Мятежные души

Прошлая ночь началась для Джонатана странно. Услышав стук в дверь, парень он увидеть Стейси. Более того, он сам собирался нанести ей визит, раз она не пришла сама к нему вчера. Его ждал сюрприз, за дверью была Трейси. Пока обалдевший от неожиданности Джон хлопал глазами, не понимая чего тут забыла бывшая, она его поцеловала. Горячо, глубоко, страстно. Крышу ему снесло в миг. Он не раз слышал, что первая любовь не забывается. Джон не назвал бы свою былую привязанность к Трейси столь громким словом, но что-то вроде влюблённости он определённо испытывал. Возможно, именно поэтому он разом забыл обо всём и поддался на провокацию. Дальше было ярко, чувственно и бесстыдно — всё как он любит. Он наслаждался действом и не думал о постороннем. Даже не сразу осознал, что его любовница собралась уходить. В себя Джона привёл взгляд Трейси: насмешливый и торжествующий. — Ты проиграл, Джонатан, — пропела она, оборачиваясь к нему у самой двери. — Готовься к выступлению на главной площади Аликанте. Тут и дошло до одурманенного мозга Джона, что он поддавшись слабости проиграл проклятый спор. Ещё он не мог поверить, что его бывшая такая сука! Немыслимо! Он слышал, часть пришлых охотников завтра с утра покидают Институт, в том числе Трейси. Видимо, она опасаясь, что он может победить, решила взять ситуацию в свои руки. Даже ноги раздвинуть не побрезговала. А он повелся, как последний недоумок! Оставшись один, Джонатан бросился в ванную комнату и чуть не заорал глянув в зеркало. Оттуда на него смотрело чудовище с кожей ярко-жёлтого цвета. Выглядело это жутко, подобное не скрыть, не замазать. В итоге от былого наслаждения не осталось и следа. Взбудораженный Джон всю ночь метался по комнате в поисках выхода, которого попросту не существовало. Стоит ему шагнуть за порог, как весь Институт будет в курсе его проигрыша. А скоро ему вовсе на главной площади позориться. В скрытничестве нет никакого смысла, ведь Трейси сама организовала его поражение, но чёрт, как же стыдно! Как бы не хотелось замуроваться в собственной комнате, утром он гордо вздёрнув подбородок направился в столовую. Джонатан старался не глазеть по сторонам, но взгляды чувствовал кожей, а уж смешки и шепотки летели со всех сторон. Никогда в жизни, он не чувствовал себя настолько ущербным. Да лучше бы он голым прошёлся, чем этот цвет бешеного лимона символизирующий его проигрыш. Направляясь к раздаче Джон споткнулся напоровшись на насмешливый взгляд Стейси, где ему померещились нотки обиды и разочарования. Его аж прострелило от острой потребности подойти и объясниться, но её иронично-презрительный взгляд встал на его пути стеной. Такого с ним не было никогда. Ни разу прежде Джон не испытывал желания оправдаться в глазах кого-то из любовников, и понятия не имел, как это делается. Да и есть ли смысл? Стейси вполне чётко обозначила — их встречи до тех пор, пока в его постели никого, кроме неё. И казалось бы, спор проигран, пережить масштабный позор и жить как раньше. Менять любовников и радоваться жизни, только отчего-то совсем не весело. На душе было муторно и тоскливо.

