Ты опоздал (рабочее)

Улицы города затоплены нескончаемым проливным дождём. Серое хмурое утро наступает, а значит настаёт пора просыпаться и отправляться в школу. Похмелье на удивление не тревожит подростков. Быть может на это влияет молодой организм, который ещё не видел сильных алкогольных нагрузок, и вчерашняя маленькая попойка не была столь грандиозной. Открыв глаза, Арсений осознаёт, что заключён в объятиях Шастуна. Он немного шевелится, стараясь поменять позу, но понимает, что разбудил друга. Или уже не друга? Парня? Да, наверное так можно его называть. «Мой парень». Улыбка появляется на его устах. Антон, чувствуя, как из его любящих объятий хотят улизнуть, просыпается и крепче прижимает к себе Арсения. – Доброе утро, – Антон придвигается вплотную, шепча на ушко, а затем покрывает шею томительно-сладкими поцелуями. Арсений слегка поворачивает голову, чтобы получить ещё дозу любви, ощутить на своих губах губы любимого человека. Попов ластится под нежные объятия и горячие поцелуи, словно кот, которого треплют за ушком. – А ничё так, что вы не одни здесь? – раздаётся голос Матвиенко где-то позади, на что голубки моментально отлипают друг от друга, краснея от пяток до самой макушки. – Мы сегодня пойдём в школу или всё-таки останемся и поспим подольше? – интересуется Сережа, явно желающий прогулять хотя бы денёчек. – Полагаю, если мы все вшестером не пойдем, то это будет очень подозрительно, – сонно произносит Оксана, сладко потягиваясь на кровати. Вчера Серёжа уступил мягкую постель двум дамам, чтобы им было удобно спать. – Думаю, Павел Алексеевич поймёт, что что-то не так… – А думаешь, он не поймёт, если мы придём? Думаешь от нас не несёт алкашкой? – Возмущается Ирина, демонстративно приближаясь и намекая понюхать её. – Лично я точно не пойду в школу, не хочу. А вы ребят? – Она вскидывает бровь, подмигивая влюбленным, которые уже поднялись с "кровати" и складывали одеяло с пледом. Бросая недовольный взгляд на улыбающегося Арсения, внутри девушки немного закипает ревность. Теперь Антон ей точно не светит. – Я пойду, а ты, Арс? – спрашивает Антон, помогая аккуратно сложить одеяло, держа за концы. Антон на секунду задумывается, а пахнет ли от Арсения алкоголем, если его тело пока в принципе не имеет природного запаха? Как показал эксперимент: запаха Арсения он не чувствует, хотя из-за спертого воздуха в комнате в целом пахнет алкогольными парами. – Кстати, думаю, стоит открыть окно, проветрить. – Угу, – бурчит Арсений, отвечая сразу на всё, а Димка подходит к окну, открывая его и впуская свежий воздух. – Если хотите, могу быстро завтрак приготовить, – предлагает Попов, загораясь этой идеей. Всё-таки хозяйственная омега никогда в нём не спит. – Я помогу, – шепчет Шаст, не желая расставаться со своей пташкой надолго. Они вместе направляются на кухню, где Арсений начинает хозяйничать и готовить завтрак на всех. Ставит чайник, предварительно наполнив его водой, включает плиту, на которую кладёт сковородку. Берёт из холодильника шесть яиц, колбасу, помидоры и сыр. – Тоша, ты мог бы помыть помидорки? – Антон ведь не просто так пришёл на кухню, а помогать. Значит он выполнит это задание. Арсений тем временем разбивает яйца над сковородкой, а затем приступает к нарезке колбасы. – Я всегда хочу быть рядом с тобой, – серьёзно заявляет Антон, подавая чистые помидоры повару и требуя к себе внимания. Чувствуя внезапный приступит нежности, парень притягивает Арсения за талию к себе. Ему теперь не хочется скрывать своих чувств, он не станет кривить душой и притворяться, что не было никаких жарких поцелуев на балконе. Да, пусть это было по пьяни, но это было от чувств, которые он испытывал и будет испытывать. А алкоголь только помог ему набраться сил для храбрости, поэтому он и смог поцеловать человека, которого любит уже очень давно. Арсений поворачивается вполоборота, улыбается и хочет уже что-то сказать, как его лицо