Я не отпущу тебя

***

Сметать песчинки с очередного черепа было сродни медитативному трансу. Осторожные взмахи кисточкой и потемневший от времени череп становился все более различимым. Колени и спина ныли от неудобной позы, беспощадное солнце жгло тело сквозь хлопковую рубашку , длинные рукава спасали от неизбежного загара. Руки методично делали свою работу. Глаза одновременно пытались уследить за происходящим на территории раскопок и развидеть то, что преследовало ее повсюду. Даже в этом забытом богом месте Гермиону не оставляло ощущение, что за ней следит пара цепких глаз. То ли из-за переутомления-полевые работы длились с раннего утра до поздней ночи, то ли из-за этих дурацких снов девушка толком не могла отдохнуть. И даже зелье сна без сновидений не спасало. Этот мальчик преследующий ее -не оставлял в покое. Точнее это она не оставляла попыток отыскать его. Пустые дома-все что ей оставалось. И шепот. Свистящий. Парселтанг. Это было плохо. Очень плохо. Но сейчас она просто освобождала череп несчастного, забредшего на территорию темных волшебников и поплатившегося за это жизнью и если верить заклятиям начертанным на стене-проклятье пало и на его близких. Проклятье...это снова возвращало ее к мыслям о Драко. Гермиона рассерженно фыркнула и отбросив инструменты, поднялась с песка-размяться. Вокруг нее то тут то там в таких же коленопреклонных позах разместились члены их небольшой команды. Они разрабатывали это место уже полгода с попеременным успехом-финансирование то и дело прерывалось-министерство не дремало. Рапорты педантично отправляемые Гермионой сыграли свою роль. Эти малоисследованные руины некогда крупного центра черной магии до сих пор распространяли защитную темную магию. Хоть Гермиона и поставила возможные защитные барьеры, лучше способа, чем держаться от этого места подальше сложно было придумать. Она не любила Египет. Все здесь было проникнуто магией чернокнижников. Темная часть ее словно набирала силу и начинала жужжать,словно жук скарабей снова и снова одно и то же. И прохладные ночи, становившиеся глотком отдыха для археологов ей приносили лишь мучения. Девушка поднялась на песчаный холм. Еще пара часов и жара сменится прохладой. Солнце медленно,но верно клонилось к закату. До вечернего собрания осталось часа два. Нужно было закончить работу.

***

Сегодня все было по другому. Опустевшая дорога, тянущаяся извилистой тропой между холмами и лесами не ввела ее в заблуждение. Она слышала его. Шепот. Верниссссь. Раздирающие одежду ветви не останавливали, раздающиеся шумы не могли отвлечь. Сегодня. Она найдет. Ветер и туман клубившийся по земле. Руины дома. Некогда величественного. Одинокая малахитовая колонна и остов камина-все знакомо. Шепот. Прямо за спиной. Застыла. Закрыла глаза. Вздох. Ресницы дрожа, приподнялись. До боли знакомые серые глаза на лице семилетнего ребенка. Вернисссь.

***

Ледяные волны поднимающие ее обездвиженное тело все выше и выше, уносили Гермиону все дальше от скалистого берега. Дикий пляж опустел, белым песком отражая лунный свет. Буря, все это время набирающая силу, приближалась к берегу. Именно в ее центр смотрели глаза Грейнджер-маниакально решительные, но абсолютно пустые. Гидрокостюм должен был спасать от холода, но она ничего не чувствовала. Абсолютная черная дыра вместо сердца. Она видела ее, чувствовала приближение, как водная мощь, набирая обороты, готовит тонны воды для решительной атаки-ее волны. Сегодня без сомнения. Тело, подготовленное многочасовыми тренировками на пляже и в океане, взметнулось подобно снаряду, вскакивая на доску и разворачиваясь спиной к свистящему в ушах ветру. Поднимавшийся под ногами хребет гигантской волны, в этом не было ни единого сомнения. Гермиона словно наблюдала за собой со стороны, смертельно сжимаясь от ужаса. Но темная часть ее, очередной раз вырвавшаяся на свободу, прекрасно осознавала, что делает. Танцует со стихией. Сама становится стихией. Ей не нужно было видеть, чтобы чувствовать разрушающую энергию под хрупкой доской. Она знала, что сегодня ее ночь. Волна, поднявшаяся на опасную высоту, начала закручиваться. Хребет увлекая наездницу за собой, направлял Гермиону в самый центр водоворота, окружая сплошной стеной воды и только впереди маячило разорванное пятно. Выход, куда ей надо было вырваться, чтобы победить этот ужас, победить его, победить себя.... А надо ли...

