Ты опоздал (рабочее)

Школьные дни то медленно тянутся, то глазом моргнуть не успеешь, как один сменяет другой. А за быстротечностью жизни в школе и на дополнительных занятиях приходит время воскресения. День, когда театральный кружок представляет свою постановку "Тень". Поскольку подобные мероприятия обычно являются важными и значимыми событиями в городе, то на них собирается много людей. Для молодых, подающих надежды актёров реакция зрителей – самая важная составляющая, ради которой многие готовы продать душу, лишь бы сиять на сцене и быть замеченными. Для постановки всё готово: декорации выставлены, костюмы висят и ждут своего часа, сценарий выучен, а актёры нервничают, как обычно это и происходит. Стоит им выйти на сцену – реальная жизнь меняется и забывается. Есть только сцена и твой герой, с которым ты должен стать единым целым, слиться и жить его жизнью, словно от этого зависит не только твоя судьба, но и судьба всех живущих на планете от мала до велика. Вот и Арсений сейчас дико нервничает, чего никогда не было с ним раньше. Он сидит в гримёрке, смотря на своё отражение в зеркале, и не понимает, чего ему так не хватает? Он готов полностью, он знает свою роль наизусть, а если и забудет, то всегда сможет сымпровизировать. Его грим идеален – темные глаза ярко выделяются тушью и тенями, скулы прорисованы, как на портрете, а волосы шикарно уложены, как подобает аристократам. Но его душа всё не может найти покоя, заставляя того теряться в догадках. Он знает, что друзья должны сидеть в зале и смотреть представление, как и его родители, и добрая половина города. Но он боится выходить на сцену. Такое с ним впервые. – Арс, ты что-то притих, – произносит его коллега по сцене, что играет ещё одну главную роль. – С тобой всё нормально? – в голосе слышится обеспокоенность, но также читается неприкрытая злоба и надменность. Парень явно рад, что Попов не в лучшем расположении духа. – Всё хорошо, – спокойно произносит Арсений, его голос совершенно не дрожит, а на лице появляется улыбка, – Я всего лишь повторяю свои реплики. – Тогда ладно, а то я уже подумал, что ты сейчас в обморок упадёшь. Выглядишь неважно, – второй актёр встаёт из-за стола и направляется к выходу. – Хочу посмотреть, насколько зал полон сегодня! – эта фраза звучит небрежно, словно случайно сказана, но именно она добивает Арсения, заставляя мучаться и трястись ещё больше. Появляется дрожь в ногах, хоть парень и сидит на стуле. Он ощущает, как к стопам приливает кровь, поднимаясь всё выше и выше по ногам. В коленках чувствуется покалывание, будто кто-то воткнул иглы, спутав мягкую подушку-игольницу с острыми коленными чашечками. Ноги буквально горят из-за крови, ни на секунду не прекращающей переливаться внутри. Ноги превращаются в гористую местность, по которой протекает раскалённая лава. Вот это чувство – чувство страха, боязнь потеряться на сцене, забыться и испортить всё. Сгореть в собственной лаве, упав в глазах остальных. Арсений буквально вот-вот взорвётся. Ещё чуточку и он превратится в пожар, что разрушит всё на своём пути, погубит каждого, кто хоть заговорит с ним, испепелит всё это здание и даже горстку пепла развеет по ветру – настолько ему страшно. Тихо открывается дверь, этого еле заметного звука достаточно, чтобы высечь первую искру. – Какого чёрта, Андрей! – Арсений, закипев, срывается и подходит к тому, кто за дверью. – Тебе так хочется поиздеваться надо мной? – распахнув дверь пошире, парень немеет от шока, испуганно глядя в такие родные зелёные глаза, а затем хватает друга и затаскивает его в гримёрку. – Антон, что ты тут делаешь? – слова еле слетают с губ, а вдохи становятся всё сильнее. – Арс, ты как? Что с тобой? – Шастун не отвечает на поставленный вопрос, лишь обеспокоенно глядя на друга, что явно не только в смятении, но походу полностью потерял связь с реальностью. – Ты как себя чувствуешь? – Я волнуюсь, Антон! – быстро произносит Арсений, не веря, что способен выговорить эти слова. Он не верит, что в принципе способен говорить. А тем более способен волноваться. – Со мной такое впервые, я растерян и не знаю, что мне делать… – Он практически плачет, в уголках глаз можно заметить слезинки, готовые пролиться водопадом. Его тело сотрясается, его бьёт мелкая дрожь, а одежда прилипает к коже из-за холодного пота. – Мне так