нежно обхватывают, а самого утягивают в поцелуй. Лёгкий, непринуждающий, но не менее желанный. – Я люблю тебя, Арсений… Этих слов достаточно, чтобы подкрепить чувства и мысли. Их достаточно, чтобы показать истинные намерения и желания. Их достаточно, для проявления любви и нежности, ведь именно эти слова хочет каждый человек услышать в своей жизни. Арсений смущается и краснеет, но от этого становится ещё более притягательным. То, что чувствует он равно по силе чувствам Антона, а может быть даже и больше. Уже с детства Арсений осознал насколько велико желание быть омегой Антона. Быть только его. Навсегда. Большой комплекс Арсения никогда не способствовал продвижению их отношений, но сейчас, когда надежда стать обычным омегой есть и она ежедневно растёт, парнишка понимает, что готов окунуться в омут с головой, утонуть в любви, особенно когда это взаимно. Мило улыбаясь, парень возвращается к готовке: нарезает до конца колбаску и помидоры. Смело добавляет ингредиенты, приправляя солью и ставя на огонь. Если бы он мог ощущать запахи, то яичница ему бы точно понравилась. В тишине кухни, прерываемой лишь мерным дыханием влюбленных, медленно закипает чайник и жарится яичница. Где-то из соседней комнаты доносятся голоса друзей, которые что-то шумно обсуждают. Вчера вроде был футбольный матч, а Димка его пропустил, поэтому он уже успел включить трансляцию в записи, подключая к своему занятию и Серёжу. Девушки же дружно направились в ванную комнату, дабы умыться, навести марафет и расчесаться. Хоть они и были за закрытой дверью, однако всё равно оттуда доносились радостные возгласы за Антона и Арсения. Оксана не могла сдержать своей радости, ведь друзья наконец-то вместе. Они пара. И теперь их жизнь засияет яркими красками, и всё станет лучше. А вот и противный свист чайника, который прерывает Арс, отключая ту конфорку. Яичница уже приготовилась, поэтому осталось разложить все по тарелочкам и позвать друзей. Шастун же расставляет тарелки и готовит чашки, раскладывает столовые приборы. Дело всегда идёт быстрее, когда есть кому помочь. Арсений разрезает на порции яичницу, сразу перемещая еду на тарелочки. Как раз вовремя – девушки выходят из ванной, а парни, почуяв дух аппетитного завтрака, подтягиваются на кухню. Трапеза проходит в оживленной манере, все кушают, переговариваются, что-то обсуждают и смеются. Именно так и создавалась эта семья – за разговорами и шутками. Она крепла и росла с годами, но никогда не оставляла ни одного члена их команды за бортом. Даже Нурлан и Леша, пусть и не присутствуют сегодня за завтраком, это не отменяет того факта, что они являются их частью. Пусть они вошли в эту маленькую общину недавно, относительно остальных, всё же они полноправные её члены. Поэтому для этих ребят семья никогда не заканчивается на крови или виде. Главное – комфорт и уют, с которым они проводят время вместе. Да, иногда бывают некие разлады, кто-то может поцапаться с кем-то, но на фоне общих дел это не имеет абсолютно никакого значения. По окончании завтрака, Арсений опять вызывается заняться делом и помыть посуду, в этот раз к нему дружно присоединяется Окси. Остальные идут собираться. Было принято решение – Арсений, Антон, Дима и Оксана идут в школу, Ира, заранее отпросилась у Павла Алексеевича, сославшись на семейные дела, а Серёжа решил притвориться на денёчек больным и остаться дома. Когда вся посуда вымыта, а комната Серёжи после веселой пьянки приведена в надлежащий вид, ребята дружно выходят из дома, даже Матвиенко провожает их до первого этажа. Ирина сразу уходит, особо долго не церемонясь, спешит к себе домой. Поскольку школа находится через дорогу от дома Серёжи, ученики приходят на занятие ровно за пять минут до звонка. Никто особо не понимает, что вчера ребята могли пить, да от них и не пахнет. Однако некоторые носастые могут заметить новый запах. Возможно, кто-то начал пользоваться новыми духами?

