Выходя за рамки

      «Привет, С.       Ты была великолепна. Нет, правда, это надо было видеть!       Надеюсь, теперь ты не слишком зла на меня?       Ну, извини. Я не удержался. Только скажи мне честно, тебе понравилось?       Думаю, что да.       Не злись. В знак моего восхищения тобой, и чтобы загладить вину, твоё задание будет следующим:       Придумай мне задание. Я выполню все. Без раскрытия личности и криминала, конечно.       И можешь считать это моим наказанием.       Желаю тебе вдохновения, С.»       Хатаке откинул ручку на стол и посмотрел на бледный листок, который при свете настольной лампы казался прозрачным. Он перечитывал текст и не понимал, его ли руки написали это?       Слишком откровенное, слишком довольное — как и он сам — письмо отталкивало своей смелостью.       Но горчащее ощущение неправильности так и не смогло переубедить его. Какаши был словно окрылён, он улыбался как мальчишка с того самого момента, как Сакура натянула на себя шляпу. Наивно и смело, дерзко. Невероятно красиво.       Этой красоте он был готов подчиниться.       Накинув куртку на плечи, Какаши зажал подмышкой блокнот и побрел по безлюдным улочкам к фонтану. Туманный воздух приятно ласкал ямочки на щеках, а ночная тишина предвещала нечто хорошее, долгожданное.

***

      От вчерашней ясной погоды не осталось и следа. Ночью небо затянуло толстым пледом облаков, которые под своей тяжестью просели настолько, что едва не касались высоких шпилей костелов. Мелкая морось холодной плёнкой оседала на коже, а под ногами уныло хлюпала слякоть. Сакура очень кстати надела громоздкие кожаные ботинки вместо привычных кроссовок. Стопы ныли под тяжестью обуви, но это было несомненно лучше промокших до ниточки ног.       Она машинально остановилась у фонтана, будто бы выполняла ежедневную рутину. С каждым разом незнакомец отвечал все быстрее.       Интересно, подкарауливал ли он её? Наблюдал ли за ней из окна на втором этаже в здании напротив? Ходил ли невзрачной тенью позади, когда она в спешке возвращалась домой по тёмным переулкам? Видел ли он, как она поскальзывалась на брусчатке у театра, как с интересом заглядывалась на окна, в которых вечерами горел свет? Был ли С. вчера в толпе?..       Харуно смахнула влагу с пластиковой обёртки и запихнула блокнот в рюкзак. Сейчас она не была готова читать послание от С. Точнее, она всеми фибрами души оттягивала этот момент — ещё одну сумасбродную прихоть незнакомца она вряд ли бы вынесла.       Сакура дернула молнию, нечаянно зажимая палец, отчего перед глазами замерцали круги. Зажав губами покалеченный палец, она натянула на себя рюкзак и перекинула через плечо трубку с постером. Одно из запланированных на сегодня заданий — забрать плакат из типографии — было сделано. Оставалось самое сложное: выдержать остаток дня в офисе, ведь коллеги наверняка не забыли её блистательное выступление на параде.       То, что Харуно будет в центре внимания, не подлежало сомнению. Её имя вчера скандировали все — и коллеги, и незнакомые прохожие, и даже сами выступающие охотники. Громче всех, естественно, был Узумаки. Поэтому когда Сакура зашла в сухую лабораторию и увидела скопившуюся толпу у своего стола, точнее у стола Наруто, с её губ слетел стон безысходности.       — О-о, Сакура-чан! — незаметно слинять из офиса теперь точно не вышло бы. — Принесла?!       — Да, — раздражённо цокнула Сакура, по-очереди расталкивая коллег у своего рабочего места.       Вместо привычного будильника Харуно проснулась под мерзкое оповещение из чата с Узумаки. Вернее, под десяток оповещений — Наруто был одним из тех надоедливых друзей, которые растягивали одно предложение на энное количество однословных смсок.       После третьего сообщения Сакура удивилась, с какой это стати Наруто писал ей в такую рань. Наверняка он ещё не ложился. После двенадцатого она была готова разбить телефон об стену.       Харуно скинула неудобную трубку на кресло. Вслед за ней опустился и рюкзак, из которого она вытащила сложенную пополам шляпу.       — А где большое перо? — Наруто выхватил трофей из рук, осматривая его с каждой стороны.       — Выпало, — процедила Сакура.       — Да? Ну и ладно, — он нахлобучил шляпу на топорщащиеся в разные стороны волосы.       — Как тебя угораздило? — качнула головой Яманака.       — Э-э, — Сакура растерянно оглянулась по сторонам. Вокруг собрались все, кто был вчера на фестивале, и не только. Новость о выходке Сакуры быстро разнеслась по коллективу, поэтому любопытствующих было предостаточно. Даже Саске оторвался от экрана компьютера и с интересом наблюдал за происходящим.       Несмотря на то, что у Харуно была вся ночь чтобы придумать правдоподобную отмазку, в офис она пришла неподготовленной и теперь как рыба хватала воздух ртом. Ей было нечего сказать в оправдание. Повезло лишь, что Наруто решил ответить за неё:       — Смотрите, что я в интернете нашёл! — он раскрыл страницу на полный экран и отъехал от стола, чтобы остальные могли рассмотреть. — Кража шляпы — давняя студенческая традиция!       — Чего? — Харуно нависла над столом, вглядываясь в новость из местной газеты.       — «В этом году традицию по краже шляпы у охотников пытался поддержать студент-второкурсник с исторического факультета», — Ино прочитала начало статьи. — «Но, к сожалению, его попытка не увенчалась успехом. Он был сразу же окружён выступающими, и шляпа была возвращена законному владельцу».       — Так это каждый год происходит? — спросил Саске, втискиваясь на кресле между Сакурой и Ино.       — Почему мы тогда об этом в первый раз слышим?! — удивилась Яманака.       — Ха! — Наруто довольно засветился. — В первый раз шляпу украли лет пятнадцать назад, какой-то студент с кафедры физики, — он зачем-то кивнул, будто бы в подтверждение своим словам. — С тех пор все пытались повторить «подвиг», но удавалось немногим, всего троим!       — Троим?! — Сакура побледнела.       — Ага, — Узумаки пролистал новость. — Судя по именам — они неместные.       Харуно пробежалась глазами по фамилиям:       — А как звали самого первого?       — Э-э, тут нет его имени, давно ведь это было!       — Может, в библиотеке есть? — Учиха подал голос. — Они хранят печатные оригиналы.       — В библиотеке?.. — задумчиво спросила Сакура.       — Да какая разница? — Узумаки тыкнул пальцем в экран. — Смотри, Сакура-чан, ты теперь в новостях!       — Э-э?! — внутри у Харуно все оборвалось и разбилось вдребезги. Её незапятнанная до сих пор репутация разлетелась миллионами острых осколков — один неверный шаг, и неизвестно, чем бы это всё аукнулось.       — Эй, — шикнула Ино. — Это всё твоя игра?       