Наша ошибка

Мы приехали домой, а я этого не заметил. Мои мысли всё были там, в туалете. Я неоднократно крутил этот фрагмент в мыслях, пытаясь осознать, что произошло. Было просто противно от Влада, противно от самого себя. Платон вышел из машины, открыл мою дверь и с силой вытащил на улицу. Он потащил меня в дом на 3 этаж. Только от того, как сильно брат сжимал руку, я пришёл в себя, вернулся из той комнаты в реальность. Мы очутились в его комнате. Да что там, он просто влетел в неё, не забыв меня, и кинул моё дрожащее тело на кровать. Пока я пытался совладать со своим телом и встать с холодной кровати, парень начал раздеваться. —Платон, что ты делаешь? — нервно спросил у него. Он свирепо посмотрел прямо мне в глаза. От такого взгляда, по мне пробежала дрожь. И не только из-за страха и непонимания, что он хочет сделать. Вид его быстро оголяющегося торса возбуждало меня. Это было очень опасно. Да, он мне нравился, но всё же. Он мой брат и точка. — Понравились прикосновения Влада? — он потянулся к моим брюкам. Ловко расстегнув их, стащил предмет одежды с меня. По моим щекам сразу разлился румянец стыда, а руки потянулись к низу, чтобы прикрыться. Мне с одной стороны ну очень не нравилось то, что происходило, головой я понимал, что это неправильно, но тело думало по-другому. От пристального взгляда брата, который мне нравился не как человек, мой член встал. Это была непроизвольная реакция. Да и у кого не встаёт на предмет воздыхания. — Не думал, что ты такая шлюха, — Платон с презрением усмехнулся, силой убирая мой единственный барьер и стягивая трусы. От этих слов мне стало обидно. Теперь я точно понял, что ничего хорошего меня не ждёт. Я упёрся руками ему в плечи, стараясь не дать ему приблизится ко мне. Но его это не остановит. И я прекрасно это понимал. Да у него всё на лице было написано. Платон проводил своей ладонью по моим ногам, двигаясь рукой наверх под футболку. Его пальцы коснулись моих сосков, сжимая их. От неприятных ощущений я поморщился, немного постанывая. — Остановись, — проговорил я шёпотом. — Ну уж нет. Я только начал, — Платон наклонился, залезая головой под футболку. — Ай, — его зубы сжались на маленькой бусинке соска. А он только сильнее сжал её. Я не мог просто молчать, из моего рта постоянно исходили стоны то ли удовольствия, то ли… Я сам не знал, что это было. Такое со мной было впервые. Я даже не разу не целовался. Мои руки давно предали меня и опустились. Я был так возбужден. — Ну всё, хватит с тебя, — буркнул брат. Он вылез из-под кофты и начал снимать брюки с трусами. Мне открылся вид на достаточно большой член. От этого стало страшно. Один раз я смотрел гейское порно, ради любопытства, и мне было искренне жалко парня, в которого с силой вдалбливался другой мужик. Размышляя об этом, не заметил, как Платон взял смазку, вылил её на руку и раздвинул мне ноги. — Платон, не надо. Давай остановимся…— я ударил брата кулаком в грудь, пытаясь отползти от него подальше. Ничего не вышло. Побег был неудачный. Он схватил меня за щиколотку и дёрнул на себя. Я почувствовал, как его тонкие пальцы, смазанные средством, коснулись моей дырочки. Они проникли в меня, от чего я содрогнулся и простонал. Он подвигал рукой несколько раз и вытащил их. Пока я отходил от странных, непривычных мне ощущений внизу, другая его рука взяла мои кисти в плен, вжимая их над головой. — Ну точно шлюшка, — он прижался губами к моей шее, надавливая на мягкую кожу. Облизав болящее место, он легко ухватился за него зубами, начав посасывать кожу. Слегка поводив по пятну зубами он усилил покраснение и, наконец, оторвался от шеи, оставляя после себя ещё более багровый засос. Моё тело всё извивалось. Тут я почувствовал, как что-то большое коснулось прохода. Платон резко, не жалея моего тела, толкнулся. Но его член не проходил так глубоко, как он хотел. Его это не останавливало, а мне оставалось только кричать от резкой, пронизывающей всё тело боли. — Прекрати! Хватит! Ты меня порвёшь! — кричал я, дёргая руками. — Оу… Теперь ты боишься и жалуешься, — Он толкнулся поглубже.— Когда тебя прижимал чёртов придурок, ты и слова не сказал. Тебе всё нравилось, особенно когда он тебя трогал. А вот когда тебя начал трогать я, так ты сразу кричать… Ещё одно движение, и он вошёл в меня до конца. Моё тело прогнулось. Платон простонал, а я мычал от боли. Брат ненадолго остановился. Видимо всё-таки хотел дать мне шанс привыкнуть к ощущениям. Но я не мог привыкнуть. Секс впервые, так ещё и грубый. Врагу такое не пожелаешь. Да мне хотелось своего брата, но не так. — Ты такой тугой, чуть не кончил, — он провёл своей рукой по моим волосам.