Омега с севера

- Ну всё-всё, хватит плакать, - недовольно повторил Бакугоу, поглаживая Изуку по спине. Тот, первые полчаса, пока они возвращались к лагерю, вел себя вполне нормально. Его тело била дрожь от холода, а с губ то и дело срывались обрывки фраз. Но он был спокоен. Шото тянул его за руку, а Кацуки плелся чуть сзади, бурча себе под нос что-то о том, как он недоволен и зол. Но стоило им добраться и разместиться около костра, как Мидорию прорвало, и он начал безудержно рыдать. - М-ма-а-а! – омега кусал губы, качая головой. – Я… я думал, что умру там! – воскликнул он, продолжая хныкать. - Ну не умер же, - Бакугоу закатил глаза, вздыхая. Он переглянулся с Тодороки, тот лишь плечами пожал. - Всё уже хорошо, ты в безопасности, - Шото пересел к ним поближе, притягивая Изуку к себе, и начал гладить его по голове. Мидория на это никак не отреагировал, лишь прижался к альфе в ответ ближе, а вот блондин недовольно покачал головой. Хотя по его глазам Тодороки видел, что он вовсе не против. - Мм, мне было так страшно! – омега всхлипнул, вздыхая. Все его лицо было красным от слез, а под глазами залегли большие темные круги, делающие его похожим на панду. - И сейчас тебе страшно? – с заботой в голосе спросил Шото. - Ну… сейчас нет. Но тогда очень-очень было! – Изуку всхлипнул, положив свою голову альфе на плечо. - Как тебя вообще угораздило туда упасть? – спросил Кацуки, подбрасывая в их костер ещё веточек. - Ну… я не знаю, - Мидория обернулся на него и сразу же весь сжался от его выпытывающего взгляда. – Я шёл-шёл… и вдруг поскользнулся и скатился куда-то не туда. Вот… - Пф, - Бакугоу закатил глаза, скрестив руки на груди. – Всё с тобой понятно, - хмыкнул он. – И чего другого можно было ожидать? - Кацуки, не говори так, - негромко попросил Тодороки, с осуждением на него глядя. - Нет-нет, - Изуку встрепенулся, - он всё правильно говорит, - негромко заметил он. – Я действительно… какой-то непутевый, - вздохнул омега. - Ну-у, - Шото качнул головой. - Нет, я серьезно, - Мидория отодвинулся от него, обнимая сам себя руками. – Сколько раз я уже попадал в неприятности? Мне… очень стыдно, - негромко сказал он, - извините. Из-за меня у вас… лишние сложности. - Это хорошо, что ты признаешь свою вину, - протянул Бакугоу, смотря в звездное небо. - Кацуки! – Тодороки трахнул кулаком по бревну, заставив всех сидящих на нем испуганно вздрогнуть. - А я что, не прав, что ли? – спросил блондин, скорчив рожицу. – Он всё по делу говорит. И виноват, и обуза нам! - Простите меня… - И ничего он не обуза, - тихо зашипел Шото, хмурясь. Бакугоу на него удивленно посмотрел, вскинув недовольно брови. Изуку тоже поднял голову, растерянно на него глядя. - Очень интересно, почему же ты так считаешь, - протянул Кацуки. Мидория кивнул, соглашаясь с его словами. Они оба в ожидании уставились на Тодороки, а тот отвернулся, недовольно цокнув языком. - Неважно, - отмахнулся альфа рукой. Омега вздохнул, опуская понуро голову. - Вот-вот, - всхлипнул он тихо, - от меня один вред. Ни красоты, ни пользы… - Ну и ладно, - Шото пожал плечами, вновь притянув его к себе. – Может, со временем ты чему-нибудь научишься… - протянул он задумчиво. - Ишь! – Кацуки усмехнулся, - этот? – засмеялся он. Тодороки шикнул на него, погрозив кулаком. - Не надо, Шото, - Мидория взял его за руку, мягко улыбаясь. – Ка… Кацуки прав, вряд ли от меня будет польза хоть когда-нибудь. Я… не силен физически, жизнь в таких условиях, сколько бы времени ни прошло, будет для меня в тягость. И вам со мной всегда будет хлопотно. - Веснушка, не для всякой работы здесь нужна физическая сила, не принижайся. - Ах, если бы, Шото, если бы, - Изуку вздохнул. – У меня… - он склонил голову набок, неловко перебирая пальцами, - далеко не хорошее здоровье. Как-либо работать физически будет трудно… даже если речь идет о… том, чтобы прясть, например, - омега