Сакура кивнула — с проницательностью Яманака не мог сравниться никто — но ответить так и не успела. На подруг вопросительно уставился Саске, зажатый между ними. Вдобавок Наруто перескакивал с одной темы на другую в бешеном ритме:       — Ты вообще зря вчера так быстро сбежала, Сакура-чан! — он достал из кармана телефон и начал листать фотографии в галерее. — Ты столько пропустила, смотри!       Перед глазами замаячил вчерашний день: те же дома, то же освещение, та же толпа. Харуно невольно повела плечами, словно в попытке отпугнуть нахлынувшие воспоминания, а вместе с ними и фантомную дрожь от переизбытка адреналина. Она бы закатила глаза и отмахнулась, сказав, что таким не интересуется, если бы не заметила на фотографии одно лицо. Точнее, сначала Сакура заметила явно поддерживаемые в тонусе ягодицы, а затем уже лицо.       Забуза.       Как же она могла забыть? Они ведь с незнакомцем друзья…       — Вы только посмотрите! Они же практически голые, — причитал Наруто. Выступление фетишистов произвело настолько сильное впечатление на парня, что он никак не мог остановиться. — А этот вот? В него же верёвки впиваются так, что скоро посинеет! А этот… — он приблизил фотографию и охнул. — В одной руке факел, в другой — кнут! Ещё часть штанов где-то потерял! Что за странный мужик?       — Да нормальный он, — фыркнула Харуно.       Только вот её слова вновь оказались сказанными слишком громко. Тихое перешептывание докторантов превратилось в гул.       — Сакура-чан, мы чего-то не знаем? — Узумаки удивлённо заморгал, а его губы расползлись в ехидной улыбочке.       Сакура была готова провалиться на месте, сбежать из душной лаборатории. Но ей повезло: в сухую лабораторию зашёл Учиха Обито.       — Эй, где ваша главная?       — Эм, — застопорился Узумаки. Молодой профессор физики захаживал на их этаж крайне редко. Да и видеть кого-то с настолько лучезарной улыбкой в офисе было непривычно.       — Вторая дверь налево, — буркнул Саске.       — Спасибо, Саске-кун! — Обито махнул рукой и скрылся за дверью, на что младший Учиха недовольно сморщил лоб. Он отвернулся ото всех и подъехал к своему столу. Болтовня в офисе знатно утомила его, а от появления Обито и подавно ничего хорошего ождать не стоило — родня в поле зрения всегда напрягала Саске.       Едва дверь в кабинет Цунаде-самы захлопнулась, все собравшиеся последовали примеру Учихи и разбрелись по местам. Только Ино ненадолго задержалась, буравя взглядом Сакуру, пока та вываливала содержимое рюкзака на стол. Яманака досадно цокнула, как только тетрадь незнакомца шлепнулась на стопку бумаг, и качнула головой: заводить разговор об игре сейчас было чревато. Шепнув Харуно на ухо:       — Объяснишься потом, — Яманака ушла в мокрую лабораторию, оставляя Сакуру наедине с работой, молчаливым Саске, пыхтящим себе что-то под нос Узумаки и тетрадью.       Последняя вещь вызывала очень смешанные ощущения.       И хочется, и колется.       Желание отомстить незнакомцу за вчерашние приключения било через край. Тем более, он сам дал ей такую возможность. Она ведь могла придумать что угодно! Фантазия Сакуры работала очень бурно, хоть и весьма примитивно. К тому же, её сдерживала обида, что всё ещё сидела внутри чёрной змейкой, изредка оголяя свои перламутровые клыки при виде шляпы на голове Узумаки.       Но отомстить было надо. Ещё как надо!

