Наша ошибка

Мы постояли немного в пробках, но прибыли вовремя. Войдя в украшенное здание, прошли в одно из самых больших помещений, где было много людей, общающихся друг с другом. Мужчины были в дорогих костюмах от известных брендов, а рядом с ними были прекрасные дамы в деловых платьях, уместно подчёркивающих красоту их тел. Все улыбались друг другу, но было видно, что гримасы радости и дружелюбия были фальшивы. Чисто из вежливости, что бы никого не обидеть, поиметь новые прибыльные знакомства, решить важные вопросы бизнеса. Когда мы проходили мимо, все обращали на нас внимание, все с той же улыбкой, но уже с интересом в глазах. Их не столько интересовали отчим и брат, сколько мы с мамой. Для них, мы новинка, новая игрушка. Я мог бы поспорить на все свои карманные деньги, что они гадали, когда же мы с ней надоедим Владимиру Ивановичу, и он нас выгонит из своей жизни. Ведь мы не птицы их полёта, а лишь жалкие черви, для их пропитания. —Здравствуйте, Владимир Иванович, — к нам подошла нафуфыринная девушка, которая, как мне показалась, поглощала взглядом то отца, то сына. —Добрый вечер, Жанна, — поздоровался отчим. Мне не понравился взгляд этой мадам, и я, почувствовав небольшой холодок, посмотрел на маму, которая будто и не замечала враждебность от неё. —Вам надо начать этот вечер. Мы уже и так задержались, — она дала отчиму планшет. — Тогда сейчас и начнём, — он улыбнулся нам с мамой.— Давайте пройдём туда, — Владимир Иванович провёл нас к небольшой сцене. Вроде как это был обычный банкет для бизнесменов. Я думал тут все будут только и разговаривать о бизнесе, но в зале стояла тишина. А я то надеялся постоять в сторонке, и просто понаблюдать за людьми высшего класса. Но нет. Все было наоборот. — Что происходит? — я немного наклонился, что бы спросить у Платона. — А… Папа решил представить вас персоналу фирмы и его партнёрам, — он улыбнулся. Не знаю как маме. Может она и была счастлива повышенному вниманию. Однако меня это напрягало. Я стоял около семьи, будто экспонат в музее, как животное в зоопарке. Невольно тело начало реагировать на непривычную обстановку: сразу же стало жарко, повысилось артериальное давление, ком в горле встал и не хотел проходить. — Дорогие друзья! — начал своё заявление отчим. — Ну, вот и начался ад на земле, — тихо прокомментировал, прикусив язык и заводя руки за спину, пытаясь взять тело под контроль, а Платон начал тихо смеяться. Видимо такой реакции парень и ждал от меня, и, поняв, что мои руки начали потряхиваться от волнения, нежно положил свою горячую ладонь мне на спину. Так естественно и заботливо это сделал, что в голове начало проясняться, а мысли переместились на него. Толпа народа уже не стала так важна, уходя на второй план. — Как вы могли заметить, я был очень занят не офисной работой последние 1,5 месяца, — зал весь затих.— Всё это было связано с тем, что я встретил любовь всей своей жизни. Мама улыбалась, а я повернулся к ней с озадаченным взглядом, потом посмотрел на брата. — А как же твоя мать? — я расцепил замок из рук и дёрнул за рукав Платона, чтобы тот наклонился ко мне. — Она бросила отца, как только родила меня, — ответил брат. — Месяц назад мы расписались в ЗАГС-е с Мариной Загитовой, — на лице Владимира Ивановича светилась улыбка, и он влюблённым взглядом смотрел на мою мать.— И теперь у меня появилась прекрасная жена, которая скоро подарит мне дочь. Я прям болезненно ощутил, как мои глаза выпучились от удивления, и остановилось дыхание. — А так же мой младший сын, Евгений, — Владимир Иванович показал на нас рукой.— Раз я вам рассказал об этом прекрасном событие, то давайте отмечать это! Пожалуйста, отдохните и повеселитесь в этот вечер. Владимир Иванович спустился со сцены и подошёл к нам. Я был настолько ошарашен новостью, что моё выражение лица стало каменным. Я повернул голову на брата, а тот улыбнулся, как будто давно уже знал эту информацию. — А ты очень не наблюдательный, — смеялся он. — Иди на хер, — ответил ему и толкая в бок локтём. Тот лишь сильнее начал смеяться, хлопая меня по плечу и немного поглаживая его. —Ты не рад? — спросила обеспокоенно мама. — Нет, ты что, — обнял её. — Я очень рад. Но почему вы мне раньше не сказали? — Она боялась твоей реакции, — Владимир Иванович тоже обнял нас с мамой.