***

В течении дня 11 "Б" весь, те кто пришли, находился в классах, что было весьма непривычно. Обычно на перемене все разбегались кто куда, уходя из кабинетов. Но сегодня они слетались в кабинет, как на банку варенья мухи. Всему виной новый аромат, который почувствовали ученики, он был очень приятным и даже слегка дурманящим. Никто не говорил об этом, однако все сидели в классе, стараясь определить от кого же такой вкусный запах? Какими духами пользуется этот человек? Альфы были особенно насторожены, так как подобный запах привлекал их, манил и душил в какой-то степени. Лишь на большой перемене все вдыхают с облегчением. Скорее всего источник приятного аромата направился в столовую, а там уже затерялся среди толпы и большого количества запахов. – Антон, можно тебя на минуточку? – возвращаясь из столовой, зовёт друга Нурлан, придержав за локоть. Парень утвердительно кивает и останавливается. Оксана с Арсом идут в кабинет, понимая, что парни возможно хотят поболтать наедине. – Я хотел спросить тебя. С самого утра в школе, а тем более в нашем классе появился новый приятный запах. Ты его чувствуешь, или это только у меня такие проблемы? – интересуется Сабуров, серьёзно глядя в глаза друга. – Да, я тоже ощутил этот аромат. Думаешь это духи или крем какого-то омеги? – предполагает Антон, задумываясь, от кого же может так вкусно пахнуть. – Нет, – Нурлан качает головой, он стоит мрачнее тучи, – Тебе не кажется странным, что мы не чувствуем под этими духами запах родной, тела? Мне кажется, что скорее всего у кого-то начинается течка, – они всё ещё продолжают медленно приближаться к кабинету, идя только по первому этажу. Нурлан останавливается, опираясь о стенку, внимательно смотрит Шасту в глаза. – Но ведь ни у кого из наших нет подобного запаха, ведь так? – Антон искренне удивляется, что не знаком с обладателем подобного аромата. Это нежный привкус, словно бы запах дороги или пыли после прошедшего дождя. Он еле заметный, как будто дождь не проливной, совсем нет. Он грибной, лёгкий и весенний. Дождь окропил дорогу, не заливая или затапливая улицы, а наоборот, только подняв немного пыли в воздух. Поэтому аромат похож на лёгкое дуновение ветерка, пролетевшего по слегка-намокшей тропинке, всколыхнувшее своим присутствием сердца людей. – Но ведь единственный, чей запах из наших мы ещё не знаем, это… – Арсений, – приходит осознание. – Чёрт! – Шаст, громко ругаясь, взлетает скорее наверх, стараясь быстрее добраться до друга. Уже поднявшись на второй этаж, Антон громко зовёт друга, – Арсений! Попов оборачивается на крик, смотрит на своего парня, улыбается ему и в следующую же секунду складывается пополам. Резкая боль пронзает всё его тело… Он падает на пол, сжимаясь сильнее. Внутри словно что-то разорвалось, как будто в теле находилась бомба замедленного действия. И сейчас, при одном лишь взгляде на человека, которого любят, она взорвалась, не давая побыть немножечко счастливым. Арсений кричит от дикой боли, руками обхватывая живот. Антон в ту же секунду, как видит падение Арсения, бежит к нему сломя голову. Его по-хорошему должна охватить паника, но он держится, остаётся в трезвом сознании. Он понимает, что должен сейчас помочь Арсению. Его долг, его обязанность, его помощь необходима. Шастун обхватывает Арсения, аккуратно приподнимая его, а затем и вовсе поднимая вверх на руки. Оксана, что шла тогда рядом, сначала очень испугалась происходящего, но потом начала понимать, что именно тут творится, поэтому побежала за Шастуном. – Я донесу тебя до медкабинета, Арс, всё будет хорошо, – Антон держит друга, крепко прижимая того к себе. Он не может бежать, не потому что нет сил, а потому что это может причинить ещё большую боль Арсу. Шастун спускается по лестнице, а Арсений готов ужом извиваться в руках. Его ломает и буквально разрывает внутри от пробирающей боли. Ещё немного и Антон доходит до медкабинета, дверь которого открывает