***

Легкость. Наконец, она ощущает легкость. Бестелесность и парение в воздухе. Мускусный аромат, смешанный с запахом бриза. Гермиона приоткрывает почему-то такие тяжелые веки. Прищур серых глаз мелькает миражем и снова наваливается темнота.

***

-Мы забираем тебя в Лондон!Без разговоров!Как ты могла поступить столь безрассудно?!Гермиона, ты же самая рассудительная из всех, кого я знаю! А что если бы Крейг не оказался, по счастливой случайности, рядом! Ты могла разбиться о камни на этом дурацком диком пляже!Ну о чем ты думала? Рон метал гром и молнии. Всю его сдержанность как отрезало. И Гарри сложно было его винить. Когда родители Гермионы написали, что Крейг нашел ее без чувств и доски, которую видимо унесло в океан, на пляже, друзья срочно трансгрессировали в Сидней с твердой убежденностью забрать ее с собой. Ничего хорошего из этой Австралии не выйдет. Лондон вытряхнет из нее всю дурь. Но Гермиона, казалось, и не слушала. Все о чем она думала, были его глаза. Драко вынес ее из воды, но когда она снова открыла глаза над ней склонялся Крейг. Его голубые почти прозрачные глаза с испугом изучали ее потерянные и ищущие. Аромат мускуса все еще слабо ощущался. Или она просто сходила с ума медленно и неотвратимо. И это было более вероятно... Она не сопротивлялась, когда ребята через пару дней собрав ее скудные пожитки трансгрессировали ее и Живоглота в маленькую неприметную квартирку в северном магловском райончике Лондона. Какая к черту была разница где сидеть, тупо уставившись в стену. Только не спать. Но бодрствовала она или проваливалась в короткие мучительные сновидения, покоя нигде не было. Переселившийся к ней на время Гарри будил ее от очередного кошмара, поил успокаивающими зельями, контролировал питание, следил, чтобы ни одна статья Пророка, ненароком принесенная Буклей, не попалась ей на глаза. Рита Скиттер как назло расписывала планы самой ожидаемой свадьбы сезона. Но девушке и не нужно было видеть жалкие статейки этой неуемной писаки. Она все видела сама своими глазами. Ведь не сон о мальчике направил ее в океан. Дикое желание разорвать эту чертову связь. Связь, заставляющую ее снова и снова, ночь за ночью всю последнюю неделю раскопок наблюдать ЕГО свадьбу. Две одинокие фигуры на морском побережье, держащиеся за руки. Девушка в белом платье, шлейф которого усеянный бледно-розовыми жемчужинами ,обвивал ноги, утопающие в песке. Белокурые локоны развевались на ветру, густая фата скрывала лицо изящной избранницы Драко. И хотя они стояли к ней спиной, Гермиона ни секунды не сомневалась, что она видит. Платиновые волосы могли принадлежать только одному человеку. За миг до пробуждения Малфой оглядывался и девушка могла увидеть счастливую улыбку на его лице. Без масок. Без сожалений. Без колебаний. Безусловно, это был он, тот, кто отнял ее сердце и растоптал, оставив зияющую рану и никчемную связь, которую она намеревалась разорвать.