— Хотя я говорил, что ты обрадуешься. — Зря боялась. Я давно хотел младшую сестру или брата, — освободился от объятий. Дальше вечер проходил весело. К нам постоянно кто-то подходил и поздравлял с прекрасной новостью. Но были и те, которые были не очень этому рады. В основном это были молодые девушки, которые надеялись захомутать богатого хозяина фирмы. Но неожиданно обломились. Меня немного смешила их реакция на происходящее, а Платон так вообще ухахатывался с их лиц. Ему вообще что-то слишком весело было этим вечером. То с меня смеялся, теперь с них. А когда те же дамы понимали по глазам Владимира, что им ничего не светит, начинали строить глазки его сыну. И в эти моменты его зрачки сужались, а ноздри незаметно для остальных раздувались, показывая всё его недовольство ситуацией. — Привет, Вова, — к нам подошёл мужчина в дорогом костюме, держа под руку свою жену. —Здравствуйте, дядя Вова. Здоров, Сибирь, — позади них стоял молодой парень, на вид такого же возраста, что и Платон. Я сначала не понял, почему этот парень назвал брата «Сибирь», но потом до меня дошло, что это образованно от фамилии Сибирский. Этот парень выглядел очень модно и немного развязно. Примерно так я себе всегда представлял детей богатых родителей: никого не слушают, считают себя пупами земли, раскидываются словами, будто они ничего не значат, унижают слабых. Знакомый брата выглядел именно так. —А ты у нас значит Женёк, — он подал мне руку для рукопожатия. Мы отошли немного от родителей, которые увлечённо разговаривали на темы, как сделать бизнес более успешным. Или что-то в этом роде. Никогда в этом не разбирался, и не хочу. Всё время, что я общался с парнем, которого звали Владом, Платон хмуро смотрел на меня и иногда что-то бубнил себе под нос. Но Влад, не смотря на свой вид и исходящую от него ауру, оказался достаточно интересным и начитанным человеком. Первое впечатление было явно обманчиво. Но через полчаса мой лимит социализации был переполнен, хотелось уйти от Влада, от брата, от всех этих людей. В банкетном зале стало не хватать кислорода, воздух разгорячился, голова была затуманленна. Извинившись перед собеседником, вышел в коридор, где практически никого не было. Долгожданная тишина. Как же стало хорошо. Пройдя чуть дальше, я встал напротив большого окна. На улице медленно кружились снежинки. Мне всегда нравилось наблюдать за этим зрелищем. Мысли в этот момент уходили куда подальше, ничего не беспокоило. — Евгений, как приятно с вами познакомиться, — послышалось за моей спиной. Я обернулся и увидел ту самую женщину, которая подходила к нам с самого начала. — И мне, — ответил ей. Она что-то говорила мне, но я её не слушал. Но вдруг она резко приблизилась ко мне, а я отстранился к окну. Её милое улыбающееся лицо сразу испарилось. — Ты со своё мамашей, изрядно подпортил мне планы, мальчик, — с её лица резко сползла улыбка.— Лучше бы исчезли по быстрому с моего пути, а то может и случиться что-то. Она опрокинула бокал шампанского на мой пиджак, который я одел поверх футболки. Я сразу понял, что имела в виду эта женщина. Как выйти из этой ситуации. Даже когда в школе меня подкалывали, я не мог ответить. А сейчас ситуация хуже. Захотелось чтобы пришёл Платон, поставил на место эту секретаршу. Защитил от её нападок. Но его не было. — Послушай, милая, — я вспомнил, как папа вёл себя со всеми неугодными ему людьми, и попытался спародировать его.— Когда ты строишь свои планы на мужчину, то должна проверить всю информацию, — хмыкнул ей в лицо.