— Но не волнуйся, я так быстро не закончу. Это только начало. Видимо решив, что с меня хватит отдыха, он немного вышел и резко вошёл. Я очередной раз крикнул, а руки дёрнулись. Однако их сдержала стальная хватка. Больно, очень больно. Внизу всё горело. Температура тела по ощущениям повысилась до предела. Глаза устали от слёз. Просто хотелось уснуть. Проделав ещё несколько движений, Платон полностью вышел из меня. Меня потрясла судорога, и я излился себе на живот. — А всё кричал, говорил прекратить. А самому вот как понравилось.— посмеялся он, вставая с кровати. Во мне бушевали эмоции. Я начал понимать, что мне немного нравился процесс, несмотря на боль, но это и приводило в ужас. Ведь по сути, то что делал брат являлось изнасилованием. Я ведь не хотел такой нашей близости. — Остановись… А он, не слушая меня, взял в руку мой небольшой упавший член, провёл несколько раз по нему, что приносило мне бескрайнее удовольствие, наклонился и лизнул его. Из меня невольно вырвался тихий стон, пока он обхватил моего маленького горячими губами и начал двигать головой. Господи, как это было кайфово. Эти ощущения даже перекрыли ноющую боль. Скоро я был готов излиться вновь, но брат оторвался от моего пениса и выпрямился. Его пенис до сих пор стоял колом, и он снова приставил его к моей попе и вошёл. На это раз было легче, но всё равно было неприятно. Платон начал с каждым поступающий движением, увеличивать скорость. Моё тело извивалось от возбуждения и резких ощущений. Я стонал, а по моим щекам текли слёзы. Мне хотелось кончить, но парень зажал член рукой. — Как же хорошо….— простонал Платон. Его член начал подёргиваться внутри меня, и из него полилась тягучая сперма. Брат видел, что мне тоже хотелось получить последнее наслаждение. Он начал двигать кистью, немного оттягивая кожу вниз и возвращая её на место. — Думаю теперь можно, — с этими словами он на несколько секунд ускорился, и я долго кончал.— Умничка, оправдал себя. Это были последние обидные слова, что я услышал, проваливаясь в спасительную темноту. Я резко открыл глаза и вскочил. По всему моему телу прошёлся разряд боли. Я повернулся направо и увидел, как мой брат спал, обняв меня за талию. Шмыгнув носом, аккуратно поднял его руку и старался как можно медленнее слезть с лежбища. Я на это потратил минуты две, не чтобы сделать это как можно безболезненее, а чтобы Платон не проснулся. Только встал, как мышцы ещё сильнее заломало. Больше всего болела попа и поясница. Тихо и медленно шагая, вышел из комнаты и сразу пошёл в ванную. Там я набрал тёплую воду и подошёл к зеркалу, чтобы посмотреть на то, что наделал Платон. На шее красовался яркий засос, левый сосок был воспалён и немного щипал, а на запястьях были небольшие синячки от крепкой хватки. — Блядь…— произнёс я вслух.— И что теперь будет? Я почувствовал, как по внутренней стороне моего бедра что-то потекло. Потрогал рукой и, посмотрев на неё, увидел сперму, которая смешалась с кровью. Я залез в ванную и начал смывать с себя все ощущения и следы после бурной ночи. По моим щекам очередной раз потекли слёзы. Почему именно так. Почему он так разозлился. А если и разозлился, зачем взял меня силой. Вымыв всю сперму и потерев тело, вышел, уложил волосы, как делал это обычно. Пошёл в свою комнату. Там у меня светился телефон. Посмотрев на него, увидел несколько пропущенных звонков от отца и сообщение, в котором было написано, что у него начался «отпуск», и я могу к нему приехать. Как же вовремя. Для меня эта новость была спасительной соломинкой, за которую я не мог не ухватиться. Быстро собрав необходимые вещи на пару дней и, одев обычный для себя лук, спустился на первый этаж и направился к выходу из дома. — Ты куда пошёл в такую рань? — послышалось сзади меня. Я утёр слёзы, которые до сих медленно текли по щекам, и развернулся на мужской голос. На диване в гостиной сидел Владимир Иванович, который с интересом что-то читал в газете. —Эм…— замялся я.— Мне отец позвонил. Сказал, что я могу приехать к нему. Ну, вот, я и воспользовался шансом его навестить. — Тогда ладно, —поднял он голову и улыбнулся мне.— Как приедешь позвони мне. Твою мать беру на себя, — Он махнул рукой.— Ну, беги, а то опоздаешь на автобус. — Да… Точно… Я тогда пошёл. Пока. Я вышел из дома и направился на автобусную остановку, предварительно посмотрев, какая из них идёт до небольшого городка, в котором живет отец. Слава Иисусу, транспорт пришёл быстро, и мне не пришлось долго ждать. Я устало заполз в автобус и, сев на место около бабки, быстро заснул.