виновато опустил глаза. - Сегодня у нас день самобичевания? – спросил вдруг Бакугоу, недовольно цыкая. – И признания во всем и вся? – добавил он, посмотрев серьезно на Тодороки. Тот поежился. - Всё, да, правильно. Лучше закрыть эту тему, - строго сказал Шото, - самобичевание никогда ни к чему хорошему не приводит, - заявил он. – Возьми лучше, - альфа выловил половником из котелка большую картошину и положил её на пенек перед Мидорией. – Ешь. Изуку со скептицизмом на это посмотрел, но даже не подумал возражать. Последние дни он и так плохо питался. - Палочек нет? – спросил омега, уже зная ответ. Альфы посмотрели на него, как на слабоумного, и покачали головами. Мидория вздохнул и поднялся. Собственно, этого он и ждал. «От еды мне должно стать получше», - подумал он, направляясь к ближайшему дереву, собираясь отломать парочку веточек, чтобы использовать их вместо столовых приборов. Такая себе альтернатива, но другой не предлагают. Омега утер остатки слез платком, с ностальгией глядя на такой простой, казалось бы, предмет. Он взял его с собой из дому, поэтому теперь он имел особое значение. «Как бы мне хотелось вернуться домой. Мама… родня… нормальная жизнь, - он вздохнул, поднимая глаза на большую ярко светящую луну. – Хотя здесь… есть они, - Изуку обернулся, его сердце пропустило удар. – Ой, и о чем я только думаю?» Он спешно вернулся обратно, присаживаясь на бревно и принимаясь за пищу. Скудно, но что делать. - Специй не хватает, - протянул Мидория, искоса поглядывая на альф. Те о чем-то негромко переговаривались, продолжая мешать половником суп. «Они здорово вместе смотрятся. И их отношения… действительно, крепкие. Хотя я не знаю, что будет теперь. После того, как оказалось, что Шото… любит меня, - омега вспыхнул, только подумав об этом. – Но надо сделать так, чтобы он сам мне рассказал. Иначе они поймут, что я подслушивал. Интересно, почему он мне не говорит? Это было бы очень логично и правильно признаться в ответ на мое признание!» - Специй? – на него обернулся Кацуки, - такого не держим! – сказал он весело. - Вижу… - печально кивнул омега. – И это плохо! - Да вы буржуй, – воскликнул альфа, пихнув его локтем в бок. Мидория отскочил, недовольно потирая ушибленное место. - Эй! – недовольно насупился он. - Ммм, - Бакугоу улыбнулся, - вы ж аристократы, хорошо живете, наверное. Вон, со специями. - Прекрати, - Изуку устало закатил глаза. – Да, не буду оспаривать, мы богатые и можем себе позволить спокойно закупать пряности и специи. Хотя… - он задумался, вспоминая, - это вроде как и не так уж и дорого… - омега огладил подбородок, - поставки совсем недорогие, если живешь ближе к югу… - он начал бубнить себе под нос, уже не смотря на них. Кацуки со странным выражением на лице посмотрел на него, а после одернул. - Всё, замолчи! Голова от тебя пухнет! – заявил он. Мидория недовольно на него посмотрел, но замолчал. Он перевел глаза на Тодороки, но тот на него не смотрел. «Неужто здесь нормально любить и молчать? Ладно у нас, у нас порядки, законы. Измена считается изменой и основательной причиной для развода. Но здесь-то! Я думал, все люди тут открытые…» - омега вздохнул. В его голове закрутились события, он подумал о том, как радостен был Шото, когда увидел его. «Он обнял меня так крепко… там, на камне. И все эти поцелуи… - Изуку вспыхнул, закрыв щеки ладонями. – Ой, меня это так смущает! Надо будет с ним об этом поговорить. Может… это заставит его сказать всю правду…» Мидория вновь посмотрел на Бакугоу и поежился. «Кацуки вроде как совсем не нравится наша взаимная симпатия. Что он будет делать? Что-то плохое? Ужасное? Или… он будет пытаться заставить Шото забыть обо мне? Отбить? Да нет, нет, вряд ли. Он не выглядит сильно жестоким. Вспоминая хотя бы то, насколько добрым он был ко мне. И его… поцелуи. Уже дважды! Уже дважды он целовал меня! С чем это может быть