... кровь? Он ошарашенно посмотрел вниз, заметив, что из его груди торчит меч, а после поднял его на Тэхёна, который не смог скрыть вспышки удивления, мелькнувшей на лице. Потому что проткнул Минхёка вовсе не Тэхён. Это был Намджун.

lijeon