Оксана, уже успевшая обогнать Антона. Парень заходит внутрь, внося на руках Арсения, корчащегося в муках и доносит до кушетки. Удивлённая медсестра не понимает, что происходит, но осознавая, что дело серьёзное, она оставляет ученика из младших классов, которому уже замазала зелёнкой ранку на коленке. Женщина скорее подбегает к бедному парнишке, осматривая пациента. – Кажется у него началась течка, – произносит Антон дрожащим голосом, он не может оторваться от глаз Арсения. Он смотрит только на него, только он один важен сейчас. – Это ведь Арсений? – спрашивает женщина, вспоминая ученика, чьи гормоны ещё не пробудились и течки ещё не было, что странно для его возраста. На свой вопрос она получает лишь утвердительный кивок головой. – Так, Арсений, послушай меня внимательно, – обращаясь к парню, она присаживается на корточки, чтобы их лица были на одном уровне, – ты сейчас ложишься так, чтобы это хоть как-то ослабило твою боль. Я понимаю, что тебе плохо, но тебе надо потерпеть. Я позвоню в скорую и тебя отвезут в больницу к твоему лечащему врачу. Медсестра встаёт, направляется к телефону и быстро связывается со скорой. Пока она излагает необходимую информацию диспетчеру, она быстро открывает электронные документы учеников и, обнаружив имя доктора Ли, просит мужчину на проводе известить лечащего врача Арсения о скором прибытии ее пациента. – Что теперь? – вопросительно смотрит Антон на медсестру, держа за руку Арса и не желая его отпускать. – Нам остаётся только ждать машину скорой помощи, чтобы те увезли его в больницу, – констатирует женщина. – Но вы же можете дать ему обезболивающее или подавители? – Шастун на секунду задумывается – ведь это же выход. Арсению должно стать легче. – Нельзя Тоша, – на радость медсестры отвечает Оксана. – В самую первую течку омега должен приехать в больницу к своему врачу, которому нужно провести осмотр и забрать анализы, на основании которых пациенту подбирают необходимые подавители, – она ласково и сочувствующе кладёт ладонь на плечо Антона, стараясь поддержать и его. – Если дать омеге таблетки, не зная его состояния и данных, то неправильные подавители могут только навредить ему. Медсестра же в это время набирала номер классного руководителя, оповещая о том, что одного из его подопечных заберут в больницу. Так же найдя в карточке Арсения номер его родителей, женщина позвонила и маме Попова, рассказав радостную новость. Арсений же всё это время лежал практически неподвижно, периодически жмурясь и сжимая руку Антона от боли, бушующей внутри его тела. Еле слышно парень постанывал от осознания, что ему придется ближайшее время, а точнее ещё пару часов пробыть в подобном состоянии. Он смотрел на Антона, буквально не слыша ничего вокруг себя, лишь утопая в зелёной прогалине глаз напротив, что казалось была затемнена тучами, готовыми вот-вот разразиться над пустым и безлюдным полем. Но сейчас дождь пошёл вовсе не над Антоном. Арсений, не выдержав такой дикой боли, прикрыл глаза, стараясь сдержать рвущиеся на волю стенания, но всё тщетно. Слезинки заскользили по щекам одна за другой, предзнаменуя дикий шторм, что готов уже грянуть и окропить эту землю. А природный запах, что источало тело парня, начал обретать новую силу, явственнее проявляясь и затопляя долгую дорогу грозным дождём, что превращается с каждой секундой в бурю, а от нее недалеко и шторму появиться. Антон, видя слёзы любимого человека, нежно протянул одну руку к его лицу, стирая пальчиком мокрые дорожки. Он положил свою ладонь на щёчку, желая хоть как-то облегчить положение, в котором Арсений оказался, возможно даже и по его вине. Арс шумно вдохнул воздух и… неожиданно почувствовал первый свой в жизни запах – запах тюльпанов. Словно кто-то поблизости перевернул огромный фургон со свежими цветами и они все разметались по дороге. Запах был настолько сильным, что Арсению, хоть он и чувствовал это всё впервые, показалось