страшно выходить на сцену, – отвернувшись от друга, Арсений переходит на шёпот, стараясь скрыть лицо. Он мягко, боясь упасть, ступает к своему туалетному столику, за которым сам наносил грим, и просто бездумно начинает смотреть в своё отражение. Антон в первые секунды опешил, когда услышал, что тот самый Арсений Попов признался ему – Антону, – что ему страшно, что он боится просто выйти на сцену выступать! Что случилось? Расскажи он кому-нибудь, никто не поверит в это. Но сейчас Шастун ведь рядом, он должен собраться с мыслями и поддержать друга. Он подходит ближе, обнимая со спины и опуская голову Арсению на плечо. Правой рукой он приподнимает подбородок парня, немного задирая его голову. – Посмотри в зеркало, Арсений, – Антон говорит твёрдо. Сейчас от него нужен этот стержень, что позволит направить силу в нужное русло. – Что ты видишь? – это вопрос вовсе не риторический, поэтому когда Попов продолжает хранить молчание, Антон выше поднимает голову парня, сжимая тонкие пальцы. – Загнанного в клетку ягнёнка, которого вот-вот подадут на ужин львам, – он говорит тихо, но достаточно, чтобы его было слышно. Левая рука Антона неспешно ложится на тазовую косточку Арсения, а поскольку одежда не прикрывает до конца всё тело, то по оголённой коже бежит табун мурашек, вызываемый ледяными пальцами вперемешку с кольцами Шастуна. На секунду Арсений начинает плавиться в крепких руках, прикрывая глаза, но кукловод дёргает за ниточки и кукла снова смотрит на своё отражение в зеркале. – Ты актёр! Ты и Тень единое целое! Ты – Тень, которую освещает яркий свет сцены! – Шастун буквально чеканит каждое слово, шипя и произнося в самое ухо друга. – Не смей забывать, на что Ты способен. – Парень сжимает подбородок пленника, задирая ещё выше голову. Отражение в зеркале поражает. Таким образом, Арсений со всем своим гримом выглядит надменно, словно он уже сейчас готов сечь головы, разрубая направо и налево неверных. Он выглядит, как завоеватель, что покорил целый мир, не пошевелив и пальцем. Он видит в отражении игрока в покер, в руках которого король и королева, что обеспечат ему флеш-рояль вместе с картами на столе. Он видит себя на сцене. Он светит и этот свет ослепляет. А Антон стоит позади, словно бы тень, направляя рукой в какую сторону до́лжно светить. – Если не ты покоришь эту сцену и весь этот чёртов мир, то кто? – Только я и никто больше, – на лице Арсения растягивается хитрая и хищная улыбка. Дайте ему пару секунд и вы увидите оскал, клыки и когти. Он начинает верить в свои силы и возможности. Он будет биться до последнего вздоха. Вот чего ему так не хватало. Ему нужно было увидеть себя настоящего. Заставить посмотреть правде в лицо и осознать, что способен он сотворить одним лишь взглядом голубых глаз. Он не сожжёт здесь всё дотла. Нет... Он утопит каждого в глубине своих глаз, заставит захлебнуться в восхищённых вздохах, просить и умолять о пощаде. Каждый будет тянуть руку к плоту, к Ноеву ковчегу, к Титанику, на котором горделиво будет стоять Арсений, наблюдая за сотнями людей, уходящими под воду, попадающими под чары его глубоких глаз. Правой рукой Антон поворачивает в левую сторону голову Арсения, и их взгляды встречаются. Сильный и властный, дикий и страстный, уверенный и высокомерный. Они смотрят друг на друга, не отрываясь. Пухлые губы Арсения продолжают манить своей близостью, а его тёплое дыхание можно почувствовать и ощутить на себе. Внутри возникает желание, необузданное и могучее, способное нанести ущерб хлеще, чем от пожара, наводнения, цунами или любого другого природного катаклизма. Внутри прорастает семя, оно уже пустило корни, и вполне начало просачиваться сквозь промёрзшую землю. Ещё секунда и их губы соприкоснулись, если бы не громкий звонок. Всего лишь первый, но оповещающий о скором выходе на сцену. В добавление к шуму, в комнату входит второй ведущий актёр, сначала ничего не замечая, а потом уже поздно что-либо замечать. Парни стоят рядом, но не в объятиях друг друга, буквально пуская искры. Пламя в их душах уже разгорелось и ему не потухнуть. – Ты справишься, я верю в тебя, – с этими словами Антон покидает комнату, стараясь скрыть своё покрасневшее лицо. Ему определённо жарко и вовсе не из-за духоты в помещении. Его греет костер, исходящий изнутри, который погасить будет невозможно ещё очень долго.