***

Сумеречный мир лихорадило поимкой Лича, но голова Клэри была забита совсем другим. Она пыталась понять — как ей быть. Многие часы размышлений так и не дали однозначного ответа. Она продолжала топтаться на том же месте не в силах поставить точку с Райли и не находя решимости сделать шаг ему навстречу. Приезд матери стал для неё благословением. Клэри безумно скучала по родителям. Каждая встреча с кем-то из них — маленький праздник. Но сейчас мама могла дать столь необходимый совет, в котором Клэри так остро нуждалась. — Милая, о чём ты хотела поговорить? — спросила Джослин, когда они обе устроились в оранжерее. — Мне нужен совет, мам, — тихо ответила Клэри. — Так сказать, взгляд с высоты прожитых лет. — Как понимаю, речь о каком-то молодом человеке? — лукаво улыбнулась Джослин. Опустив взгляд Клэри пыталась собраться с мыслями. С чего начать и что рассказать матери? Выложить всю историю своего проживания на территории Института или ограничиться только тем, что касается Райли? Поразмыслив, она решила быть максимально откровенной. Возможно, эта мудрая женщина, давшая ей жизнь, сможет понять и увидеть что-то, недоступное ей самой. Начала Клэри со своего знакомства с Алеком и вытекающими из этого последствиями, не скрывая своих чувств и того, какие отношения связывали Алека с Джоном. Потом дошла до Лоу и того, как вдребезги разлетелись их отношения не без участия Алека, которого предал Джон. Под конец дошла до Райли. Тут оказалось сложнее всего. Рассказать ситуацию, но не открывать чужого секрета. Клэри справилась. Во всяком случае, ей так казалось. — Я совершенно запуталась, — сокрушённо покачала она головой под конец исповеди. — Не понимаю, как быть и что делать. Кажется, что проще просто сбежать от всего этого, но знаю, что если так поступлю, буду до конца жизни корить себя за трусость и глупостью — Клэри, рано или поздно с подобными вопросами сталкиваются многие, — улыбнулась Джослин дочери. — Как ты поняла, что отец именно тот самый? Человек с которым ты хочешь связать свою судьбу, готова рискнуть? — вопрошала Клэри С минуту Джослин молчала, с задумчивой улыбкой вспоминая дни своей молодости, когда кипела кровь, а вокруг бушевали страсти. — Он сразу мне понравился, — заговорила она. — Я была ещё сопливой девчонкой, училась в Академии, когда нас познакомили. Он был старше и на меня внимания, как на девушку, не обращал. Относился как к хорошей подруге, не более. У меня были парни, у него девушки, но знаешь, что интересно? Любой большой бедой или радостью мы делились в первую очередь с друг другом, пока до нас не дошло, что самый нужный человек, тот, кто способен подарить искреннее счастье, всё время был рядом. Узнать новое о прошлом родителей было круто, но это не помогало Клэри. Как откровения мамы должны помочь ей решить проблему с Райли? — На мою ситуацию не очень похоже, — кисло отозвалась она. — Разве? — хитро улыбнулась Джослин. — Ты ведь не просто так мне рассказала не только о Райли, с которым сейчас зашла в тупик, но и об Алеке. — Я просто хотела, показать общую картину, — буркнула Клэри. — Знаешь, мне кажется, оба этим молодых человека тебе небезразличны, — продолжала улыбаться Джослин. — Мама! — закатила Клэри глаза. — Это не имеет никакого значения. Алек гей и потому не котируется. Мне бы понять, как с Райли быть. — Милая, — ласково улыбнулась женщина, — очевидно ты дорога обоим ребятам, теперь тебе нужно понять: чего хочешь ты? С кем из них готова проститься, а кого готова принять со всеми недостатками и ошибками прошлого? Клэри раздражённо скрипнула зубами. Мама не слышит её что ли? Сказала же про Алека… Только если отбросить это, отринуть всё лишнее, кого бы она хотела видеть рядом? — М-да, — вздохнула Клэри. — Я надеялась поговорю с тобой и станет проще, а всё только усложнилось. — Это кажется сложным, на самом деле всё просто, — мягко произнесла Джослин, на что дочь только фыркнула. — Знаешь, в молодости у меня была знакомая, которая оказавшись на перепутье, придумала действенный способ понять себя. Нужно представлять себе не