***

      Учиха Обито задержался в офисе Сенджу ненадолго. Он выскользнул из кабинета так юрко, что его ухода никто не заметил.       Тем временем офис целиком затянуло в рутину: покладистые компьютеры тихо жужжали, докторанты уныло перелистывали научные статьи, лаборанты сновали вдоль столов, размахивая белыми халатами. Ничто не предвещало беды вплоть до тех пор, пока стрелки часов не приблизились к четырём, и из офиса, слегка подрумяненная, не вышла Цунаде:       — Вы что, всё ещё работаете?       Вслед за руководительницей в сухую лабораторию зашёл Джирайя. На его лице красовалась пьяненькая улыбка, а глаза довольно блестели. Десятки удивлённых сотрудников оторвались от мониторов, перевели взгляд с начальницы на Джирайу, а затем боязливо переглянулись между собой.       — Э-э, конечно, работаем! — самым смелым, по обыкновению, оказался Наруто. — А что ещё мы можем делать?       — Так, — Сенджу вскинула палец вверх, покачиваясь на высоких каблуках. Если бы не учтиво подставленные ладони Джирайи и его не до конца задобренные виски рефлексы, Цунаде точно бы оказалась на полу. — Заканчивайте, что вы там делали, и все на третий этаж!       — Зачем? — послышался голос из второго ряда.       — Как зачем? — Цунаде удивлённо заморгала. — Учиха грант большой получил, теперь проставляется.       — А мы тут причём? — на этот раз своё недовольство высказал Саске.       — Как причём? — Сенджу цокнула. — Халява… Э-э, точнее, поздравить человека с достижением! — она запнулась. — Так, хватит перечить! На сегодня работа окончена, все вниз!       — Хм, — Джирайя хитро оскалился. — Этот шустрый Обито знает, как уговорить тебя — вон, на ногах уже еле стоишь. Пошли, пошли! — он обхватил Сенджу за бёдра и махнул зазевавшимся докторантам: — Не задерживайтесь, а то Цунаде-сама вам ничего не оставит!       Как только руководители скрылись в коридоре, народ зашевелился. Официальную команду «не работать» нельзя было игнорировать. Даже Саске, которого вся эта ситуация напрягала вдвойне из-за родственных связей с Обито, знал, что ослушиваться приказов Цунаде было чревато последствиями.       — Сакура-чан, ты идёшь? — Наруто щёлкнул выключателем монитора и похлопал по карманам в поисках ключей. Он горел энтузиазмом больше всех.       — Э-э, да, только закончу кое-что!       — Ну ладно, не сиди слишком долго, а то и правда ничего не останется!       Сакура вплотную придвинулась к столу и прикусила ручку. Она, естественно, не работала. Хоть у Харуно в планах и была подготовка к презентации — лишний раз проговорить текст не помешает — её без конца отвлекала тетрадь. Сакура убирала её обратно в рюкзак, запирала в верхней полке, но все безуспешно. Заведённое воображение тщательно перебирало варианты заданий для незнакомца.       Отправить его голым по главной улице? Или нет, пускай ходит в этой шляпе несколько дней подряд!       Примитивно, фантазии тянут на уровень десятилетней школьницы, но ведь он заслужил?..       Сакура стиснула зубы, отчего хрупкий пластик жалобно надломился. Вот уже несколько часов её не покидала ещё одна тревожная мысль: кем был тот первый похититель шляпы? Харуно не знала, почему именно эта деталь отпечаталась у неё в подсознании и теперь стремительно расползалась тревожной паутинкой. Втихаря ото всех она отыскала газетную статью, прошерстила поисковик вдоль и поперёк, но имени зачинщика дурацкой традиции так и не нашла. И если был шанс, что тот человек был как-то связан с незнакомцем, Сакура хотела его использовать.       Пару месяцев назад она сказала «да» этой игре, и теперь назойливая чуйка не давала Харуно покоя.       А что если?..