***

Сцена залита светом, но он исходит не только от прожекторов, но и от главного актёра. Арсений покорил всех своей игрой, он не просто изображал полученную роль, он горел и жил ею. Он был Тенью, притворялся, услаждал сладкими речами и громко смеялся. Он был Тенью, что отбрасывала яркий свет на зрителей, заставляя ловить каждое слово, что он изречёт. Шоу было великолепным! Когда же занавес закрылся и зрительный зал опустел, опустела и сцена – актёры ушли. Но заполнилось сердце Арсения красотой и величием своего выступления. Его друзья ждали снаружи, ждали свою звезду, которой полагались не только бурные овации, но и Оскар. Попов не долго переодевался, он не стал смывать грим, оставаясь во всей красе на ближайшее время. У входа в "Дом учёных" его встречают восторженные возгласы товарищей, шикарный букет цветов и крепкие объятия. Друзья весело направляются домой к Серёже, решая остаться на ночёвку у него – до школы ближе добираться, да и поспать подольше можно. А можно и не пойти вовсе, если застанет дикое похмелье. Уже дома ребята шумно откупоривают бутылки с шампанским и, подняв тост, чокаются бокалами. Дружеская беседа плавно перетекает в шутки, а затем и в актуальную идею поиграть в правду или действие. Вопросы на правду задаются разные, начиная от вещи, которую ты когда-либо украл, заканчивая информацией о последней дрочке. А действия до жути смешными, а порой и пошлыми: от выйди на балкон и погавкай на людей, до изобрази поведение проститутки, например. Вот и сейчас Оксана отвечает на каверзный вопрос "Есть ли в этой комнате тот, кто ей нравится?". Девушка уже немного пьяна, поэтому ей всё равно на реакцию друзей на её правдивый ответ, поэтому она говорит "Да", не думая о последствиях. То чувство, когда ощущения притупляются, а пьяный язык готов взболтнуть лишнего, оставляя здравый смысл на задворках сознания. Ребята активно удивляются, стараясь узнать, кто же этот счастливчик, что захватил сердце Оксаны. Вариантов не много: Сережа, Дима и Нурлан. Но последнего отметают сразу, хотя ведь неразделённая любовь может быть… Если бы ребята посмотрели на Матвиенко в этот момент, то сразу бы поняли, что к чему. Он побагровел, смущаясь активности друзей, но при этом вливая в себя ещё больше алкоголя. Забавно, что друзья лишь для вида спрашивают о предмете вздыхания Оксаны, ведь любовь, витающая между ней и Серёжей, давно очевидна всем, кроме них самих. Когда шумиха утихает, поднимается новая – Антону выпал поцелуй с любым, кто находится в этой комнате. Парень не долго думает, он вливает в себя ещё бокал шампанского и подползает к Арсению – идти лень, потому что его шатает. Шастун аккуратно приподнимает подбородок своей "жертвы", притягивает ближе и легонько прикасается к чужим губам, буквально крадя первый поцелуй Арсения. Ему хочется большего, но в задании сказано лишь о простом поцелуе. Арсений с явным разочарованием отстраняется, а в голове навязчиво крутится воспоминание о поцелуе во сне. Все в комнате понимают – эти двое явно неровно дышат друг к другу, они и это давно заметили. Может быть эта маленькая шалость, эта игра – начало чего-то большего? Ещё посидев и проиграв, а время уже приближалось к часу ночи, ребята предлагают остановиться и разойтись: кто покурить, кто в туалет, и на боковую. Нурлан с Лёшей всё-таки решают пойти домой, аргументировав тем, что дома им уютнее, да и ребятам будет больше места. Проводив друзей, Антон выскакивает на балкон покурить, а за ним и Димка. Оксана с Ирой помогают перенести посуду на кухню, а Серёжа и Арсений достают одеяла, пледики и подушки. Когда импровизированные спальные места уже готовы, Попов вспоминает, что Антон ушёл на балкон без куртки, а на улице уже похолодало. Зацепив один из пледов, парень выходит наружу. Позов пулей вылетает с