возможную жизнь с одним из парней, а представить себе будущее, где их нет. По кому ты больше будешь скучать, без кого тебе сложно представить дальнейшую жизнь? Слушай своё сердце, Клэри, оно подскажет там, где разум сомневается. Вот это был уже действительно дельный совет, над которым стоило подумать. Возможно, так она сможет понять, чего же хочет. А точнее, кого. — Насколько всё было бы проще, не совершай они таких мерзких поступков, — покачала головой Клэри. — Дочка, ты неподражаема, — рассмеялась мама. — Идеальных людей не бывает. Даже ваш отец однажды сделал такое, что мне казалось простить невозможно. Однако мы вместе. Он просто не оставил мне выбора, отказался уходить из моей жизни. Людям свойственно ошибаться, важно, какие выводы они сделают в итоге. Чтобы ты не решила, мы с отцом примем твой выбор. Пищи для размышлений снова добавилось. Клэри знала, и Алек, и Райли не идеальны. Оба поступали так, что найти оправдания им было сложно. — А если однажды Джон приведёт смазливого паренька, а я девчонку, тоже примите? — решила шуткой завершить разговор Клэри. — Куда же мы денемся? — улыбнулась ей мать. Вспомнив о брате Клэри нахмурилась. Пожалуй, стоит сообщить о том, что один из магов не такой уж надёжный. Он рассказал секрет Джона Райли, вдруг и ещё кому? — Мам, маг к кому вы обращались с проблемой Джона — трепло, — произнесла Клэри. — Некий Лоран Дюссо. Джослин мгновенно помрачнела. Вот так новости! Вот вам и надёжный человек! Попытка выведать у дочери, кто ей об этом рассказал потерпела неудачу. Она наотрез отказывалась сообщать источник информации. Впрочем, догадки у неё были. — Я всё думаю, может стоит сказать Джону правду? — неожиданно произнесла Клэри. — Думаю, если он узнает об этом от кого со стороны, будет только хуже. — Рассказать? — растеряла Джослин остатки благодушия. — О чем? О том, что его в младенчестве одарила полоумная ведьма и вся его удачливость в личной жизни не более, чем магия? О том, что он обречён нравится всем подряд, вызывать у них влечение, но при этом шанс полюбить самостоятельно у него ничтожен? Каково бы тебе было, узнай ты, что вся твоя жизнь перековеркана неснимаемым проклятием? Наверняка, ты бы минимум расстроилась и самооценка скатилась от осознания, что вся любовь твоих бывших была искусственной, а максимум — разозлилась за то, что столько лет от тебя подобное скрывали. Пойми, Клэри, мы с отцом любим тебя и Джона, и хотим, чтобы вы были счастливы. А такая правда вряд ли осчастливит твоего брата. Так что нет, не думаю, что рассказать ему о проклятии, удачная идея. Это Клэри и сама понимала, но сомнения продолжали глодать душу. Имеют ли они право скрывать подобное? Не делают ли этим хуже? Ведь в первую очередь это проклятие влияет на жизнь Джона. Вдруг, если бы он знал обо всём, ему было бы проще жить? Но ведь, возможно и наоборот… Мама поспешила свернуть разговор, желая позвонить отцу, чтобы рассказать о маге. Да и самой Клэри пора на тренировку, нельзя себя распускать. И ни одна из них не подозревала, что в нескольких метрах от них, притаившись в темноте за дверью, молодой парень с ярко-жёлтой кожей, до крови кусал губы сдерживая крик гнева и боли.

***

— Я завтра покидаю Институт. Отправляюсь с Райли в Аликанте, а дальше, как Конклав прикажет. Эти слова Клэри заставили Алека буквально подпрыгнуть на месте. — Что? — уставился он на неё. — Ты его даже толком не знаешь, Клэри! — И не узнаю, если откажусь, — тихо отозвалась она. Нелегко далось Клэри данное решение. После беседы с матерью она долго думала. Стоило представить жизнь, где нет Райли становилось тоскливо. Она прикипела к нему за столь короткий срок. При мысли, что больше не увидит Алека, становилось вовсе больно. Только меняло это крайне мало. Поэтому она поговорила с Райли. Ей показалось, он настроен в отношении неё серьёзно. К тому же, сама Клэри не такая дура. Надо просто быть настороже, не терять голову, и однажды, возможно, он сделает её счастливой. Неожиданное заявление Райли, что он завтра отбывает обратно в Аликанте, ведь вампир пойман и его