связано?» - Эй, можно… тебя отвлечь, - Изуку робко потрепал Бакугоу за плечо, чуть улыбаясь. «Чего зазря гадать, лучше спросить!» - А? – альфа обернулся. – Ну чего тебе? - Давай отойдем? – осторожно попросил Мидория. - Хочешь что-то сказать? – прищурившись, уточнил Кацуки. – Говори так, - пожал он плечами, приобняв рядом сидящего Тодороки. – От Шото у меня секретов нет. - М… как скажешь, - омега вздохнул. – Я уже спрашивал тебя однажды, но думаю… стоит спросить ещё раз, - протянул он, с уверенностью смотря в ярко горящие рубиновые глаза. - О чем? – блондин прищурился. - Помнишь, ты… поцеловал меня однажды… около месяца назад, - негромко сказал Изуку. Почему-то когда он начал говорить это вслух, то смутился намного больше, чем предполагал. – А после, второй раз, совсем недавно. - Помню, - Бакугоу равнодушно кивнул. - И что? – Мидория всплеснул руками. – Зачем ты это сделал? – недовольно спросил он. Кацуки закатил глаза. Тодороки, что внимательно слушал, покачал головой, а после вдруг его взгляд тоже стал заинтересованным. - Я уже отвечал на этот вопрос, - блондин пожал плечами. – Потому что захотел. - А почему захотел? Зачем? - Мне было интересно. Как это… с омегой. - Ложь! – Изуку возмущенно стукнул кулаком о свою же ладонь. – Глупость какая-то! - Глупость, - согласился Шото, подперев голову рукой. – Веснушка прав, глупость. Давай-ка объясни это и мне, - прищурившись, потребовал он. Бакугоу поморщился, недовольно от них отвернувшись. - Мне нечего сказать, - буркнул он. - Ну!..– Мидория обиженно покачал головой. «Что-то здесь нечисто. Почему-то раньше я об этом сильно не задумывался, но это действительно странно». - Всё, не приставайте ко мне, - Кацуки завалился на траву, закрыв глаза. Изуку с Тодороки переглянулись, последний пожал плечами, разворачиваясь к своей еде. А вот омега так быстро сдаваться не собирался. Он подполз к Бакугоу, тормоша его за плечо, и недовольно потребовал: - Объясняй давай! - Я уже всё объяснил, что мог. - Ну! Ты увиливаешь! – Мидория недовольно надул губы. Он пинал альфу в бок, пытаясь добиться от него какой-то реакции, но тот только хихикал, приговаривая что-то о щекотке. «Почему он не скажет? Это ведь глупость какая-то… «как это с омегой»! А может… - Изуку сглотнул, его щеки вспыхнули, - я… ему нравлюсь? Ну… ну а что? Я ведь очень даже ничего. Пусть они и говорят всякое о моей «дохлости», я очень симпатичный! Вдруг, он тоже влюбился?» - омега захихикал, покусывая губы. Маловероятно. И он понимал это. Но эта идея грела душу больше других. Он навис над альфой, глядя на него в упор. Но тот его дыхания и взгляда, кажется, не почувствовал, так что никак не отреагировал. Долго не думая, Изуку медленно уперся ладонями альфе в грудь, а после перекинул через него ногу, садясь Бакугоу на живот. Тот шумно выдохнул, вздрогнув, но вновь никак не отреагировал. Мидория обиженно насупился, вздохнув. Наверное, после произошедшего у него совсем отбился инстинкт самосохранения, но омега смело схватил Кацуки за щеки, начиная растягивать в разные стороны. - Расскажи-расскажи! – приговаривал омега. Тодороки, что за всем этим с любопытством наблюдал, засмеялся, покачивая в шоке головой. Мидория наклонился корпусом вперед, буквально ложась на блондина, и тихо спросил его на ухо: - А может… я тебе нравлюсь? – прошептал он, покусывая от предвкушения губы. - А ты… я чувствую, больно смелым стал, - протянул вдруг хрипло Бакугоу. «Не стоило этого спрашивать!» Изуку вздрогнул, сглотнув. «Он обиделся? Разозлился? Наверное, мне не стоило залезать на него! Это действительно… глупо… - омега поежился, резко покраснев. – И что только мне в голову ударило? Как мне не стыдно! Пусть мы и женаты, пусть уже занимались любовью. Это как-то… глупо и позорно!» Мидория качнул бедрами, спеша слезть, но не успел. Кацуки медленно открыл глаза и сел, резко обхватывая Изуку руками