***

      Каким образом в руках у Сакуры оказался пластиковый стаканчик с белым вином, она не знала. Скорее всего, подсуетился Наруто, так как перед немного отрешёнными глазами Сакуры постоянно мелькало что-то блондинистое. Хотя, такую заботу можно было списать и на Сенджу — начальница никогда не упускала возможности, как она сама выражалась, поспособствовать веселью. Харуно пыталась отнекаться от вина, но ей просто всучили тарелку с закусками: незамысловатыми канапе и парой картофельных чипсов.       Она поморщилась от кислого напитка и осмотрелась, игнорируя монологи Узумаки и цепкий взгляд Ино. Офис, где располагались рабочие места с компьютерами у физиков, ничем особо не отличался от их собственной сухой лаборатории. Единственное, что бросалось в глаза — это тарелки с едой и дешёвым вином на столах.       В самом помещении было людно и очень громко. Казалось, что Обито удалось собрать весь персонал в здании. Отметить полученный грант — дело обыденное, но вот проставляться на такое количество людей было не принято, точнее, слишком дорого. Позволить себе такое могло лишь семейство Учиха благодаря солидному количеству патентов, полученных во время исследований — они приносили немалый доход.       Сакура пробежалась взглядом по головам и с облегчением отметила, что в комнате не было Сасори. С небольшой долей сожаления она так же не заметила и профессора Хатаке — он не появлялся в лаборатории с самого утра. Но это было к лучшему, так как задерживаться здесь Харуно не собиралась: надо было собрать вещи в дорогу, проговорить свою речь для выступления, успеть заскочить в библиотеку. Последнее волновало Сакуру больше всего.       — Подержи, — Харуно всучила свою тарелку с закусками Яманака, а недопитое вино отдала Наруто. — Я в туалет, скоро вернусь, — соврала она. От душного, забитого людьми помещения ей было необходимо проветриться. Или сбежать.       В коридоре было прохладно и тихо. Харуно прошла к окну, заставленному горшками с цветами. Несмотря на то, что сумерки только начинались, в помещении было темно, так как вьющиеся растения блокировали любой лучик света. Сакура прислонилась спиной к холодной стене, спрятавшись за разросшимся фикусом, достала телефон и принялась листать поисковик. Вдруг она что-то упустила?       — Сакура-химе, давно не виделись.       Харуно дёрнулась от знакомого голоса и едва устояла на вмиг онемевших ступнях.       — Не прячься, Сакура-химе, — Сасори отодвинул ветку фикуса и подошёл к ней практически вплотную. — Ты чего не со всеми?       — Я вышла, слишком людно.       — А-а, предпочитаешь уединение? — хмыкнул он. — Я тоже, — Сасори провёл пальцем вдоль шеи Харуно и впился ногтём в подбородок, приподнимая его. — Давно не виделись, Сакура-химе.       Он не оставил ей выбора, кроме как посмотреть в карие глаза. Посмотреть и не почувствовать ничего, кроме безразличия и терпкого ощущения далёкого прошлого. Ни былой страсти, ни трепета, что ранее болезненно пробирался сквозь рёбра, стоило Сакуре заметить пьяный блеск его глаз. Запах парфюма, до этого так манящий, отталкивающе защипал ноздри.       Хотелось сбежать, исчезнуть из этого пыльного коридора, но лопатки болезненно впились в стену — пути к отступлению не было.       Сасори оценивающе осмотрел Сакуру: осыпавшиеся крошки туши, розовый румянец, бледные веснушки на ровном носу, искусанная до крови нижняя губа. Он сильнее надавил на подбородок и притянул её к себе. Резко, ближе.       — Так что насчёт второго свидания, а? — горячее, пьяное дыхание обожгло кожу. Но не до приятного озноба, а до брезгливой усмешки.       — Нет, — процедила сквозь зубы Харуно.       — М-м? Не хочешь свидания? — он приподнял левую бровь в удивлении и довольно оскалился. — Конечно, зачем тратить время на пустяки? Можем сразу ко мне поехать. Как обычно, — добавил Сасори.       — Н-нет, — Сакура запнулась от его наглости. Перед глазами мелькнули кадры из прошлых ночей: приглушённый свет, чёрная постель, массивное зеркало напротив, сладковатый привкус пота. Она облизала губы и повторила чуть громче: — Нет.       — Эм, нет? — лицо Сасори искривилось. — Я чего-то не понимаю, Сакура-химе. У тебя что, дела какие-то сегодня?       — Я сказала нет, значит — нет, — Харуно смахнула его руку со своего лица. — Ни сегодня, ни завтра, никогда.       Сасори клацнул зубами. Он отпрянул от Сакуры, задумчиво всматриваясь в синее сумеречное небо. На минуту ей показалось, что конфликт исчерпан — она, как взрослый человек, сказала «нет», а он по-взрослому принял ответ.       Но ей только показалось. Сасори развернулся и всем телом прижал Харуно к стене — она успела лишь рвано выдохнуть и почувствовать чужое колено меж бёдер.       — Мы так не договаривались, Сакура-химе, — его голос был похож на рык, а отсутствие эмоций на лице вселяло первобытный страх. Харуно упёрлась ладонями в его грудь, но сил оттолкнуть мужчину не хватило, так как локти были вплотную прижаты к холодному бетону. — Ты знаешь, я всегда получаю то, что хочу, — он заправил прядь её волос за ухо и тихо сказал: — И если захочу, я возьму это прямо здесь. И сейчас.       — Кхм, у вас проблемы?       — Нет у нас проблем! — выплюнул Сасори, не оглядываясь на фикус, из-за которого послышался мужской голос. — Исчезни.       Ствол растения жалобно скрипнул, и из-за плоских листьев показался профессор Хатаке:       — Отойди.       — Чего?       — Я сказал, отойди от Сакуры, — тёмные глаза угрожающе сверкнули сквозь тонкие линзы очков.       Сакура смотрела на профессора затаив дыхание. Она не знала, куда подевалась связка ключей, благодаря отсутствию которой Какаши подкрался так незаметно. Она понятия не имела, слышал ли он весь разговор с Сасори, и откуда в его глазах появился этот зверский огонёк. Но она была чертовски рада его видеть.       — Или что? — Сасори выпустил Харуно из своей хватки и развернулся к Какаши. Безумные искорки заплясали в его глазах, а рот искривился в оскале. — Сакура у нас вроде взрослая девочка, сама разберётся.       Хатаке недовольно цокнул и качнул головой, смахивая непослушную чёлку.       Сакура наблюдала за происходящим, словно в замедленной съёмке: Какаши резко одёрнул ворот рубашки Сасори, просунул палец в яремную впадину и притянул за грудину к себе.       Указательный палец зашёл неглубоко — достаточно, чтобы Сасори закашлялся и вытаращил глаза. Но не от боли, а от ужаса и откровенной растерянности.       Хатаке не отпускал его. Он смотрел в глаза напротив, упиваясь тем, как бешено метались зрачки по радужке. Едва Сасори сделал несмелую попытку вырваться, Какаши надавил пальцем, входя глубже в бледную впадину, и впечатал его в стену.       — Нет — значит нет, — его голос был спокоен, но до мурашек холоден. — Запомни это, и не заставляй меня повторяться.       Какаши пренебрежительно одёрнул руку, и Сасори скользнул по стене, словно обессиленный змеёныш.       — Д-да ну вас, совсем больные, — прохрипел Сасори и, спотыкаясь, скрылся за ветвями растений. Он прошаркал до ближайшей двери и исчез темноте.       — Ты в порядке? — Сакура дрогнула от голоса Хатаке, мягкого и взволнованного.       — Э-э, да.       На мгновение между ними повисла тишина. Какаши обеспокоенно вглядывался в Харуно, будто уверяясь в её сохранности. Сакура тоже не могла оторваться от него. Ошеломлённая, она смотрела на него под стук ошалевшего сердца.       — М-м, пошли? — Хатаке отодвинул лапу фикуса.       — А, да, — она кивнула. — Я тебя сегодня не видела. Не ожидала встретиться здесь!       — У меня лекции весь день были на матфаке, вот только освободился.       — А-а, тоже пришёл поздравить Обито? — спросила Сакура и прикусила язык — от одного упоминания имени Учихи лицо Какаши вмиг потемнело. — Я что-то не так спросила?       — Эм, — промычал он сквозь зубы. — Нет, всё так. Но я здесь по приказу Сенджу. С ней только попробуй не заявиться на пьянку, потом весь семестр придётся проверять за неё домашние работы, — он свёл брови и жалобно вздохнул. — Я через это уже проходил.       — Да, мы тут все, кроме Наруто, по той же причине, — хихикнула Сакура, но быстро осеклась: Какаши вновь нахмурился. — Эй, у тебя всё хорошо? Ты какой-то мрачный.       — Ну, — Хатаке пожал плечами, и тревожащая мысль неосознанно слетела с губ: — Кому-то дают все гранты подряд, так как у них фамилия «Учиха», а кому-то — нет.       — Ой, извини, я не знала, — Харуно вспомнила, что не так давно Какаши сам работал над заявкой на финансирование. По-видимому, в этот раз ему не повезло.       — Да ладно, бывает, — он махнул рукой и остановился у офиса, откуда доносился гул празднования. — Не в первый, и даже не в десятый раз, — он не спешил открывать дверь и прислонился к стене. — Я здесь ненадолго, только показаться на глаза Цунаде-сама.       — Да я тоже, — Сакура улыбнулась. — Кстати, ты завтра на поезде едешь? Вдруг мы на одном рейсе.       — М-м, нет, я на машине, — он качнул головой. — Меня пригласили провести семинар в местном университете, поэтому я выезжаю завтра рано утром.       — О, у тебя есть машина?       — Не-а, я одолжил у друга, — Какаши взглянул на часы. — Как раз минут через десять пойду за ней.       — А-а, ясно.       Между ними вновь повисла тишина, но она не была неловкой или давящей. Вдвоём, им в этом тёмном коридоре было уютно.       Долгожданное уединение прервал лаборант из группы Обито — он с грохотом распахнул дверь, едва не задев Сакуру. Вслед за ним вышли три человека, отчего внезапно стало очень шумно. Более того, Какаши с Сакурой не остались незамеченными:       — Профессор Хатаке! — завопил Наруто, перекрикивая гам толпы.       — Ну что, пошли? — Какаши виновато улыбнулся Сакуре. Другого выхода, кроме как вернуться к празднованию, у них не было.       Харуно с грустью посмотрела на время — поход в библиотеку придётся отложить на завтра — и зашла в офис вслед за Хатаке.

***

      Всё утро с лица Какаши не сходила улыбка. Глупая, счастливая улыбка.       В семь утра на улице было темно, и мрачные стволы деревьев за окном добавляли безысходности угрюмому пейзажу, который не менялся вот уже добрых пятьдесят километров.       Серо, уныло, мокро. Но Какаши всё равно улыбался. Он изредка отвлекался от мутной полосы асфальта перед собой и косился на чёрную обложку тетради.       «Привет.       Ты прав. Ты даже не представляешь, насколько ты прав! И насколько я зла.       Я уезжаю на два дня. Пока меня не будет, всегда говори «да». Помнишь, ту старую комедию? Вот теперь ты в главной роли.       Помни, что бы тебя ни попросили, всегда отвечай «да».       Удачи, С.»       Несмотря на глупые последствия, которые могло принести это задание, Какаши собирался выполнить его от и до. Предвкушение сводило грудь, и он без конца повторял про себя «да». Представлял, как скажет это незнакомке, как скажет это Сакуре.       Сакура. Хатаке сжал до белых костяшек руль и заскрежетал зубами. Вчерашний невольно подслушанный разговор между ней и Сасори распалял в нём злобу — яростную, бессильную, отчаянную.       Злость сменялась страхом.       Осознание содеянного, всей этой продолжающейся, умышленной игры, отрезвляло мерзкой болью в животе.       Вдруг она не поймёт, не простит? И всё это, счастливое и радостное, растворится, осядет тяжким грузом в воспоминаниях?       Какаши до крови закусил нижнюю губу и вжал педаль газа в пол. Двигатель надрывно взвыл, унося Хатаке прочь в беспросветную серость леса.       Ему оставалось лишь следовать игре, повиноваться ей, на всё говорить «да».