миссия выполнена, наполнили Клэри тоской, а предложении отправиться с ним — показалось столь желанным выходом из тупика. Для верности всё обдумав наедине с собой, Клэри дала согласие пойти с ним. Это верное решение. Пусть расставание с Алеком сулило боль и много тоски, но остаться тут ещё хуже. Клэри знала, она дорога ему. Он не скрывал этого, стремился проводить с ней время и всячески демонстрировал привязанность. Но как сказал Джон — она вечно будет для него подругой. Поболтать, провести вместе время, поговорить о жизни, не более. Чтобы там не говорила мама, это так. Потому что гей больше чем слово, это сущность человека определяющая романтические привязанности. Нечего ждать и ловить тоже. Остаться в Институте это добровольно снова заняться мазохизмом. Быть рядом, пока Алек не встретит очередного парня в которого влюбится. Оно ей надо? Значит нужно уходить. — Этот тип собственного сына бросил! — нервничал Алек. — Там всё сложно, — абстрактно ответила Клэри. — Да неужели, — огрызнулся он. — Клэри, приди в себя! Не ломай себе жизнь! Алек чувствовал, как его сердце опутывают потоки паники. Само присутствие Райли и нежелание Клэри слышать о нём хоть что-то в негативном ключе, наполняло Алека беспомощностью. Он и так уже поступился принципами, пытаясь нарыть на Райли компромата, и кое-чего нашёл, но этого оказалось мало. Чего ещё он мог сделать? — Алек, прекрати, — поморщилась Клэри. — Я уже попрощалась со всеми, предупредила твою маму и вот зашла сказать «до свидания» тебе. Давай не будем ссориться под конец. Пожалуйста. Я хочу чтобы мы остались друзьями, которые могут позвонить друг другу просто так, потому что захотелось. Хранить хорошие воспоминания, а не ссору напоследок. Всё это она говорила глядя прямо в глаза Алека, завораживая его весенней зеленью. Он поймал себя на мысли, что мог бы часами смотреть в эти волшебные омуты. Алек сам не понял, чего ответил Клэри, но она улыбнулась, коснулась губами его щеки и оставила растерянного в одиночестве. Место, куда поцеловала его Клэри покалывало, а он так и продолжал стоять в прострации, касаясь пальцами собственной щеки. Ни о каком сне речь уже не шла. Когда оцепенение спало, в гости наведалось отчаяние. В худших сценариях Алек не предполагал, что Клэри так скоро исчезнет из его поля зрения, по сути, из жизни. Попытка выплеснуть эмоции тренировкой оказалась провальной. И всю ночь Алек метался по комнате, не зная, что делать и предпринять, чтобы помешать свершиться трагедии. Сколько раз за ночь, его охватывала жгучая потребность пойти к Клэри и всё ей рассказать? Как нужна, что влюбился вопреки всему? Не раз Алек обнаруживал себя под дверью её комнаты, но постучать так и не решился. Не поверит. А может, она вовсе не одна. Утро наступило неожиданно. Зашумело топотом ног и гулом голосов, которые отдавались болью в голове Алека после нервной и бессонной ночи. Он пил непонятно какую по счёту чашку кофе, а мысли по-прежнему топтались вокруг Клэри. Вопрос Джейса, пойдёт ли он провожать пришлых охотников, застал Алека врасплох. Что, уже? В общем зале было людно. Приличное количество пришлых — около тридцати охотников, отправлялись в Аликанте. Много обитателей Института собралось, чтобы поглазеть. Кто-то с кем-то общался прощался. Алека волновала только одна девушка. Высокий рост сейчас был ему на руку и он быстро нашёл рыжую макушку Клэри. Она о чём-то беседовала с подружками-парабатай, потом к ней под смешки окружающих протиснулся брат и положив руки на плечи что-то ей втолковывал. Маг, к сожалению Алекс не Магнус, взмахом руки открыл пространственный переход, куда неспешно стали уходить нефилимы. Увидев как Клэри с улыбкой кивнув друзьям и брату устремилась к ожидающему её у кучи сумок Райли Алек ощутил приступ паники. — Клэри, — позвал он протиснувшись сквозь толпу. — Я уж думала ты не придёшь, — широко и радостно улыбнулась она. Он запретил себе думать, лишнее размышления порой только вредят. Шагнув Клэри навстречу, Алек привлёк её к себе и поцеловал столь манящие губы. Пару секунд Клэри бездействовала, а