Грязь

***

— Ты бы в окно смотрел, а не во мне дырку глазами прожигал, — недовольным голосом посоветовал Жданов, — наш товарищ с минуты на минуту выйдет. — А ничего, что мы прямо под софитами стоим? — спросил Малиновский и пощурился на стоящий у входа в ЗимаЛетто фонарь. — Заметит ведь. Андрей тяжело вздохнул и начал было перепарковываться, как объект слежки показался у вертушки. Зорькин шел не спеша, слегка покачивая объемистым кожаным портфелем. Когда он прошел совсем рядом с автомобилем, Малиновский и Жданов, переглянувшись, вжались в сидения. Кажется, не заметил. Только лишь его спина скрылась за углом ближайшего здания, автомобиль медленно тронулся с места. На углу Жданов притормозил, пропуская машину вперед. Затем вырулил на шоссе и медленно двинулся вдоль обочины. Малиновский курил в открытое окно, пристально вглядываясь в спину подозреваемого, с каждой секундой хмурясь все сильнее. Когда до метро парню остался всего один квартал, внезапно Роман выбросил окурок, повернул голову и коротко сказал:  — Ну ты и придурок, Жданов. Андрей было дернулся к ручке двери, но увы и ах. Желанного Зорькина поток людей уже уносил с подземный переход. Только макушка видна была, да и то, стоило моргнуть, пропала. Малиновский тут же открыл рот, но Андрей, выучивший привычки друга наизусть, прервал его жестом. — Так, Троцкий, тирады свои на потом оставь. Черт… — он нервно рубанул воздух рукой, — Что теперь делать — то? Роман пожал плечами. — Что делать, что делать… Ты, Шерлок Холмс недоделанный, перед слежкой даже не удосужился выяснить, есть ли у него машина? — Была! — горячо возразил Жданов, на что Малиновский разочарованно фыркнул. Потом задумчиво повертел в руке телефон. Засунул его обратно в карман куртки и лицо его вдруг озарилось. — Ты знаешь, где эта… девочка живет? Клава, Карина, как ее… — Екатерина Валерьевна Пушкарева, — мрачно поправил Жданов и сплюнул в окно, — знаю. — Ну и поехали к ее дому, там подежурим. Ты ведь полагаешь, что они знакомы? Вот и жахнем в самый эпицентр проблемы. Тот угрюмо кивнул. Роман похлопал приятеля по плечу. — Ты только не переживай, Андрюх. Как бы там ни было. Если он там не появится — нервы свои успокоишь. А появится — дело труба, конечно, но предупрежден — значит, вооружен. — Мягко стелишь, дружище. — ответил Жданов, и дернув ручник, снял машину с аварийки, — Только, как говорят в определенных кругах, это все гнилой базар. Даже если его сегодня там не будет, это не значит, что моя теория неверна. — Что ж ты у меня такой зануда, Анрюшка, — с досадой пробормотал Роман, пристегиваясь ремнем безопасности. — Я и сам прекрасно это понимаю. Но мое предложение это хотя бы что-то.

***

В квартире Пушкаревых в тот вечер было шумно: в премьер-лиге схлестнулись Динамо и Зенит, причем Зенит упорно «динамил» Динамо со счетом 2:1. — Ну куда ты пас отдаешь, ну Березовский же открыт! — горячо восклицал Валерий Сергеевич, — Где вас таких откопали? — Валера, давай потише, — тихонько просила Елена Александровна, — Время позднее уже, Катюша наверное спать хочет. Пушкарева сидела на стуле рядом с отцом, обняв колени и нервно поглядывая на часы, висящие над дверным проемом. — Не могу я спать, мам, — возразила она, раскачиваясь взад-вперед, — Ко мне Коля должен зайти, а его до сих пор нет. Отец хмуро посмотрел на нее, снял очки и принялся протирать их клетчатым носовым платком. — Опять посиделки до утра будете устраивать? — спросил он строго, — Парню, между прочим, завтра на работу. — Валера! — вклинилась мать. — Завтра суббота. — буркнула Катя обиженно.  — Да что ж ты за человек такой? — крикнул он телевизору, — Ну кто тебя бегать учил? Честное слово, не футболисты, а бегемоты беременные! — Пап, — хлюпнула носом Катя и прижалась щекой к его плечу, — а вдруг у него на работе проблемы? — А чего им быть? — снисходительно улыбнулся отец и лаского погладил Катерину по макушке, — Работа в банке дело не пыльное, да твой Коля поди уже спит пятой точкой кверху и десятый сон смотрит. Вот увидишь, утром же на пороге будет стоять пирожки клянчить. Правда, Лен? Катя нервно закусила губу и спрятала взгляд. Валерий Сергеевич опять надел очки и повернулся к телевизору.

***

— Жданчик, я, конечно, ни на что не намекаю, только время уже давно не детское. — устало сказал Роман, покосившись на часы. — Долго нам еще здесь торчать? — Ровно столько, сколько нужно, — холодно выплюнул тот. — Понятно, — протянул Малиновский, и отвернувшись к окну, сложил руки на груди и закрыл глаза, — А тебе не кажется, что если бы он здесь появился, он бы уже давно появился? Жданов был увлечен разглядыванием окон Пушкаревой, потому на вопрос не ответил. — Наверняка сейчас в подушку слюни пускает, — продолжал Малиновский, — одни мы, как два слона на муравейнике. — Не жужжи, — угрюмо отмахнулся Андрей, не отрывая взгляда от окна. — Приедет завтра на работу выспамшись, воротничок накрахмалит, — упорно ворчал он, сонно потягиваясь, — и невдомек ему будет, что мы как Арлекин и Панталоне всю ночь из кустов торчали.

***

Не дожидаясь конца матча, отец разочарованно махнул рукой и выключил телевизор. — Катюх, ну ты чего расклеилась-то? — спросил он нежно. — Вот Динамо сегодня продули 1:2, я и то не расстраиваюсь. Катя согласно кивнула и помимо воли жалобно икнула. — Так, Катерина! — возмутился отец, уперев кулаки в бока, — А ну отставить хандрить! Дочка, ну правда, может хочешь чего? — спросил он мягко, коснувшись ее плеча, — Булочек? А? Твоих любимых? Катя подняла на отца страдающий взгляд и вяло улыбнулась. — А тебе не сложно? — Было бы сложно не предложил бы? — подмигнул Валерий Сергеевич и глянул под раковину, — вон, как раз заодно мусор выброшу.

***

— Малиновский, — раздраженно громыхнул Андрей, — хватит смолить, как паровоз! У меня даже елочка уже куревом провоняла! Роман закатил глаза, и вставив неподожженную сигарету в уголок рта, кряхтя и вздыхая, выплюнулся из машины. Прислонился спиной к пассажирской двери и закурил. — Сынок, — окликнули его с другой стороны машины, — извини ради бога, сигаретки не найдется? Малиновский, оглянувшись, коротко кивнул. Обойдя автомобиль, прихрамывая, к нему подошел пожилой мужчина с пакетом булочек подмышкой и пустым ведром. Доставая из протянутой пачки сигарету «Iron Maiden», он уж очень внимательно вглядывался в лицо Малиновского. — Сигаретки-то дорогие поди… — сказал он хрипло, — не жалко? — Нет, — широко улыбнулся Роман, — хочешь, несколько возьми. — Сигареток ему, значит, не жалко, — процедил мужчина сквозь зубы, — А людей? Андрей приоткрыл окно, и высунувшись, спросил: — Отец, какие-то проблемы?