с двух сторон. Он уставился на омегу, уголки его губ поползли в стороны. Мидория вспыхнул и отвернулся, смутившись. Лицо альфы находилось так близко, что Изуку мог чувствовать его дыхание на своих щеках. - Что ты там спрашивал? – хрипло переспросил Бакугоу, медленно скользя ладонями омеге по бокам. – Повтори-ка, - попросил он, склонив голову набок. Изуку аж подпрыгнул, пытаясь от него отдалиться. На Кацуки держал его железной хваткой, никуда не пуская. «Это было не просто глупо! – подумал в страхе Мидория. – Это было моей ошибкой! Зачем? Зачем? Почему-то мне казалось, что это я заставил его напрячься и ответить мне. А в итоге! Не зря мама говорила, что с альфами надо быть очень осторожным. Никогда не знаешь, чего от них ожидать!» - Я… - омега сглотнул, - спрашивал тебя… зачем ты поцеловал меня. Уже дважды! – хмуро повторил Изуку, стараясь говорить так, чтобы голос не дрожал. Получалось это у него откровенно плохо. Шото внимательно за ними наблюдал, слегка улыбнувшись. Его взгляд чуть ревностно прыгал с одного на другого. Хотя кого к кому он ревновал было понять невозможно. - Ммм, поцеловал, - Бакугоу облизнулся, медленно приближаясь к щеке омеги своим носом. Тот смущенно отвернулся, боясь шелохнуться. – Давай вместо ответа я сделаю это в третий раз? – предложил альфа тихо. Мидория не ответил. Просто язык не повернулся. Он сглотнул, чувствуя, что в горле першит. «Ой-ой! Я чувствую себя в опасности! Хотя в его руках… очень тепло и комфортно», - Изуку вздрогнул, по спине пробежались мурашки. - Нет, - шикнул сипло он. Кацуки засмеялся, странно улыбаясь. Его ладони скользнули Мидории на поясницу, медленно опускаясь на его ягодицы. Омега задергался, пытаясь выпутаться из его рук. Не получилось. - Ммм, почему-то мне кажется, что так будет лучше, - протянул Бакугоу, вдруг подавшись вперед и поцеловав Изуку в губы. Тот дернулся и замер, удивленно раскрывая шире глаза. Он не пытался оттолкнуть альфу от себя, лишь ждал. «Аа-а-а! Мы целуемся? И что это должно значить? Что он вообще творит?!» А Кацуки тоже не двигался. Так же смотрел ему в глаза, не мигая. Момент начинал становиться неловким, они не шевелились, а рядом сидящий Шото с интересом за всем наблюдал. Первый не выдержал Бакугоу, решив, видимо, испортить весь момент. Он опустил ладони, с силой сжимая ягодицы омеги в своих пальцах. - А-ай! – тот дернулся, отпихивая его от себя, и завалился набок, недовольно нахмурившись. – Не трогай меня! – кинул он, поднимаясь. Кацуки засмеялся, на сей раз отпуская его и позволяя слезть с себя. - Ибо не надо донимать меня глупыми вопросами! – вынес он мораль, подняв глубокомысленно указательный палец левой руки вверх. - Ну тебя, - Мидория обиженно показал ему язык, топая возмущенно ногами. – Это сложный вопрос? – спросил он недовольно. - Не сложный, - Бакугоу пожал плечами, - напротив, очень простой. И я уже ответил на него. Мне просто стало интересно. - Пф, - Изуку закатил глаза, обиженно надув губы. – Всё! – он топнул ногой, - я спать! – развернулся и направился к месту, где они разбили ночлег. Кацуки проводил его веселым взглядом, усмехаясь. - И зачем ты так? – спросил Тодороки, посмеиваясь. – С ним сегодня что-то не так, - заметил он. – После пережитого ужаса, наверное. - В смысле? - Ну… в обычном состоянии он бы не лез к тебе. Не в его это обычае. А тут сверху залез, неужто ему так интересно это знать? – задумчиво протянул Шото. - А-а, ну да, - Бакугоу усмехнулся. – Я затем так, чтобы он так не делал. Ишь, распоясался! - Вообще-то он прав, - Тодороки чуть улыбнулся, - Кацуки, зачем ты его поцеловал? Сегодня уже в третий раз, - заметил он. Блондин вздохнул, неловко отворачиваясь. - На ухо… веснушка спросил меня… - протянул он негромко. - Что? - Точнее, предположил, - Бакугоу качнул головой, - предположил, что… может, я влюбился в него. Вот и лезу целоваться. - О, - Шото