потом нежные руки обвили шею Алека и она ответила на поцелуй. Отринув все тревоги Алек наслаждался. Ощущения испытанные когда-то у благих его не обманули. Напротив, они стали только ярче. Удовольствие распространялось огнём по венам и он не хотел, чтобы это когда-то заканчивалось. Губы Алека забрали её волю и разум. Она забыла обо всём на свете, с головой нырнула в эйфорию, что дарил поцелуй. Душа Клэри трепетала, сердце колотилось с сумасшедшей скоростью, тело горело от желания стать ещё ближе к тому, кто так крепко обнимал. Громкое покашливание вдребезги разбило сладкое наваждение. Вздрогнув, Клэри отпрянула огромными глазами глядя на Алека. Мысли в голове путались. Она не понимала происходящего. — Так я и думал, — голос Райли молнией пронзил сознание Клэри. Оглянувшись, она беспомощно посмотрела на своего, похоже, уже бывшего, парня. Что на неё нашло, почему она не оттолкнула Алека? А он чего творит? — Райли, пожалуйста, — с нотками мольбы попросила Клэри. У них могли бы получиться крепкие отношения, ведь он понял её сразу. Они отошли в сторону от толпы, не хотелось выяснять отношения под взглядами десятков посторонних людей. — Я… Райли, я не… — заговорила запинаясь Клэри. — Тшшш, — приложил Райли палец к девичьим губам. — Изначально, я чувствовал что-то не так и ты не до конца открыта со мной. Наивно списывал это на краткость знакомства, а потом я увидел следы от руны разбитого сердца. Мне хотелось верить, что это какая-то давняя история. Я заставил себя поверить в это. Ты мне слишком нравилась, и я даже решил не выяснять подробностей. Думал, что нравлюсь тебе достаточно сильно, чтобы это не имело значения. — Ты нравишься мне! — горячо заявила Клэри. — Очень нравишься! В ответ Райли снова приложил палец к её губам, заставляя её замолчать. — Приглашая тебя отправиться со мной в Аликанте, я был почти уверен в отказе и очень удивился согласию, — продолжал говорить Райли с печальной улыбкой. — Теперь я понял причины. Ты убегаешь отсюда, бежишь от него, от Лайтвуда. — Не правда! — возразила Клэри. — Я согласилась потому что хочу быть с тобой. — Возможно, ты и сама в это веришь, но Клэри посмотри мне в глаза и скажи, что не любишь его, — произнёс Райли. Она подняла взгляд, заглядывая в глаза цвета летнего океана и поняла, что не может. Не может от всего сердца заявить, что чувства к Алеку в прошлом. Поцелуи Райли и прикосновения дарили Клэри удовольствие, зажигали её кровь желанием. Ей нравилось проводить с ним время. Но того трепета, клубка из нежности и страсти, что она ощутила каждой клеточкой несколько минут назад не было, и сердце от ласк Райли никогда не выбивало такой ритм. — Я смогу тебя полюбить, — прошептала Клэри. — Уверена, у нас всё может получиться. — Могло бы, — ответил Райли. — Но не будет. Это будет жестоко и нечестно по отношению к нам обоим. — Райли, — закусила Клэри губу, чувствуя, как глаза наполняются слезами. — Не надо, Клэри, — покачал он головой. — Если ты сейчас отправишься со мной, то потом пожалеешь. Я не романтик, но всё же, если любишь этого парня, будь с ним. Будь счастливой, а не пытайся сбежать от себя, — Клэри открыла рот, чтобы возразить, но Райли ей не дал. — Умей давать людям второй шанс, и себе в том числе, и нет, не думаю, что Лайтвуд такой уж по мальчикам, как многие думают. Слёзы брызнули из глаз Клэри. Райли обнял её желая успокоить. В этот момент она острее, чем когда-либо осознавала, какого парня потеряла. А всё потому, что в её голове засел Алек. Обосновался там с самых первых дней знакомства и упорно не желал уходить, чтобы она не делала. А мысль, что сделала больно этому человеку, заставляла Клэри ненавидеть себя. Через несколько минут Райли покинул Институт. Клэри окольными путями добралась до своей комнаты, где упав на постель, залилась слезами. Сам виновник переполоха, до последнего прождал Клэри в общем зале, под перекрестьем чужих взглядов. Лишь когда все разошлись, Алек понял: она сюда не вернётся. Катастрофу он предотвратил, но понятия не имел, чего ждать дальше. Клэри вряд ли скажет ему спасибо.