— Бедная девочка, хотела получить богатого хозяина компании… Вот незадача, не вышло. Она явно не ожидала от меня такой реакции. Вся её надменность, придуманное величие надо мной испарилось. Показалось, она даже уменьшилась в размере. А может это я почувствовал себя увереннее. — Можешь валить, рыбалка закончилась. Девушка тихо отвернулась и пошла прочь, обратно в зал. Провожая её взглядом, я потрогал свою одежду, она была изрядно испачкана напитком, пиджак и часть брюк стали липкими. Я пошёл в туалет, чтобы как-то исправить это безобразие. И моему удивлению не было предела: помещение просто блестело. Хотя и не удивительно. Это не туалет в школе №13 или в общепите. Я начал стирать тот беспорядок на пиджаке, что сделала Жанна. — Оу, кто это тут у нас? — послышался голос сзади. Я обернулся и увидел пьяного Влада. Странно, меня не было минут 15. Хоть он мог и выпить до банкета. Он медленно, пошатываясь, подошёл ко мне. А я всё так же молча стоял, смотря на него. Влад резко опёрся о стойку с раковинами, заключая меня в оковы его рук. Что ж всем сегодня так и хочется меня зажать и ущемить. Надоело. Сегодня не день, а недоразумение какое-то. — А у тебя худое тело, — медленно произнёс тот, лицом приближаясь к моей шее. Моё тело сковало. Я ничего не понимал и, чтобы не провоцировать парня, просто молча стоял, ничего не делая. Многие говорят, что лучшая защита — это нападение. Но почему то в такие моменты я всегда замираю. Сколько бы я не притворялся отцом, мне им не стать. Я почувствовал, как его ладонь залезла мне под футболку, а холодные пальцы начали поглаживать торс. Мои руки среагировали раньше мозга, и я постарался оттолкнуть парня. Но тот был намного крупнее меня и сильнее. Сколько бы я его не пытался отпихнуть, ничего не получалось. А он ещё, скотина такая, навалился всем своим телом. Да уж, говорили мне в детстве спортом заниматься. Сейчас бы это проблемы не было бы. — Не ломайся, Женечка, — проговорил Влад мне на ухо.— С таким телом надо делать то, что у него лучше получиться, — он прильнул к моей шее, оставляя яркий болезненный засос.— Не волнуйся. Тебе понравится. Стало очень страшно: «Ещё чуть-чуть и меня изнасилуют в туалете. Ха. Эта та расплата, которую обещала мне Жанна?». Мышцы устали, начали гореть, казалось, ещё чуть-чуть и они просто разорвутся внутри меня. — Отпусти! Просто отпусти…— на моих глазах появились слёзы, а тело стало потряхивать.— Прошу… —Заткнись! — крикнул он и ударил по лицу. Губа разбилась, и из неё пошла кровь. Его правая рука всё так же упиралась об раковину, тело прижимало меня к ней, а другая рука начала сползать вниз по моему животу, всё ближе и ближе к паху. Он всё также продолжал пьяно дышать мне в шею. Вдруг около входа послышался грохот. Шум был приглушен, словно находился в километре от меня. Но я знал, что он был рядом. Я повернул голову и увидел злого Платона. —П-платон, я не… — зачем то начал оправдываться я, но не смог. Что он теперь подумает про меня. Теперь я больше понимал, почему жертвы изнасилования чаще всего молчали. Они боялись осуждения. Боялись тех же яростных осуждающих глаз со стороны общества, что сейчас были а брата. Платон сорвался с места. Он оторвал Влада от меня и начал избивать его. Пьяный парень не мог достойно ответить на удары, поэтому уже через несколько мгновений был весь в крови. У меня даже не было сил остановить его. Платон опустил парня, и тот упал на пол, мыча от боли, разбрызгивая свою кровь. Брат развернулся ко мне. Его глаза были злыми, он мог запросто испепелить ими. Парень подошёл ко мне и молча взял меня за руку, потянув к выходу. — Платон, он начал… Я этого не хотел, — чувство отвращения поглотило меня. Мне хотелось срочно смыть прикосновения Влада, или же снять кожу, чтобы хоть на миг забыть, про это. А Платон всё также тянул меня к выходу из здания. Я слушал только его жуткое сопение, которое мне ну очень не нравилось. Оно предвещало, что-то нехорошее. И я понимал его. Увидеть, что твоего брата кто-то хочет изнасиловать. А этот кто-то твой друг… Я представляю, какое отвращение он испытал. Наверное, такое и врагу не пожелаешь. Мы вышли из здания, и брат, достав ключи от машины из заднего кармана, открыл дверь и затолкал меня на переднее сидение. Быстро сев за руль, он тронулся. Меня качнуло и я быстро пристегнул дрожащими руками ремень безопасности. Платон гнал, превышая скорость, наверное, чтобы выбросить все свои эмоции. А мне было просто плохо от того, что меня домогался парень, а брат, который мне всё же нравился, видел всю эту картину. Я просто хотел всё э забыть или куда-нибудь исчезуть.