приподнял удивленно брови, усмехаясь. - Глупость! – Кацуки тоже усмехнулся. – Скажешь тоже… это полный вздор, откуда у него такие идеи? - Ну… - Тодороки задумался, - я бы на его месте тоже такое же предположил бы, - вздохнул он. - Э! Ты ерунды-то не говори! - А это не ерунда. Ну правда, это было бы вполне логичной причиной. А так… - Шото пожал плечами, - как сумасшедший какой-то. Чего целоваться лезешь, а? – спросил он притворно грозно. Бакугоу недовольно отсел подальше. - Ну… - поднял он глаза к небу, чуть подрагивая от холода, - Ну… ладно, тебе могу сказать. - А тебе есть что сказать? - Да. Точнее… не совсем. Ну… мне было любопытно, это правда, - Кацуки кивнул сам себе. – Но… есть и ещё кое-что. Мне было… как бы это сказать… мне это было нужно. Я хотел это сделать, - негромко проговорил он. Тодороки медленно моргнул. - О, - он поджал губы. – Хотел… зачем? - Не знаю, - честно признал Бакугоу. - Точнее, почему? - Не знаю, - повторил Кацуки. – Правда, не знаю. Он… такой… не знаю! Агхр! – альфа зарычал, сжимая ладони в кулаки. – Такой… я на него смотрел-смотрел, а потом подумал… чего бы не поцеловать? - Вот как… - Не надо так смотреть! – недовольно цыкнул Бакугоу. – Просто… решил узнать, каково это. Я… правда не могу сказать, что именно мной двигало. Просто подумал… запах у него приятный. И губы эти… пухлые такие, и лицо… глупое… но… нравится мне чем-то, - он почесал подбородок. Тодороки несколько секунд на него смотрел, а после довольно фыркнул, покачивая головой. - И этот человек меня ещё в чем-то обвинял? – ухмыльнулся он. - Ни в чем я тебя не обвинял, - буркнул Кацуки. - Сам на него неровно дышишь, а на меня ругался! – Шото задрал голову, весело смеясь. Бакугоу на него оскорбленно зашипел. - Не ругался я! И нормально я дышу! - Ну-ну, - Тодороки хмыкнул. – Ты себя вообще слышишь? Захотелось поцеловать… лицо нравится… Может, ты правда влюбился? – предположил он уже серьезно. Кацуки вновь недовольно зашипел, обнажая клыки. - Скажешь тоже! – буркнул он. – Это всё, наверное, инстинкты… он же омега… а я альфа… - Бред, - Шото покачал головой. – Вокруг множество омег. А ты… так себя ведешь именно с ним. - Слышь, ты в чем меня убедить хочешь, а!? – Бакугоу зарычал, злясь. Он всегда злился, когда чего-то не понимал. – Ни в кого я не влюблен. Просто… другие омеги… никогда не были так со мной близки. А с этим… мы женаты. - Кацуки-Кацуки, - Тодороки вздохнул. – А другие омеги – твои соплеменники. А он – северянин, которых ты недолюбливаешь! Но несмотря на это, ты к нему тянешься. Странно, не правда ли? - Шото! – Бакугоу вскочил, топнув ногой. – Ты что такое говоришь? Ну запутался я маленько в ощущениях, ну подумаешь! Не надо сразу меня во влюбленных дураков записывать! - Пф, - Тодороки закатил глаза, засмеявшись. – Прости-прости, - он тоже поднялся, взяв мужа за руку. – Просто… я так думаю… у нас мог бы быть вполне гармоничный союз. - В смысле? - Ну… мы с тобой любим друг друга, - негромко сказал Шото, обняв его за талию. – Веснушка нравится мне, я нравлюсь веснушке. И вы… - А что мы? – Кацуки прищурился. Отчего-то его сердце замерло. - А между вами такая какая-то магия! – воскликнул Тодороки. – Вы бы видели себя со стороны! То, как вы взаимодействуете! Мы бы действительно могли бы стать… полной, любящей семьей. - Не знаю, не знаю, - Бакугоу покачал недовольно головой. – Хватит мне мозги пудрить! - Тем более, у нас скоро будет ребенок, - негромко добавил Шото, мягко улыбнувшись. – Было бы здорово, если бы он родился в той семье, где все родители… любят друг друга, - заявил он. - Ага, - Кацуки недовольно что-то запыхтел. – Давай не будем об этом говорить. Тошно. Что-то мне подсказывает, что мой мимолетный интерес развеется через пару дней, как дым. Так что не стоит строить надежд непонятных. - Ну посмотрим, посмотрим, - Тодороки странно улыбнулся, прищурившись. - Ну тебя.