будто это тюльпаны, возросшие на горных вершинах – настолько морозным и холодным ощущался воздух вокруг. Глаза Арсения округлились, выдавая явный страх перед чем-то неизведанным. Однако со вторым вдохом, он истошно закричал, так как боль в нижней части тела приобрела новые обороты, заново пронзая тело. – Вы истинные? – спросила медсестра, обращаясь к Антону, что лишь сильнее прижал руки к своему парню, прослушивая мимо ушей вопрос женщины. – Парень, ответь мне, вы с ним истинные? – женщина развернула Шастуна, заставляя его посмотреть на себя. – Да, возможно, мы ещё не знаем… – как в бреду произнёс Антон, снова возвращаясь к корчащемуся на кушетке другу. – Тогда тебе сейчас здесь делать нечего. – Женщина попыталась согнать его с места. Но Антон даже не шелохнулся. – Послушай, если вы действительно истинные альфа и омега, то в данной ситуации твоё присутствие только усугубляет его положение. Ему будет только хуже от твоего запаха, только больнее, – она постаралась достучаться до Антона, объясняя все риски. – Тебе лучше уйти. – Тоша, пойдём, пожалуйста, – Оксана, понимая, что нужна в данный момент обоим друзьям, взяла за руку Антона, и попыталась его оттащить с места. Парень безвольно продолжал сидеть, уставившись на друга. В этот момент в кабинет, как ошпаренный, влетел Павел Алексеевич. Видя, что Антон сидит рядом с Арсом, он недолго думая, аккуратно отодвигает Оксану, самостоятельно поднимая Антона, буквально отрывая его от Арса и выводя из кабинета, закрывая за ними дверь. – Антон, послушай меня. Ты сейчас ему мешаешь и помочь не сможешь, – он пару раз хлопает парнишку по щекам, стараясь привести в чувства. – Я практически уверен, да, думаю, ты тоже понимаешь, что вы с ним очень близки и являетесь истинной парой. Его тело реагирует на твой природный запах, лишь усиливая желание. Организм не понимает, почему он не может вступить в контакт с альфой, что самой природой ему предназначен, поэтому он приумножает боль, а соответственно и муки Арсения. – Павел Алексеевич выглядит строго, но достаточно спокойно. – Ты понял меня, Антон? – в ответ он получает утвердительный кивок головой и полностью осознанный взгляд. – А теперь иди умойся и марш в кабинет на урок. Мне скорее всего придётся сейчас с Арсением поехать в больницу. Антон всё же немного заторможенно, но идёт наверх, а Оксана, оказавшись рядом, поддерживает его, чтобы тот не упал. Парня трясёт и бросает то в жар, то в холод. Он никак не может окончательно свыкнуться с мыслью о том, что ему приходится оставить Арсения одного. Арс лежит там в медкабинете и корчится от боли, а Антон ничего не может сделать, чтобы хоть как-то облегчить страдания любимого. Сейчас Антону сложно, он не может сдержать своих эмоций, доходя до туалетной комнаты, он опирается на холодную стену, сползая по ней. Он буквально чувствует боль Арсения, ощущая, насколько он страдает. Всем своим телом он испытывает те же эмоции и чувства, словно сознания парней синхронизировались, а боль усилилась стократно. Дышать становится трудно и на время перед глазами всё меркнет. Лишь пустота… В сознание Антона приводит Нурлан, хлопая по щекам друга, судорожно вздыхая и пытаясь достучаться сквозь пелену забытья. Увидев, что Шастун открывает глаза, Сабуров облегчённо выдыхает, и оседает рядом с ним. В туалетную комнату вбегает Павел Алексеевич, весь раскрасневшийся и запыхавшийся. Он садится на корточки рядом с Антоном и осматривает того. – Антон, ты меня слышишь? – учитель старается сфокусировать внимание парня на своих пальцах, показывая и задавая вопрос о количестве поднятых. – Три, – тихо отвечает Антон. Он поникший, практически выжатый, словно лимон. – Павел Алекс-Алексее… – сил говорить практически нет, но он старается узнать важную для него информацию, – вы с Арсом не поехали? – В больницу уже приехала мама Арсения, поэтому он уехал только с врачами медпомощи, успокойся. Нам не хватало ещё, чтобы