балкона, намереваясь оставить друзей наедине, ведь ему не нужно лишних слов, чтобы понять, что происходит между этими двумя. Мягко ступая по кафелю, Арсений подходит практически вплотную к Антону, накидывая на его плечи теплый махровый плед с новогодними узорами. Парень думает уже уйти, как Шастун тянет друга на себя, заключая в объятия, накрывая их большим покрывалом. От него пахнет шампанским, но сильнее сигаретами, а Арсений, сколько бы ни старался, не может почувствовать эти запахи! – Сегодня звёздная ночь, – шепчет Шаст, внимательно наблюдая, как друг вскидывает голову, вглядываясь в ночное небо. На небосводе действительно можно разглядеть звёзды, даже огни города не сильно портят картину. – Но главная звезда сегодня здесь – ты, – он выдыхает это, практически прикасаясь губами к коже собеседника, что поражён созерцанием небесных светил. Взгляд голубых глаз медленно возвращается к зелёному лесу, в глубине которого хочется остаться навсегда, уснув на цветочной поляне среди молодой травы. Им не нужны слова, им не нужны предлоги, им не нужны звёзды, чтобы сказать это. Есть только миг, в котором они оба заточены навсегда. Именно он называется любовь. Холодные окольцованные руки, мягко обнимают любимую талию, прижимая к себе ещё ближе, а если бы была возможность, они бы стали единым целым, никогда не разделяясь. Мгновение длится вечность – им достаточно её. Нежно, словно спрашивая разрешения, Антон накрывает такие желанные губы, без напора, интересуясь "Можно ли желать мне большего?". И когда Арсений приоткрывает рот, впуская глубже такого знакомого незнакомца, Антон погибает… Он тонет в ощущениях, словно в диком океане, напирая и пригвождая к стенке. Он тянет руки вверх, желая обхватить лицо, чьи черты он помнит наизусть, даже разбуди его посреди ночи, он нарисует вам портрет лучше самого Ван Гога. Его губы такие холодные на контрасте с горячими прибавляют страсти, захватывая целиком и без остатка. Ему мало, чертовски мало нежных и в тоже время острых чувств. Антону буквально сносит крышу. А Арсений вовсе не безвольная кукла, во всяком случае он старается не быть ею. Он воск, плавящийся от нежных прикосновений. Для него чувствовать это всё в новинку. Ему хочется большего. Ему не нужно прерываться, ведь он не против забыться насовсем в этом порыве страсти, утопая в мягком лесном пологе. И всё же парень послушно повинуется кукловоду. Опять. Ему хочется повиноваться. Ему хочется принадлежать. Неумело обхватывая спину, плечи Антона, он чувствует силу, что таится под одеждой спортсмена, чувствует, как напрягаются его мышцы. Страстный поцелуй с губ переходит на нежную шею, отчего Арсений откровенно стонет, явно не ожидая такой прыти. Возбуждение накрывает с головой, заставляя смущаться собственных ощущений, но партнёр не даёт передышки, покрывая поцелуями-укусами тонкую шейку, выбивая не то стоны, не то судорожные вздохи. Антон дотягивается до мочки уха, прикусывая, и наслаждаясь музыкой для своих ушей. – Ты только мой, – рычит парень, утягивая Арсения в новый поцелуй. Возможно они так и стояли бы, сгорая от прикосновений, наполняя свои сердца энергией и любовью, если бы не холодная ночь, начинающая морозить обоих, напоминая, что пора и остановиться. На сегодня им этого вполне хватит. Не стоит заходить слишком далеко в самом начале. Вернувшись в комнату, влюблённые замечают, что друзья уже спят, а для них специально приготовлено место. Они ложатся, немного изнурённые, но счастливые и довольные, и уже ничто не сможет их огорчить. Антон прижимает Арсения к себе ближе, утыкаясь в шею носом и целуя спину. Он обнимает его, согревая и даря любовь такую, на которую он способен. Арсений лишь покорно засыпает, расслабляясь в желанных и тёплых объятиях, забывая обо всех невзгодах мира. Это их седьмое сентября.