Сказ о принце Славояре, душе его мятущейся, и Алекзандре, сыне графском

*** Граф вертелся перед большим зеркалом: новый камзол, только что доставленный от портных, пришелся на удивление впору, но теперь к нему следовало подобрать кольца, платок и броши согласно последним веяниям моды. Вороненок, разумеется, находился тут же. Помогал: деловито заглядывая в небольшую шкатулку с фамильными драгоценностями и просто безделушками, стоявшую на столике. Подхватив одно из серебряных колец, он уронил его на льняную салфетку, и потянулся к сверкающей броши. – Эй, я всё вижу! – Граф погрозил птице в зеркало пальцем. Если бы Воронёнок решил утащить что-то, к себе наверх или спрятать в замке, отобрать или отыскать пропажу стало бы потом практически невозможно. Переливающаяся на солнце бликами алмазная брошь, Воронёнку, явно приглянулась. – Эй! Это всё ещё мои камни! – пресек нехорошие предчувствия граф, стремительно подходя к столу. – Краа. – Поспорь мне тут. Слушай, а может быть, я с самого начала ошибся, и ты вообще девочка? Ничем иным, я не могу объяснить твой повышенный интерес к этим стекляшкам. Принц обиженно нахохлился и попытался мстительно тяпнуть графа за палец. Тот, сообразив в последний миг, руку отдёрнуть успел, и, похоже, даже не испугался. – Ладно, ладно. Прости. У птиц, вроде бы, самец, считается самым красивым. А? Воронёнок? Ты же не станешь отрицать, что краше ворона, я в жизни не встречал? – Крра! – То-то. Отдашь мне кольцо? Принц нехотя выпустил из коготков очередное украшение, которое успел незаметно придвинуть поближе. Граф вернулся к зеркалу. Воронёнок, подумав, вспорхнул следом. Сэнди уже привык, что сопровождая на прогулках, тот, часто восседал у него на плече. Но иногда пикируя, Воронёнок, не рассчитав сваливался с размаху довольно ощутимо. Сэнди порой, даже слегка перекашивало от такого напора. – Ай, – граф нелепо взмахнул рукавом, – Ты бы для разнообразия хоть на другое плечо мне прыгал. А то стану скоро, кривой, как старый пират. И нужен буду тебе таким страшилищем? Принц шутку проигнорировал и весело потянул из стоящего возле шкафа плетёного короба тёмно-лиловый платок. – А то, может, тебе тоже пошить жилетку? Или ливрею, с лентой? Вдруг потеряешься. А так, будешь, как в сказке, придворный ворон? Граф небрежно накинул платок, повернулся к зеркалу. – Да, постой, я же пошутил… Привычно зарывшись в мягкий бархат, принц, грустно подумал, что житья при дворце ему хватило и в прошлом. – Хорошо, отдыхай. Вижу, сегодня, ты больше не намерен беседовать. Наблюдая из-за края шкафа, как Сэнди внизу продолжает перебирать наряды, принц тяжко вздохнул про себя. Ни о какой настоящей беседе, в его нынешнем положении, не могло идти и речи, но он был невыразимо признателен графу, за то, что тот, не только продолжал с ним говорить, но и был всегда чрезвычайно внимателен. И действительно прислушивался к пожеланиям принца, его молчаливым знакам согласия, или отказам.