тебя на скорой в больницу увозили, – мужчина явно выдыхает с облегчением, понимая, что ученик уже чувствует себя немного лучше. – Что со мной случилось? – Антон смотрит поверх классного руководителя, бездумным взглядом делая дырку в зеркале напротив. – Оксана довела тебя до туалета и пошла в класс, а когда я уже вернулся в кабинет, то мы поняли, что тебя слишком уж долго нет. – Почему… почему я чувствовал боль Арсения? – неожиданно задаёт вопрос парень. – Ты уверен в этом, Тох? – удивляется Нурлан, задумываясь над всей этой ситуацией, хотя думать тут и нечего. Ответом ему служит лишь короткий кивок. – Если ты ощущал его муки, то скорее всего вы действительно истинные альфа и омега. Когда у Лёши впервые пошла течка, мы были каждый у себя дома, но я почувствовал, что ему больно, – Нурлан проникся воспоминаниями. – У меня даже не возникло мысли, что это моя боль, но я буквально испытал те же эмоции, что и Лёша, при этом не зная этого. Недолго думая я направился к нему, а потом мы уже вместе поехали к врачу, – Нурлана словно захватили мысли о прошлом, в котором ему было нестерпимо больно, но не от того, что он ощущал боль Алексея, а потому что самому Лёше было очень плохо. Нурлан никогда бы не захотел подобного испытания своему парню ещё раз. – Ты отключился ведь? – Павел Алексеевич перевел взгляд на Антона. И снова кивок головой, но уже резче и легче что-ли. Боль постепенно проходит. Она всё ещё присутствует в теле, но её вполне можно было подавить. – Значит вы точно истинная пара, потому что перед тем, как Арса увезли на скорой, он потерял сознание от боли. – От этих слов глаза Антона округляются, он норовится встать, но лишь делает себе хуже, так как тело не хочет слушаться хозяина. – Спокойно-спокойно, Антон, он уже в больнице, – мужчина удерживает парня, преграждая путь. – Его мама позвонила перед тем, как я пришёл сюда. Там его лечащий врач, она знает что делает. – Шастун не может успокоиться, в голове крутится лишь мысль о том, насколько же было нестерпимо плохо Арсению, раз тот отключился от испытываемой боли. – Так, парень. Давай, поднимайся, только очень медленно и аккуратно, без резких движений, – Павел Алексеевич протягивает руку, а Нурлан придерживает друга, помогая встать на ноги. – Выглядишь ты ещё хуже, чем Арсений себя чувствует, – неудачная шутка, однако Антон вымученно улыбается, думая, что Арсу может не так больно, как его – Шаста – собственный внешний вид. – Полагаю, тебя лучше домой отпустить, только лучше пусть кто-то из родителей тебя заберёт. Смогут? – У него они допоздна работают обычно, боюсь, что никто не сможет сейчас же приехать, – отвечает Нурлан, так как вполне понимает, что Антон вряд ли способен много говорить. Возможно, у того до сих пор шок и последствия потери сознания. Шатун лишь благодарно смотрит на друга. – У нас сейчас последний урок должен быть. Если он просто в классе посидит, то потом мы его с Лёшей и Оксаной обязательно проводим до дома, Павел Алексеевич. – Хорошо, пусть будет так, – мужчина буквально взваливает на себя подростка, придерживая и выводя его из помещения. Пройдя до кабинета, где у них должен быть урок, а это математика, классный руководитель и ученик доводят Антона до задних парт, под ошеломлённый взгляд класса. Затем Павел Алексеевич о чём-то быстро говорит с Шеминовым, объясняя ситуацию, и покидает кабинет. Антон ложится на парту, отворачиваясь к окну. Боль не стихает, она притупленная, но всё же есть. В его голове крутятся назойливые мысли: "Его тело реагирует на твой природный запах", "Твоё присутствие только усугубляет его положение", "Вы точно истинная пара". От этих слов вроде бы больно, зная, что являешься причиной страданий любимого человека, но с другой стороны так тепло, осознавая, что сама природа нарекла вас быть вместе. С этими мыслями, смотря перед собой в окно на грузную и пасмурную непогоду, серые тучи и осенний листопад, Антон засыпает.